Ты тот пламень, которым я хочу быть объят

      Понедельник. В кабинете пока мало людей. Только Лиза, Мира и пару одноклассников. На первый урок в первый день недели обычно приходят мало людей или попросту опаздывают. Подруги обсуждали события прошлых выходных. Мира поделилась тем, что Лев пригласил её в театр, а Лиза только то, что походу так и не переспала во второй раз с учителем физики.              Было странно еще то, что первым уроком была физика, а Славы еще не было. Он никогда не опаздывал, и Лиза даже начала переживать. Она тотчас написала ему, но мужчина игнорировал, хотя был пару раз в сети. Каренина на то внимание хоть и обратила и запереживала, но особо не считала подобное странным, поскольку выходные у учителя были довольно-таки интересные. Может, проспал или же в пробке стоит, кто его знает?       Но неожиданно для всех присутствующих в кабинет заходит запыхавшийся Павел Сергеевич, а сзади него Артем притаился, голову вниз опуская. Лиза почувствовала, насколько уровень её тревоги усилился, но вот Миру, кажется, совсем не волновало опоздание Вячеслава Алексеевича и приход директора на пару с Артемом. — Здравствуйте, — Павел Сергеевич встал в центр, а Артем, даже не подняв голову и даже не посмотрев на Миру и Лизу, ушел на свое место, словно ощущая стыд, чувствуя на языке весь тот привкус прискорбной вины. — Здравствуйте… — протянула Каренина, нахмуривая брови. — Вячеслав Алексеевич уволился, — на выдохе огорчил директор, вытирая мокрый от пота лоб. Он мигом взглянул на Артема, прикусив губу, и Лиза всё поняла.       Чертов Масленников. Гореть тебе в аду.       Его отстраненность, его влюбленность в Лизу, его всякие «расследования» насчет Славы — всё это мигом дало понять, что именно Артем был замешан или даже являлся зачинщиком увольнения Вячеслава Алексеевича. Конечно, в голове и Лизы, и Миры крутились одна за другой странные и даже грязные мысли, но Каренина старалась быстро их отогнать от себя.       Мира решилась. — Почему? — Пока неизвестно, — наигранно улыбнувшись, директор пожал плечами. — Вы конспект новой темы пишите, потом разберемся. До свидания! — До свидания, Павел Сергеевич… — совсем тихо, еле слышимо протянула Каренина, устремив свой взгляд на телефон. Вячеслав Алексеевич Нам нужно поговорить. Я за школой. Жду. Лиза у меня уроки Вячеслав Алексеевич Это срочно.       Лиза тяжело вздохнула и показала переписку Мире. Матвеева уверила, что прикроет подругу. Девчонка тотчас начала собираться, невзначай встретившись со взглядом Артема. В нем читалась исповедь о всех его плохих поступках, о его вине и ошибке. Масленникову было жаль. Особенно больно было смотреть на Лизу. Его Лизочку, которую так нагло отобрали.       Каренина попрощалась с Мирой, пообещав, что обязательно всё расскажет ей. Она выбежала из кабинета, даже полностью не застегнув портфель. Быстро на первый этаж пошагала, и, словно хитрая лисица, прокралась к гардеробу, аккуратно открыв его и забрав с вешалки свою куртку.       Она закрыла лицо капюшоном, чтобы вахтерша ничего не заметила, и быстро вышла из дверей школы. Лиза засунула руки в карманы, все еще шагая быстрой и учащенной походкой. Сердце стучало быстрее обычного, а во рту было настолько сухо, что пару бутылок с водой точно бы не помогли. Она боялась, что мужчина сейчас скажет о расставании, хотя они даже не встречались; скажет об окончании их встреч, скажет о колкой правде. Впрочем, Лиза, правда, старалась те мысли от себя отогнать, но мало то получалось.       Она стоит сзади школы, около мусорок, дрожит, наверно, не из-за утреннего холода, хотя от него тоже, а из-за той паники и тревоги. Девчонка замечает в углу притаившуюся машины учителя, пошагала к ней, открыла переднюю дверцу и села внутрь.       