Ещё бокальчик

Изуку всю ночь не спал: то за окном слишком громко, то слишком жарко, то вовсе эротические сны с участием Бакуго не давали покоя. В его сне он был очень нежным, улыбчивым, любящим и, что самое странное, сексуальным. Даже в мире грёз его тело блистало своими мышцами, заставляя разум затуманиться и отдаться в эти сильные руки. После этого "бардака" Мидория проснулся от нахлынувшего возбуждения и, взглянув на свой стояк, закрыл лицо рукой, будто прячась от стыда. "Что за ужас... Даже во сне не отпускает." — промелькнула дума в голове. Настроив себя на то, чтобы не обращать на постояльца внимание, он поспешил на работу. Традиционно, на барном столе лежит коробочка со вкусностями. Изуку поджал губы, разозлившись на эти очередные попытки вымолить прощение, убрал коробку в нижний ящик. Принялся протирать стол и бокалы. Рабочий понедельник начался с приёма товара. На заднем дворе как обычно остановилась машина, которую потихоньку разгружали повара и бармен. С самого начала смены менеджер решал с администратором пару вопросов по поводу новой вывески бара и обновления формы персонала. Так как бар работает уже три года, с того времени ничего не менялось, а пора бы многое обновить. Они часто в течение дня маячили, ходили по залу в поисках того, что нужно ещё поменять, и тут произошло небольшое недопонимание. Так как при людях обсуждать все дела неправильно, они вернулись в кабинет ругаться там, перед этим заказав у бармена кофе. Ближе к вечеру двери бара распахнулись в разные стороны, а значит, что время для нового контента... Нет. Не в этот раз. Ашидо с горящими глазами направилась к бармену. — Здравствуй, мой юный обольститель женских сердец! Уже видел свои старания на нашей страничке? — Здравствуйте, пока ещё нет, — вежливо отрицал парень. — Ладно, тогда сделай мне кофейку, — расстроенно молвила smm, в ожидании своего напитка. После чего она направилась в кабинет менеджера, так как её вызвали на беседу по поводу обновления их бара. Часов в девять пришёл директор этого заведения — Масару Бакуго. С виду обычный высокий мужчина в строгом костюме и очках, с такими же игольчатыми волосами, как у сына. Это единственное, чем они похожи, а в остальном полные противоположности. Директор прошёл в кабинет, где его уже поджидали его коллеги. По понедельникам обычно мало людей, но сегодня прям разгар, словно суббота. Многие девушки подходили к красавицу бармену, чтобы поговорить с ним, а некоторые даже сфоткаться. Бар спустя некоторое время опустел, так как девушки устроились на диванчиках. И за столом уже сидел парень. — Не ожидал встретить вас здесь, — прозвучал малознакомый голос. Изуку взглянул на клиента и узнал в нем того интересного человека, который обронил карту. Он легко улыбался, смотря на работника. — Здравствуйте. Согласен. Что будете заказывать? — приободрился бармен. — Для начала что-нибудь бодрящее и холодное, пожалуйста. Изуку предложил лимонад. В ответ разновласый лишь кивнул головой. Шрамированный разглядывал черты лица Мидории. Он подписан на страничку этого бара и видел короткие ролики с приготовлением коктейлей. В момент первой встречи он сразу узнал этого бармена. Затем, когда напиток был готов, то представился. — Меня зовут Шото Тодороки, — протянул руку в знак приветствия. — Изуку Мидория, — пожал её в ответ. — Извини за такой вопрос, а у тебя кто-нибудь есть? — Нет, а зачем вам это? — слегка разнервничался парень, вспомнив того наглого беса-блондина. — Просто ты... — Сейчас уволю нахер твоих официантов и проблем не будет! — из кабинета вышел злой администратор, не желая больше разговаривать с менеджером. Следом за ним выбежала вся компания переговорщиков, которые никак не могли сойтись на едином мнении. Директор пытался успокоить обозленных сотрудников. — Вот, смотрите, — менеджер схватил проходящую мимо Урараку и стал показывать на ней, как будет отлично смотреться форма, — Не открыто, не закрыто одновременно! — Так кто тебе говорит, что мы из них хотим сделать... Не буду