Гром среди ясного неба

Сумрак проснулся от жуткой головной боли. Такого похмелья в его жизни не было ни разу, как и количества выпитого. Он тихо поворчал на свое состояние под нос и, наконец, стал медленно открывать глаза. Страх перед неизвестностью накрывал его с головой, ведь ничего из вчерашнего дня он не помнил.       «Как ты мог себе позволить это?» — отчитывал сам себя, еле сдерживая злость. — «Ты превращаешься в безумца, Сумрак.» Выдохнул, поняв, что находится в собственной комнате. Самочувствие было паршивое, циферблат показывал 3 часа дня. Мужчина положил голову обратно на подушку.       «И что вообще делают обычные люди когда ничего не помнят?» — он глубоко задумался. — «Вряд ли я мог контактировать с работой, поэтому спрашивать у Френки нет никакого смысла. Надо осмотреть квартиру.» Агент начал вылезать из кровати, оказалось, что он сильно обезвожен – тело тряслось неимоверно.       «Отвратительное чувство, ни капельки не чувствую себя отдохнувшим.» Он зашагал в сторону выхода из комнаты, но быстрый, зелено–серый блик в напольном зеркале заставил его обернуться. — Мать вашу. — не смог промолчать он, увидев себя в зеркале. Водянистого цвета кожа особо четко подчеркивала мешки усталости под глазами. Волосы на голове не поддавались никаким правилам гравитации – то торчали клочьями, то были прилизаны, часть из них пахла чем-то странным, отдаленно напоминающим сандал.       От легкого аромата мужчина слегка ожил, но не придал этому значения. Абсолютно хмурый внешний вид и странной формы белая футболка.       «Не помню у себя этой вещи, но возможно, сейчас я просто не в состоянии вспомнить такую мелочь.» Он еще раз осмотрел себя в зеркало и, неодобрительно покачав головой, вышел из комнаты. — Доброе утро, Папуля! — неизвестно откуда донесся детский голос. — Доброе... — Вы с мамой сегодня очень долго спали, поэтому я прибрала гостиную! — выйдя из коридора комнат, Сумрак увидел дочь, сидящую перед телевизором рядом с Бондом, а недалеко от нее протекающий вином мусорный пакет.       «Это очень мило, но кажется, она никогда не научится наводить порядок.» — Спаси... — начал благодарить он, но моментально заткнул кулаком рот и побежал в сторону ванной. Запах пролитого вина неизбежно попал в ноздри и вызвал сильнейшую отторгающую реакцию. — Пап, там мама моется! — закричала в спину Анечка. На данный момент, ему было все равно. Он решил, что смутить Йор более логично, чем опорожнить желудок на всю кухню. Открыв дверь нараспашку, он максимально сократил визуальный радиус ладонью и полетел в сторону унитаза.       «Странно, женских криков не последовало.» Подогнув ноги, он начал приземление. БАХ! Что-то проблеснуло в памяти Сумрака. Сейчас, он врезался в бледную Йор, сидящую с туалетом в обнимку, но вчера произошло что-то похожее...       «Я столкнулся с ней носом?!» — ловя всплески воспоминаний недоумевал шпион, ощупывая свой нос. Тот слегка побаливал. Из-за резкого воспоминания тошнота Сумрака успокоилась, были вещи, которые начинали волновать его куда больше состояния здоровья.       «При каких вообще условиях мы могли столкнутся носами?» — Доброе утро, Лойд. — пробормотала Йор. Бедняжке было настолько плохо, что она не могла испытывать чувство смущения. Выживание занимало первостепенную место в жизнедеятельности, поэтому, с небольшим безразличием, сидя на прохладном полу и оперевшись локтем на открытый стульчак, она поддерживала свою голову кулачком и грустно смотрела на прозрачную водичку внутри фарфорового изделия. — Добрым его сложно назвать. Извини, я тебя не увидел... — уселся по другую сторону унитаза.       «...и не уследил за нашим состоянием вчера.» — Я в порядке. — слабая улыбка. — Только как всегда ничего не помню. — с грустью сообщила она.       «Тоже мне, отец и муж года, пример для подражания. Сижу на полу и не могу с головной болью справиться, как будто для меня ответственность – пустой звук, конченный эгоист.» — продолжал лить на себя желчь агент. Он попросил Аню открыть окно в гостиной, а самой спрятаться в комнате от сквозняка. Так, трещащей голове, действительно становилось легче. Они сидели, оперевшись спинами о стену, наслаждаясь потоком свежего, холодного воздуха. Прошло пол часа пустынного молчания под звуки развевающейся на ветру шторы. Каждый из супругов рылся в потерянных воспоминаниях. Было не избавиться от ощущения, что произошло то, что запомнить стоило. Только, что это было? — Лойд. — тихо позвала Йор. — М? — А ты...