Встретившись с обеспокоенным взглядом Вячеслава Алексеевича, Лиза только хотела прижаться к его губам и забыться в теплых объятиях в такой осенний холод. — Привет, — выдохнул Слава, кажется, готовясь к самому наихудшему исходу событий. — Как ты? — Я ничего не понимаю, — выпалив, ответила Каренина, потирая от стресса свои колени. — Вы не хотите мне ничего рассказать? — Хочу, — он устремил свой взгляд вперед, рассматривая деревья, площадку рядом. Сглотнул тяжелый ком. — Пообещай, что не будешь перебивать меня. — Обещаю. — Я серьезно. — Да клянусь я. Что у вас стряслось? Почему вы вдруг уволились? — В прошлой школе, где я работал, была одна одиннадцатиклассница. Она отличалась от всех тем, что до безумства была влюблена в меня. И это не про то безумство, о котором ты подумала. Нет… — он закрыл глаза, утопая в воспоминаниях, а потом разомкнул свои веки и взглянул на Лизу. В уголках его глаз легко виделась соленая влага. Сердце Лизы туго сжалось при виде Вячеслава Алексеевича. До этого он никогда не показывал свою слабость. — Она меня сталкерила, присылала подарки, поджидала меня около моего дома. В один из дней она проследила за мной до бара, в который я ходил каждую пятницу, чтобы снять напряжение. Она подсыпала что-то в мой коктейль, и я проснулся в неизвестном для себя месте полуобнаженным. Она лежала рядом. Но я точно помню и знаю, что секса у нас не было. Как оказалось, она сделала пару фотографий и разослала всей школе. Меня на следующий день уволили. И она наврала всем про свою беременность.       Лиза молчала. Она поджала губы, отвела взгляд и тяжело выдохнула. Но вместе с этим почувствовала легкое облегчение. В эту историю было трудно поверить, но Лиза старалась, правда старалась, да и тем более такое оправдание было намного лучше горькой правды, к примеру, действительный секс между ним и той школьницей. — Это правда? — она взглянула в его темно-зеленые глаза, но там не было той искры, что была до этого. В его взгляде читалась вся та разбитость, сожаление, а главное — стыд за то, что не рассказал раньше. — Мне нет смысла врать, — ответил мужчина. — Верить мне или нет, решай сама. — Я вам верю, — неуверенно произнесла Каренина. — Но Павел Сергеевич всё подумал наоборот, так ведь? — Я могу тебе сказать, почему он так подумал, но тебе вряд ли это понравится. — Дерзайте. — Это Артем. — Что? — Лиза вытаращила свои глаза, не веря услышанному. Руки стали предательски дрожать, а в горле образовался новый тяжелый ком, который она, к сожалению, проглотить уже не смогла.       Все части пазла, наконец, собрались воедино. Все опасения Лизы подтвердились. Оставалось только узнать часть правды от самого Масленникова. — Он следил за мной все эти месяцы. И дал директору пищу для размышления. Это он ему рассказал, а Павел Сергеевич удостоверился.       Каренина не успела ничего сказать. Слава взял её за руки, потирая костяшки. Ему было трудно говорить, но он произнес: — Нам нужно прекратить наше общение, Лиза. Во благо тебе.       И всё. После этого темнота в глазах, головокружение. Лиза только помнит, как долго плакала. Он довез её до дома, проводил до двери и обнял на прощание. Но Каренина не хотела выпускать его из объятий. Ей казалось это невозможным, и в его истории точно нет достающего кусочка, который был попросту вырван из контекста. Она хотела докопаться до истины, но сил не было. Единственное, что она могла, так это горько плакать на груди любимого учителя и прощаться с ним.       Он уехал, оставляя Лизу одну в большом доме. Уехал, даже не поцеловав на прощание. Каренина точно знала, что это не конец, точнее, она в это верила и хотела, чтобы это было так. Зайдя в дом, её встретил пустой и безмолвный коридор, большой зал. Она повесила свою куртку, разулась, ушла в ванну.       Умывшись холодной водой, Лиза накрыла лицо ладонями, потирая глаза, размазывая тушь. Посмотрев на себя в зеркало, она ужаснулась. Красные от слез глаза, остатки макияжа — все говорило о том, что Вячеслав Алексеевич ушел. Раз и навсегда? Неизвестно.

