Fear

      Оказаться в одной постели с лучшим другом не так уж и странно. Тем более с завидным альфой. Но если бы он только знал, чем это может закончиться.

***

      Ли Минхо — самый лучший человек в жизни Джисона. Он его брат и лучший друг в одном флаконе. Минхо и посмеется с глупой шутки Джисона, и поможет ему выгнать глупые мысли из головы. Вместе с ним будет воротить нос на глупых романтических фильмах, а потом говорить о чем-то глубоком. Он старше, но это не мешает им дружить. И плевать они хотели на косые взгляды окружающих в колледже. Джисону просто завидуют, что никто кроме него не смог добиться расположения такого замечательного альфы. От других людей Минхо нос воротит. А Хан, омежка на год младше, ходит с высоко поднятой головой. У него самый лучший друг в мире, завидный альфа. Еще выше нос он задрал после того, как одним пьяным вечером произошло то, что по мнению многих должно изменить все между ними. Секс не проходит бесследно. Но даже он не испортил их дружбу. Теперь Джисон может с гордостью и румянцем на своих пухлых щеках сказать, что Минхо был у него первым. Да и Хан был первым у альфы, но тот никому не расскажет этот секрет. Дружба с привилегиями — вот что закрутилось у них после. Они могли все также громко смеяться в коридорах колледжа, а после, альфа мог зажать скулящего омегу в туалете и оставить укус на плече. Они могли также смотреть фильмы ужасов у старшего дома, а после Джисон громко стонал сидя на члене альфы. Ничего не изменилось, для других. Но для них двоих стало все по-другому. Оказаться в одной постели с лучшим другом не так уж и странно. Тем более с завидным альфой. Но если бы он только знал, чем это может закончиться.

***

      Громкий стон разносится по комнате, отбиваясь от стен. Жарко, невероятно жарко. И даже приоткрытые окна совсем не помогают, больше раздражая из-за постороннего шума. Джисон стонет и скулит, хватается ладошками за постельное белье. Голова идет кругом, глаза закатываются, а воздуха совершенно не хватает. Толчки альфы выбивают весь воздух из легких. Омега течет. Ему кажется, что он никогда в жизни не тек так, как сейчас. А сейчас даже не течка, но плевать. Смущающий звук смазки только раззадоривает парней, что уже давным давно потерялись друг в друге. Минхо двигается медленно, но ритмично и точно попадает по простате. Он жадно облизывает взглядом тело под собой и гордится, что именно он видит такую прекрасную картину. Такого Джисона видит только он, до такого состояния омегу доводит только он! Альфа довольно рычит где-то внутри Минхо. Сил остается мало, но он продолжает вбиваться в податливое тело. Он видит, что Джисон уже близок к разрядке, поэтому он просто не может остановиться. Да и собственная разрядка уже совсем близко. — Б…близко, — хнычет Джисон, ощущая узел, что завязывается внизу собственного живота. — Давай, малыш, — рычит Минхо и приближается к лицу омеги, вовлекая в поцелуй. Поцелуй смазанный, слюнявый. Они сталкиваются зубами, кусаются, но им плевать. Они любят такое. Еще несколько точных фрикций, и омега под Минхо выгибается в спине, громко стонет чужое имя и кончает. А Джисон будто отключается от этого мира: в ушах звон, ноги сводит судорогой, а сердце будто останавливается. Альфа продолжает вбиваться в омегу, проводя его сквозь оргазм, гонясь за своим, а после застывает глубоко внутри Джисона, наполняя презерватив.

