Тень Элизиума

Тьма. Тьма пустоты вокруг. В ней ничего нет, кроме её голоса. Никто не знает, есть ли у неё дно. Никто никогда на него не опускался. Здесь теряют форму материя и разум, здесь пропадают фундаментальные понятия. Можно сказать, что пустота - это скорее состояние, чем место.       — Погоди, что всё это значит?- раздался голос в пустоте.       Что это значит? Ты и сам не понимаешь… Скажем так: твой путь привёл тебя сюда.       — Я что, умер?       Пока нет. Но ты близок к этому. Возможно, ты будешь первый, кто коснётся дна. Впереди десятки, а то и тысячи неизмеримых единиц чистейшего «ничего».       — Но я не хочу! Что если мне необходимо не вниз, а вверх?!       Но зачем? Знаешь ли ты что наверху? Я знаю… и тебе это не понравится. Здесь намного спокойней.       — Плевать я хотел на это! Выпусти меня! Я хочу жить!       Ты точно хорошо подумал? Ты ведь не вернёшься в это место, понимаешь? Это твой последний шанс избежать того, что тебя ждёт.       — Я хочу это увидеть!       Ты любишь боль?       — Может быть. Но я точно знаю, что лучше жить хоть как, но не никак.       В тебе проснулись голоса твоего тела. Это инстинкт самосохранения. Тебе не обязательно обманываться его тирадами про важность собственной жизни. Он просто хочет, чтобы ты остался жив, ему даже всё равно, кто ты есть. Для него ты - лишь особь. А особь должна выжить.       — Я уже принял решение, я плыву наверх!       В таком случае, проснись… Ту-у-у-у-у-у…»              

***

             Человек не понимал, гудит ли его голова или какой-то невыносимо громкий зверь снаружи. Но так так или иначе, он уже понял, что пришёл в сознание. Голова у него всё-таки болела. Глаза были закрыты. Открывать их не хотелось. Человек решил сначала ощупать пространство вокруг. Очевидно, он лежал на кровати, причём не самой удобной, о пружинах в матрасе не было и речи, это просто деревянный каркас, устеленный парой толстых одеял. Под головой была колючая подушка, вернее, это был мешок, набитый соломой. Ощупав себя, он обнаружил, что одет в лёгкую льняную рубашку и штаны из такого же материала. А ещё но понял, что является мужчиной. Вокруг ничего нащупать не удалось, поэтому он, не без усилия открыл глаза.       Парню в лицо тут же ударил луч солнца, коварно просочившийся в щель между досок, которыми заколотили окно. Судя по всему, лежал он в кирпичном здании, причём в весьма плачевном состоянии. Давно пожелтевшая штукатурка потрескалась и местами обвалилась, обнажая кирпичи. «Да здесь, наверное, должно быть полно плесени»- подумал парень. Но нет, нигде не было на это и намёка. В воздухе лишь витал едва уловимый запах хлорки. Само помещение представляло собой комнату с восемью кроватями, приставленными «головой» к стенам. Судя по всему, на улице был день.       Парень, наконец, встал и поставил свои босые ноги на тряпичные половики, которыми был устлан деревянный пол. Только сейчас до него дошло, что он совсем не понимает где находится. Мало того, он не помнил ни кто он, ни как его зовут, ни, даже, как он выглядит.       — Так…- произнёс он; голос был молодым, немного хрипящим.       По ощущениям и голосу он мог дать себе примерно двадцать, «плюс-минус год» как парень сам подумал. Ощупав лицо, растительности он не обнаружил, как и каких-либо шрамов или последствий оспы. Голова всё ещё болела.       Парень с трудом встал. Ноги так и норовили сложиться пополам. Вестибулярный аппарат с трудом удерживал равновесие. «Похоже, я с похмелья…»- подумал парень.- «Отсюда и потеря памяти. Но что же я такое пил?» Держась за голову, он поковылял к ветхой деревянной двери, очевидно, ведущей из комнаты. Пол скрипел под каждым шагом. «Шатает, как на корабле».- пробормотал про себя парень. Еле как он ухватился за ручку и толкнул дверь от себя. Со скрипом, отразившимся в голове у парня, она открыла проход в небольшой коридор, ничем визуально не отличавшимся от предыдущей комнаты. Всё та же штукатурка, те же половицы, те же заколоченные окна. «Это что, сумасшедший дом?»- подумал парень.- «Может позвать кого? Нет, вряд ли смогу сейчас хоть какой громкий звук из себя выдавить». И он направился в случайном направлении по коридору, в надежде, что хоть кто-то встретится ему на пути. Парень прислушался, было очень тихо. «А вдруг здесь никого нет?»