***

      Она не пошла в школу на следующий день. Весь день лежала дома, запершись в своей комнате. На что хватало сил, так это выходить в туалет. Даже не ела, только умылась и зубы почистила. Мира ей писала, как и Артем, как и Дима, но Каренина не отвечала. Вячеслав Алексеевич удалил все свои социальные сети и заблокировал Лизу в мессенджерах. Это добивало.       Лиза нуждалась в нем как никогда. Лиза хотела его. Лиза любила его. — К тебе гости, — в комнату ворвалась мать девушки, а сзади неё тихо притаился Артем.       Юноша зашел в спальню, закрыв за собой дверь. Лиза вскочила с кровати, нахмурившись. Вид Артема доказывал, что он тоже чувствовал себя не самым лучшим образом. Мира давно обо всем догадалась и перестала общаться с Масленниковым. Дима же обо всем не знал, но если узнает, точно расскажет всему классу, что это Артем виноват в увольнении физика. — Привет… — он сел на край кровати, а Лиза отодвинулась от него к стенке, прижав коленки к груди. — Уходи, — Каренина ясно дала понять, что видеться с ним не хочет, а тем более выслушивать его оправдания. — Я хотел поговорить, — перебил Масленников. — Пожалуйста. — Ты уже всё сказал, — выпалила Каренина. — Ты испортил мою жизнь. — Бред. Из-за Вячесла… — Заткнись. Не называй его имени, — но было уже поздно. Она почувствовала знакомое жжение в глазах и быстро смахнула слезки, утыкаясь в коленки. — Знаешь, я тоже жалею. Я сделал это по глупости, признаю. Я ревновал и был обижен… Я дурак. Извини меня. — И что? — она подняла голову на него, встретившись с его разбитым взглядом. Почему-то верить она начала ему больше. — Я перевожусь в другую школу. Хотел попрощаться.       Лиза промолчала. — Я люблю тебя, Лиза. Всегда любил.       И она снова ничего не ответила. Артем чуть пододвинулся к ней, взяв кончиками пальцев за её подбородок, и легонько поцеловал со всей осторожностью. Лиза даже бровью не повела, так и не ответив на его поцелуй.       Он вытер губы, шмыгнул, встал с кровати. Когда выходил, бросил последний взгляд на одноклассницу и ушел. Лиза смотрела ему вслед и не могла поверить в произошедшее. Но точно знала, что тоже безумно жалеет о таком конце с лучшим другом, которого знала все девять лет. Неужели обычная ревность могла всё испортить? Неужели он настолько обидчивый?       Она снова закрылась. Написала тотчас Мире и пересказала ей случившееся. Лучшая подруга сказала, что приедет к Лизе после уроков и чтобы девчонка с собой ничего не делала. Лиза послушалась и, наконец, впервые за день вышла на первый этаж, чтобы перекусить. Родители уехали, оставив записку на столе. Она и отец снова по работе на неделю улетели в Питер. И Лиза снова останется одна.

***

      Вячеслав Алексеевич сидел на своей кухне вместе со Львом. Последний рассказывал о съемках в нашумевшем сериале, а Слава все покорно слушал, как бы отвлекаясь от последних событий. Конечно, ему стало куда труднее после того, как он напомнил себе о прошлом, ведь он так старательно пытался его забыть.       Та девчонка много раз жалела о случившимся, писала ему, извинялась, но Копейкин пропал. Он не рассказал всей правды Лизе, и, пожалуй, так было намного лучше, поскольку Каренина не была бы рада, услышав правду.       На самом деле он спал с этой ученицей. Ей было восемнадцать. Но беременности никакой не было, это уже она выдумала, чтоб на неё внимание обратили, но она совсем не учла, что Вячеславу Алексеевичу это совсем не понравится. Об этом узнал директор, и Вячеслав тотчас уволился, попытавшись скрыть все подробности. Однако в той школе все еще ходят грязные слухи и сплетни. — Что собираешься делать? — спросил Лев как бы невзначай и совсем случайно, но на самом деле он очень сильно переживал за единственного настоящего друга. — Буду пока заниматься репетиторством, — пожал плечами Копейкин. — Я не хочу больше работать в школе. — Не хочешь в кино? — Лев улыбнулся. — Точнее, сыграть в кино. — Не люблю внимание к себе, — но слова Льва дали Славе пищу для размышлений. — Да и тем более я не актер, а я учитель. — Мой друг сейчас клип к своей песне хочет снять. Искал красивых и смазливых, — Зулькарнаев усмехается. — Попробуй. — Боюсь, я им не понравлюсь. — Как знаешь, я лишь предложил, — Лев смотрит в телефон, перелистывает страницу инстаграма. — Я хочу Миру в театр пригласить на свое выступление в четверг. — Ты успеваешь и в постановках участвовать… — Слава удивился. — Ну, там немного. Час идет от силы, и реплик мало. Я решил, почему бы и нет. Ты с Лизой… — он тут же вспомнил, что между другом и школьницей все кончено. — Прости. — Ничего, — но Славе вдруг стало так больно, когда он услышал имя Карениной.       Следующий час парни обсуждали насущные проблемы, перебирали проблемы друг друга и говорили о девушках. Лев поделился тем, что времяпровождение с Мирой ему очень нравится, а Копейкин был только рад за друга. Впрочем, таких разговоров по душам, как никогда не хватало и Славе, и Льву.