***

      У Джисона всегда было отличное здоровье. Он за последние несколько лет болел, наверное, раз пять. Ну не больше. Поэтому когда его иммунитет резко снижается, появляется постоянное головокружение, усталость и вообще он очень плохо стал есть, то он напрягается. А еще ему тяжело от количества запахов вокруг. Ему хочется чихать постоянно, что приходится носить с собой духи с запахом кофе, чтобы хоть как-то сбивать эту палитру запахов в носу. Минхо косится на Джисона, замечая его изменения, но не придавая этому сильного значения. Он просто надеется, что Джисон заболел на самом деле, а это простое недомогание. — Мой папа так же выглядел, когда забеременел моим братом, — усмехнулся однажды одногруппник Джисона, заметив состояние омеги. А Джисона словно кувалдой по голове ударило. Он, наплевав на пары, побежал в ближайшую аптеку. Денег хватало, спасибо родителям и стипендии, на дорогие тесты на беременность. Он не помнит, как оказался дома. В голове полная каша, непонимание и страх. Он делает тест и сидит на коврике в ванной, выжидая нужное время. А сам думает о том, что будет, если увидит устрашающие две полоски. Они предохранялись. Всегда. У каждого из них обязательно лежали в шкафу по пачке презервативов, а сам альфа даже таскал несколько с собой. Ну а что? А если приспичит? Джисон трясущимися руками тянется к тесту, задерживая дыхание. Он всматривается в тест, начиная горько плакать в следующую секунду. Он беременный. Он черт возьми забеременел. Ему всего девятнадцать лет. Они с Минхо даже не вместе, они просто лучшие друзья. И что ему делать?! Джисон плачет. Долго плачет, продолжая сидеть в ванной и глупо пялиться сквозь слезы на тесты. Он сделал еще несколько и каждый оказался положительным. В голове пустота и страх. Он пишет Минхо и просит того прийти. Им нужно поговорить, Минхо должен знать. Альфа приходит быстро, проходя в квартиру самостоятельно. Он тихонько зовет омегу, что молчит в ответ, Ли находит его в спальне. Джисон свернулся клубочком на своей кровати, хлюпая носом. Слезы больше не текут, но он понимает, как только он расскажет о проблеме альфе, то не сможет сдержаться. — Малыш, — ласковое прозвище слетает с губ просто и привычно. Джисон слышал это обращение достаточное количество раз, но именно сейчас он шмыгает носом в ответ. — Что случилось? Минхо аккуратно подходит к кровати и ложится рядом, сгребая омегу в охапку. Хан в его руках трясется, но жмется ближе. — Тише, малыш, я рядом, — Джисон чувствует, как Минхо выпускает феромоны, успокаивая. Омега внутри буквально мурлычет от чужого запаха, и его не воротит. Потому что внутри него растет ребенок от этого альфы. Они лежат молча некоторое время. Минхо прижимает омегу к себе, теряясь в догадках. Сам же Джисон наконец успокаивается. Он больше не плачет, но в голове все продолжают крутиться ужасные мысли. — Джисони, — шепчет альфа, прижимаясь в поцелуе к макушке, — я волнуюсь, расскажи, что случилось. — Ты сбежишь, — хмыкает Джисон в ответ. — Я не уйду, пока ты меня сам не прогонишь. А Джисон даже не знает, как сказать. Язык не поворачивается, а нужных слов в голове нет. Он вообще не думал, что в ближайшее время столкнется с такой ситуацией и даже не думал о том, как можно будет преподнести такую новость альфе. — Минхо… — шмыгает он носом. — Я тут, я рядом. — Минхо, я… — у Джисона храбрости не хватает, чтобы сказать. — Если ты не хочешь, не говори, — хмыкает альфа, — значит это не важно. — Это важно! — восклицает Джисон, пугая самого себя. — Тогда скажи, когда будешь готов. Я буду рядом. Джисон злится. Злится на самого себя, что когда-то не уследил за защитой. Злится, что не может признаться альфе. Злится на Минхо, который еще не понимает того, что ему хотят сказать, поэтому так спокойно на все реагирует. — Я беременный, — резко даже для себя, на одном дыхании, говорит Джисон, сжимая глаза крепко-крепко, будто прямо сейчас его могут ударить. Но Минхо даже не думал об этом. — Мы предохранялись, — выдает он на выдохе. Он ожидал услышать все что угодно, но не то, что омега перед ним забеременел. Забеременел от него! — Это не дает стопроцентной гарантии, — бурчит Джисон. В комнате воцаряется тишина, прерываемая только хлюпаньем носа омеги. Он держится, но несколько слез все равно стекают по щекам и прячутся в подушке. Ему страшно. Он не ожидал так скоро оказаться в такой ситуации, поэтому совершенно не знает, что ему делать прямо сейчас. А у Минхо в голове балаган. Не думал он, что в двадцать лет может стать отцом. Но почему-то этот факт никак не страшит его. Нет, он в шоке, потому что был уверен в презервативах. Но он не трясется, как омега в его руках. Может это из-за воспитания. Отец всегда учил его, как единственного сына-альфу, что нужно отвечать за свои действия. Что если к нему придет беременная омега, то ее нельзя бросать. Да, не обязательно расписываться, создавать семью и играть в любовь, нужно хотя бы быть рядом. Поддержать и утешить. Поэтому Минхо переворачивает парня к себе лицом, прижимает еще ближе к себе, утыкая лицом в свою грудь. Он чувствует, как Джисон напряжен, чувствует в воздухе страх. Он хочет помочь омеге. — Тише, малыш, я рядом, — шепчет он, — я понимаю, что это неожиданно и страшно, но ты не один. С тобой я, мы вместе решим проблему. — Я не понимаю как, — хлюпает Джисон, — у нас же даже сцепки не было. — Все в жизни бывает, малыш, сейчас надо решать, что делать. Они снова молчат. Омега потихоньку успокаивается и приходит в себя. Голова невероятно болит от количества слез, а лицо полностью опухло. Он продолжает утыкаться в грудь Ли, только чтобы тот не увидел его в таком состоянии. — Тебе нужно отдохнуть, поспи, — предлагает альфа. — Ты уйдешь? — Джисон не хочет остаться прямо сейчас в одиночестве. Он сойдет с ума от собственных мыслей. — Я буду рядом, не переживай, — уверяет его альфа и оставляет поцелуй на макушке.

