Волшебники, звери и прочие неприятности

      Непреложный обет сработал!.. Драко лично скрепил обещания, которые оборотень давал Диггори, и с восторгом наблюдал, как огненные ленты оплетают их сцепленные запястья. Это действительно сработало — а значит, теперь можно убрать из их предложений пугающее всех этих чинуш до дрожи слово «Империус» и заменить Непреложным обетом. В этом не было никакой логики — Империус всего лишь заставлял бы их выполнять приказ, а Обет сразу карал смертью — но, если с их извращенной точки зрения это было более законно или более гуманно, то в добрый путь…       Задерживаться на работе Драко не стал, и, по правде сказать, бессовестно улизнул пораньше — все равно заметить это было некому, а тело настойчиво требовало хоть немного сна и отдыха. Желательно, в обнимку с Гермионой — потому что ему опять начинало казаться, что все случившееся этой ночью было всего лишь сном. Он должен вернуться домой, должен убедиться, что она там — и с ней все в порядке.       Гермиона и в самом деле была там. В полном порядке. Она спала в гостевой спальне, укрывшись зеленым пледом и разметав каштановые кудри по подушке — он не стал её будить. Рыжий нахал немедленно бросился ему под ноги с требовательным мявом, стоило Драко выйти из её спальни.       — Ты ведь голодный, точно. Извини, дружок.       Идти сейчас в Косой переулок за кормом для низзлов совершенно не хотелось — так что он просто вызвал домовика с кухни мэнора и попросил принести мелко нарезанного сырого мяса. Коты ведь едят мясо, верно?..       Как оказалось, коты очень даже едят мясо — и еще как едят!.. Слопав целую миску того, что могло бы стать великолепным тартаром из говядины, он довольно потянулся и куда-то ушел — Драко всей душой надеялся, что спать, а не метить углы его квартиры. Кстати, все-таки придется послать домовика в магазин — животному нужен туалет…       Разобравшись со всеми неотложными делами — и кто бы мог подумать еще вчера, что этим делом станет огромный рыжий наглый кот?! — Драко переоделся, перекусил, отнес в спальню Гермионы найденную в гостиной бисерную сумочку и, убедившись, что она все еще крепко спит, решил последовать её примеру. Она, конечно, скоро проснется — но подремать хотя бы часок сейчас казалось просто жизненно необходимым.

***

      — Хозяин Драко! Хозяин Драко, проснитесь!       Он с трудом разлепил веки, потер глаза и в недоумении уставился в темноту. Кто-то звал его? Или приснилось?.. В комнате было совсем темно — поздний вечер, а может, уже и ночь…       — Хозяин Драко! Тави нашел, нашел то, что вы велели найти!       Тави! Точно. Драко зажег свет.       — Сними мантию, я тебя не вижу, — попросил он.       Испуганно пискнув, домовик сдернул с себя мантию-невидимку — и Драко удивился тому, каким возбужденным выглядел эльф. Кончики ушей дрожали, рыльце подергивалось, а глаза казались раза в два больше, чем обычно — того и гляди выкатятся из орбит.       — Ты нашел? — замирая от волнения, спросил он.       — Да, хозяин! Но случилось... Случилось...       — Рассказывай.       И Тави рассказал. По мере того, как Драко слушал, его и самого начинало трясти от волнения. Неужели ему могло так повезти?! Неужели…       — Тави, немедленно отправляйся к Клаппу. Он ведь еще не возвращался, верно?       — Нет, хозяин… — испуганно пробормотал домовик.       — Отправляйся к нему и передай мой приказ. Или выполни сам — ты или он, мне все равно, кто, но сделайте это любой ценой. Как только тот человек, в чей дом послали Клаппа, вернется, пусть он сразу же, немедленно обыщет его карманы и заберет ту волшебную палочку — ты понял? Заберите и принесите мне, где бы я ни находился. Только ни в коем случае не прикасайтесь к ней голыми руками… Подожди.       Драко рванулся в гардеробную, быстро отыскал там две пары перчаток, уменьшил их до размеров лап домовика и протянул Тави.       — Это одежда, сэр, — дрожащим голосом проговорил домовик. — Тави не может взять, Тави не хочет…       Ну снова здравствуйте!.. Точь-в-точь то же самое они уже проходили с мантиями.       — Это не подарок, Тави, это не твое, — прорычал Драко, с трудом сдерживаясь. Нашел время устаривать сцены по таким пустякам! — Я даю тебе это на время, только для того, чтобы вы взяли палочку. Эти перчатки мои и остаются моими. Бери! Бери, это приказ!       Тави неуверенно протянул дрожащую ручку.       — А как быть с тем господином, сэр?.. Тави нашел ботинки, Тави может показать…       — Теперь я сам разберусь, спасибо. У него есть домовики?       – Нет, хозяин, в доме убирает и готовит еду женщина. Женщина приходит по утрам...       – Отлично. Отправляйся к Клаппу, живо! И постарайтесь не попасться, Мерлина ради!.. Даже если он вас заметит — плевать, хватайте палочку и возвращайтесь обратно, понятно?       — Тави все понял, Тави все сделает! — часто-часто закивал домовик и тут же исчез с характерным хлопком.       Драко вернулся в гардеробную, быстро переоделся, не забыв прихватить перчатки и для себя — еще не хватало оставить следы!.. Потянувшись к мантии-невидимке, он замер.       Сейчас у него их две — есть еще та, что одолжил ему Поттер. А в гостевой спальне спала Гермиона. Не должен ли он разбудить её, рассказать о том, что произошло — и взять её с собой? Это было бы честно, и ведь он не собирался больше ничего от неё скрывать. Но это… Это может оказаться слишком для неё. Слишком подло, слишком нечестно, нестерпимо тяжело для её совести. Если Гермиона потребует от него решить всё законным путем, потребует справедливости — он не сможет ей отказать. Но упустить такую возможность, потерять такую власть… Нет. Пусть спит — а он постарается вернуться так быстро, что она даже не заметит, что он уходил.       Завернувшись в мантию-невидимку, Драко собрал все необходимое, тщательно перебирая в уме список, чтобы ничего не забыть. Тихо выскользнул из квартиры — и тут же трансгрессировал.

