Ещё бокальчик

— Как... прошёл день на работе? — Довольно хорошо. А ты, что делал весь день? — поинтересовался Бакуго, аккуратно взяв Изуку за запястье. Мидория остановился и взглянул на то, как блондин сплетает их пальцы. Внутри что-то запархало, заставляя сердце стучать быстрее. Чувствовать всё это настолько приятно, что хочется ощущать это тепло каждый день. Бакуго заметил растерянный взгляд парня и отпустил его, чтобы не смущать. — Я сегодня отдыхал. Уборку решил на завтра оставить. — Всё для меня стараешься? Тогда приду к тебе в гости, — усмехаясь, говорил Бакуго, продолжив путь. — Я просто люблю чистоту. Приходи только со своей едой. Бакуго рассмеялся и приобнял Изуку за плечи, сказав: — Хорошо, продукты с меня, а готовка с тебя. Парни шли неспеша в сторону парка. Общались о многом: о работе, о хобби, о планах на будущее и так далее. Сидели в парке на лавочке, обсуждая дальнейшие планы на прогулку. Поздний вечер проходил незаметно. Вокруг почти не было людей. И только горящие фонари составляли им компанию. Вот на часах уже одиннадцать. Спокойствие. Тёплый августовский ветерок обвалакивал тело. Такое лёгкое и весёлое общение с Кацуки заставляло забыться и прочувствовать этот момент, запечатлив его в памяти. — Знаешь, я не думал долго гулять с тобой. Ты ведь устал, а я тебя сразу после работы потащил... — виновато произнес Изуку, опустив голову вниз. — Я рад, что мы вот так сидим и разговариваем. Ты можешь в любой момент звонить мне и звать, куда угодно. — Всё же прости меня... — Ого, теперь ты просишь прощения, — коварно проговорил блондин, но увидя задумчивое лицо, он продолжил, — Конечно, я прощаю тебя. На такое не обижаются. После этого не долгого пребывания в парке, как глупо, но юноши отправились обратно в автосервис, чтобы оттуда уехать на машине Бакуго в круглосуточный магазин. Приехав туда, они удивились большому количеству людей и пошли искать нужные продукты, попутно собирая их в тележку. Как и сказал Бакуго, он за всё платит, поэтому Изуку решил разгуляться и накидывал разных сладостей, фруктов, овощей, а Бакуго на это лишь с добротой наблюдал, толкая тележку. — Телефон выпадет из кармана, — предупредил Кацуки, проходя мимо парня в сторону холодильника с энергетиками. Зеленоглазый лишь цыкнул и закатил глаза. После этого он захотел взять ещё и мороженого, поэтому наклонился к холодильнику, чтобы найти свое любимое: фруктовый лёд. Он перебирал довольно долго, что аж руки заледенели. В итоге забросил это дело и слегка раздраженный вернулся к блондину. — Всё, пойдём на кассу, — грубым голосом молвил Бакуго, толкая юношу в очередь. Дабы согреть свои руки, Изуку сунул их в карманы, а спустя пару секунд он осознал нечто страшное. — Блять... Телефон! Где же он... — начал паниковать, прощупывая много раз карманы. Оглядывается по сторонам. Взгляд метался из стороны в сторону в попытках найти вора. Бакуго, облокотившись на ручку тележки, сохранял спокойствие. — Отдавай, э-это уже не смешно... — грозно посмотрел на блондина, схватив того за локоть, бросив обвинения на него. — У меня его нет. Хочешь — прощупай меня полностью. — Сейчас не до шуток! — лопнуло терпение зеленовласого. — Я найду твой телефон, если взамен ты меня поцелуешь и каждый раз будешь называть меня ласково, — спокойно и уверенно говорил Кацуки, посмотрев в сторону выхода из магазина. — Качаном капусты! — Да хоть так. Мне это прозвище кое о чем напоминает, — продолжил шутить, сделав "чмок" губами. — Хах, да где ты его найдёшь? — продолжал паниковать и складывать продукты на кассу. — Думай быстрее. — Л-ладно... — смирился с условиями их странного договора, пожав ему руку. Бакуго победно ухмыльнулся и побежал на выход, чем