***

      Врач подтвердил беременность. Джисон снова расплакался, но был успокоен альфой, что пошел вместе с ним. Сейчас Минхо старается как можно чаще быть рядом с омегой. Он старается быть для него опорой и поддержкой, прекрасно понимая, как тому сейчас тяжело. Сам альфа, на самом деле, сходит с ума. Он даже к родителям поехал, чтобы понять, что ему делать. И он услышал дельные советы от них, а еще радость. Они, конечно, не ожидали стать дедушками так рано, но они счастливы. А Минхо осталось просто ждать. Ждать, пока Хан решит все для самого себя. Он не имеет право заставлять омегу рожать и перечеркивать все свои планы на жизнь. Но он принял факт того, что возможно станет отцом. И он рад. Но Ли и не имеет права заставлять делать аборт. Это тело и здоровье молодого омеги, который в дальнейшем может пожалеть о содеянном. Он примет любое решение Джисона. Примет и будет рядом. И Джисон думает. Очень много и очень долго. Он не может не думать о том, что теперь внутри него растет целый человек. И сейчас ему нужно понять хочет он оставить этого человека в своей жизни или сделать непоправимое. И первое, что он понимает — он боится остаться один. Боится, что в какой-то момент Минхо передумает и поймет, что в таком раннем возрасте ему не нужен никакой ребенок. И Джисону придется справляться в одиночестве. Нет, конечно, есть родители, но это не то. Родители не будут постоянно рядом. А еще он боится ответственности. Джисон порой за себя отвечать не может, а тут у него будет ребенок. За него он будет отвечать целиком и полностью. Если что-то случится с малышом, то виноват будет он. Упадет — папа не доглядел. Заболеет — папа виноват, надо теплее одевать. Но при этом он не хочет аборта. Он как и любая омега, мечтал о детях. Да, не в таком возрасте, а попозже, но о чем сейчас уже говорить? И от понимания того, что внутри него сейчас развивается малыш, ему хочется улыбаться. Ему страшно, но он понимает, что альфа рядом. Минхо не сбежал как только услышал о ребенке, он остался с ним и успокоил. Он продолжает быть рядом и заботиться. Это ведь его Минхо. Минхо, который громко смеется на глупые шутки омеги. Минхо, который прибегал по первому зову, когда Джисону нужна была помощь. Минхо, который целовал его так ласково и осторожно, что сжимал словно фарфоровую куклу. Его Минхо, который абсолютно всегда был рядом. Да, их дружба перетекла во что-то большее. Да, они уже давно не выглядят как друзья, если увидеть их переплетенные руки и искренние улыбки. И эта передружба дала свои плоды, в прямом смысле, но почему-то от понимания того, что Джисон навсегда будет переплетен малышом именно с Минхо, он перестает бояться. Он глупо улыбается, представляя, как они с Минхо узнают пол, а потом рассказывают родителям. Улыбается, когда представляет искрящиеся глаза альфы, когда малыш родится. Он представляет все. И омега понимает, что Минхо не имел в виду, что будет рядом как пара, но он пообещал быть рядом как отец ребенка. Как лучший друг, который не оставит в одиночестве. И Джисон непроизвольно поглаживает свой животик, который из-за маленького срока еще совершенно не вырос, но он не может остановить себя. На лице глупая улыбка, а в голове понимание того, что он хочет подарить лучшему альфе в его жизни малыша.