Кровь и Серебро

Тяжёлый вздох затерялся в высоких сводах коридора. Женщина в богато украшенном камзоле бесшумно ступала по ковровой дорожке, не замечая ничего вокруг. Её мысли неслись стремительными переплетающимися потоками: год от года дел становилось больше, груз ответственности и обязанностей непрерывно рос. Голова шла кругом от этой нескончаемой круговерти документов, приёмов, деловых встреч, торгов и прочего. Тав думала, что сойдёт с ума, но рассудок оставался ясным, видимо, каким-то чудом она привыкла за двадцать с лишним лет. Сейчас в её голове роились размышления о сорвавшейся поставке вина к сегодняшнему приёму, гибели кораблей торговой компании и грядущем допросе потенциальных виновников этого происшествия. Из задумчивости женщину выдернул голос. Любимый голос. — Даже интересно, что могло захватить твоё внимание настолько, что ты бессовестно игнорируешь моё присутствие, любовь моя. Тав едва заметно улыбнулась, их взгляды встретились. Он явно её ждал. — Приветствую, мой лорд. Прошу простить меня, я Вас не заметила. — Извинения приняты. Я жду ответа. Мгновение ока — вампир уже не прислонялся плечом к стене, а держал женщину двумя пальцами за подбородок, не давая отвести взгляд. — Говори. — Организационные моменты связанные с сегодняшним вечером, а также недавнее происшествие, которое лишило нас немалой прибыли. Астарион нахмурился, вглядываясь в лицо своей супруги. Оно было усталым, даже немного измученным, но не выказывало каких-либо признаков лжи. В торговые вопросы эльф практически не вникал, отдав их полностью на откуп избранницы. Это была её инициатива, и он не хотел вмешиваться. — А что с приёмом? Неужели в твоём безупречном планировании нашлось место ошибке? — его губы растянулись в ухмылке. — Ты же помнишь, я не люблю, когда меня подводят? А этот вечер… — Всего лишь небольшое недоразумение с поставками вина. Этот приём безусловно важен, но не настолько, чтобы опустошать вековую коллекцию. Можете не беспокоиться, я всё улажу. — Конечно, ведь меньшего от тебя и не ожидается. Всё должно быть по высшему разряду. Как и всегда, — он чуть улыбнулся и заправил ей за ухо выбившуюся из причёски прядь. — Будет исполнено. — Умница. Вампир наклонился к ней, и их губы соприкоснулись. — До встречи вечером, дорогая. — До вечера… Тав ещё какое-то время смотрела вслед удаляющемуся мужчине, пока он не скрылся из виду, и вошла в свой кабинет. Дверь закрылась с мягким щелчком, женщина прикрыла глаза и выдохнула. Все эти годы она посвятила практически служению во благо своего супруга. Все финансовые и многие дипломатические вопросы были исключительно в её ведении, но действовала она от имени мужа. Тав вполне могла бы вести дела самостоятельно, более того, ещё в начале их совместной жизни Астарион несколько раз предлагал ей выйти из тени, но та лишь качала головой и говорила, что ему важно создать репутацию и обрести политический вес, а она в крайнем случае всегда может использовать своё родовое имя. Время шло, фамилия Анкунин становилась всё более значимой, чему способствовала слава одного из спасителей города, а Тав была серым кардиналом, что шаг за шагом убирал с шахматной доски конкурентов и привлекал на свою сторону всё больше союзников. Но вслед за влиянием росли ответственность и риски. Интриги, покушения, шантаж, пытки, допросы стали рутиной. Да, хозяйка замка старалась проворачивать даже самые грязные дела так, чтобы по закону они были чисты, но это отнимало немало сил и времени, что со временем стало отражаться на взаимоотношениях супругов. Спустя несколько лет Тав начала ловить себя на мысли, что к Астариону она относится скорее как к коллеге или начальнику, нежели возлюбленному, но не придала этому особого значения. Лишь иногда с грустной улыбкой вспоминала их приключение, когда всё только начиналось. Пусть тогда им и миру в целом грозила смертельная опасность, ей было спокойнее, чем теперь, когда горели сроки и хотелось биться головой о стену. Вынужденная вернуться из мира воспоминаний, Тав села за стол и придвинула к себе стопку документов. Вопрос с вином нужно было решить в первую очередь: до приёма оставалось меньше семи часов, поставщик, с которым связывались ранее, погиб этой ночью, а его склад был разгромлен группой неизвестных. Найти нового продавца не составляло сложности, хотя и было несколько неприятно, за пятнадцать лет Ягвирр ни разу не подвёл. Теперь же бордовые глаза вчитывались в строчки многочисленных каталогов и досье. Почему-то чутьё подсказывало Тав, что важно избежать сделки с неприятелями покойного. Но вот беда, дварф был до безумия прямолинейным, что чаще всего вело к конфликтам, это значительно сокращало количество кандидатов. Вампирша уже хотела идти в винный погреб, когда ей попалось досье торговца из Аткатлы. Юноша только недавно попал в мир звонкой монеты, а жители