Волшебники, звери и прочие неприятности

      «Не обращать внимания» стало её девизом, спасительной мантрой в этот день. И, Гермиона не обманывала себя, — на много-много дней вперед. Никаких новых происшествий не случилось, рутинная работа выполнялась в обычном режиме, Хагрид прислал с совой записку о том, что устроил гиппогрифиху с детенышем на новом месте и уже дал им имена. И, казалось бы, дела идут хорошо — вот только она замечала, как мгновенно стихли разговоры в кабинете, куда она пришла на совещание глав отделов. Как все эти взрослые, загруженные работой и решающие серьезные вопросы люди перешептывались и переглядывались, будто они школьники и им по тринадцать лет. Пересуды долетали до неё обрывками слов, шепотами, взглядами — везде и всюду. Когда она шла через атриум, когда ехала в лифте на другой этаж, когда зашла в кафетерий, чтобы купить себе сэндвич… Горло перехватывало обидой, но Гермиона лишь выше поднимала голову — ей нечего было стыдиться, кто бы что ни говорил и ни думал.       Все это было неприятно, но с каждым часом, с каждым новым эпизодом постепенно приходило понимание, что все это можно пережить. Как плохую погоду или неудобные туфли — да, мокро, холодно, жмет, давит, но вполне терпимо. И рано или поздно закончится. Гораздо более неприятным, почти болезенным, оказалось осознание, что человек, который очевидно был в неё влюблен, человек, который не раз рисковал жизнью ради неё и не раз спасал, испугался — вот этого. Отказался от своих чувств, не дал им ни единого шанса из-за того, что едва ли значило больше, чем плохая погода. Чертов лицемер, который сам расстался с невестой несмотря на то, что между ними все очень даже было, в отличие от неё и Рона, испугался паршивых злых языков!.. И ведь никто не выкрикивал ей оскорблений в лицо, не швырял камнями, не клеймил и не показывал пальцами. Она просто была поводом для свежих сплетен — только и всего. Пройдет день, два, неделя — и об этом забудут, точно так же, как давно уже забыли, о чем сплетничали еще неделю назад. Получается, такая она, его любовь?.. Неспособная выдержать даже легкого прохладного ветерка?.. Что ж, в таком случае повезло, что ей не пришлось проходить испытания грозами.       Гермионе больно было думать о прошлом. Вспоминать, как они могли проводить время вместе, сражаться — вместе, искать ответы на загадки — вместе. Из них могла бы получиться замечательная команда; они были похожи. Похожи во многом, но, увы, не во всем. И эти различия оказались непреодолимы. Между ними стояло то, что Гермиона не могла и ни за что не стала бы менять. Происхождение, воспитание, принципы. Они из разных миров — и ни разу он не позволил об этом забыть. Ни ей, ни себе самому. Как можно одновременно притягивать и отвергать?.. Но, видимо, можно. У Драко Малфоя это прекрасно получалось.       Что ж; видимо, пришла пора перевернуть и эту страницу. Толком не открытую, почти непрочитанную — но Малфой не был её историей. Её история еще ждала её впереди.       Вернувшись домой, Гермиона поужинала, вымыла за собой посуду, в очередной раз вспомнила о необходимости приобрести подходящий шкаф для одежды и прочих вещей — и в очередной раз отложила это на потом, по привычке сложив все вещи в верную бисерную сумочку. Сегодня ей не хотелось думать о таких простых вещах — хотя заверения мисс Фортескью, что договор на аренду она пересматривать не собирается, безусловно согрели ей душу. Однако горечь, весь день копившаяся на корне языка, давала о себе знать — и хотелось избавиться от неё, смыть, хотя бы на несколько минут забыть о том, кто она и во что превратила свою жизнь.       Тетрадь в зеленой обложке с золотистыми листьями все еще ждала её на столе, и Гермиона решила, что сегодня — самый подходящий день, чтобы попробовать что-нибудь в ней написать. Она не знала, кто ждал её по ту сторону. И, что самое главное — владелец или владелица второй тетради не знали, кто она.       Казалось бы, что сложного?..       Вот тетрадь. Вот ручка. Нет, лучше все-таки перо — волшебники не пользуются ручками, а разница на бумаге очень заметна — зачем же так сразу выдавать себя?.. Ей не обязательно говорить, кто она. Не обязательно даже подписываться настоящим именем. А если общение с человеком, у которого вторая тетрадь, чем-то не понравится — что ж, она может просто сжечь её, и дело с концом.       И вроде все было ясно и просто, но Гермиона все равно волновалась, будто перед экзаменом.       С чего бы начать?..       Сперва, конечно, следует поздороваться. Написать: «Добрый вечер»?.. А не слишком ли это официозно? Да и не факт, что её корреспондент прочтет сообщение сразу же. Может, увидит его только утром или вовсе днем, а там — «Добрый вечер!». Решит, что она дурочка какая-то, и даже отвечать не станет.       Тогда «Здравствуйте!»?.. Это неплохо, если вторая тетрадь находится у человека постарше. Но ведь продавец говорил, что их разбирали в основном школьники — а школьник точно не станет отвечать тому, кто напишет вот такое дурацкое «здравствуйте!». «Здравствуйте, дети, я Минерва МакГонагалл», ага. Нет уж, спасибо.       Наконец Гермиона взяла в руки перо, обмакнула его в чернильницу и аккуратно вывела посередине страницы:

Привет!

      Ну да, вот так просто. Простота — это же неплохо, правда? Как раз хорошо! Если она хочет с кем-то подружиться, усложнять ни к чему. Несколько минут она смотрела на страницу, чрезвычайно довольная собой. Но время шло, страница оставалась все такой же неизменно пустой, и это довольство потихоньку таяло. Она еще раз критически оглядела написанное. Добавила завитушку к первой букве, чуть четче выделила восклицательный знак.       Ответа не было.       Ну и ладно. Не сидит же человек над этой тетрадью, как дракон над сокровищем! Быть может, он просто занят. И ей тоже есть, чем заняться — можно, например, заварить чаю. Интересно, а как она узнает, что ответ пришел?.. Зачарованные ею протеевыми чарами галлеоны нагревались — но с тетрадью это было бы небезопасно. Так она ненароком и загореться может! Нет, наверняка создатели придумали что-то другое. Вот только что? Размышляя, Гермиона поставила кружку на стол. Пока чай остывает, она вполне успеет сбегать вниз в кафе за печеньем. Или какой-нибудь вкусной булочкой…       Ответ на интересовавший её вопрос она получила, едва переступив порог с пакетом еще теплой выпечки в руках. Оставленная на столе тетрадь испускала мягкий золотистый свет — это было так красиво и так… волшебно, что сердце забилось чуть чаще в предвкушении.

Привет.

