Нежность к раненому зверю

Возможно, вам, дорогой читатель, приходилось встречать людей, которые идут по своей дороге легко. Нет, это вовсе не значит, что у них совсем не бывает проблем или препятствий. Скорее это об их отношении к жизни. Плюс немного банального, но не такого уж частого везения. Чон Чонгук был именно из таких людей. Жизнь была к нему добра, а судьба благосклонна. Да и сам он отличался позитивным отношением к жизни и старался смотреть на проблемы с оптимизмом. У Чонгука была дружная семья, он был младшим из трёх детей. У него также были старший брат, Чонхёк, и старшая сестра, Ыну. Родители никого ни любовью, ни вниманием не обделяли и были одной из тех пар, что пронесли чувства друг к другу через годы. В следствии здоровых отношений и благоприятной атмосферы в семье у Чонгука была хорошая самооценка. Его начинания одобрялись, ошибки не порицались, а достижения были всегда замечены. Можно сказать, что, в общем и целом, Чон был обычным парнем. Учился хорошо, но звёзд с неба не хватал. Увлекался обычными для подростков занятиями: футболом, музыкой, компьютерными играми. Где-то в том же раннем подростковом возрасте Чонгук и решил, что свяжет с компьютерами свою будущую карьеру. Через несколько лет он выучился на специалиста по информационным технологиям. Единственное, что отличало Чонгука от большинства и делало его не совсем обычным, было то, что он достаточно рано понял, что девушки его интересуют только как подруги, а не как объекты романтического интереса и сексуального влечения. Чонгук осознал и принял себя довольно легко и, к счастью, его семья также не стала делать из этого проблему. Чон был достаточно умён, чтобы не афишировать это каждому встречному, а в его кругу общения это не было чем-то зазорным. Уже в школе у Чонгука были первые серьёзные отношения, естественно, с парнем. Всё произошло органично и как бы само собой. Расстались они также тихо и без проблем, — каждый пошёл в свою сторону. Мингю уехал в США, чтобы продолжить там учёбу, а Чонгук поступил в Сеульский Политехнический Университет. На втором и третьем курсе Чонгук встречался и какое-то время жил с парнем немногим младше себя по имени Джусон. Никто никому не разбивал сердце, просто отношения изжили себя, Чонгук почувствовал, что «вырос» из них. И, наконец, на последнем курсе университета у него были ещё одни отношения, которые закончились буквально полгода назад. У Чонгука всё ещё было открытое сердце, в котором было много любви, нерастраченной нежности и желания заботиться. Ему было двадцать пять, ещё буквально пару лет назад он был студентом. Теперь же он работал и вёл самостоятельную жизнь. Ситуация, в которой оказался Чонгук, его не слишком-то смущала. Да, не слишком-то приятно застрять в чужом доме вдали от своего города, но что поделаешь? Его не гонят, он не голодает и над головой есть крыша. По меркам Чонгука это уже можно охарактеризовать как «повезло». Впрочем, совесть младшего немного мучает, а потому сразу после завтрака Чонгук предлагает: — Давайте я помою посуду, Тэхён щи, и уберусь? Я не имею в виду, что у вас грязно, но уборка ведь никогда не помешает. И мне было бы хотелось купить что-то из продуктов и приготовить для вас… для нас, если вы не против. Я просто так буду чувствовать себя спокойнее, да и будет, чем заняться. Тэхён не отказывается. Он может справиться с работой по дому и сам, да и прокормить Чонгука он тоже может, даже если тот тут проживёт месяц. Но поскольку тот подчеркнул, что ему так будет комфортнее, Ким показывает, где у него находится пылесос и рассказывает, как дойти до местного магазина. Как раз тогда, когда Чонгук уходит