Красный ревенант: не все заслуживают рая.

В ад грешники попадали по-разному... Кто-то просто появлялся на улицах городов, иногда весьма неудачно попадая под колеса машин. Или, наоборот, удачно, ведь в городе всяко найдутся доброхоты, что как минимум пнут с дороги поломанное тело, чтобы не мешало ездить. А если уж совсем повезло, то и вовсе не поленятся и бросят. Хотя... Может быть, всё-таки допинают переломанное тело до ближайшей подворотни. Где под проклятья и матюки, которым позавидует даже самый матёрый боцман, демоническая регенерация латала тело, причиняя порой жуткую боль, когда осколки костей ползли на своё место. А вот некоторым грешникам не везло настолько, что казалось, сама Фортуна дала им пинка под зад. Ведь местом их появления были окраины круга Гордыни. Это место, под названием Воющие скалы, изобиловало горами, скалами, обрывами, трещинами и острыми пиками. Самое то, чтобы провалиться в глубокую яму и застрять в ней навечно, нанизавшись на острые пики. Такой судьбы можно пожелать лишь врагам, да и то не всяким. Висеть практически вечность, нанизанным на острые скалы, испытывая жуткую боль от пронзённой плоти, что раз за разом пытается встать на место, но лишь только бередит кровоточащие раны... Но даже это лишь начало. Даже если грешнику повезло и он не упал на дно расщелин, не нанизался на скалы или даже вовсе обладал крыльями, что и не факт что помогут, ведь ветра тут по-настоящему дикие, да и пользоваться ими тоже нужно научиться, то его поджидал куда более страшный враг. Не монстры, стражи или даже другие грешники. Нет, этот враг был куда хитрее и коварнее. И этим врагом был голод. Казалось бы, если грешники уже мертвы, то зачем им есть и пить? На этот вопрос, казалось бы, не существовало ответа... Тем не менее голод был. Сначала небольшой. Потом все больше и больше... Пока в конце концов не превращался в бездонную пропасть, казалось бы, пожирающую грешника изнутри. И если бродящие по скалам грешники могли хоть как-то утолить его, жуя чахлые кусты, растущие на местных скалах или даже пожирая друг друга или собственную плоть, то застрявшие в расщелинах были лишены даже этого. Изнывая от голода, холода и ран, не имея возможности иногда даже двинуть пальцем, им оставалось только вопить изо всех сил. Вот ЭТО и были самые настоящие адские муки. Впрочем, муки были отнюдь не бесконечны. Ведь примерно раз в полгода, а иногда и чаще, в эти горы отправлялись группы предприимчивых грешников, выискивая отчаявшихся или просто интересных, готовых душу продать за крошку чёрствого хлеба. И что самое удивительное, продавали. А потом ещё и слёзно благодарили за это, не подозревая о дальнейшей судьбе. Впрочем, судьба была не такой уж и тяжёлой. Кого-то в шахты, кого-то на панель, а кого-то на плантацию наркотиков... Впрочем, даже работа в шахте воспринималась многими если не как норма, то как что-то приличное. Особенно теми, кто несколько месяцев провёл без еды. Такими грешниками даже практически тюремная баланда на картоне и разваренных ремнях поглощалась так, будто это мишленовские блюда. Впрочем, иногда судьба незадачливых грешников может быть иной. Например, они могут случайно выбрести на одну из дорог, что прорезает скалы и выйти к людным областям. Или сбиться в группу и тоже выйти. И тогда условия для них будут уже абсолютно другие. Не сказать, чтобы лучше... Но свободнее. Но иногда грешнику может повезти встретить кого-то необычного. Или не повезти, зависит от того, что этому необычному нужно. – Давайте, тяните! – эхом отражался от скал нетрезвый голос. – Тяните, мать вашу! – Сам тяни! – огрызнулся