baby, spread your legs

Горячее дыхание рыжего парня в шею отдается. Жарко. Возбуждённо. Сладостно на ушах красных становится. Руслан неловко чувствует себя. Ноги между собой сжимает в колготках чёрных, в сеточку. И юбка эта блядская и нелепая задницу не прикрывает. Просто лишний кусок ткани висит на теле смуглом. Шатен губы свои мокрые и красные в стоне немом открывает, когда получает удар по одной из ягодиц и дёргается вперёд, ойкая. Мальчишка вспоминает, как наносил на глаза тени красные, блестки всякие мазал, губы нахуячил красные-красные и стрелки неровные. Теперь это всё смазалось по простыне белой. А шея чужая молочная покрылась оттенком алым, губы Данилы тоже не прочь были попробовать на вкус Руслана. Шатен страх чувствует от неизвестности. Ноги выставляет и раздвигает перед парнем рыжим, пока тот мнётся коленями позади и настроить себя пытается после двадцати минут укусов и стонов в губы от неуклюжего языка старшего. — Детка, раздвинь ножки чуток, — Кашин хлопает по внутренней части бедер и Руслан слушается. Раздвигает и открывает вид на места скрытые. — Умничка. Ноги по простыням разъезжаются, колени красные. Стоит так долго. Щёку к хлопковой накидке жмёт и действий ждёт от парня своего. Ногами подергивает и пятками мотает туда-сюда. Пока его половой орган меж ног болтается и часа своего ожидает. Рука сзади его сводит. Сжимает ладонь, чернильная задницу округлую и шлёпает. Данила не стыдится потрогать талию парня своего, пощупать и приласкать часть тела его. Но больше всего рыжего привлекали его волосы. Неаккуратный горшок на голове, торчащие волосы и челочка. Даня пиздец как фанатеет, когда за загривок тянет парнишку во время половой связи. Руслан молчит. Время тянется долго. Даня всё ещё вспоминает, отключил ли он стрим, выключил ли утюг в спальне. А Тушенцов ждёт. Не хочет напомнить тому чего-то, мол, вспомнит и сбежит куда-то Кашин, дело не закончив. – Ты как сука блядская. С макияжем этим. - Данила по щеке парнишку хлопает и губы чужие выпирают. Он ухмыляется, самоутверждаясь. А Руслану нравится. Ой как нравится, когда нежный и заботливый Данечка становится резко сущим дьяволом. У которого в приоритете завладеть родным телом в эту зимнюю ночь под светом луны белой. Парнишка смущённо глаза отводит, когда эти серьёзные глаза, голубые, встречаются с щенячьими карими и дружелюбными, зная, что сегодня поясница его хрустеть будет. – Даня, прошу, сделай что-нибудь.. - тихо-тихо говорит старший, еле слышно. Губы дрожат. – Нетерпеливый мальчик. Я как тебя учил? - Кашин выдавливает несколько капель смазки классической на пальцы свои. Перебирает между собой, нагревает. Тушенцов стыдливо голову опускает, когда желаемое получает. Даня фаланги пальцев вводит и трахает промежность парнишки, тот хлюпает в краешек подушки около. Младший пальцы внутри разводит в манере ножниц металлических и надавливает на точку нужную. Руслан вперёд поддается задницей и обратно. Половой орган его встаёт сразу же, капать начинает с головки алой и припухлой. Данила вытаскивает и опустошает парня снизу. Остановился, дабы член свой вынуть из шорт свободных. Он дует на волосы свои, те мешают, падая на лицо и в глаза попадая. Мешают смотреть на лицо это жалобное, просящее большего внутри себя. И Кашин даст ему большего. Он боксеры черные с себя спускает и напоследок цепляется короткими ноготками за бедра. Царапает страстно. Колготки задевает, рвёт. Юбку глазами сверлит. Нравится до скрипа зубов. Не дай бог Руслан на балконе в этом виде покажется, младший сразу найдет глаза те хитрые соседкие, что на тело младое пялятся. – Сука, я так люблю твою задницу, Руслан. - шепчет тот на ухо рвано и отрывисто. Входит быстро и во всю длину, останавливаясь. И глаза закатывает от эйфории приятной. Тушенцов руками упирается в постель, а те дрожат податливо. Их тела свет синий освещает, выходя в фиолетовый. Кашин двигаться начинает, вдалбливает тело в кучку простыней разной стойкости. Жмётся сильнее. Выходит и заходит резко. Пошлости всякие вырываются из уст его. Пока Руслан полностью в руках чужих кланится и растворяется, как хрень явная в химической реакции на уроке химии. Даня руку свою к голове чужой тянет. Цепляется резко за загривок на затылке и тянет до боли. Не контролирует. Та кожа краснеет и шипит Тушенцов. А ему, сука, нравится до дрожи в теле и слюнях в ротовой полости. Как собака бешеная насаживается на орган чужой и стонет на всю квартиру. Совести вовсе нет. Отбило. В такт тела попадает. По комнате разливаются два мужских голоса. Они от стен отскакивают и возбуждающе в ушах оседают. Младший руками своими обводит татуировки неразборчивые на теле Руслана. Шею жмёт, душит чуток, затем по пояснице проводит несколькими подушечками пальцев. Ляжки сжимает чужие до синяков скорых и доходит до полового органа старшего. Размеров средних. Он рукой сдавливает член и колечко создаёт. Двигает синхронно. Мастурбирует парню своему, тот в экстазе на кровати бьётся, силы в себе находит, дабы стоять в позе нужной. Он голову запрокидывает и видно, как кадык дёргается, слюни глотать пытается. Стонет гортанно, когда член чужой в комок нервов со всей силы давит несколько раз подряд за короткий срок. Всё сыро, грязно и скользко. Это их отношения и расстояние между их телами в эту минуту. Данила член чужой отпускает, после того как парнишка излился на простынь со стоном и уже на ногах не стоит. Грудной клеткой на мягкость опускается. Даня половым органом мажет сильнее-сильнее. Он вытаскивает, а за головкой тянется нить семени, отпечатываясь на бедрах старшего. Он внутри пульсирует и сжимает. – Детка, - Кашин уже тормозит чуток, вживаясь в тело размякшее. – Ты ахуенный. И рыжий падает рядом, кончая внутрь тела родного. Из задницы Тушенцова сперма выливается струйкой тонкой. Кашин доволен работой своей. Укусами на шее Руслана, отпечатками ладони на шее и бедрах. Ему всё это нравится и он доволен. Только вот колготки жалко. Порванные на ляжках красуются. – Я.. Мне понравилось. - дыхание сбито и поломано. Шатен лицо к тому поворачивает заплаканное и с остатками макияжа своего дебильного. Уже завтра Данила того подзатыльником любезным отправит смывать всю эту дрянь с лица, а пока любуется. В комнате стоит запах пота тел, электронных сигарет с ежевикой и их странной любви в сексе. Но главное - что они любят. Хоть чаще всего они говорят о своей любви во время стонов в перемешку с оргазмом. Но любят же. На районы Санкт-Петербурга опускается ночь. Белая ночь. – Спокойной ночи. - Данила рукой ведёт по макушке темной и в лоб целует, тот уже одеялом укрыт и сопит. Кашин привёл Руслана в порядок. Любит.

конец

спасибо за прочтение!