Кошмар перед Рождеством

Абсолютно все, словно маленькие дети, ждали Рождество в Разведкорпусе. Оруо Бозард просил у Санты, чтобы Петра его поцеловала, Нанаба просила у Санты, чтобы её волосы наконец отросли, Ханджи просила у Смита поймать титана на первой весенней вылазке. Всем хотелось побыть детьми, поэтому Смит читал их тайные желания, написанные для него (для Санты), радовался беспечности их юных сердец и по возможности дарил подчинённым подарки. Пока он угадал только с подарком для Леви, что довольно очевидно: он опять попросил свой любимый чай, который пьёт литрами. Недавно у Аккермана прошёл день рождения, весь Разведкорпус тщательно готовился к этому дню: Ханджи отложила эксперименты над пучеглазым титаном, новобранцы драили до скрипа полы и лестницы, особенно перед комнатой именинника, Майк Захариус помогал Леви чистить люстру в его комнате. Эта громоздкая зараза всегда раздражала Чистоплюя, так как мало того, что без трёх лестниц, поставленных друг на друга, до неё попросту не добраться, так ещё и приходилось дополнительно вставать на носочки, чтобы дотянуться до неё хотя бы краешком цветного пипидастра. Слава богу был Майк, с которым не нужна ни одна лестница. Обчихавшись от запаха хлорки и приторно-имбирного чая, Захариус пытался не уронить сидевшего на его плечах Леви в косынке. Ну что поделать, именинник ведь. Наконец, когда мытьё ненавистной люстры было закончено, мужчина отряхнул усы и волосы от пыли, спустил с себя Леви и быстро выбежал в коридор, дабы нормально отчихаться. Как же не вовремя рядом прошло это мандариновое амбре под названием Бертольд Гувер. Господи, боже, если нос Захариуса переживёт эту атаку, ему больше ничего и никогда не будет страшно. На забившегося в угол Берта при виде Майка Захариуса было страшно смотреть. Бедный парень не смог дождаться кануна Рождества и пережрал мандаринов, смело стащенных с кухни напополам с Сашей Браус. Как вскоре выяснилось, на мандарины с дьявольского острова у Гувера аллергия. Ну почему, почему ему вечно так не везёт? Он хотел признаться Энни в чувствах на Рождество, и если та ответит взаимностью, подарить ей свой первый поцелуй. Теперь Бертольд может мечтать только о поцелуе с носом Захариуса… Почему Рождество только начинается, а всё уже успело пойти не по намеченному Бертом плану? Отчитанный и обчиханный Захариусом, ещё пуще прежнего раскрасневшийся, Бертольд брёл на место преступления, как раз в это время на кухне начиналась подготовка блюд для праздничного стола. Удивительно, но с Майком можно договориться, просто дав ему себя понюхать и честно во всём сознаться. И тем не менее, чувство стыда за краденные мандарины, вкупе с аллергией на них, сделали из Гувера настоящего Санту Клауса с краснючей рожей и приятным запахом фруктов. Именно его с самого утра искал Майк, сам того не подозревая. Захариусу надоело наряжаться в белоснежную бороду и раздавать подарки, пусть этот мандариновый обжора встаёт на его место, преемственность поколений как никак. Бертольд пообещал, сгорая от стыда, что непременно придёт к нему в кабинет, чтобы нацепить на себя костюм в тон лицу и порепетировать со снегурочкой - Нанабой поздравления для членов их отряда. Всё складывалось как нельзя лучше, на стол уже успели подать индейку (не всю, потому что Саша Браус увидела её раньше повара), яблочный пирог и какую-то выпивку. Первый раз им разрешают пить во время празднования, да что говорить, они первый раз что-то празднуют всем Разведкорпусом. И вот, почти все расселись за столом, ожидая появления командора и Санты с мешком обещанных подарков. Райнер, обыскавшийся товарища, подскочил со своего места, видя того в меховом костюме с гигантским мешком конфет наперевес. Оригинальностью дети никогда не отличались, зато у старших всё было очень даже органично: Эрвин как всегда обо всех позаботился. Командор припас для Нанабы накладную косу, пообещал Ханджи непременно поймать титана весной, но только, если она окончательно замучает нынешнего, а для Оруо Эрвин устроил специальный сюрприз: закрыл их вместе с Петрой в кладовке. Пока Леви отправлял подопечную в кладовку за чаем, Оруо пошёл относить оставшийся хлам после генеральной уборки капитана: «И почему, когда он убирается, становится ещё больше барахла? Ай…» -- Оруо, опять ты себе язык прикусил, что ты тут делаешь? -- Петра, -- прикрывая рукой окровавленный рот, удивлялся Бозард, -- я как раз загадал у Санты поцелуй с тобой, это судьба! Надо же, ты тоже сюда пришла! -- Меня ждёт капитан Леви, а ты поменьше языком шевели, а то с откусанным твоё желание точно не осуществится. Я никогда тебя не поцелую, только если ты не будешь единственным парнем в моём поле зрения, -- рассмеялась Рал, -- Оруо, а почему дверь не открывается? -- всей силой стараясь выбить шпингалет, забеспокоилась девушка. -- Санта Клаус услышал мои молитвы, с Рождеством, Петра.