удивил своего переживающего друга. Он догнал того мужчину и приказал вернуть украденную вещь по-хорошему, но так быстро на согласие он не пошёл, говоря, что ничего не брал. Как только светловолосый замахнулся для удара, то мужчина сразу же достал из сумки телефон и вернул, после чего несколько раз извинился. Мидория весь разнервничался, что в плитке, по которой он стучал ногой, скоро появится трещина. Он складывал продукты в пакеты, и Кацуки успел как раз к моменту оплаты. Во взгляде читались строки надежды на лучший исход. Бакуго взял один пакет, а второй схватил Изуку. Они вышли из магазина и направились к машине. Положив продукты на задние сиденья, блондин покрутил найденным телефоном прямо перед лицом переживающего парня. — Как... Где ты нашёл его? — Всё-таки пригодилось то, что я так часто заглядываюсь на твой зад, — ухмылка не сползала с его наглого лица. — То есть, ты знал и мне не сказал?! — на повышенном тоне высказал в ответ. — Извини. — Но всё равно спасибо за то, что помог, — хотел уже выхватить своё добро, но не тут то было. — Не-а. Сначала поцелуй, — красноглазый сразу выставил условие. Изуку посмотрел по сторонам, следом быстро чмокнул его в щёчку и, пока никто не видит, выхватил телефон из рук. — Эй! Не так... — обиженно произнёс Бакуго, скрестив руки на груди. Изуку нахмурил брови, секундное раздумие и... Их губы соприкасаются, оставляя горячий след. — Спасибо... Каччан, — робко и хрипло прозвучало с его уст, но он искренне благодарен за то, что ему помогли. Зеленоглазый парень сел на переднее сиденье и прижал руку с телефоном к груди, где так часто постукивало сердечко. То ли от радости за найденное, то ли от необычных трепещущих чувств. Кацуки гордо заулыбался, потерев ладони друг о друга, в предвкушении дальнейшего развития событий. Он вспомнил, как услышал это случайное сладко стонущее прозвище в первый раз, что хочется его слушать от него при каждом обращении. Такая, на вид, нелепая мелочь, но сколько в ней заложено интима и страсти. Знают лишь двое. Бакуго, как довольный котяра, плюхнулся за руль и взглянул на Мидорию, что закрыл ладонями глаза. — Конечно, хотелось бы поглубже поцелуй, но пока и этого достаточно, — молвил парень, постучал легонько по плечу пострадавшего. Парни молча ехали до дома Изуку. Бакуго за сегодняшний день очень устал, но не показывал этого своему другу, что сделал первый шаг навстречу. Блондин хотел провести побольше времени вместе. Он отвёз парня, помог ему донести пакет и отправился к себе отсыпаться. Этот вечер доставил столько положительных эмоций и чувств, что хочется повторить. Четверг. Кацуки проснулся позже обычного, так как пропустил будильник. Чувствовал легкую усталость и головную боль. На улице была тёплая погодка, но он оделся потеплее, потому что его как-то трясло. Бакуго понял, что заболевает. Вообще он очень редко болеет, а вот вчера, видно, что-то подхватил. Должного лечения он никогда себе не оказывал, считал это лишним. Может, это какой-то отдельный странный вид закаливания? Что за бред. Его максимумом являлось — поваляться дома в кровати и через пару дней уже быть на ногах, как ни в чем не бывало. Сегодня парень пришёл поздно, пропустив два часа работы. Так как он главный, то может и прийти попозже, ведь работников там хватает. Настроение держалось лишь на шутках Киришимы и воспоминаниях о прошедшем вечере. Рабочий день протекал медленно и спокойно, что очень нервировало блондина. Во вторую половину он просидел в кабинете один. Его в один миг словно окутала пелена грусти. Эту сторону себя он никому не показывал, считая это слабостью. Кацуки провёл оставшиеся рабочие часы в раздумиях. Думал обо всём: о беззаботном