в магазин, к Киму заглядывает Союн. — Здравствуй, Тэхёни, — говорит она после того, как Тэхён впускает её в дом вместе с небольшим вихрем из снежинок. — Доброе утро, — кланяется Тэхён. — У твоего дома второй день стоит машина… — начинает Союн. — Не твоя, ведь? Соседка прекрасно знает, что не его. Поддержанный серый автомобиль Кима явно не может быть принят за новый чёрный, к тому же, представительского класса. Тэхён уже успел изучить Союн: она любопытна, но в лоб не спросит, будет намекать, ходить кругами, пока Тэхён сам всё не расскажет. Аджума наклоняется, чтобы погладить Тани, который вьётся у её ног. — Чайку? — предлагает Тэхён. — Я не надолго. Всё ещё метёт, валит прям, — соседка посматривает на него испытующе, и Ким сдаётся. — Это машина случайного гостя. Его зовут Чонгук. Застрял, а техпомощь приехать не смогла. Автобус тоже не ходит. — Ещё бы… какой автобус в такую погоду! И где он? — Союн вытягивает шею и пытается заглянуть в комнату, предварительно понизив голос, — вдруг незнакомец услышит. — В магазин пошёл. — Он что же, ночевал у тебя? Тэхён разводит руками, мол, а куда мне его было деть, выгнать? — Будь осторожнее, сынок. Союн ещё немного потопталась у двери. Тэхён сообразил, — она приходила просто разведать обстановку. — Пойду. Тоже до магазина дойти надо. Как назло, рис закончился. Вот уж чего-чего, а риса-то у меня всегда мешок стоит. Прошлой зимой покупала двадцать пять кило. Сын тогда помогал нести. И вот как раз кончился. Прямо-таки вчера. Аджума немного суетится, как обычно. Тэхён уже привык. За несколько лет, что мужчина живёт здесь и общается с соседкой, он успел привыкнуть ко всем её особенностям. Когда соседка уходит, Тэхён провожает её. Кима снова обдаёт холодом с улицы, он думает о том, что надо бы поставить чайник. Чонгук придёт с мороза, — ему нужно будет согреться. А, значит, горячий чай или кофе будут как раз кстати. Чонгук приходит с большим пакетом продуктов, и с его приходом в доме становится намного оживлённее. Он выгружает продукты, делает чай себе и Тэхёну и постоянно болтает. Он говорит что-то, словно заполняет собой фон, как радио или музыка, и это некоторым образом действует успокаивающе. — У вас здесь такой большой выбор мороженого, я не ожидал! Тут даже есть моё любимое кукурузное, а оно продаётся далеко не везде! Странно ли это, что я ем мороженое зимой? Знаю, что да, но ничего не могу с этим поделать. Там так метёт! — Чонгук выделяет голосом слово «так», — Но не могу сказать, что холодно. Скорее, очень ветрено. Я купил мяса и курицу, а ещё овощи. И на всякий случай взял несколько упаковок рамена. Рамен никогда не бывает лишним в хозяйстве. Это простая истина открылась мне, когда я начал жить самостоятельно. Чонгук посмеивается. У него приятный голос и приятный смех. Тэхён почему-то думает, что тот мог бы неплохо петь. Тэхён тоже любит петь. Для себя и для Тани. Ким отпивает чай из своей чашки и краем глаза смотрит в окно. Всё ещё стена снега, всё ещё беспросветно, а потому гирлянда, которую он зажёг на кухне, очень даже уместна, несмотря на то, что время ещё только клонится к обеду. Тэхёну нравится мягкий свет. От гирлянд, от ночника, от свечей. Он купил несколько гирлянд и теперь в каждой комнате есть по одной, а в гостиной аж две. — Я сейчас приберусь, а потом начну готовить обед. Вы больше свинину предпочитаете или курицу? Как насчёт пибимпапа? У меня хорошо получается. Мама научила хитрости. Там нужно под конец… ой, вам, наверное, неинтересно. Я слишком много болтаю? Тэхён отрицательно машет головой. Чонгук забавный. Словно из другого мира. Ким представляет себе его моложавых родителей, беззаботную