- думал он.- «Брехня! Кто-то ведь меня сюда принёс. Или, может, это я сам пришёл? И заколотил окна?»       Вопросы отпали сами собой. За ближайшим углом показалась низенькая старушка в коричневой шали и пыльном сарафане, безмятежно подметавшая пол. Вид парня её сначала насторожил, но как только она поправила свои очки и присмотрелась, тут же бросила метлу и подошла к нему.       — Ой, мальчик мой,- произнесла она приятным старческим голосом,- ты проснулся… Извини, что не укрыла тебя. Одеял на всех не хватает.       «Мальчик мой»? Она что, моя родительница?»- промелькнуло в голове у парня. Он тут же сообразил, что надо её спросить.       — Вы кто?- вымолвил парень, всё ещё держась за голову.       — Ох, прости, не представилась. Меня зовут Анна, я владелица приюта.       — Приют? Я здесь живу?       — Нет, тебя сюда принесли два дня назад.       «ДВА ДНЯ!»- промелькнуло в голове у парня. Он продолжил:       — Извините, видимо, напился очень сильно.       — Не говори глупостей, сынок. От тебя совсем не разит спиртом, да и на пьяницу ты не похож.       — Но у меня сейчас голова раскалывается.       — Ещё бы, столько времени пролежал… Сынок, скажи мне, как тебя зовут?       — Ох, я думал, вы мне скажете. Кажется, я потерял память.       Анна охнула:       — Головой ударился, наверное. Дай я посмотрю, нет ли синяка.       Парень послушно опустил голову, параллельно размышляя: «Эта женщина очень заботливая. Наверное, она не раз навещала меня, пока я был в отключке. Может, я даже бредил, но не помню этого?» Анна закончила осмотр, отрицательно качая головой.       — Нет… не ушибся. Слава богу.       — Скажите, Анна, а я говорил, пока был без сознания?       — Нет. Я не слышала, по крайней мере. Мистер М тоже ничего такого о тебе не говорил.       — Кто такой мистер М?       — Он так представился. Это он тебя сюда принёс.       — Как он выглядел?       — Ой, я уже не помню. У меня плохая память на лица, разве что, это не мои подопечные. Я не вспомню, даже, во что он был одет.       — Он не говорил, где меня нашёл?       Анна отрицательно покачала головой.       — Понятно…- вздохнул парень.       Анна мельком оглядела его, затем вновь заговорила:       — Ладно, милый, пойдём на кухню, я дам тебе лекарство.       Парень кивнул. Анна взяла его за руку и повела за собой. Путь до кухни занял немного времени. Это было всё такое же прескверное помещение, в одной его части стоял, в другой была утварь, камодики и тазик с умывальником вместо раковины. Старушка усадила парня на стул, а сама полезла искать лекарства, скрепя дверцами шкафчиков. Пока она этим занималась, парень осмотрелся. «Если это приют, то где же дети?»- подумал он.       — Анна, прошу прощения, а где же остальные дети? Это ведь приют, не так ли?       — Потише говори.- ответила Анна, не отвлекаясь от своего дела.- Они спят, сейчас только восемь утра.       «Что-то мне подсказывает, что это рановато». Опираясь на свою руку, парень заметил, что лицо его чуть ли не горит, видать, от повышенного давления. Отсюда и головная боль. Парень встал из-за стола и направился к умывальнику.       — Я умоюсь, вы не против?- спросил он.       Анна сделала жест, мол, конечно. Парень нажал на крючок в умывальнике, холодная вода брызнула ему в ладони. Он окунулся в неё, тщательно размазывая её холод по лицу. Горячее лицо и холодная вода образовали некую ментальную волну, что пробрала парня по всему телу до самых кончиков пальцев. «Да! Это то, что мне было нужно»- как бы произнесло тело. Парень открыл глаза. Внезапно его взор упал на небольшое зеркало, прижимаемое бочком умывальника к стенке. Это был просто кусок зеркала, без рамки и даже не приклеенный к деревяшке. Парень наклонился к нему, чтобы рассмотреть своё лицо.       Зеркало было небольшим, поэтому вся физиономия в него не помещалась. Парень, однако, заметил сходство с собой и Анной. «Несомненно, именно так и должны выглядеть все вокруг»- подумал он,- «Только вот, что я такое? Я мыслю и разговариваю, я понимаю, за что ответственна каждая часть моего тела, да я даже понимаю, что я парень. Но что я за существо такое? Что-то мне подсказывает, что об этом Анну лучше не спрашивать...» Парень вернулся к высматриванию своего лица. Он смог разглядеть довольно рельефный узкий нос, ровные щёки и глаза. Странно, но правый глаз был зелёным, а вот левый ни то тёмно-синим, ни то фиолетовым. Да и левая сторона лица, в целом, слегка покраснела. «Словно пятно от взрыва. Вот оно что! Меня контузило! Да, этой версии я и буду придерживаться!»       