что нибудь помнишь? Не могу понять, почему у меня переносица так сильно болит, может, ты знаешь? Сумрак шумно вдохнул. За время проветривания, он прокрутил массу вариантов развития вчерашних событий, но никак не мог поверить в то, что между ними могла возникнуть романтическая связь, он бы не позволил себе, а если бы и позволил, то точно бы запомнил, но как итог: 1. у него болит нос, но явно не от удара кулаком; 2. на нем непонятная футболка; 3. он заснул у себя в комнате поверх застеленной кровати; 4. они примерно одновременно проснулись, а значит, примерно в одно время заснули; 5. судя по их здоровью пили они до последнего вместе, не расходясь; +6. У Йор тоже болит нос, а память как раз подсказывает, что они вчера столкнулись носами; Но приходить к определенным выводам рано! Не могло быть такого, чтобы он не запомнил того, что было между ними, а значит, этого, возможно, и не было. Но вот вопрос, если оно было, то что именно? У Йор никогда не было мужчины, не хотелось бы ее разочаровывать, тем более тем, чего не случилось.       «Делиться своими догадками совершенно рано, расстраивать ее просто так, нет ни единого повода.» — Я, как и ты, ничего не помню. — соврал он, оставив догадки при себе. — Для меня это не стандартная ситуация, думал, может ты что-то помнишь?       «К сожалению, я ничего не помню кроме сна, где мы страстно целовались...» — её щеки немного порозовели. — Нет, я совсем ничего не помню. — озвучила она. Он задержал долгий взгляд на ее порозовевших щеках.       «Или помнишь?» Йор так же посмотрела на него. — Лойд... — ее щеки заполыхали сильнее.       «Видимо, не только я скрываю части вчерашнего вечера, а значит, она тоже подозревает, что между нами...» — ...ты в моей футболке. — прервала его логический поток жена. Сердце рухнуло. А вместе с ним сотни вариантов того, что между ними ничего не могло быть.       «КАКОГО ХРЕНА, СУМРАК?!» — только и смог спросить он у себя. Он опустил голову вниз, надеясь, что это шутка, что он просто с утра не признал свою футболку, а Йор что-то перепутала. Нет. Очевидно. Это женская футболка. — Хаххх... — поймав порцию стыда, он накрывает лицо ладонью. — Купим тебе новую. Йор немного хихикает. В их взглядах появилось множество вопросов друг к другу, но никто не решался их задать. — Судя по всему, мы вчера играли в какую-то настолку Ани. — нервно дернув бровью, посмеялась Йор.       «Только в этом доме нет настолок.» — сухо подметил Сумрак. Их беседу прервал телефонный звонок. — Наверное, Юрий спешит меня поздравить с повышением. — выдавливая максимальную жизнерадостность сказала Йор, взбираясь на ноги. — Отвечу! Что-то снова щёлкнуло, определенно знакомое.       «Юрий звонил вчера?...Нет, откликается что-то другое...» Он еще раз оценил ситуацию: Йор встает на ноги, идет к трубке, все стандартно, кроме...       «ПОПА ЙОР?! Почему она вообще вызывает воспоминания?! Сумрак, ты очень, очень плохой шпион, да и муж тоже!» — С чего ты это взял?! — доносилось из гостиной. — ...То есть ты опять сорвал дверь с петель? ...И что? Я находилась у себя дома вместе с мужем!...Ты ещё вина приносил?! — послышался тяжелый вздох. — ...Юрий, не переживай так!...Да, спасибо за поздравления!...Нет, мы никого не зачали, Юрий! ПОКА! Вешает трубку, очень раздраженно шагая обратно к унитазу. — Думать даже не могу об этом напитке! — пожаловалась она, откидывая за плечи длинные волосы. — Я вдруг вспомнила, что начала отмечать свое повышение одна, подумала, что если ты не пришел в 18, значит, вряд ли вернешься до полуночи и открыла бутылочку вина... — горестно вздохнула девушка. — Братик решил, что я тебя так соблазняю, потому что мы планируем ребенка...такие новости. Сумрак в изумлении смотрел на ее шею. — Ещё, братик сказал, что мы были полураздетые и очень пьяные, а я даже на ногах стоять не могла...Видимо, я тебя встретила уже в таком виде. Лойд, извини, что споила вчера, то вино было действительно горячительным...Когда Френки мне это сказал, я сначала не поверила, решила, что одной бутылки будет мало – взяла сразу три! — она ободрительно улыбнулась. — Мне оно показалось вкусным и даже немного необычным! — Кто сказал? — оторвавшись от засосов, оставленных на шее Йор, ошеломленно спросил Сумрак. Мир для него, кажется, готов открываться с новой стороны каждый день. — Твой друг Френки. Я вчера купила у него в лавке вино и духи, решила побаловать себя за хорошую работу! Он сказал, что ты, скорее всего, будешь выходной и порекомендовал взять несколько бутылок. — Ты очень заботлива. — поблагодарил супруг, в его голосе проскочила едва уловимая сухость. — Не переживай пожалуйста, ничего страшного не произошло.       «Наверное.» Он резко поднялся на ноги.       «Вино и духи в табачной лавке...? Интересный ты торговец, Франклин.» — закипал Сумрак. — «Значит, это действительно был сандал, а значит...» У него свело дыхание. Шпион прекрасно знал, на что он способен под состоянием сандалового аффекта, особенно если учесть, что они с Йор не постеснялись быть полуголыми...       «Дорогая Йор, надеюсь, я не причинил тебе вреда.»

