Наследник Дракона (Dragon's Heir)

***

      — Я думала, что ты будешь хотя бы чуть-чуть умнее. — Голос Висеньи звучал неприветливо, и она даже не старалась улыбаться. Игры, в которые она обычно играла с людьми, сегодня не привлекали её. Чудовище, которое она обычно держала на коротком поводке, вырвалось на свободу, и всё, чего оно хотело, — это крови. — Я имею в виду, если бы тебя сбили с ног, может, немного порезали ножом или даже сбросили с лестницы, тебе было бы легче поверить. Вместо этого ты сидишь здесь целая и невредимая, без единой царапины. Как возможно, что кто-то смог войти в детскую моего брата, забрать его и выйти, так что никто ничего не заметил? Я хочу знать, чем ты занималась, пока все это происходило.       — Принцесса, клянусь всеми богами, я ничего не знаю, — заплакала кормилица, но Висенья осталась невозмутимой. — Я просто вышла на минутку.       — Нет, не выходила. — Женщина должна была хотя бы научиться лучше врать. — Я опросила всех стражников, стоящих у каждого входа, и ни один из них не видел тебя выходящей из детской или идущей по коридорам. Теперь ты расскажешь мне то, что я хочу знать, или я начну отрезать части твоего тела. — Женщина заплакала еще сильнее и снова покачала головой. Висенья не стала больше ничего говорить, она подошла к женщине и велела одному из охранников прижать ее руку к столу, пока она отрезала ей мизинец. Женщина закричала, когда кровь залила стол, а принцесса наклонила голову в сторону. — Я могу делать это всю ночь. — Она схватила женщину за лицо, впиваясь пальцами в ее кожу, заставляя ее смотреть себе в глаза. — И поверь мне, когда я говорю, что ты расскажешь мне то, что я хочу знать. Чем дольше ты будешь ждать, тем больнее тебе будет.       Женщина рыдала, но ничего не говорила. Висенья отрезала еще один палец, на этот раз делая это медленнее, желая, чтобы предательница испытала как можно больше боли, и так же наслаждаясь ее криками.       — Пожалуйста, хватит! — рыдала женщина, и Висенья сделала шаг назад, дав няне время перевести дух. — Я расскажу, пожалуйста!       — Тогда говори. — Голос принцессы сулил смерть. — И делай это быстро, пока я не потеряла терпение.       — Я должна была отвести маленького принца в башню Десницы. — Женщина отчаянно покачала головой. — Мне оставили карту и рассказали о некоторых секретных туннелях. Так я и смогла вывести принца из детской, оставаясь незамеченной.       Как только женщина произнесла «башня Десницы», Висенье не нужно было задавать больше вопросов. Она знала, что произошло и кто похитил ее брата. Она дала знак стражнику, который немедленно отпустил женщину и отступил на шаг. Висенья двинулась и перерезала женщине горло, прежде чем та успела что-либо понять.       — Мне нужно сорок стражников. — Принцесса улыбнулась Безупречному. — Мы отправляемся в Башню Десницы. — Стражник кивнул и двинулся, чтобы выполнить приказ, пока она выходила из камеры. Поскольку ее муж был Десницей королевы, именно они должны были занимать Башню. Висенья не хотела быть так далеко от своей матери, особенно после того, как та забеременела. Эймонд был счастлив оставаться в основной части Красного замка. Поэтому ее мать разрешила Рейнис и ее семье жить в Башне Десницы, чтобы у них было больше места и уединения. Она знала, что мать также хотела увеличить расстояние между Корлисом, Лейной, Висеньей и Деймоном. Они быстро прошли через замок, Висенья шла впереди. Как только они оказались у входа в Башню Десницы, она повернулась к Безупречным. — Вы вытащите из постелей каждого мужчину, женщину и ребенка и приведете их в главный зал. Если они откажутся, то вы можете связать их, чтобы добиться их сотрудничества. — Она повернулась, чтобы уйти, но остановилась и еще раз посмотрела на стражников. — Кроме моей бабушки, сообщите ей, что происходит, но ни в коем случае не обращайтесь с ней жестоко.       Стражники кивнули, прежде чем выполнить ее приказ. Прошло всего несколько минут, прежде чем всех завели в зал. Корлис не молчал, когда его вытаскивали из его покоев, Рейнис выглядела испуганной и растерянной, глядя на Висенью.       — КАК ТЫ СМЕЕШЬ? — Гнев Корлиса был очевиден, а у Висеньи не хватило терпения иметь с ним дело. — Я ЭТОГО НЕ ПОЗВОЛЮ, Я… — Кулак принцессы врезался мужчине в лицо, и тот тут же замолчал.       — Заткнись, черт возьми, я не хочу тебя больше слушать. Если ты откроешь рот, чтобы сказать что-то еще, я прикажу отвести тебя в черные камеры. Я хочу слышать тебя только тогда, когда ты отвечаешь на мои вопросы. — Висенья огляделась, прежде чем заговорить. Она убедилась, что все могут ее слышать, но не кричала. — Кто-то заплатил одной из кормилиц, ухаживающих за моим братом, чтобы она вынесла его из детской и принесла сюда. — Она повернулась к Рейнис, которая смотрела на нее широко раскрытыми глазами. Помимо шока, Висенья могла увидеть в ее глазах страх и боль; она точно знала, почему Висенья здесь. — Где Лейна?       — Моя дочь этого не делала. — Корлис больше не кричал, его глаза теперь были полны страха. — Она бы не причинила вред ребенку.       — Ну, тебе лучше надеяться, что она этого не сделала, потому что если у моего брата будет хотя бы царапина, я сделаю ее смерть более мучительной, чем это необходимо. — Лейна будет казнена, другого наказания для нее не было. Она организовала заговор и похитила принца, что было одной из самых тяжких форм измены. — Теперь, кто-то здесь должен был видеть ее в какой-то момент, и я хочу знать, куда она ушла.       — Я видела ее около часа назад, — вышла вперед одна из служанок. — Она была в плаще и сказала, что пойдет прогуляться по пляжу, чтобы быстрее заснуть. Ребенка с ней не было. — Это означало, что она ушла на встречу с кормилицей, которая принесла ей Эйгона. Если Лейна была на пляже, значит ли это, что она попытается утопить её брата?       Висенья не стала задавать больше вопросов и бросилась бежать. Через их связь она послала Карнаксу образ Лейны и своего брата. Она умоляла его защитить брата, не дать этой женщине причинить ему вред. Она почувствовала ответ Карнакса, когда бежала вниз по лестнице, а за ней бежали несколько стражников. Ей нужно было найти Эйгона, пока Лейна не успела причинить ему вред. Он был у нее не слтшком долго; Висенья перехватила кормилицу, когда та возвращалась из башни Десницы, и потребовалось менее двадцати минут, чтобы заставить женщину заговорить. Эйгон был у Лейны не более часа, но за час может произойти многое.       Она добралась до пляжа и огляделась, она начинала паниковать. Висенья знала, что Эйгон должен быть где-то поблизости. Она не знала, в каком направлении ей следует двигаться, когда заметила темную фигуру, идущую к ней. Она набросилась на женщину еще до того, как Лейна успела ее увидеть. Она схватила женщину и бросила ее на землю, когда поняла, что Эйгона в руках у нее нет.       — Где он? — Висенья села на нее сверху и обхватила ее горло рукой. — Если ты причинила вред моему брату, я заставлю тебя умолять меня о смерти. Я буду держать тебя живой в черных камерах целые луны и буду мучить тебя каждую минуту каждого дня. Так где же Эйгон?       — Я не знаю, о чем ты говоришь, — ответила Лейна шокированным голосом. — Я просто гуляла.       Будь это любой другой день, Висенья проявила бы больше терпения, не торопилась бы и, возможно, попыталась бы обманом заставить Лейну сказать правду, но сейчас у нее не было терпения. Ее кулак врезался той в лицо.       — Это за то, что ты мне солгала. — Ее кулак снова врезался Веларион в лицо, и она почувствовала удовлетворение, когда из носа хлынула кровь. — Это за то, что ты забрала моего брата. — Ее кулак опустился еще раз. — А это за то, что ты меня разозлила. — Она встала и дала знак стражникам, которые схватили Лейну и подняли ее на ноги. Женщина, казалось, не понимала, в какой ситуации она оказалась. Лейна выплюнула немного крови и то, что Висенья сочла парой зубов, прежде чем насмешливо улыбнуться ей.       — Неважно, что ты со мной сделаешь, ты уже ничего не сможешь сделать для Эйгона, — покачала головой Лейна. — Я знала, что твои дракон и драконы твоих родителей не тронут младенца, но у Вхагар с этим проблем не будет.       Глаза Висены расширились, и страх пронзил ее тело. Она и ее родители познакомили Эйгона со своими драконами, и Сиракс, Караксес и Карнакс чувствовали свою связь с младенцем. Но Эймонд никогда не знакомил Эйгона с Вхагар, поэтому дракон не имел ни малейшего представления, кто этот младенец. Висенья оставила Лейну с охранниками и побежала туда, где обычно проводила время Вхагар. Сердце у нее замерло, когда она подошла к огромной драконице. Она остановилась, увидев Карнакса и Караксеса, стоящих между Вхагар и Сиракс. Дракон ее матери лежал на песке, обернувшись вокруг чего-то. Вхагар казалась немного расстроенной, но в основном из-за того, что другие драконы ее беспокоили.       Ей удалось добраться до Сиракс, которая развернулась и открыла Эйгона, который плакал и махал своими маленькими кулачками. Ее бедный брат лежал на песке совершенно голым, за исключением своей маленькой шапочки. Эта сука даже не оставила ему одеяло. Лейна хотела убедиться, что малыш умрет; если бы дракон не убил его, то это сделала бы стихия. Висенья подняла малыша и прижала его к своей груди.       — Шшш. — Она слегка покачала его и поцеловала в лоб. — Не волнуйся, мой любимый. Теперь ты в безопасности, и мы позаботимся о том, чтобы согреть тебя. — Она поблагодарила Карнакса через их связь и пообещала послать драконам несколько тучных коров в благодарность за то, что они защитили младенца. Затем она вернулась к Лейне, которую все еще удерживали стражники. Один из рыцарей протянул ей плащ, которым она укутала Эйгона. — Ну что ж, Лейна, тебе повезло, что он не пострадал. — Она гневно посмотрела на женщину. — Но ты все равно похитила его и пыталась убить.       — И что? — рассмеялась та. — Ты собираешься запереть меня в моих покоях на неопределенный срок?       — Нет, — на этот раз Висенья действительно улыбнулась. — Тебя отведут в черные камеры, не волнуйся, ты меня еще увидишь.       — Ты не можешь так поступить, — Лейна пристально посмотрела на нее. — Я Веларион и дочь принцессы.       — Да, и мне на это наплевать. — По-видимому, Лейна не понимала, в какую беду она вляпалась. — Я должна отнести Эйгона к нашей матери. Но потом у меня будет время побыть с тобой, и я даже приведу своего отца. Я обещала ему, что он сможет помочь мне пытать следующего человека, предавшего нашу семью. — Глаза Лейны наполнились страхом, когда она наконец поняла, что ей не удастся остаться безнаказанной. Это было не то, что они могли простить.