Конфеты или жизнь

Тёмная ночь густым мраком лежит на улицах. Окна домов отпугивают непроглядной тьмой за толстыми стеклами, и лишь одинокие тыковки, усаженные вдоль коротко остриженных газонов, зловещим огнем в вырезанных жутких рожицах создают какое-то подобие освещения. В такие ночи нечисть выходит на улицу, пока люди предпочитают оставаться дома и трястись за свою жизнь. Главную площадь наводняют ведьмы, вампиры, оборотни, зомби, они же и оккупируют двери жилых домов, протяжно завывая под окнами: — Сладо-ость или гадость! — Венти деловито поправляет съехавшую на лоб шляпу и еще несколько раз ударяет кулаком в украшенную летучими мышами дверь. За ней тишина. В окнах тьма тьмущая. В глазах Венти вселенское разочарование. — Вот блин, и тут игнорируют! Ну почему никто не хочет отсыпать хотя бы горсть конфет?  — Ты можешь купить их в магазине. Ведьма захлебывается возмущением: разворачивается на пятках, изящно махнув длинным темным плащом, и недовольно цокает языком. — И ты туда же! Так же совсем не интересно, Сяо! Тебе не хочется получить за свой костюм награду? Мы же так над ним старались! Над костюмом старались не «мы», а Венти, пока Сяо просто стоял, вперив нечитаемый взгляд в стену. А ведьма пока ещё без шляпы и плаща, но с весьма милой тыковкой на щеке и кучей амулетов на шее размазывала по его лицу гримм.  Пара хлопков по щекам, и в зеркало глядит совсем белое лицо с недовольно сверкающими красными глазами. Янтарная радужка едва ли проглядывает сквозь плотные линзы. На плечи водружают черный плащ с высоким воротником, губы малюют алой помадой, в рот пытаются запихать искусственные клыки. — Я сам, — фыркает, отбиваясь от рук Венти, и последний покорно кивает, соглашаясь. — Осталось только искусственную кровь вылить, — довольно улыбается, разглаживая несуществующие складки на белоснежной рубашке. — Давай без нее. — Ну уж нет, — в руках у недоведьмы материализуется пакет с кровью, очень похожий на донорский, и Сяо надеется, что это просто для антуражности. — Так будет естественнее. Дальше происходит то, чего Сяо, в принципе, ждал еще с момента, когда Венти в одних чулках и с размалеванным лицом выскочил из своей комнаты с кучей шмоток в руках: катастрофы.  Ведьма спотыкается на ровном месте.  Кровь окрашивает лицо Сяо, стекает вниз по шее и расплывается огромным пятном на рубашке от ворота до края черных классических брюк. — Упс. «Упс», — обреченно думает вампир, стоя перед очередной дверью. — «Это девиз Венти по жизни». «Упс», — это генератор всех его проблем. — Давай, Сяо, попробуй ты!  Мимо по улице шаркает очередной Франкенштейн,  мыча под нос какую-то попсовую песню. Вампир брезгливо глядит на облитый кровью дверной звонок и, тяжело вздохнув, вжимает в него палец. — Конфеты или жизнь! Венти что-то раздраженно шипит под нос, пихая Сяо в бок. Возможно, что-то о том, что они не собираются забирать чью-то жизнь, если им не отсыпят конфет, но вампиру, если честно, все равно.  А дверь все же открывается. В тонкую щель высовывается чья-то дрожащая рука, а ведьма, моментально заткнувшись, стягивает с головы шляпу. Конфеты с тихим шуршанием сыпятся внутрь. Дверь громко хлопает прямо перед его носом, и Венти оборачивается к Сяо с таким диким восторгом в глазах, что у последнего пропадают всякие сомнения насчет этого праздника. Ради такого вида можно и потерпеть зуд в деснах от накладных клыков. — Ты лучший! — взвизгивает, бросаясь на шею. — Это наш первый улов за сегодня! Сяо устало кладет руки на талию Венти, поддерживая его, и слабо улыбается.  Счастья полная шляпа, надо же. А стоило только получить немного конфет.  За спиной кто-то угрожающе рычит. Возможно, оборотень или недовольные вторжением на их участок жильцы. Сяо, впрочем, опять же все равно. У него перед глазами горящий восторгом взгляд и какая-то сумасшедшая улыбка, которая очень скоро будет измазана в алой помаде. Надо только клыки вытащить.  Двигается ближе, носом к носу, угрожающе усмехаясь. И вопросительно тянет: — Поцелуй или жизнь? У Венти в глазах загорается нежность.  И, кажется, счастье. — Глупый вопрос.