______ ☼ ______

Сумрак шел по дождливому проспекту в сторону ненавистной лавки, щедро одарившей его проблемами. Мысли все еще плохо собирались в кучу. После того, как оглядев себя в зеркало, Йор заявила, что поубивала бы тех пчел, которые накусали вчера её шею, у Сумрака отлегло.       Во-первых, это означало, что у него еще есть время подумать над произошедшим, во-вторых беспокоиться о том, что Йор подозревает о его настоящей профессии теперь точно не придется.       «Одновременно такая чуткая и такая балбеска.» — летал где-то в мыслях он, продолжая шагать твёрдой походкой под проливным дождем. — Доброе утро, Ловелас! — Френки радостно машет ему рукой из приближающейся лавки. Совершенно не меняя холодного, пронизывающего взгляда, Сумрак опирается обоими руками на столешницу лавки, надвисая над коротышкой: — Что-то еще может хочешь сказать, кроме пожеланий доброго утра? — со сталью в голосе. Кучерявый попятился назад, но места было так мало, что наступив на короб с сигаретами, он поскользнулся и упал вниз. — Ты чего, Сум..Лойд?! Сумрак выпрямляется, отрывая руки от стола, на котором буквально вчера была совершена предопределяющая покупка Йор. Ждет, пока Френки поднимется на ноги. — Что это на тебя нашло, идиотина?! — набросился торгаш, едва поднявшись на ноги. — Не могло быть такого, чтобы твой вечер не удался, в чем недовольство?? Я сделал все, во имя твоего блага! Громкий удар кулака о стол. Френки замолкает, инстинктивно выпрямившись. — Крепкий стол. Упорный, как и ты. — подмечает весталиец. — Если я вчера не ясно изъяснился, повторю:... — он притянул Френки за ворот рубашки в упор своему лицу. — ...у меня нет личной жизни и быть не может, а все попытки вмешаться в нее приравниваются к попыткам сорвать устранение врага, желающего развязать военный конфликт. Ты уверен, что хочешь мне мешать? — Сумрак упер в грудь Френки пистолет, спрятанный в карман плаща. — Нет. — быстро ответил информатор. — Отлично. — процедил. — А теперь поделись со мной, откуда достал информацию о моей реакции на сандал? — Поставь меня! — потребовал Франклин, но шпион даже бровью не повел. — Тогда скажу тебе откуда информация. Злость Сумрака все еще бушевала, он упорно держал Френки за горловину ворота, упирая в грудную клетку ствол пистолета. Коротыш старательно разглядывал лицо агента.       «В чем же дело? Это непрофессиональное поведение. Явно настоящие эмоции. Переживания мужчины, который находится под угрызениями совести и бросается на любого причастного к произошедшему. Похож на того, кто пытается восстановить оборванные нити воспоминаний...конечно! Иначе, зачем бы он пришел ко мне в собственный выходной?» — Ты...ничего из вчерашнего не помнишь? — выдал догадку информатор, немного щурясь. Взгляд Сумрака изменился, на долю секунды он показался уязвимым. — Нет. — скорбно ответил тот, опустив наконец заложника на пол. Повисла тяжелая тишина. Каждый из мужчин понимал, что это означало. — Мне очень жаль. — тихо сказал Френки, похлопав друга по плечу. Капли дождя безжалостно грохотали по навесу ларька. — Но ты не переживай! — воодушевленно продолжил он. Сумрак повернулся к нему. — Старина Френки и к этому был готов! — подмигнул, начав рыться в коробках под прилавком. — Вот! Агент перехватил ладонь информатора, забрав оттуда маленькую таблетку. Аккуратно положив ее в потайной карман плаща, он признательно приподнял шляпу. — Это специальная разработка одной страны, не буду говорить какой. — кучерявый перешел на шепот, склоняясь ближе к уху слушающего. — Когда будешь готов, обязательно выпей её и воспоминания вернутся к тебе. Уголки губ впервые приподнялись за день: — Вы, весьма впечатляющий табачник, Френки Франклин. — отметил агент. — Как и Вы, психиатр, Лойд Форджер! — лыбится добытчик в ответ. Было видно, как он горд проделанной работой.