говорить кого. Мы просто поменяем цвет одежды. Будет не просто бордовый, а бордово-белый, — с другой стороны встал администратор и показывал на девушке, где какой цвет будет. — Так, вы слишком шумные. На сегодня разговоров хватит. Наговорили вы слишком много, — спокойно объяснил Масару. Они переглянулись и сошлись на том, что завтра этот разговор продолжится, а пока вернулись к своим обязанностям. Директор вернулся в кабинет. Испугавшаяся Очако побежала раздавать заказы. За этой картиной наблюдал почти весь зал, в том числе и Изуку с Шото. После того, как все разбрелись по местам, в бар зашёл Бакуго, ведь здесь у него намечена встреча. А следом и Киришима, который хотел увидеть весёлую официантку. Блондин остановился, увидя, как с барменом уже разговаривают. Подойдя к ним ближе, раздражение набирало оборот, ведь он до последнего не хотел, чтобы эти двое познакомились. — Привет, Кацуки, — поднялся со своего места Шото, протянув руку для приветствия. — Привет, ошпаренный. Я же столик заказал, чего здесь ошиваешься? — грубо произнёс парень, крепко пожимая его ладонь, коротко взглянув на отвернувшегося зеленовласку. — Да вот скучно было, решил с Изуку поговорить, пока ждал тебя, — улыбка с лица пропала, и парень пошёл в сторону их столика. Бармен разглядывал стенку с алкоголем, лишь бы не встречаться взглядом с заместителем директора. Внезапно дверь бара открылась, и внутрь зашла злая блондинистая женщина, которая глазами кого-то искала. Найдя возле бара того, кто ей нужен, она быстро зашагала к нему. Из кабинета выбежал Масару Бакуго. — Вот ты где, малыш. Иди-ка сюда, — послышался угрожающий глас матери, которая уже была готова растерзать сына за непослушание. Женщина хотела схватить Кацуки за руку и отвезти переговорить, но Масару встал между ними и стал успокаивать жену, чтоб она ненароком не прибила сына. — Мицуки, ты чего завелась-то? — Этот паршивец не отвечает на звонки уже несколько дней. И ты считаешь это нормальным? — махала руками, пытаясь ухватить блондина за руку. — Я был занят, женщина! — Вечно ошиваешься в этом баре со всякими девками! Я скорее сдохну, чем дождусь твоей свадьбы! — Не кричи здесь! Всех распугаешь! — также в ответ ругался Кацуки. Мицуки выбралась из хватки мужа, треснула подзатыльник своему сыну и взяла его за ухо. Изуку наблюдал за этим невольно и переживал за блондина. Они продолжали ругаться, пока не заметили, как отец расстроился и опустил голову вниз. Два взрывных человечка остановились и взглянули на уже плачущего директора. Мать с сыном отцепились друг от друга и замерли. Все были в шоке от увиденного и ожидали дальнейшего развития события. Мицуки обняла мужа и ухватила сына за собой. Масару крепко обнял их и поцеловал обоих в макушки. Мидория смотрел за этим со стороны с грустной улыбкой, вспоминая своих родителей. Казалось, уже прошло достаточно времени, чтобы принять потерю, но всё равно эта утрата сильно ударила по его дальнейшей жизни. Горечь, печаль, тоска. И ничто не может избавить его от этой боли. Смотря на счастливую, хоть и громкую, семью Бакуго, на душе становилось немного завидно. — Не ссорьтесь, пожалуйста... — просил Масару, вытирая слезу. Часто, когда они ещё жили вместе, мать с сыном ругались, кричали друг на друга. А отец, видя такое, переживал и расстраивался каждый раз, ведь очень сильно любит их и не хочет, чтобы его родные ссорились. Бывало, что Кацуки даже сбегал из дома на зло вечно потакающей матери, лишь бы та успокоилась и не тюкала паренька, но, возвращаясь, все равно получал подзатыльник. — Прости нас, родной, — извинилась Мицуки, поцеловав мужа в щёку. — Прости, пап... Просто она... — не заметив, снова стал заводиться, но сразу же успокоился, опустив голову вниз. — Ладно, Кацу. Когда ты придёшь к нам в гости? — Да приду я, — взглянул украдкой на печального бармена и отвернулся обратно, — когда доделаю дела. Мама обратила внимание на зеленовласого, который протирал очередной бокал от нечего делать, и вновь обратилась к сыну: — Без