Спасибо, Тоша.

***

      Тоша стоит перед горячей плитой и варит, судя по всему, замороженные пельмени. Улыбается и нежно произносит «доброе утро» как только чувствует теплое дыхание на шее и пальцы под футболкой.       — Ну все, Саш, не мешай, — посмеиваясь, произносит Тяночкин, ведь готовку никто не отменял, а если второй вновь полезет явно позавтракают они позже обычного, ведь Антон не в силах протестовать столь любящим искрам в глазах Саши.       Убрав руки на ткань футболки, он положил голову на плечо и начал следить за действиями своего парня, сквозь еще сонную пелену.       Совсем недавно парень бы не смог сказать, что он почувствует любовь, да уже тем более любовь к парню.       Совсем недавно он бы просто вновь развернулся и пошел в другую сторону от надоедливого Сани, ведь и своих проблем у парня хоть лопатой черпай, а дружбу он заводить не планировал, ведь чувства, забота и общение — не его (как он думал) стихия.

***

      — Да что мне сделать чтобы ты отстал, придурок! — Саня не успел отреагировать на резкий разворот Антона, что аж врезался в него, заглядывая в красивое лицо, глаза которого выдавали всю бурю эмоций внутри.       — Ты как воробушек, — Собакин не был готов на какие-то умные разговоры и интересно долгие беседы а-ля зачем-почему-ты-за-мной-бегаешь-отстань-уже-прошу, поэтому просто переводил темы, как мог (а он правда мог!)       — Чего? — над лицом Тошки можно было посмеяться, ведь его резко разведенные брови и множество вопросов в глазах читались наглядно. — Ты долбишься, что ли? Чё пристал, блять!       — Смотри, белка! — Саша взял парня за плечи и резко развернул его лицом к животному, которое уже убежало по веткам. — Ну вот, Тошка, ты все пропустил, — Собакин сделал грустную мордашку, смотря как парень медленно вдыхает и выдыхает, сжимая кулачки.       — Что. Ты. Хочешь? — отдельно произнося слова, Антон устремил взгляд на второго, бегая по его светлым глазам, как та белка по ветке.       — Давай обща-аться-я! — Сашка взял парня за руку, ведь знал, что он сейчас - в девяноста девяти процентах - пошлет и вновь спокойно уйдет, как это было раньше.       Прикрытые глаза Тоши и мирное вдох-(и сдох)-выдох давало надежду, хотя месяц назад Собакин думал также, когда только узнавал и видел все новые привычки парня.       — Ладно. — взгляд уперся на зеленые листья левее парня, Антону сейчас не хотелось смотреть парню в глаза, ведь давно он не соглашался даже на обычное общение, и ему было.. неловко?       Просто взвесив все «за» и «против» он подумал, что в любой момент сможет послать его и жить как обычно. (но как обычно уже не выйдет).       — Ладно?       — Да.       — Че правда? — глаза Сашки будто засветились, а в душе загорелся огонь из-за скорого общения с этим миловидным парнишкой. Собакин положил руки на его плечи и посмотрел в отведенные глаза с улыбкой и всей нежностью, которая чувствовалась уже минимум через его пальцы. (и не важно, что на Антоше не только футболка, но и кофта)       Тускло-янтарные глаза вновь обратили внимание на парня напротив и кивнули вместе с головой, даже улыбнувшись, когда Собакин глубоко выдохнул, будто от облегчения, что это наконец свершилось.