***

      Гермиона проснулась и резко села в кровати, не понимая, где она находится и как тут оказалась.       И только потом вспомнила — она у Драко. У Драко Малфоя. Дома.       С ума она сошла, что ли?..       События прошедшего дня виделись смутно, словно через матовое, непрозрачное стекло — как будто были лишь сном или чьим-то воспоминанием; чьим-то — не её. Но большая комната с высокими потолками, огромная кровать, окна, закрытые тяжелыми плотными шторами, три двери — одна в ванную, вторая в гардеробную, третья — в общую часть квартиры, — не оставляли сомнений. И её — его — зеленый плед, и Глотик, мирно свернувшийся клубком у неё в ногах… все это было, было на самом деле. Её квартира сгорела в Адском пламени. Драко признался ей в любви — и в целом ворохе преступлений. И она согласилась… согласилась уйти с ним — да и не только на это.       Гермиона почувствовала, что голова снова идет кругом. Слишком много событий произошло всего за несколько часов, слишком много всего, что перевернуло её жизнь, поставило всё с ног на голову. И ей нужно время, чтобы уложить это в голове, чтобы принять и осмыслить. Бисерная сумочка лежала здесь же, на тумбочке — хотя она совсем не помнила, что принесла её сюда. Должно быть, Драко, когда вернулся с работы… Легкая улыбка сама собой тронула губы. Она достала из сумочки комплект чистой одежды и белья и отправилась в душ — необходимо было освежиться, чтобы согнать сонную одурь.       Вернувшись из ванной, Гермиона глянула на часы. Почти десять вечера!.. Вот это она поспала, конечно. Спать больше не хотелось, но голова была тяжелой, будто её набили ватой. Интересно, а где Драко? Он давно должен был вернуться. И вернулся — ведь кто-то же принес в спальню её сумочку! Она обошла всю квартиру — но ни в гостиной, ни в столовой, ни в кабинете, ни даже в кухне его не было. Быть может, вернулся и решил немного поспать?.. Ведь он всю ночь провел на ногах, а потом еще целый день в Министерстве… Гермиона знала, где находится его спальня — он не преминул ей об этом сообщить, лукаво поблескивая глазами, но тогда она проигнорировала явный намек. Да и теперь мысль о том, чтобы пойти к нему, в его спальню, вызывала у неё неловкость. Нет, если спит — то пусть спит. К чему его будить? Она и без того найдет, чем заняться.       Гермиона вернулась в кабинет. Его – её –подарки так и лежали на столе в груде разорванной упаковочной бумаги. До сих пор не укладывалось в голове, что он делал ей подарки — еще тогда, когда в этом не было никакого смысла. Просто лишь потому, что хотел оставить что-то на память об их приключениях, о них… Гермиона собрала упаковку и сложила её в корзину для бумаг — не без сожаления, ведь он так старался, выбирая всё это, а она теперь просто выбрасывает… Но разве не в этом предназначение упаковочной бумаги?.. Сложила книги в стопку, -- и тут заметила, что кое-чего не хватает. Её блузки. Она опять куда-то исчезла! Да что у него за наклонности такие — все время прибирать к рукам её вещи?!       Впрочем, по сравнению со всем остальным это была довольно безобидная слабость — и Гермиона махнула рукой на блузку. Она выбрала одну из книг — «Хоббита», она напоминала ей о детстве… Мерлин, она ведь так и не позвонила родителям! Нужно будет сделать это прямо с утра — или попросить Гарри их навестить, убедиться, что всё в порядке и они ничего не знают. Завтра… Всё это завтра — не стоит тревожить их на ночь глядя. А сейчас она взяла книгу, перешла в гостиную, выбрала самое мягкое и удобное кресло и, забравшись в него с ногами, погрузилась в чтение.       Гермиона успела прочесть почти половину книги, когда до её слуха донесся хлопок входной двери. Сердце глухо стукнуло, на мгновение замерло, а потом заколотилось часто-часто. Драко жил один, ведь так? Тогда кто мог прийти к нему на ночь глядя? Родители? Друзья? Но разве он не говорил, что квартира окружена надежной защитой, и в том числе — чарами сокрытия?!       Книга полетела на пол; древко волшебной палочки само легло в руку. Гермиона окинула быстрым взглядом гостиную в поисках укрытия: можно было бы спрятаться и посмотреть, кто пришел, но спинка дивана не выглядела надежным убежищем, а выйти из комнаты она уже не успевала: шаги стремительно приближались.       Она подняла палочку, готовая защищаться.       — Гермиона?..