студенческую жизнь… или он уже не студент? Впрочем, это не так уж и важно. Молодой здоровый жизнерадостный парень. Полон сил и надежд на будущее. Ким вспоминает себя в его возрасте. Он тоже был таким. Может быть, чуть менее болтливым, но определённо живым и энергичным. Тот Тэхён и думать не мог, что в тридцать шесть его жизнь фактически закончится. Ким надеется, что Чонгука ждёт иная участь: жена, семья, дети, карьерный рост. Тэхён ничего о Чонгуке не знает, да и знать не хочет, желает скорее отстранённо, будто наблюдает за парнем издалека, как если бы тот был героем фильма или книги. Чонгук комментирует все свои действия и задаёт вопросы, на которые сам же и отвечает. — Я протру пыль, мне бы тряпку… вот эту возьму, ладно? — младший берёт тряпку одновременно с одобрительным кивком головы Кима. — А потом пропылесосю… пропылесошу. как это говорится?! В общем, буду пылесосить! Чонгук шутит и сам же смеётся. Определённо очень живой парень. Активный. Скорее всего, не представляет собой опасности, даже кажется немного наивным и простоватым. Тэхёну нравятся такие люди. Те, которые не осложняют, не прячут камни за пазухой, не скрытные. Полностью на поверхности. Хосок тоже такой же. Что на уме, то и на языке. Сам Тэхён другой. Он теперь многое скрывает. Приходится. Он бы определённо не хотел, чтобы его расспрашивали о ранении и о том бое, — ему всё ещё тяжело вспоминать. Но самое главное это напоминание о его неполноценности. Хосок, впрочем, знает. Тэхён ему сказал. — Хорошего мало, — честно отреагировал друг, почёсывая затылок, — но, знаешь, не конец света. Ты не прикован к постели или инвалидной коляске, можешь о себе позаботиться и ни от кого не зависишь. Уже плюс, согласись. Тэхён тогда соглашается. И это действительно так. По сравнению с теми, кто погиб или потерял конечности, а на его памяти таковые тоже были, в том числе, и из их гарнизона, ему, конечно, повезло. Но всё же сравнивать свои несчастья с чужими это одно, а другое это постоянно жить с этим. — Так, я пропылесосил, — докладывает гость, — сейчас помою руки и буду готовить. Эноке замочил уже. Надо сначала мясо поставить, а потом овощами займусь. Тэхён читает в гостиной. Обычное его занятие, — сидеть в кресле с книгой. Иногда вытянув ноги на невысоком стуле, который он ставит перед креслом, как сейчас. Обычно Тани всегда пользуется ситуацией и устраивается на его коленях. Чонгук включает музыку, видимо, на своём телефоне и негромко подпевает. Тэхён был прав в своей догадке: поёт Чонгук действительно хорошо, душевно. Скоро из кухни до гостиной начинают долетать аппетитные запахи. Чонгук определённо умеет хорошо готовить. Тэхён тоже научился. Как раз с переездом сюда. Так уж вышло, что раньше этот навык ему приобрести не удавалось. В отчем доме готовила мама, потом в военной академии был кафетерий с льготными ценами, а позже в армии столовая, где повар готовил на всех, — и на солдат, и на офицеров. Какие-то базовые блюда Тэхён приготовить, конечно, мог, всё-таки у него была кухонька в его квартире в гарнизоне, но по-настоящему он научился готовить лишь после развода и после того, как перебрался сюда. Дело, в целом, нехитрое. И даже здесь, в глуши, есть Интернет и можно смотреть ролики на Ютуб с советами по готовке и рецептами. Чему-то его научила Союн, где-то он подсмотрел у матери. В общем, научился. — Тэхён щи, всё готово, — Чонгук выходит в гостиную, на ходу вытирая руки о кухонное полотенце. — Прошу к столу. Чонгук улыбается широкой улыбкой, и Тэхён улыбается в ответ. Он встаёт с места, как вдруг в ногу что-то вступает и больно колет. Старший теряет равновесие и падает, сбив стул.