***

      — Спасибо, Тоша. — Собакин лежал рядом с парнем, смотря на его затылок. Они общаются уже около полугода, поэтому спать на ночевке на одной кровати вошло в норму. Он лежал на согнутых под головой руках, думая, как было бы хорошо, если Антон обнимал его, а не просто пихал с кровати, случайно пинаясь во сне, да закидывая поверх руки.       — За что спасибо? — немного недоумевающе развернулся он к Саше, отчего их лица стали безумно близкими.       Улыбка у парня напротив пропала, а сердце Антона хотелось вырваться из груди.       Нет, он знал, что такое любовь, но никогда не думал, что он почувствует ее к парню, а уж тем более к этому парню. Его глаза бегали по лицу Саши, которого он считал ну очень красивым. Сожжённые, но такие родные белые волосы, немного попадавшие на лоб, аккуратный нос, два прокола на нижней губе..       — За все спасибо, Тошенька, за все, — от нежного шепота и новой улыбки парня у Тяночкина уголки губ тоже поползли вверх. Неожиданное признание посреди ночи, когда оба знают, что не спят, но наслаждаются этой приятной тишиной и небольшим теплом тел, было удивительным.       Хоть Антон и знал, что Собакин явный романтик и нежный человек, не думал, что его это тоже коснется (хоть и мечтал об этом засыпая)       Лица все также находили чертовски близко, что хотелось коснуться нежной мордашки напротив, Тоша старался держать себя в руках. Мало ли это испортит дружбу?..       Хотя если бы это могло испортить дружбу, Собакин бы уже отодвинулся, ведь терпеть он такое не любит, да и вообще частой близости тоже. (их общие друзья удивлялись, как беловолосый разрешал так часто себя обнимать Тоше, ведь с ними даже на прощание не обнимается, говоря, что не любит тактильность)       Из мыслей вывел четкий шепот Саши, который врезался в голову очень неожиданно и вовремя..       — Я люблю тебя.

***

      После признания прошел месяц. После поцелуя тоже.       Антон все никак не мог привыкнуть к тому, что он может почувствовать взаимные чувства любви. Никак не мог привыкнуть к тому, что он в любое время может поцеловать Сашку. Никак не мог привыкнуть, что он кому-то и правда нужен.       Каждый день Собакин открывался с новой стороны. (очень даже хорошей!). Отчего Тоша все чаще понимал, что рад той смелости Саши, ведь он не думает, что осмелился бы сказать те слова первым.       Он также безумно благодарен этому человеку и безмерно любит его, хоть и выражает это только в неловких касаниях и смущении и всего нового, что беловолосому очень даже нравилось.       Никто не знает об их отношениях и, наверное, много кто и не узнает, ведь за такое не только побить могут, что обоим не нужно. Они наслаждаются друг другом лишь в легкой однушке, на которую могут шкрябать денег с небольших подработок и сказать всем «так дешевле», ведь учеба только начинается, а устроиться на нормальную работу не позволяет та самая «важная» корочка. (которую Саня в первый же день обольет кофе).       Поцелуи часто становятся огненными, отчего Тоше хочется больше, но и небольшое количество страх прокрадывается в его душу, как только рука Саши проходит по низу живота, ныряя под резинку черные спортивок. (которые тот бессовестно спиздил с полки Собакина).       Беловолосый внимательно следит за реакцией парня на все свои поцелуи и касания, а как видит страх, старается отвлечь его чем-нибудь, ведь сам не меньше хочет и боится его. (Хотя, наверное, страх Саши — сделать больно, а не облажаться).       Собакин пролазает между бедер Тяночкина, не отрывая взгляда от его красивых глаз, а сам продолжает расцеловывать нежное тело, заставляя себя не переходить черту, пока Тоша не будет готов..

***

      Тяночкин теперь научился готовить разные блюда, ведь доверять Сане кухню — страшно, ведь однажды он пытался научить его готовить простую яичницу, отчего все закончилось небольшим шрамом на руке беловолосого.       Но и самому Собакину нравится, что Антон часто готовит им завтраки, а иногда приносит их в постель, где будит Сашку поцелуем, отчего притвориться все также спящим и получить еще парочку — желание бесконечное.       Беловолосый просыпается, сладко подтягиваясь, привычно видя соседнее место на кровати пустым, он накидывает футболку и сонно бредет на кухню, где (конечно же) видит Антона.       — Тоша, ты так ахуенно готовишь, — с большой любовью Собакин подходит к своему парню сзади и обнимает, пока тот варит всего лишь готовые пельмени и просит не мешать сладкими поцелуями..