***

      И разговор со Львом подтолкнул Копейкина на очень безрассудный и глупый поступок, хотя Копейкин считал, что поступает правильно. Если он в будущем пожалеет, то ему будет абсолютно всё равно.       Он останавливает машину у знакомых ворот. Выходит с букетом алых роз, поправляет цветы и звонит в домофон. На том проводе он слышит знакомый голос, потом притворяется курьером, и его впускают.       Стоит около двери, стучит два раза. К нему выходит Лиза. — Ты же в курсе, что у меня стоят камеры, курьер? — Лиза чуть улыбнулась, впервые за два долгих дня. — Ой, — Слава убирает букет роз от своего лица и протягивает девчонке. — Это тебе. — Спасибо, — она с радостью принимает их и заводит Копейкина в дом.       Слава быстро разувается и снимает с себя куртку. Лиза уходит на кухню, чтобы поставить цветы в вазу. Слава пока находит одну из ванн в особняке и моет руки, умывается. Выходит к девчонке, а она уже чайник ставит, пирожные из холодильника достает. — А где родители? — спрашивает он, обводя кухня в молочных тонах взглядом. В доме Лизы было комфортно, несмотря на то, что это был чертов особняк с огромным количеством комнат. — Уехали в Питер, — отвечает Каренина и уже разливает кипяток по кружкам с пакетиками чая. Она ставит их на стол, потом садится напротив.       Копейкин благодарит, делая первый глоток. Лиза улыбается, всё глаз с него не спуская. Любуется им. И сама тому не верит, что мужчина решил наведаться к ней. Думает, что это либо галюны, либо сон, такой сладкий и приятный сон. — Почему ты приехал? — спрашивает Лиза, улыбаясь краешками губ. — Меня тянет к тебе, Лиза, — отвечает, даже не задумываясь.       По Лизе прошлась приятная волна мурашек. Внизу живота затягивается узел, а бабочки вновь пробудились, услышав такой приятный тембр голоса Копейкина. Она, правда, не верила тому, что слышит, что видит, но так не хотела, чтобы это в итоге оказалось сном. Пусть реальность будет такой: нестабильной, но она будет со Славой. — И меня, — признается Каренина. — Прости меня. — За что? — За то, что ушел, — но не решается рассказать ей правду.       Он резко встает со стула, подходит к Лизе. Кладет свои ладони к ней на плечи, массируя, и дышит прямо в шею. Убирает со спины её волосы, отводя их на правое плечо, и целует покрытую мурашками кожу. Лиза ерзает на стуле, тяжело выдыхая.       Каренина не может справиться. Она встает к нему лицом, смотрит в родные зеленые глаза, проводит по его кудрям пальцами, улыбаясь. Слава, словно кот, мурчит в ответ, накрыв ладонями талию девчонки.       Он тянется к её губам и целует их. Лиза скоро отвечает на поцелуй, переходя с его волос на плечи, сжимая их. Слава сильнее прижимает к себе школьницу, целуя, как бы врываясь в её губы, размыкая их. Он делает это со всей нежностью, отбрасывая всю ту пошлость и грязь, что кроется в нем.       Но не успевает нарадоваться этому. Скользит руками к её заду и поднимает ее. Лиза обхватывает его торс ногами, и мужчина несет её на второй этаж, в спальню девчонки.       Заходит внутрь, закрывая дверь ногой, бросает Лизу на кровать и нависает сверху. Обводит взглядом аккуратное лицо Карениной, выдыхая, потом снова накрывает её губы своими, незаметно пробираюсь под ее футболку. Скользит холодными руками к её грудям, сжимая их. Лиза протягивает стон, отчего Слава чувствует, как кровь потоком прильнула к его члену. В собственных джинсах становится тесно, стояк давит прям на живот Карениной. Она его чувствует и тотчас мокнет между ног.       Копейкин снимает футболку Лизы через голову, кидает на пол, накрывает сосок кольцом из своих губы и начинает медленно посасывать, скользя ладонью к резинке её домашних штанов, развязывает шнурки на штанах, опускает их вниз. Лиза ногами помогает снять их с себя, и они также летят вниз на пол.       Он прикасается к её лону сквозь белоснежные трусики девчонки, чувствуя сквозь ткань, что Лиза давно намокла. Улыбается и, наконец, отстает от груди. Дорожкой поцелуев прокладывает себе путь к заветному месту, щекоча животик, целуя ребра. Лиза смеется, но потом постанывает, чувствуя, что он целует клитор сквозь трусики и снимает их также, как и штаны.       