В это время к нему подошла Анна. Она вручила ему стеклянный стаканчик, наполненный водой и квадрантную белую таблетку.       — Запей водой и проглоти, должно стать легче.- объяснила Анна.       Парень послушно отправил в рот белый квадратик, или ромб, и осушил стакан воды. Во рту появился жутко неприятный терпкий привкус химии. По языку бегали какие-то катышки. Парень изо всех сил держался, чтобы не сморщиться. Повертев стакан в руке, он вернул его Анне, спросив:       — А это нормально, если у одного человека глаза разного цвета?       — У тебя гетерохромия, сынок.- сказала Анна, ставя стакан на место.- У некоторых моих подопечных было такое. Это не опасно, просто такое бывает.       — Скажите, Анна, а мистер М не сказал, где он меня нашёл?       — Честно сказать, он ничего о тебе не рассказал. Ни где нашёл тебя, ни что с собой случилось. Да он, наверное, последнее и сам не знал. А вот почему не сказал, где нашёл, я не знаю.       Анна на секунду задумалась, затем неожиданно переменилась в лице и сказала:       — Ладно… Извини, сынок, но тебе надо идти.       — В смысле? Куда?       — Отсюда. И лучше не возвращаться. Пойдём, я дам тебе твои вещи.       — Стойте-стойте, но я ведь даже не знаю, где живу. Я думал, что вы дадите мне пожить здесь, пока я не прийду в себя. Я… я не доставлю вам проблем, честно.       — Ты и так уже их доставил, пока лежал здесь. Вчера и позавчера ко мне приходил один человек, требовал отдать тебя. Угрожал мне… Я не могу тебя здесь оставить. Тут же дети.       «Чёрт! Что это за человек!? Зачем я ему нужен»       — Извините, Анна, а кто это был?       — Я его не знаю, похож на докера.       — Кто такой докер?       — Я не буду тебе это объяснять. Ты должен поскорее покинуть это место. Идём за мной.       Анна повела парня из кухни в небольшое тёмное помещение, напоминавшее каморку. Под потолком висела пломба без лампочки, пространство на полу и у стен было заставлено различными предметами: мётлы, стопки тряпок, деревянные убогие сундуки. Анна открыла один из таких, он был переполнен одеждой. Она немного покопалась в нём, затем вытащила сложенную в стопку одежду.       — Держи. Одевайся. И иди…       Анна вручила парню стопку и покинула кладовку.       «Плохо дело,»- думал парень, параллельно одеваясь,- «только проснулся, а уже проблемы. Ну, да ладно, думаю, найду, где заночевать. Всё ведь не так уж и плохо».       Одежда была странной, но надевалась как будто инстинктивно. «Значит, точно моя»- заключил парень. Это была выцветшая серая рубаха без пуговиц, порванные местами джинсы, слегка великоватые, и… туфли? Хотя, они скорее напоминали небольшие ботинки коричневого цвета. На вид кожаные, но на деле весьма гибкие. По сравнению с остальным гардеробом они выглядели сильно дорого, хотя по ним было видно, что им пришлось через многое пройти. В заключении, в стопке лежала пара тканевых перчаток без пальцев чёрного цвета и очень много ремешков. Среди них был и пояс, который парень сразу приманил по назначению, а вот что делать с остальными? На джинсах виднелись поперечные отметины, которые, как бы, намекали. Парень, вменил этим знакам и затянул ремешки на своих местах. Джинсы уже не казались столь свободными.       Переодевшись, парень вышел из каморки. Анна уже поджидала его, молча указав на входную дверь. Возле неё был маленький комод, на котором были расставлены пары сильно поношенных детских башмачков. «Значит, про детей Анна не соврала».- заключил парень, после чего толкнул дверь. Анна ушла, не сказав ни слова.       