глупостей. Женщина вышла из бара вместе с мужем. Все вернулись к своим делам. Бакуго подошёл к барному столу и, видя грустное личико бармена, окликнул его: — Позже поговорим, а пока улыбайся гостям. После этого указа, он отправился к Шото, который уже заждался его. Изуку бы с радостью отбросил всю печаль, но не получалось. Появился лишь ком в горле от накопившихся воспоминаний. Урарака, что стояла рядом, аккуратно дотронулась до плеча друга и сказала: — Ты какой-то странный... Что случилось? — Ничего, — натянув фальшивую улыбку, молвил он и принялся готовить заказы, — Тебя Киришима ждёт, обрати внимание на него, а то он во мне скоро дыру проделает. Рабочая смена подошла к концу. Все посетители уже ушли, осталось только привести рабочее место в порядок, и ты свободен. Бакуго как обычно сидел за барным столом и наблюдал за уборкой Изуку. Пока сидел, подумал о том, что за сегодня Мидория лишь пару раз взглянул на него, а также ни разу не заговорил с ним. Так ещё и это грустное выражение лица не давало покоя, хотелось всё разузнать. Изуку убрался и направился в раздевалку, а следом зашёл и любопытный блондин. Не смотря на лишнее присутствие, бармен начал переодеваться. Кацуки терпеливо ждал, в наглую разглядывая это манящее тело. Когда парень надел свою одежду и хотел уже выйти, красноглазый остановил его за руку и сказал: — Почему ты игнорируешь меня? — А ты будто не знаешь. Отпусти меня, я очень устал, — нехотя произнёс зеленовласый и попытался вырваться. — Тебя так сильно это задело? — Слушай, я с тобой переспал по твоей прихоти, при этом пожертвовав своими принципами. Так что тебе ещё надо, блять? — не выдержал, грубо высказался, схватившись за ворот пиджака блондина. — Я хочу начать всё заново. — Что заново? Ничего и не начиналось! — зеленоглазый пребывает в очередном ступоре. — Ну как же? Мы ведь друзья, которые просто немного повздорили. — Ага. Друзья переспали! Заебись... — Сначала друзья, а потом это перерастет в... — вместо продолжения фразы улыбнулся. Бакуго заключил Изуку в свои объятия, так как давненько хотел это сделать. Тепло. Лёгкий аромат адеколона, который приятно вдыхать. Медленные поглаживания по спине заставили успокоиться обозленного бармена. Он обнял красноглазого в ответ и вовсе размяк в его сильных руках. Кацуки почувствовал, как парень пальцами сжимает его рубашку. — Кажется, тебе нравится обниматься, — заметил Бакуго. — Знаешь, в тот вечер я хотел выслушать тебя, но ты в очередной раз вывел меня... — Я правда не хотел так высказываться в твой адрес. Просто тогда был тяжёлый день для меня. Не сказал бы, что сейчас лучше, но... Терпимо. — Ты можешь поделиться со мной, — в очередной раз робко произнёс он с желанием послушать его. Что-то все равно тянуло к этому назойливому парню. Бакуго отстранился и приятно удивился сказанным словам. Ведь буквально пару минут назад его и видеть не хотели. Объятия творят чудеса! Блондин схватил за руку Мидорию и потащил к выходу. — Куда мы? — встревоженно произнёс Изуку. — Отдыхать, ведь ты устал. Сегодня Бакуго приехал на своей машине, поэтому не пил спиртного. Они добрались до дома Мидории, по его решению. Как только пепеступили порог его квартиры, то Бакуго поднял парня, закинув себе на плечо, и отнёс в комнату, следом повалив на кровать и крепко обняв. — Твою ж... — выругался Изуку, в мыслях проклиная, что разрешил пойти к нему домой, ведь это может привести к уединению в тепленькой кроватке. Блондин уткнулся в его курчавые волосы, вдыхая их запах и после тяжёлого вздоха, вовсе растаял. Зеленоглазый напрягся, готовясь отбиваться от этих приставаний. Ему каждый раз неловко от крепких и в то же время ласковых объятий. На несколько секунд забывая о его плохих поступках. Их никто не видит, и можно немного расслабиться. Уже четвёртый час ночи, спать жутко хотелось. Мидория прижался ближе к большому "мишке", не теряя возможности побыть хоть немного нужным и любимым. Тишина. — Прости меня, пожалуйста, — раздался шёпот в тишине. — Сколько