эйфория (18+)

— твои родители случайно не рианна? а чё ты тогда shine bright like a diamond? — даня игриво смотрит на дашу, выгибая одну бровь.  — такое где-то уже было, — вдумчиво отвечает девушка. — бля, да, — кашин хмурится, вычеркивая одну строчку в блокноте. — чёт вообще нихуя не осталось. — парень обреченно смотрит на исчерканную страницу. — а ты не можешь… ну, просто сказать ему, что он тебе нравится? без всех этих дурацких подкатов, — даша включает чайник, доставая две чашки из полки шкафа. родители будут нескоро, а даня очень просил его выслушать и помочь советом — ситуация серьёзная.  — не могу, даша, не могу, — парень потирает переносицу, откладывая блокнот с ручей на стол. — если я не разбавлю обстановку я не вывезу, понимаешь? и за него я тоже переживаю.  — может, лучше тогда просто написать ему обо всём?  — ну нет, это… это не то, — даня слегка улыбается, хотя ничего смешного в услышанном не находит. просто руслан — это не признание по переписке. руслан про взгляд глаза в глаза, про долгие объятия и длинные монологи, про дрожащие руки, сбитое дыхание и про громкий стук сердца. руслан — открытая нараспашку душа и ёкающее от каждого прикосновения сердце. руслан про одну на двоих сигарету, про поцелуи на каждом сантиметре тела. руслан даже серенада под окном, но никак не смс-ка.  — с чего ты вообще решил, что на этот раз по-настоящему? — продолжает даша, поставив на стол кружки со свежим чаем. — не думал, что будет как со светой?  — не будет, — отмахивается. — то, что произошло… там долгая история. — да мы вроде не торопимся.  *** — хуйня эти твои одноразки, горло жгут, — констатировал даня, возвращая руслану его вейп. ему вообще нравится, что они смогли остаться в комнате вдвоем. дом у давида хоть и большой, но людей здесь сегодня слишком много. — зато веселее обычных сигарет, — тушенцов забирает свою вещь с чужих рук, откидываясь обратно на подушки. сам он лежит на кровати, пока его друг болтает ногой, сидя на подоконнике.  — веселее? это? — скептично ухмыляется кашин. у него свои методы.  — зато хотя бы легально, — рус улыбается в ответ. — ну и что тут весёлого? — театрально разводит руками даня. сидит спокойно пару минут, после чего поднимается с места и, захватив с пола свой рюкзак, садится обратно. достаёт небольшой пакетик с травой и бумагу для самокруток. скручивает косяк на скорую руку и вручает его тушенцову. — вот, попробуй.  — траву разве можно с алкоголем мешать? — руслан смотрит на презент с некоторым подозрением.  — в смысле «можно?» — усмехается кашин. — с алкоголем и нужно. — на этих словах в тушенцова прилетает зажигалка.  рус рассматривает косяк несколько секунд, прежде чем закурить.  — не увлекайся только особо, — вновь подаёт голос даня, — а то в первый раз и улететь можно.  — да ладно, — довольно ухмыляется тушенцов, выдыхая светлый дым, — ты же подстрахуешь если что?  — подстрахую, — тихо выдыхает кашин, пряча взгляд. разглядывает чужую руку, что так изящно держит косяк. — но ты всё равно не налегай.  — не буду, — руслан не перестаёт улыбаться. и в этой улыбке гораздо больше, чем два стакана водки с апельсиновым соком и пара тяжек анаши. в ней как будто весь тушенцов и даже немного от дани — тот кажется таким милым, когда беспокоиться за кого-то, кроме себя. а происходит это не так часто.  кашин снова встаёт, обходит кровать и падает на место рядом с русланом — у того немного блестят глаза, когда он смотрит в сторону горящей фиолетовым лампы, стоящей на полу в другой части комнаты. тушенцову так идёт этот получившийся полумрак. когда оба замолчали, у них даже получилось услышать играющую этажом ниже музыку. руслан затягивается ещё раз, прежде чем достать из кармана штанов телефон. — ну-ка подержи, — отдаёт косяк кашину, переключаясь на переписку.  — кому пишешь? — на самом деле даня может и сам посмотреть, кому тот пишет. просто иногда резко оторваться взглядом от чужого лица бывает непросто.  — давиду. сейчас вроде он к колонке подключен.  — земфиру? — смеётся кашин, всё-таки заглядывая в переписку.  — ну а что? — руслан улыбается, перемещая голову с подушки на чужое плечо.  — ничего, — тихо выдыхает кашин вместе с дымом, утыкается носом в чужую макушку. — ебать у тебя вкусно волосы пахнут. — это шампунь — отзывается тушенцов. — тебе бы тоже не помешало.  — ой, иди ты… — фыркает даня, но не улыбаться всё равно не получается.  какое-то время они лежали так молча, пока внизу играла земфира. руслан листал ленту, а кашин, продолжая вдыхать запах чужих волос, смотрел сквозь телефон шатена, думал обо всём и ни о чём. затем музыка этажом ниже стихла, а тишина показалась руслану слишком скучной, поэтому он почти сразу достал из кармана штанов кейс с беспроводными наушниками, первым делом протягивая его дане. — будешь?  — не, я такое не курю, — усмехается кашин. — ну возьми.  и даня берёт один наушник. он вообще был не против тишины, но отказывать тушенцову с каждой новой затяжкой становилось всё сложнее. тот тем временем включает самый примитивный рэп из своего плейлиста и начинает смеяться. кашин хоть и смеется вместе с ним, но оставшуюся часть косяка всё же тушит: им хватит, особенно руслану. рэп вскоре сменяется чем-то более спокойным, тушенцов быстро успокаивается, возвращается головой на подушку, смотрит на даню. — а вот если я банк грабить пойду… — начинает вдруг шатен и тут же слышит прыск смеха со стороны. — не смейся! — сам улыбается, приподнимается на одной руке, смотрит на кашина сверху вниз. — будешь моим подельником?  — кем? — спрашивает даня, чуть отсмеявшись.  — ну соучастником типа, — тушенцов чуть наклоняет голову вбок так, что отросшие темные пряди свисали вниз.  — буду, — успокоившись отвечает даня, по-прежнему довольно ухмыляясь. руслан разглядывает чужое лицо и чуть щуриться, прежде чем лечь обратно. снова достаёт телефон, отвлекаясь на него. а вот у кашина отвлечься отчего-то не получалось. у руслана от всех этих перемещений волосы на голове растрепались. их бы аккуратно поправить, чтобы выглядело не так небрежно. тушенцов вообще часто забивает на свою прическу, а  у кашина из-за этого руки постоянно чешутся. но прикасаться к чужим волосам в обычное время всегда казалось чем-то неуместным и лишним, а сейчас… сейчас всё немного иначе. именно поэтому даня сначала решил, что молча поправить чужие пряди — это хорошая идея, а затем резко передумал, как только встретился с недоумением во взгляде карих глаз, по-прежнему блестящих на свету.  — бля, извини, — кашин одёрнул руку, словно ошпарился чужими волосами, — это какая-то… — «гейская», — какая-то странная хуйня.  в чужом взгляде на это вопросов только прибавилось. тушенцов вновь приподнялся на руках, ложась немного выше дани. обвил кудрявую голову, чуть прижимая ту к своей груди.  — хуйню несёшь, кашин, — едва слышно шепчет руслан в чужой лоб. — несёшь хуйню.  — а я думал, ты не умеешь, — выдыхает даня в темный растянутый свитер. учитывая то, насколько руслан не тактильный человек, иногда и правда начинало казаться, что даже объятия ему чужды. однако и его иногда пробивает.  — что? — забей, — кашин кладёт руки на чужую спину, обнимает в ответ.  руслан аккуратно достал наушник из уха дани и из своего, убрал обратно в кейс. шатену хочется тишины, желательно полной. а кашину хочется лежать так до самого утра. даня почти сразу задремал, стоило ему пригреться у чужой груди. однако спустя буквально пару минут его разбудил шум в коридоре. ещё через мгновение в комнату ввалилась очень пьяная света, держа в руках бутылку водки. она громко смеялась и пыталась что-то сказать, но никто её не понял. единственное, что получилось разобрать — это «отдыхаете, мальчики?» за несколько секунд девушка оказалась возле дани и тот, как ни странно, против не был. тушенцова от подобных картин всегда тошнило, поэтому он почти сразу подорвался с места, выдыхая сухое «не буду мешать» и направился к двери. за спиной послышалось хриплое «рус», но уже через пару минут сам даня про это забыл.    *** — так и как это вяжется с тем, что потом произошло? — даша чуть хмурилась, подливая кипятка в кружки. а потом выяснилось, что свету в тот вечер парень бросил. и, когда утром она узнала, что и даню она не очень-то привлекает, девушка попыталась выпрыгнуть из окна. повезло, что её тогда смогли уговорить не делать этого. зато вечером, оставшись одной, света наглоталась таблеток. ничего смертельного, но пару недель в больнице провести пришлось. а потом ещё несколько месяцев походить к психотерапевту, но это уже мелочи. многие её подруги после винили во всём этом именно кашина, мол, затащил в постель, а утром послал. — но я не обещал ей ничего, — пожимает плечами даня, — она сама всё это… — а почему ты не отказал ей сразу, раз она тебе не нравилась?  — так я хотел, просто… я так и не понял, почему. — пить меньше надо, — констатировала девушка. — наверное, — слабо улыбается, — лучше бы я тогда до утра вместе с русланом валялся — проблем было бы меньше.  — не думаю, что он на такое способен, — смеется даша.  — я тоже так не думал, а вышло наоборот. — ты разве не всё о нём знаешь? вы сколько с ним знакомы вообще? — не так много, на самом деле.  *** это был день рождения одного общего знакомого. все события того вечера меркнут на фоне момента, когда тушенцов случайно толкнул даню, из-за чего тот уронил бутылку водки, и та осколками разлетелась по полу — это кашин запомнил весьма ярко.  — блять, ну ты еблан? — кричал даня на уже достаточно пьяного руслана. — да ты сам еблан, — немного нервно ответил тот, подходя ближе. даня ещё недолго всматривался в карие сильно ниже себя.  — ну-ка давай отойдём. пара девочек кричали и просили не уходить, но кашин заверил их в том, что всё будет нормально. руслан мало понимал, что происходило: пару раз он чуть не уебался, пока они спускались с лестницы. зато на свежем воздухе стало заметно лучше, и ему даже показалось, что он начинает трезветь. стоило им отойти на пару шагов от подъезда, как даня резко повернулся лицом к шатену, отчего тот рефлекторно зажмурился.  — держи, — когда руслан открыл глаза, перед собой он увидел даню, протягивающего вперед сигарету. — мы разве не пиздиться шли? — удивился тушенцов.  — нахуя? — пожал плечами даня, — держи давай, пока я не передумал, — он дождался, пока рус возьмёт сигарету из его рук и сразу полез в карман куртки. — зажигалка есть? — руслан на это молча кивает. — поделишься? первые пару затяжек были в тишине. кашин наблюдал за тем, как серые тучи плывут по уже достаточно темному небу. на город опустился легкий туман, прохладный свежий воздух режет грудь, где-то вдалеке начали гореть фонари. когда он вернулся взглядом к тушенцову, тот полусонно смотрел в ответ. ветер развевает светлые пряди, тонкие пальцы подносят сигарету ко рту. чуть зависнув на чужом лице, даня вдруг почувствовал, что и сам засыпает. оба проснулись тогда, когда кашин провёл костяшкой под чужим носом. — ты чё делаешь? — руслан сделал полшага назад. — у тебя кровь, — даня указал пальцем на свой нос, имея в виду, конечно, не его.  — бля, — выдохнул шатен, вытирая остальное тёмным рукавом куртки.  — ты это… — вновь начал даня, пряча глаза, — прости, что я разозлился так. просто водку жалко пиздец.  — пойдём новую купим, — спокойно отозвался руслан. — мне не на что, — усмехается кашин, продолжая разглядывать собеседника.  — ну давай я куплю, а ты за компанию сходишь, — тушенцов сделал ещё несколько шагов назад, улыбаясь дане. — пошли. — ну пошли, — кашин тушит сигарету об урну, выбрасывает бычок, быстрым шагом догоняет тушенцова. — тя как звать-то?  ***  рассказ дани прервала виолетта, вдруг оказавшаяся на кухне. — опа, данилка, — девушка потрепала рыжую макушку рукой, — ты чего у нас?  — да мы тут… руслана вспоминаем, — ответила ей даша, пока гость притих.  — по какому поводу? — выгнула бровь виолетта, — он что, помер? — пока нет, — смеётся парень.  — я расскажу? — получив кивок в ответ от дани, даша продолжила, глядя уже на сестру. — руслан дане нравится, а он не знает, как об этом сказать.  — напрямую, — виолетта пожимает плечами, присаживается на свободный стул рядом, перед этим поставив его спиной к столу.  — боюсь, напрямую не получится, — парень прячет лицо в руках, — я привык к отказам, но это другое  — прям привык? — ухмыляется виолетта.  ***  — отказала. — в очередной раз повторил даня, хлюпая носом на полу чужой ванны.  — ты это уже говорил, — устало вздохнул шатен, смачивая ватный диск перекисью, — лицо-то где расквасить успел? — да это мне батя её уебал малясь, — смеётся кашин. — правильно сделал, — хмурится руслан, — нечего к малолеткам приставать. — да откуда я мог знать, что ей пятнадцать? — восклицает даня и тут же шипит, когда тушенцов начинает обрабатывать его щеку.  — потерпи.  кашин смотрит своим убитым взглядом куда-то в сторону, и руслан даже знает, о чём тот думает. та девушка красивая и в голову въелась так сильно, что выйдет из неё ещё очень нескоро. когда даня впервые решился ей написать, тушенцов был рядом — он, конечно, саму идею не поддерживал, но и пропускать такое веселье мимо себя не собирался. и, как ни странно, тогда она казалась дане милее, чем при последней их встрече.  — может еще раз попробовать, — выдыхает кашин, когда рус закончил с его лицом. — а смысл? — шатен встречается взглядом с даней. тот не понимает. — если она изначально тебя за человека не считает, какой смысл пробовать снова? ***  — и… — протянула виолетта, оперевшись щекой на спинку стула, — проблема только в этом? ***  — правда или действие? — одна из девушек пристально смотрела на тушенцова. сейчас отвечать ему.  — правда. — у тебя сейчас кто-нибудь есть?  даня сидит в нескольких метрах от руслана. сам он играть отказался — ещё не отошёл от того, что случилось со светой. руслана же он давно изучил вдоль и поперёк, поэтому не до конца понимает, хули тот думает.  — нет, — хитро улыбается шатен, — но моё сердце уже занято.  игра идёт дальше, сам тушенцов спрашивает у даши какой-то глупый вопрос, который даня прослушал. неужели какие-то новости прошли мимо него?  даня чмошник 21:34 я чего-то не знаю?) руслан прочитывает новое сообщение в уведомлениях и, немного подумав, блокирует экран телефона. кашин тем временем чувствует, что у него начинает подгорать. даня решает выждать момента, когда они с русланом смогут остаться наедине — сейчас повсюду слишком много лишних ушей. всё это время он глаз не сводил с тушенцов, а тот в свою очередь либо не замечал, либо усиленно делал вид, что не замечает. в итоге, когда спустя полчаса несколько человек освободило единственный в квартире балкон, руслан поспешно захватил из коридора чью-то черную шубу и вышел покурить. даня так же взял из шкафа первую попавшуюся куртку и пошёл вслед за другом. нагнал он шатена тогда, когда тот уже успел закурить.  — не думал на сообщение ответить? — даня звучит немного нервно. хорошо, если только немного.  — всё ты знаешь, кашин, — чуть помедлив, выдыхает руслан вместе с дымом.  — разве? — всё так же нервно улыбается даня, на что собеседник только кивает. да, неловко выйдет, если выяснится, что тушенцов ему на самом деле всё рассказывал, а даня просто забыл. с другой стороны, что-то внутри подсказывало, что забыть он не смог бы — в конце концов, руслану почти никогда никто не нравится. да, даня точно запомнил бы.  — у тебя это, — кашин нарисовал в воздухе круг вокруг своего носа, намекая, конечно, на нос друга, но тот видимо был слишком пьяным, чтобы понять его. именно поэтому даня молча вытер кровь с чужого лица, прежде чем вернуться в гостиную, оставив руслана наедине с его мыслями. впереди у кашина ещё целый вечер, который можно потратить на что — и кого — угодно.  *** — да может он передумал уже, — начала было виолетта. — вряд ли, — перебила её даша, — это прям недавно было.  пока они продолжали разговаривать, даня про себя пытался выстроить хоть какую-то логическую цепочку, основываясь в том числе и на то, что он сегодня рассказал девочкам. немного странно выходит, что после руслана его часто тянуло на девушек — включая тех, которых он знать не знал.  — блять, — вдруг выдохнул парень посреди чужого разговора, — я, кажется, понял.  под чужие непонимающие взгляды кашин поднялся с места, быстрым шагом направляясь к коридору.  — ты куда? — даша догнала его, когда даня уже накинул куртку и принялся обуваться. — к руслану, — пожал тот плечами. — удачи, — отозвалась виолетта с набитым ртом. — бля, конфеты просто ебические, — обратилась она уже к даше.  *** даня чмошник 18:59 ты дома? руслан 19:01 да даня чмошник 19:01 откроешь?  шатен открыл дверь, и по глазам в целом можно было понять, что он немного встревожен. — и давно ты тут стоишь? — минут пять, — спокойно пожал плечами даня. ну, или не совсем спокойно.  руслан запустил его внутрь, и вскоре они уже сидели за столом в гостиной. тушенцов сверлил гостя взглядом, пока тот от этого взгляда пытался уйти. эти секунды звенящей тишины показались кашину целой вечностью. — ты зачем пришёл-то? — не выдержал вдруг руслан. его слова словно разбудили даню, и тот спустя секунду упал перед шатеном на колени, опуская голову на чужие бёдра. — кашин, ты чего? — руслан попытался встать, но даня тут же обвил его ноги руками, крепко сжимая.  — выслушай.  шатен замер на месте, держа руки в воздухе. даня молчал, вжимаясь лицом в штаны руслана, пытался подобрать нужные слова, которые в свою очередь очень умело увиливали от него. оставалось только дефолтное «бля ты мне нравишься пиздец», но кашину этого было мало.  первые несколько минут руслан не смел трогать даню — не хотел сбивать с мысли, но затем не выдержал и всё-таки запустил одну руку в чужие волосы.  — пойдём ляжем, а? — шепчет парень, чуть наклонившись к чужому уху. — пойдём?  даня выглядит уставшим, да и долго стоять на коленях мало, кто захочет.  оказавшись на кровати рядом с русланом, кашин почти сразу уткнулся носом в чужую грудь, обвивая талию шатена.  — понял всё-таки? — выдыхает тот куда-то в рыжую макушку, и даня отчётливо слышит ухмылку. кажется, они оба поняли.  кашин молчит ещё какое-то время, а потом резко поднимается, опуская голову на подушку рядом с русланом, закрывает глаза и даже немного жмурится.  — у тебя улыбка такая красивая, волосы всегда лежат по-разному, и каждый раз смешно. а ещё они какой-то хуйнёй сладкой пахнут постоянно, и это не шампунь, блять, это другое что-то. ты ведь такой умный руслан, и ты всегда так хорошо меня понимал. с тобой так спокойно и хорошо. а теперь я не могу нормально находиться рядом — сердце бьётся как не в себя, тяжело становится. — всё это он проговорил на одном дыхании. сделав паузу, даня открыл глаза. — и я краснею при тебе как…  договорить руслан ему не дал, накрыв чужие губы своими. наверное, он слишком долго ждал, чтобы медлить. зато теперь он ясно чувствует, что ждал не зря. оторваться от кашина он смог только тогда, когда им обоим уже нечем было дышать, но чужого лица из рук при этом не выпустил. даня зависнул на глазах напротив, кажется, собираясь сказать что-то ещё. — я больше не хочу никем тебя заменять.