прошлом с кучей друзей; о родителях, с которыми нужно менять отношения; о планах на будущее; о милом юноше, что работает в его баре. Каждый раз, как он болеет, то в голову лезут печальные мысли. Раздражает. Это заставляет чувствовать себя маленьким мальчиком, тоскующим по родному дому. В порыве этих дум, Кацуки позвонил отцу, чему второй очень удивился. Они поговорили совсем немного, но для отца было приятно услышать голос родного сына. Эйджиро переживал за друга, потому позвонил Урараке, чтобы та попросила Изуку прийти и навестить Бакуго, а то из щелей кабинета выплескивается аура грусти. Он сам пытался как-то взбодрить товарища, но в этот раз не получилось. Больной потребовал покой. Мидория убирался в квартирке: мыл полы, посуду, закинул вещи в стирку, протирал полки. Затем приготовил два салата и пирог. Сегодня он хотел пригласить Кацуки к себе домой на ужин после его работы. Его подготовку к вечеру прервал телефонный звонок. Урарака передала нужную информацию и отключилась. После этого парень оставил свои дела, оделся и вышел на улицу, перед этим вызвав такси. Стук в дверь. — Я же сказал тебе, что не хочу есть! Отъебись! — послышалось за ней. Изуку вздрогнул от грозного баса и заглянул внутрь, посмотрел на хмурого Бакуго, что развалился на стуле. Увидя зеленоглазого, он опешил и резко вскочил. — А... Что ты тут делаешь? — удивлённо спросил Кацуки. — Что? Уже не рад меня видеть? — подшутил над ним. — Ха, конечно, рад. — Ты какой-то бледный... — подошёл и положил ладонь на лоб, — Да у тебя жар, — положил пальцы на шею, убедиться, что действительно, горячо. — Всё нормально у меня, — ответил, схватив его ладонь и прижав её к своей груди в область сердца. — Каччан, ты заболел. Пойдём, я такси вызову, — смутился от данного жеста. — А как же наш ужин? — шепнул блондин, наклоняясь к личику парня. — Ужин подождёт ещё пару дней. Пойдём, — вырвался и пошёл к двери. — А я хочу сейчас, — показывал капризы, лишь бы напроситься в гости. — Чего ты как маленький ребёнок? Бакуго подкрался к нему со спины и прижал к себе, крепко обнимая за талию своими сильными руками. Изуку раскраснелся словно девица от неожиданной нежности со стороны взрывного парня. Зеленоглазый положил свои ладони поверх его предплечья и слегка откинул голову назад. Взгляды соприкоснулись на пару секунд, после чего блондин уткнулся ему в шею и оставил лёгкий поцелуй. Чувство пархания в животе заставило спустить сдерживающий стон. — Каччан, перестань, — пытался отцепиться из объятий. — Скажи ещё раз. Мне так это нравится. — Уймись! Опять ты начинаешь!? — ругался Мидория, выбравшись из пут. — Ну прости, ничего не могу с собой поделать. — Ладно, поехали ко мне. Буду тебя лечить, — согласился Мидория, ущипнув того за руку. Парни ехали до дома на такси. Пока добирались, Бакуго стал чувствовать сильную усталость и жар в теле. Хотелось лишь спать. От бессилия он положил голову на плечо Мидории и прикрыл тяжёлые веки. Изуку понял, что ему плохо, но сделать ничего пока не может. Лишь взял его ладонь, нежно поглаживая большим пальцем. После этого Мидория шепнул на ухо короткое: "Мы почти приехали". Они поднялись на нужный этаж, после чего зеленовласка впустил больного в квартиру, а тот тяжко направился к кровати и плюхнулся на неё. — Я скоро приду! — крикнул Изуку из прихожей, собираясь отойти в аптеку за нужными лекарствами. Спустя десять минут зеленоглазый вернулся и поспешил к блондину, что лежал, уткнувшись лицом в подушку. Изуку сел рядом, аккуратно шлепнув по плечу больного. — Кацуки... перевернись, — в ответ лишь слышно тяжёлое дыхание, — Каччан, нужно померить температуру и выпить таблетку... Бакуго лениво приподнялся и принял сидячее