ещё ты собираешься просить прощения? — спросил Мидория, пальцами забираясь в блондинистые волосы. — До тех пор, пока меня прощают, — поцеловал в зелёную макушку. — Я ещё ни разу не прощал тебя... — Я обещаю исправиться. Дай мне шанс... — А для чего ты это всё делаешь? На пару секунд он задумался, прежде чем ответить, но ответ уже был в его голове. — Ты не поверишь, но мне очень спокойно рядом с тобой. Не знаю, почему меня тянет к тебе. Может, судьба? Изуку приподнялся, чтобы увидеть то выражение лица, с которым он это произнёс. Ведь такие слова кому попало не говорят. Бакуго смотрел в ответ с полной уверенностью сказанной речи насчёт своих чувств. Он не любит врать. Затем он положил ладонь на щеку зеленоглазого и нежно прошёлся ею. Блондин хотел поцеловать парня, но вовремя остановился, вспомнив его грустное личико в момент своей встречи с мамой. — Я не хочу, чтоб ты расстраивался, поэтому восполню пустоту в твоей душе, — каждое слово давалось ему трудно, ведь никогда и никому этого не говорил. И поддерживать он толком не умеет, но много раз видел, как это делали родители по отношению друг к другу. Их взаимопонимание, терпение, поддержка, помощь превосходят нынешнюю современную "любовь" настолько, что сейчас это стало нечто редким и недоступным каждому. В глубине души Бакуго хочет, чтобы и о нём позаботились, проявляли терпение, но, к несчастью, его взрывной характер не все выдерживают. Каждый раз, видя Изуку, напряжённые плечи опускались, брови расслаблялись, а по телу расходилось тепло. Мидория грустно улыбнулся и, опустив усталые веки, молвил: — Я... прощаю тебя. Очень надеюсь, что твои слова не пустой звук... — Я сделаю всё... Они смотрели друг на друга словно завороженные. Кацуки поддался вперёд, заманчиво притягивая лишь одним своим взором. Изуку придвинулся и, глядя на приоткрытые губы блондина, сглотнул накопившуюся слюну. Всё ближе и ближе. Расстояние между ними сокращалось. Сердце билось в один быстрый такт у обоих, заставляя внутри всё трепетать. Мидория с первой их встречи считает Бакуго красивым и отвращения к нему не испытывает. А когда такой прекрасный внешне человек ещё говорит, что сделает всё возможное, то, конечно, хочется поверить, не смотря на то, что они одного пола. Тишина. Слышен лишь шум автомобилей. Кацуки сомкнул руки в замок на шее Изуку и робко, словно спрашивая разрешения, поцеловал его. Зеленовласка одной рукой зарылся в блондинистые волосы, а второй ласково водил ладонью вдоль шеи и груди. Изуку отдался моменту и прикрыл глаза. Опрокинув зеленоглазого на кровать, он навис сверху, не разрывая поцелуй. Страсть накалялась, что один из них уже не мог сдерживаться. Напор в труселях уже стоял колом, прося большего, чем просто поцелуи. Вовремя остановившись, Мидория упёрся ладонями в грудь красноглазого. Оба жадно вдыхали воздух и глядели друг на друга затуманенными глазками. Кацуки гладил большим пальцем его покрасневшую щеку и хотел вновь почувствовать вкус манящих губ, но Изуку прижался к груди Бакуго, обхватив спину руками. — Что мы... делаем? Это не нормально... — Не нормально убивать, а вот любить... нам никто не запретит. Изу слышал, как мать Бакуго ругалась по поводу того, что Кацу холостой до сих пор, поэтому и зацепился за это. — Я могу остаться сегодня с тобой? — шепнул на ухо светловолосый. — М-можешь... Только без приставаний, — также тихо произнёс уставший паренёк. Светловолосый чмокнул его в макушку и поднялся, после чего отправился в туалет, ведь сексуальное желание никто не подавил. Придётся самому. Как только дверь в туалете закрылась, Изуку облегчённо выдохнул, сел на кровать и положил руку на сердце, что так часто билось. "Почему я так переживаю? Почему он вообще встал? Неужели из-за этого поцелуя? " — думал Изуку, взглянув вниз на выпирающий под брюками бугорок. Он лег на спину и уставился в потолок, попутно успокаивая сердцебиение. Спустя пару минут вернулся уставший Бакуго и устроился рядышком, притягивая зеленоглазого к себе. Так они и уснули.