минотавроподобный грешник, натягивая толстенный стальной трос. – Заткнись, Минос! – огрызнулся грешник, частично смахивающий на мелкого уродливого демона, только синий. – ВЫ ЖРАТЬ ХОТИТЕ? – громко гаркнул первый голос. – ТОГДА ТЯНИТЕ, СУКИНЫ ДЕТИ! –И... ВЗЯЛИ! – рявкнул минотавр. Двоим грешникам, которым не только повезло встретить друг друга, но и хватило мозгов объединиться. Но ещё больше им повезло, когда они встретили странного то ли грешника, то ли гончую, который тянул стальной трос из громадной расщелины, дно которой было даже на вид очень далеко. Ведь этот грешник за помощь обещал накормить... С учётом того, что у парочки уже около недели в животах не было даже сухой ветки, а они сами уже начали поглядывать друг на друга с вполне гастрономическим интересом, предложение было весьма в тему. Правда кто же знал, что груз на конце троса будет столько весить... Обоим даже стало интересно, что это там такое... Тем сильнее оказалось их... Охренение. – Это... сумка... – ошарашенно выдал мелкий грешник. – Как... – Что «как»? – даже с каким-то интересом осведомился Макар, развязывая горловину. – Как это возможно? – продолжил говорить грешник, ещё больше охреневая, когда Макар по плечо засунул руку в горловину и начал шариться внутри. – Как... – Добро пожаловать в Ад, здесь возможно все. – фыркнул Макар. – Да где же оно... А, нашёл! С этими словами грешник вытащил из сумки большую бутыль и, сноровисто выбив пробку, тут же опрокинул в себя полупрозрачную жидкость. Весьма и весьма алкогольную, судя по запаху. – То есть как, ад? – мелко затрясся мегкий грешник, разом став как будто ещё меньше. – Не, не ад, просто затянувшийся приход. Да-да, просто глюк! Не буду больше брать у того дилера... – Чё, реально ад? – хмыкнул минотавр, обращаясь к Макару. – Вот прям с чертями, котлами и лавовыми реками? – У-у, хороша... – резко выдохнул Макар и занюхал рукавом. – Да, реально Ад, а черт вон рядом с тобой стоит, такой же грешник, как ты. Котлов нет, а реки лавы протекают внизу, в круге Гнева. Мы сейчас, кстати, в круге Гордыни, куда попадают все грешники. Продолжая по мелочи просвещать новичков, пьяный Макар не забывал о своём обещании. Из, казалось бы, бездонной сумки появилась скатерть, несколько краюх хлеба, вязанка колбасы, несколько каких-то овощей и кореньев. И каждый из этих предметов пара грешников провожала настолько голодными взглядами, что, казалось бы, сейчас набросятся и передерутся за каждую крошку. Лишь только тонкая нитка нереальности происходящего удерживала их от поспешных действий. – Угощайтесь, чего застыли-то, ик! – сказал Макар, приглашая грешников к импровизированному столу. И демонстративно надломив палку колбасы, смачно зажевал ее, запивая самогоном и закусывая хлебом. Знакомый хруст черного хлеба и запах колбасы окончательно добили бедных грешников. Настолько добили, что они буквально набросились на еду. Но по-разному. Если мелкий грешник запихивал в себя все, что только в голову попадется, напоминая эдакий пылесос с руками, то вот минотавр пусть и делал большие укусы, но тщательно пережёвывал, явно наслаждаясь подзабытым вкусом нормальной еды. – То есть получается, мы тут бессмертны? – осведомился минотавр. – Вот прям совсем? – Вот прям совсем, разве что ангельское пыряло в теле дырку сделает или адский огонь спалит. – в очередной раз хлебнул Макар. – А так, даже если мозги вышибут, то восстановишься как миленький. Правда больно будет... Да и глюки будут... Специфические. Так что, берегите голову, не забывайте носить каски, ха-ха-ха! – Пф, глюки. – фыркнул мелкий демон. – Ты лучше скажи, водятся ли в аду... Суккубы? – Водятся, как же не водиться-то! На шестом круге, круге Похоти.