______ ☼ ______

— Я дома! — Мы на кухне! — послышались в унисон девичьи голоса. Из глубины квартиры тянуло чем-то аппетитным, а значит, Йор с Анечкой готовили южное рагу. — Понял, сейчас приду вам помогать! — отозвался Сумрак, снимая верхнюю одежду. На улице было промозгло, серо и безрадостно, но дома как-будто светило автономное солнце — здесь было светло, уютно и тепло. — Я уже тут. — объявил, потянувшись за фартуком.       «Йор стала более домашней.» — отметил шпион, заметив на девушке длинный шелковый халат, напоминающий по цветам осень с разноцветными листьями. Линии качественных тканей красиво скользили по изгибам её тела, волосы были убраны в пучок и проткнуты двумя золотыми спицами напоминающими иглы.       «Изумительный вкус!» — Кхм! — Анечка презрительно щурилась прямо у его ноги.       «Я что-то не заметил?» Сумрак начал оглядывать Йор более тщательно. Наверняка, дочь намекает ему на какую-нибудь упущенную деталь.       «Может, Йор волосы подстригла, поэтому убрала в более короткую прическу?» — Кхххм кхм! — более настойчиво прокряхтела Аня. — У тебя горлышко першит? — подключилась к немым играм отца и дочери обеспокоенная Йор. — Нет, просто надеялась, что наш папа более внимательный! — пожаловалась она. — Я такой способ привлечения внимания в сериалах Бекки видела.       «ЧТО?! Получается, я точно что-то из виду упустил?! А если они сочтут меня плохим для роли мужа или отца? Тогда я останусь брошенным семьянином, а это точно привлечет СГБ! Стоп...» Читая мысли папы, Анечка натянула пугающую улыбку. Завидев это, Сумрак ускорил мыслительные процессы:       «Новые туфли? Нет. Может, обновила парфюм? Тоже нет. Знаю! У Ани новые рожки?» — он быстро осмотрел дочь с ног до головы. — «Тоже нет, но, вот оно!» — Мам, тебе не кажется, что нам нужен другой, более внимательный па... — Роскошные халатики. — перебил ее Сумрак озаряя кухню скромной, но очень доброй улыбкой. — Даже не знал, что они бывают парными, это очень мило! От мысли, что у них с Анечкой одинаковые халаты, Йор снова расчувствовалась. — Спасибо! — пролепетала она. — Анечка предложила эту идею пока гуляли с Бондом, и мы зашли в магазин. Цвета выбирали вместе, решили, что такой оттенок будет как раз по сезону! И золото нам обоим идет! — воодушевленно рассказывала жена.       «Вместе, они смотрятся очень гармонично: заботливая, как когда-то назвал ее Юрий, наседка Йор и маленькая растеряша Аня. Как будто сама судьба распорядилась так, чтобы они оказались вместе. Я рад, что мы с Йор можем дарить Ане настоящее детство.» Он с воодушевлением слушал, как жена рассказывает забавную историю, переодически поглаживая дочь по голове. Гражданская жизнь интегрировалась в будни Сумрака. Он действительно наслаждался такими моментами, ведь ради них он и жил, неся свое служебное бремя. — Кстати, Анечка хотела и тебе такой халатик взять. — захихикала Йор. — Но я, все таки, предложила немного другой. Она прошла мимо супруга в гостиную и принесла оттуда запечатанную ткань. — Вот! — протянула она упаковку. — Мы выбрали тебе белый хлопковый халат, но не простой! Сумрак принялся открывать коробку и расправлять халат. — Надевай! — с нетерпением поторопила Анечка. Он накинул белую приятную ткань себе на плечи, просунул кисти в рукава и завязал пояс.       «Удивительно, как точно она угадала мой размер.» Он оглянулся на девочек, они стояли не шевелясь, глазки блестели от интереса. — Папа иди скорее к зеркальцу! — требовала дочь. Сумрак прошел в коридор к напольному зеркалу и оглядел себя в халате: размер, фасон, ткань, действительно очень ему подходили. Такая чуткая забота была очень приятной. — Спасибо, мне очень понравился подарок!... — Это еще не все! — отозвалась Йор. — Повернись спиной к зеркалу! — её лицо озарила улыбка. Девочки застыли в ожидании. Золотыми нитями, красивым, каллиграфическим почерком, на спине халата виднелась достаточно большая надпись. — Самый лучший папа и муж? — не поверив своим глазам прочитал вслух Сумрак.       Его отбросило в глубокие воспоминания. Он был ребенком и все о чем мечтал – провести хотя бы один полноценный день с родителями. Когда подрастет, почитать им стихи у ёлки, а позже, когда станет еще постарше – дарить им первые подарки. Но то, что он окажется по другую сторону баррикад никогда не мог даже представить, не то, что мечтать об этом. Ведь его жизнь была определена – его ждала в будущем только армия, где не нужны семейные люди. А теперь, неважно из-за чего, у него появилась семья, и в этой семье его...любят? За всю шпионскую карьеру это было впервые, так же, как и в личной жизни – он столкнулся с человечностью, с эмоциями, с любовью? Любое задание из сотен, выполненных Сумраком, было связно с людьми, которых проще назвать отбросами. Те же подставные семьи завязывались с обесцененными личностями и их озлобленными детьми. Но в этот раз, все совсем иначе. — Папочка? — позвала Аня, застывшего перед зеркалом отца, отрывая от утопических мыслей. Сумрак не шевелился, не отвечал, просто смотрел на надпись на спине его халата. Девочки дружно переглянулись. Первая к нему потянулась Анечка. Она крепко обхватила его ногу, и начала лепетать о том, что хочет к Новому Году прочитать ему стих. За ней, к объятиям присоединился Бонд, потираясь большим белым боком о ногу хозяина. — Боху! — в привычной манере выдал пёс. На лице Лойда начала проступать улыбка. Приобняв дочь и погладив по голове пёселя, он повернул голову в сторону Йор. Девушка умилялась, подтирая слёзы. — Лойд. — борясь со сбившемся дыханием залепетала она. — У тебя замечательная семья! Я рада, что мне посчастливилось встретится с вами! Облепленный младшими членами семьи, Сумрак освободил руки и вытянул их для объятий, приглашая жену. — Йор, это наша семья. Девушку бросило в слезы. Она даже подумать не могла, насколько ей полюбилась семья Форджеров, насколько сильно она вжилась в роль жены Лойда, матери Анечки и хозяйки Бонда, что это давно перестало быть притворством, и превратилось в неотъемлемую часть жизни, которую она бережно оберегала от любого покушения извне. На ватных ногах, она поплелась в объятья мужа. Устроив личико ему на грудь, она продолжила плакать, тем самым, увлажняя подаренный белый халат. Быть прижатой его крепкой рукой было очень успокаивающе, она даже не заметила, как перестала плакать и расслабилась. Это были их первые семейные объятья. Кто бы знал, что от чоканья чашками за успех Ани при поступлении, через год, их семья станет настолько крепкой и доверительной, что на том же самом месте они будут обниматься. Они стали друг-другу по-настоящему близкими людьми. Хорошо, что хоть кто-то в их семье осознавал это наперед. Розоволосая макушка радостно подскакивала под рукой отца. Все трое понимали, что между ними что-то изменилось, но никто не стремился нарушить это тихое умиротворение, вытащить наружу правду и расставить точки над И. Клятва "быть в радости и горе пока работа/миссия не разлучит нас" казалась им все еще реальной.