      Вот так. С точкой в конце. Как-то не очень дружелюбно, разве нет? Нет, глупости — просто у человека, наверное, такая манера общения. Спокойная.       Сомнения ненадолго омрачили её радость. Ответили! Ей ответили! Так, теперь её очередь что-то написать. Нужно, наверное, спросить, с кем она вообще разговаривает? Или сначала представиться?..       Меня зовут…       Перо застыло над шероховатой поверхностью бумаги. Гермиона?.. Ну нет, в волшебном мире не так уж много Гермион. По правде говоря, ей ни разу не приходилось слышать ни об одной девушке, женщине или девочке с таким именем. Нет, настоящее имя стоит пока приберечь. Тогда как? Джин? Нет!       … Джейн. А тебя?       Гермиона в волнении закусила губу — но на этот раз ответа долго ждать не пришлось.       Джейн? Очень приятно, красивое имя. А я — Генри.       Генри! Значит, она начала переписку с парнем! Имя наверняка такое же выдуманное, как и у неё — но это и понятно, никто не станет вот так сразу раскрываться незнакомцу. Ген-ри. Это имя приятно ложилось на язык, словно круглая прохладная галька. Итак, они познакомились. А что дальше?..       К счастью, Генри вывел её из очередного затруднения. Листы вновь засветились, и на них одна за другой начали проявляться ровные, красивые буквы:       Прости за бестактный вопрос, но — сколько тебе лет?       Гермиона нахмурилась. Можно ведь найти интересного собеседника в любом человеке, независимо от возраста — разве нет?..       Это так важно?       А разве нет? Мы же не можем знать, кто находится по ту сторону тетради. Быть может, тебе одиннадцать, и ты только приехала в Хогвартс? Я бы не хотел отвлекать тебя от домашних заданий.       Гермиона представила, как она сидит в гостиной Гриффиндора и что-то пишет в тетради, старательно прикрывая её от однокурсников. Это было бы забавно — хотя, конечно, по сути Генри прав. Взрослый парень не должен вступать в переписку с маленькой девочкой — если, конечно, это и в самом деле взрослый парень.       Даю честное слово, что являюсь совершеннолетней и уже закончила школу. А что насчет тебя?       Мне тоже уже больше семнадцати. Гриффиндор или Пуффендуй?       Гермиона вспыхнула.       А почему выбор только из двух вариантов?       Ты написала «честное слово». Когтевранка выбрала бы более заумную формулировку, а слизеринка вообще не знакома с таким понятием. Так я прав?       А он наблюдателен, этот Генри! И не лишен остроумия.       Может, прав. А может, и нет. На самом деле я не готова пока обсуждать что-то настолько личное. Я ведь совсем тебя не знаю.       Справедливо. Как вообще тебе пришла в голову мысль переписываться с незнакомцем?       Если честно, я не планировала. Просто зашла в магазин, чтобы выбрать книгу на вечер, но они уже закрывались. Увидела коробки с тетрадями на прилавке — и решила попробовать. Почему бы и нет? Мне кажется, это интересный способ узнать что-то новое. И, может быть, найти друга. А тебе?       Примерно так же. Гулял по Косому переулку, зашел во «Флориш и Блоттс». Мне понравилась обложка. Красивое сочетание цветов.       Так тебе нравится зелёный? Или золотой?       Говорю же — сочетание. Это все равно, что ранняя осень. Когда все еще зеленое, но уже появляются первые желтые листья. И небо голубое, но уже немного выцветшее, и по-летнему тепло, но в воздухе появляется такой запах… Совершенно особенный. Люблю это время года.       Ты так красиво написал, что мне захотелось открыть окно и принюхаться.       Ну так сделай это!       Увы, там, где я живу, запаха осени не разобрать. Все заглушает аромат свежей выпечки.       О. Под эти запахи, должно быть, очень приятно просыпаться.       Не знаю. Наверное. Честно говоря, я как-то не обращала внимания. Но завтра обязательно попробую.       Поделишься впечатлениями?       Обязательно. Ведь это ты подал мне идею.       О, раз тебе по вкусу мои идеи, держи еще одну. Сейчас самое подходящее время, чтобы отправиться гулять в какой-нибудь парк. Бродить по дорожкам, шуршать опавшими листьями и дышать запахом осени.       Ты часто так делаешь?       Гораздо реже, чем мне бы того хотелось. Но это не значит, что совет плохой!       Что ты, я вовсе так не подумала! И, знаешь — я попробую. У меня никогда не было времени на такие прогулки и, признаться, я всегда считала их пустой тратой времени, но сейчас мне кажется, что в этом что-то есть.       На что же ты предпочитаешь тратить свое время?       Ну… книги? То есть, конечно, большую часть времени у меня занимала учеба, а теперь работа, но мне всегда было жаль, что на чтение книг остается не так уж много. Быть может, тебе знакомо это чувство, которое возникает, когда обводишь взглядом библиотеку. Полки, полки, бесконечные полки, и на каждой из них — книги, и целой жизни не хватит, чтобы прочесть их все. А ведь, пока ты будешь читать эти, обязательно напишут и издадут новые…       О да, это бесконечная гонка, прекрасно тебя понимаю. А какие именно книги ты любишь читать?..       Они переписывались несколько часов, и неохотно завершили беседу уже заполночь, договорившись непременно продолжить завтра. Гермиона отправлялась в постель с улыбкой. Гарри и Рон, конечно, замечательные друзья, но ей никогда и в голову не приходило говорить с ними о таких вещах — им они были попросту неинтересны. И казалось невероятным совпадением, просто немыслимой удачей, что вдруг ей встретился человек, готовый обсуждать с ней часами прочитанные книги, аромат осени, быстротечность времени — и для этого пришлось всего лишь купить глупую тетрадь для школьников…       На следующее утро Гермиона проснулась гораздо раньше обычного. За окном было тихо — только где-то вдали скрипели ставни открывающегося магазина. Она прикрыла глаза, вдохнула еще свежий, прохладный утренний воздух — и ощутила тот самый запах свежей выпечки, ванили, корицы и еще чего-то теплого, от чего рот наполнился слюной, а на языке появился знакомый вкус свежих, только что испеченных булочек со сливочным маслом. Гермиона рассмеялась от радости и поспешно выбралась из постели — ей срочно требовался завтрак. А потом… Потом, пожалуй, стоит проверить и вторую идею её нового знакомца, раз уж первая оказалась настолько удачной. После завтрака она отправится гулять в парк — благо, до начала рабочего дня оставалось еще больше двух часов.