положение на кровати, сразу сняв с себя кофту, оставшись в одной чёрной майке. Изуку сунул градусник ему подмышку, а сам пошёл за салатом, который переложил в тарелочку, и таблетками с водой. — Нужно таблетку выпить после еды... Прости, горячее приготовить не успел, так что съешь хотя бы салат с грибами, — он протянул ему тарелку, а затем вытащил градусник. Неодобрительный взгляд означал лишь то, что температура 37,8°. Кацуки молча и с интересом наблюдал за действиями друга, думая о том, что о нем в последний раз так заботилась мама. Он взял тарелку и сказал: — Спасибо, Изу... И стал есть. — Да не за что, Каччан, — с улыбкой на лице молвил наш зеленоглазый. Затем он вскочил и пошёл в ванную, намочил тряпочку холодной водой и понёс в комнату, чтобы потом сделать водный компрес ему на лоб. Бакуго быстро доел то, что ему приготовили, затем выпил таблетку и лёг на кровать, после чего тому влепили на лоб тряпку, аккуратно придерживая её рукой. Изуку делал всё осторожно и искренне, надеясь на скорейшее выздоровление. После чего сел рядышком, устремив взор на руку, которую вскоре стал гладить своей тёплой ладонью. Трепетало сердце внутри, распространяя приятное тепло по телу. Всё это показывало доброту, которую источал Изуку своими действиями. Блондин смотрел в ответ со спокойным выражением лица, чувствуя заботу. Всем всегда было что-то нужно от него. Но не ему. Эти чистые изумрудные глаза наполнены искренностью, которыми Кацуки готов любоваться всегда. Изуку заметил на себе пристальный взгляд и вопросительно посмотрел в ответ. — Неужели правда бывают такие замечательные люди помимо моих родителей? — риторически спросил блондин. — Ты сейчас обо мне говоришь? — Ну не о себе же. Я — наглый извращенец, который не достоин познать любовь. Единственные, кто достоин — это мои мама с папой. Они так счастливы... понимают друг друга с полуслова, поддерживают и такого, как я, любят... — Думаешь, любовь нужно заслужить? — спросил зеленоглазый, плюхнувшись рядом на кровати. — А как ещё? — Знаешь, при первом нашем знакомстве я подумал, что ты ужасный человек, который только о себе и думает. Но почему-то сейчас мне так не кажется. Ты хороший, Каччан... Я не замечательный, как ты говоришь. Просто я почувствовал себя нужным. Вот и поддался твоему напору. Я хочу... Вернее, друзья же заботятся друг о друге? Вот и я хочу заботиться о тебе... — Друзья? Я не хочу с тобой дружить, Изуку... Мидория испуганно взглянул на парня, который уже смотрел в ответ, взяв его ладонь в свою, крепко её сжимая. — Я... Почему-то ты не выходишь у меня из головы. В мыслях часто всплывает твой светлый образ, который заставляет радоваться и приходить в бар, лишь бы просто увидеть доброго парня. Я... хочу любить тебя, Изуку. Искренний монолог Бакуго тронул до глубины души. Руки сами потянулись к нему, прижимаясь ближе, не боясь заболеть. Бакуго обнял юношу крепче, вдыхая приятный запах его волос, запуская в них свою ладонь. — Не думал, что ты можешь сказать столько милых слов. Любовь не нужно заслуживать. Если ты считаешь, что нашёл своего человека, то будь с ним... Я... буду рядом, Каччан. — Можно я останусь сегодня у тебя? — Можно. Думаю, нам надо лечь спать. Мидория поднялся с кровати, отнёс тарелку на кухню, оставив её немытую в раковине, и вернулся, выключив свет в комнате. Он укрыл себя с Кацуки одеялом, после чего тот нежно обнял Изуку за талию, притягивая к себе. А Мидория умиротворенно гладил блондина по спинке, постепенно успокаивая и настраивая на сон. — Спасибо за сегодня, Изуку. — Ты всегда такой откровенный, когда болеешь, Каччан? — шутил зеленоглазый, в ответ услышав короткий смешок, — Завтра уже будешь чувствовать себя лучше.