Врат всё ещё с предубеждением относились к Амну: хоть войны и удалось избежать более ста лет назад, Железный кризис не прошёл бесследно, и взаимная неприязнь отравляла попытки идти на контакт. Поддержка начинающего торговца могла бы стать неплохим вложением. Во-первых, благодарный поставщик будет значительно легче соглашаться на более выгодные для неё условия, что уже неплохо. А во-вторых, торговля с Амном могла принести баснословную прибыль и репутацию тех, кто первыми сделал первые шаги на пути к примирению и сотрудничеству. Тав расплылась в предвкушающей улыбке. Выбор был сделан. Спустя несколько минут вампирша уже собиралась запечатать письмо, как ей внезапно вспомнился Алькам и его конфликт с Казадором. С одной стороны чета Анкунин не имела с амнским ковеном никаких точек соприкосновения, но южные соседи имели все основания считать Астариона преемником Зарра. И им могло бы очень не понравиться её желание торговать с Аткатлой. Или этот торговец мог быть связан с ними и даже работать на них. «Даже если это так, его можно переманить. Нужно больше информации.» Резковатый, но приятный запах плавленного сургуча защекотал ноздри, и на поверхности отпечатался герб семьи Анкунин — письмо было готово к отправке. Щелчок пальцев — и на столе восседал ворон. Он пару раз взмахнул крыльями, разминаясь, и взглянул на вампиршу с некоторым недовольством. — Снова доставить какое-то письмо, госпожа? — Зришь в корень, милый Куоте, — женщина улыбнулась и кончиком пальца провела по клюву фамильяра, на что тот несогласно помотал головой. — Сколько можно? Уже больше десяти лет ничего дельного. Ты слышала когда-нибудь о почтовых голубях? — Слышала, конечно… — Так вот их, — вмешался ворон, — и посылай с письмами. А меня по таким мелочам дёргать должно быть стыдно. Я уже жалею о том дне, когда согласился связать себя узами договора с тобой. — Не сердись, — Тав аккуратно почесала голову птицы ногтями, Куоте не отстранился, лишь немного прищурился, — Мне просто нужно доставить это письмо как можно скорее и получить ответ, ни один голубь с этим не справится. Да и вторая часть поручения тебе может прийтись по вкусу. — Ладно, ладно… — ворон склонил голову набок, теперь он был заинтересован, — Что там такое? Украсть что-то? — Только если покажется важным. После того, как принесёшь ответ на это письмо, мне нужно, чтобы ты проследил за этим Эджертоном, — Куоте собирался раскрыть клюв, но она его перебила, — Нет, никого не убивать и не калечить. — Запреты, запреты… Но уже что-то. Ладно. — Если хорошо справишься, — Тав вручила в клюв ворону письмо и открыла окно, фамильяр устроился на подставленном предплечье, цепляясь кончиками когтей за серебряную вышивку, — позволю развлечься в подземелье. Ворон улетел, ничего не ответив, но что-то подсказывало хозяйке, что теперь он займётся поручением с бóльшим энтузиазмом. Женщина потянулась, любуясь видом за окном. Жизнь в Нижнем городе кипела и шла своим чередом. Народ бегал и суетился среди улиц, меж зданий с черепичными крышами, речь сливалась в один неразборчивый, но бурлящий поток, откуда-то доносились крики зазывал. Послышался звон рынды, но, скорее всего, показалось, ведь порт был слишком далеко. Вдали, за всеми домами, Чионтар несла в море свои воды. Над блестящими под полуденным солнцем волнами белели паруса рыбацких лодок, возвращавшихся с утреннего лова. Какая-то из них везла деликатесы, что будут поданы к столу этим вечером. С улыбкой на губах Тав закрыла окно и вернулась к письменному столу. Перед приёмом нужно было ещё кое с чем разобраться. Письмо с соболезнованиями вдове Яггвира, давно ожидавший внимания налоговый отчёт, послание для Девятипалой, а также письмо дорогой родственнице, без поддержки которой нынешней хозяйке дворца было бы намного сложнее уладить формальности с присвоением Астарионом собственности Зарров и введением его в круг Патриаров. После этого сотрудничество Тав с семьёй стало даже более тесным, чем до Года отплытия трёх кораблей. Если до Кризиса Абсолют она была лишь девочкой из побочной ветви, которую от раннего замужества и ускорения взросления спас только талант к магии, который глава семьи позволил развивать, то после она стала одной из героев, спасших город, и с ней начали считаться. Через некоторое время вампирша облегчённо выдохнула. Письма были разложены по конвертам и запечатаны, а налоговый отчёт был направлен Астариону на проверку с помощью зачарованного ящика стола. Письма она собиралась отправить официальной почтой, записку же для Кины должен был с минуты на минуту забрать особый курьер. В окно постучали. Тав оглянулась, хотя и без этого знала, что это вернулся Куоте. Стоило ей открыть створку, фамильяр с шумом влетел в комнату, по видимому он всё ещё был не в духе. Весь взъерошенный он сел на стол и выронил из клюва конверт с ответом