Надавливает большим пальцем на набухший клитор Лизы. Она откидывает голову назад, до крови закусывая губу. Сжимает свои груди, как бы имитируя прикосновения мужчины. Он улыбается, раздвигая влажные складки своим языком, проводит по ним, ведя к заветному проходу, выдавливает слюну и вперемешку со смазкой девчонки смачивает его.       Входит сначала одним пальцем, толкается. Он давно не был в ней, потому в Лизе было чрезвычайно узко, но он обязательно исправит это. Добавляет второй, и Лиза снова стонет, но уже не так нежно, а скорее пошло и грязно, именно так, как любит Вячеслав Алексеевич.       Двумя пальцами растягивает её, снова толкаясь. Лиза чувствует, как они толкаются в ней, как они давят внутри. Это было и больно, и приятно одновременно. Появляется приятное и знакомое жжение внизу живота, она зажмуривает глаза, позволяя мужчине изучать её.       Он трахает ее пальцами, не стесняясь характерных звуков. Между тем свободной рукой старается снять с себя ремень и джинсы, но получается это, мягко говоря, плохо. Тогда он аккуратно выходит из девчонки, тянет свои мокрые пальцы к своим губам и облизывает их. — Ты такая вкусная, — он улыбается, проводя языком по среднему и безымянному пальцам. Лиза от этой сцены чувствует новую волну возбуждения, раздвигая ноги, как бы умоляя, чтобы Слава вошел в неё уже членом.       Он снимает с себя ремень, спускает джинсы и боксеры, бросает их куда-то в угол. Снова накрывает её соски своими губами и проводит языком, целует так нежно, как только может. Лиза впивается в его затылок своими пальцами, сжимает их, вонзает ногти. Слава рыкнул, чуть шлепая её по второй груди.       На встречу к его губам выгибает спину. Он отстает от грудей, пристраивается между её ног, снимает с себя футболку, открывая, наконец, Лизе вид на его торс. Она впечатлена, даже очень. Впервые видит мужчину полностью обнаженным, как и он её.       Давит головкой члена на её узкий проход, облизывает пальцы и смачивает член слюной. Лиза закусывает губу, наблюдая за действиями Славы. Он давит головкой, входя во второй раз, забывая о защите. Но ни его, ни её это не волнует.       Он толкается раз. Оказывается наполовину в ней. Влагалище тугим кольцом обхватывает его член, и Слава чувствует новый приток крови к органу, как он затвердевает, будучи в ней. Лиза не может держать так голову и откидывается на подушки, скользя рукой к своему клитору. Слава отпихивает её руку, чуть шлепая. — Нельзя, — улыбается.       Толкается два. Он в ней по основание. Лиза чувствует, что жжение внизу живота усиливается, а узел давно на пределе. Еще чуть-чуть и он точно порвется. Он ставит свои руки по обе стороны от тела Лизы и начинает медленно толкаться, растягивая Каренину. Она обнимает его, царапая спину. Славу это заводит, и он начинает ускоряться, слыша хлопки его члена об зад девчонки. — Прошу, Слав… — она протягивает эти слова в дурмане, чувствуя, что уже давно на пределе. — Что такое? — заботливо произносит он. — Оттрахай меня, пожалуйста, — хнычет Лиза.       От такого сносит голову, от такого в глазах мутнеет. Он уже и не помнит, но начинает долбить её, слыша скулеж и приятные стоны девчонки. Чувствует, как она до крови царапает его спину, как впивает в неё свои длинные ногти. Он понимает, что и сам давно был на пределе. Его старой мечтой было трахнуть девчонку на её постели, и это случилось. Осталось теперь у него дома.       Вколачивает податливое тело в матрас кровати. Их стоны сливаются воедино, их рассудок от дурмана и приятных ощущений теряется. Лиза понимает, что сильнее и по настоящему Вячеслава Алексеевича любить начинает. А он осознает, что никогда, никогда больше от девчонки не отречется. Будет непросто выстроить отношения, но он, правда, постарается, как бы то ни было.       Он продолжает трахать её, разрывая. Ноги Лизы дрожат, а во рту давно пересохло от нескончаемых и длинных стонов. — Я люблю тебя, — признается Каренина.       Слава тотчас выходит из неё и изливается на её животик. Тяжело выдыхает и вытирает пот со лба. Девчонка чувствует, как медленно стекает горячая и густая сперма. — Ох, блять, — он ложится рядом, снова выдыхая. — Это было ахуенно.       Он её слова проигнорировал. Прекрасно слышал, но ничего не ответил. Лиза решается не говорить их во второй раз и аккуратно прижимается к нему, чтобы не испачкать постель в его семени. — Что будет дальше? — спрашивает Лиза с хрипотцой в голосе. — Станешь моей девушкой. — Это вопрос? — она удивляется. — Нет, утверждение.