Боль в голове к тому времени довольно сильно утихла. Как только парень вышел наружу, ему тут же в глаза ударило ослепительно палящее солнце. Оно не грело, лишь слепило. В этот же момент в голове у парня промелькнуло: «Как же я ненавижу свет! Скорее бы зайти в какую-нибудь тёмную подворотню.» Затем он удивился собственным мыслям, будто это были вовсе не его рассуждения. Но всё таки солнечный свет ему и вправду казался неприятным. И тут ему в глаза бросилось окружение. Кирпичные домишки, в целом, такие же ветхие, как и приют. Парень стоял в низине, а наверх вёл самодельный деревянный поддон. С запада тянуло морем, оттуда же можно было услышать крики чаек. А вот вдали, над крышами домиков, дорсальный едва различимый шпиль. Всё остальное было не видно. «Надо бы залезть куда повыше и рассмотреть, где я нахожусь. Да, надо ещё у кого-нибудь расспросить про это место». Вдруг, справа прозвучал, будто раскат грома, оглушительный бас:       — ГЕЙБ!       И в ту же секунду в челюсть парню прилетел удар, от которого тот свалился. Над ним возвышался мускульный загорелый мужчина, лет примерно за тридцать, сильно загорелый. На нём был лишь голубой комбинезон и рабочие ботинки со стальными носками. На лысой голове красовалась шапка с козырьком. Он подошёл к парню, резко схватил его за рубаху и рывком подтянул к себе. Тут же можно было разглядеть его невероятно озлобленную гримасу. Торчащие уши и огромный нос картошкой только добавляли масла в этот эмоциональный огонь. В нём не было ничего, кроме чистейшей злобы.       — Вот я тебя и достал, Гейб!       «Гейб»- мелькнуло у парня в голове.- «Это он обращается ко мне. А Гейб - это производное от имени Габриэль. МЕНЯ ЗОВУТ ГАБРИЕЛЬ!»       — Эй, слушай, может договоримся?- паникуя протараторил Габриель.       — Не прокатит! Твои договоры меня уже доконали!       — Ладно, что тебе от меня надо?!       — А ты, чёрт возьми, как думаешь?!       — Ничего я не думаю…       — Да ну?! А если щас тебе хорошенько втащу?! Мигом начнёшь думать!       — Ты не понял, мне память отшибло напрочь!       Громила врезал Габриелю ещё раз, отправив на землю. Он рявкнул затем:       — Это уже новый уровень наглости! Сначала у тебя проблемы с мусорами, потом твой крысюк хабар профукал, а сейчас чёртова амнезия?! И каждый раз я тебе давал отсрочку! Я, по-твоему, клоун?! Бетти, по-твоему, клоун??       — Бетти?       — Да, Бетти!       — Это твоя девушка?       — ЧЁ?!!!- здоровяк чуть ли не вышел из себя.       «Блин, это я зря ляпнул!»       Но неожиданно он утих.       «Видать, задумался..»       Громила почесал подбородок, а затем снова прогремел, но намного тише:       — Бьюсь об заклад, ты это щас на полном серьёзе сказанул.       — Посмотри мне на лицо. Пятно на левой стороне видишь? Меня контузило.       — И отшибло память…       — Вот-вот.       — И чё? Ты думаешь, что это тебя спасёт?       — По крайней мере, скажи, кто ты, кто такая Бетти, и что от меня нужно. Хорошо?       — Хорошо. От тебя, иначе, толку будет мало. Слушай, и записывай!       «И куда, интересно? Видать, на лоб».       Громила продолжил:       — Я - Хэнк. Просто Хэнк. Член банды «Морского Чёрта», а его предводитель - Бетти…       «То-есть, Элизабет».- заметил для себя Габриэль.       — А ты, Гейб, нам задолжал. Причём немалых денег. И никак не можешь их вернуть уже с две недели!       — Понятно. Итак, мой долг ещё в силе, моя потеря памяти - не освобождает меня от его уплаты, окей?       — Окей…- Хэнк грозно протянул слово.       — Сколько я должен?       — Пятьсот кин.       — Это… Сколько?       — Да, я ещё тебе финансовую систему объяснять буду! Сам разберёшься.       — Ладно. Сколько ты готов мне дать времени на оплату?       — До заката.       — Что?       — Ты не ослышался! Либо приносишь долг к закату, либо пеняй на себя! Я буду в доках.       С этими словами Хэнк развернулся и ушёл. Габриель хотел его что-то спросить вслед, но не осмелился. Докер взобрался по поддону и скрылся из виду, напоследок бросив на Габриэля грозный взгляд.       «Чёрт. Ну я и попал… Наверное, мне стоило остаться там, в бездне…»- рассуждал Габриэль.- «Хотя, о чём это я?! Раз я уже столько времени увиливал от уплаты, то смогу и сейчас. Ха, да я и долг то выплачу! Пятьсот, вроде, не такая уж и большая цифра. Только вот надо бы сначала выяснить, как раздобыть деньги. Да и в принципе узнать, где я нахожусь. Да! Это будет первостепенной целью!»       С этими мыслями Габриель поднялся по поддону наверх. Его встретила пустая улица, окружённая кирпичными домами. В некоторых из них не было ни дверей, ни окон. У одного из них находилось ведро, стоявшее под водостоком. Габриэль заглянул в него. В отражении он увидел молодого паренька с выцветшими серыми растрёпанными волосами.