Эджертона. — Либо ты решила поиграть в благотворительность, в чём я очень сомневаюсь, либо у тебя на парнишку большие планы. — Всё настолько печально? — Не делай вид, что не изучила его от и до, прежде чем посылать меня. Не поверю. Тав лишь усмехнулась и покачала головой. — А что со слежкой? — Дай дух перевести и отдышаться, бессердечная. — Тебе же не нужно дышать. — Это выражение такое, — обиженно каркнул Куоте и отвернулся, на что Тав лишь пожала плечами и вскрыла конверт. Пробежавшись взглядом по строчкам, вампирша кивнула. Как и ожидалось, торговец, собиравшийся уже покидать Врата из-за отсутствия сбыта, был чрезвычайно рад этой выгодной сделке с возможностью долгосрочного сотрудничества. Южанин клялся и божился, что товар будет доставлен в течение двух часов и без всякой предоплаты. — Какая невинная душа… — А я о чём? Таким наивным в торговле не место. — Ты всё ещё здесь? — Как раз собирался лететь. Проворчав что-то неразборчивое, ворон вылетел прочь, и в ту же секунду раздался стук в дверь. Как всегда вовремя. — Входи, Тайрин, — дверь открылась и в проёме показалась миловидная полуэльфийка, — Я ждала тебя. Как обстоят дела с подготовкой? — Доброго дня, миледи. К приёму готово всё, кроме вина… — Эта проблема уже решена, через два часа доставят. — Ясно, прослежу, чтобы всё прошло гладко. — Благодарю. И мне нужно, чтобы ты отправила эти письма, — Тав протянула помощнице два конверта. — Чем скорее, тем лучше. — Будет исполнено, миледи. Тайрин поклонилась и направилась к выходу, но остановилась у двери и обернулась. — Прошу простить мне мою дерзость, Вам понадобится помощь с переодеванием к приёму? — Одной служанки хватит, спасибо за заботу. Можешь идти. Когда девушка покинула кабинет, вампирша прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла, позволяя себе немного передохнуть. Курьер опаздывал, что настораживало — такого раньше не случалось. Ладно ещё, если погиб или убит, жаль, конечно, но некритично. Но что если его перехватили по пути сюда? Много он не выдаст, но и этого может быть более чем достаточно. Из-за тревожных мыслей Тав не заметила, как прикусила до крови губу. В голове мягко прозвучал голос: «Радость моя, что на этот раз тревожит тебя?» «Курьер задерживается, можете не беспокоиться.» «Говорил же оставить формальности для публики.» «Прости, привычка.» Стоило ей прервать связь, как за книжным шкафом что-то заскребло. Секунду спустя оттуда вынырнула крупная белая крыса и направилась прямиком к кожаному дивану для посетителей. Удобно расположившись на сидении, она кивнула хозяйке кабинета и пискнула. Тав приподняла бровь и многозначительно посмотрела на грызуна. — Здравствуй, Нерт. Прими ты человеческое обличие, говорить стало бы проще, не думаешь? Крыса снова пискнула, и через мгновение на диване уже сидел молодой человек с наглой физиономией и отсутствующим левым ухом. — И тебе не хворать, госпожа, — друид потянулся за виноградной гроздью в вазе на столике и вальяжно откинулся на кожаные подушки. — Не слишком ли ты расслаблен для того, кто опоздал на четверть часа? — Это всё равно ничтожно мало. К тому же на меня напали по пути, еле лапы унёс, — парень приложил ладонь ко лбу в драматичном жесте, искоса наблюдая за реакцией. — Унёс и славно, — давно привыкшая к таким номерам Тав лишь придвинула к себе папку и принялась её листать, проверяя, всё ли на месте, — Есть что-нибудь от Девятипалой? — Бессердечна ты, госпожа! Я едва не погиб, доставляя это, — Нерт подошёл к столу и вручил вампирше конверт и увесистый пакет документов, — Могла бы и поблагодарить. — Поблагодарит тебя Девятипалая звонкой монетой, а на жалость давить будешь девицам в «Смущённой Русалке», — закончив с папкой, она протянула её и ранее запечатанный конверт с личной печатью курьеру, — Можешь не пытаться прочесть содержимое. Кина должна получить это не позже четырёх вечера. Ясно? — Я, между прочим, профессионал, — обиженно проворчал Нерт, но принял бумаги и убрал их в потайную сумку. — Удачи в пути. — До встречи, жестокая госпожа, — парень снова принял крысиный облик и юркнул за шкаф. «Ты даже не представляешь, насколько…» Пронеслось в голове Тав, пока она вскрывала конверт. Взгляд заскользил по строчкам письма, на лету расшифровывая написанное. С каждой строчкой леди Анкунин мрачнела всё больше, пока не наткнулась на следующее: «Сегодня на приёме хозяева замка будут отравлены Недоброжелателями. Исполнитель Т. М. Яд неизвестен.» — Как интересно, не думала, что они осмелятся нос высунуть так скоро. Тав убрала письмо в стол и зазвонила в хрустальный колокольчик. Спустя пару минут раздался стук в дверь, а затем не дожидаясь ответа в кабинет вошла Тайрин. — Вызывали, миледи? — Да, нужно кое-что изменить в распорядке сегодняшнего вечера, — губы вампирши тронула хищная улыбка, — И подготовить нашу особую комнату для гостей.