– фыркнул Макар и скривился. – Те ещё шлюхи, что спят со всеми подряд и вертят мужиками как хотят, хрен отвяжешься. – Суккубы... – откровенно потекла слюна у плюгавого. – Погоди секундочку, какое нахрен ангельское пыряло? – заострил внимание минотавр. – Мы же как бы... В аду, не? – Раз в год прилетают пернатые уебки и геноцидят все, что движется. – сплюнул Михалыч. – А что не движется, то двигают и геноцидят. – Суккубы... – продолжал как заворожённый повторять плюгавый демон, пялясь на разлом. – Ну дела... – проговорил минотавр, задумчиво жуя бутерброд. – Воспринимай это как стихийное бедствие. – махнул рукой волк, вновь прикладываясь к бутылке. – Нет, конечно можно попробовать дать отпор, благо эти летающие курицы не шибко умелы, да и для своего же ангельского оружия и мощной магии уязвимы... Вот только, стоит начать обижать этих психованных куриц, как может спустится главпетух и дать похохотать всем окружающим. Стерев в пыль какой-нибудь городишко, например. – Жесть... – сглотнул минотавр. – А еще обилие всяких отморозков, которым для применения силы не надо даже повода, различные контракты, некоторые похуже рабских. – хмыкнул Макар, дожёвывая палку колбасы. – Это ад, мужики, так что привыкайте. И убедившись, что вся еда съедена, а на дне бутылки еще что-то плещется, Михалыч начал собираться. – Слушай мужик, э-э-э... – немного замялся минотавр. – Михалыч я. – отозвался он. – Михалыч... – сказал минотавр. – Я понимаю, что мы тебе помогли, а ты в ответ нас накормил и на этом все... Но не мог бы ты вывести нас из этих гор? Хоть куда-нибудь. – Дорога там. – махнул в сторону ближайшего ущелья волк. – Идёте в сторону алого сияния, пока не покинете горы, а там дальше сами сориентируетесь. И не прощаясь, направился куда-то за скалу. Оставив сумку около обрыва. – Странный какой-то мужик. – задумчиво буркнул минотавр. – Эй, ты что делаешь?! – Обеспечиваю своё безбедное будущее! – огрызнулся плюгавый демон, пытаясь развязать хитрый узел на мешке. – Ты что, не понимаешь? Это какая-то контрабанда, потому-то он и тянул ее оттуда. Если прогадать ее даже за десятую часть, то наркотой можно просто обсыпаться. А уж сколько суккубов можно будет снять... Плюгавый прям-таки замечтался, пытаясь развязать тесёмки. – Идиот... – закрыл глаза руками минотавр, отодвигаясь в сторону от своего уже однозначно бывшего напарника. Пусть при жизни он был отнюдь не ангелом, скорее даже наоборот, но все же старался жить по понятиям. На добро отвечать добром, на зло злом. Так что он был весьма благодарен этому... Михалычу. Но все же останавливать плюгавого не стал, ибо если ты не можешь защитить свое имущество, то оно и вовсе не твоё. Да и интересно будет посмотреть на его реакцию. А тем временем из маленькой сумки, скорее даже из заплечного мешка были извлечены: палка колбасы, еще одна палка, только другого сорта, унитаз, стопка деревянных брусьев, холодильник, набор кастрюль, несколько пакетов каменно-ледяного мяса, несколько ящиков разнообразных фруктов и овощей... И многое другое. С каждым вытащенным предметом глаза минотавра становились все больше и больше... Особенно, когда на свет был вытащен рояль. – Херня какая-то... – злился плюгавый. – Где золото? Камни? Да хоть что-то! Только хрень какая-то... И бутылки с оранжевой жижей! Что за отстой! – А теперь положил все на место и съебался в закат. Увлечённые рассматриванием содержимого бездонной сумки грешники так и не заметили звука мотора, а затем и вовсе вырулившую из-за скалы фуру весьма... Демоничного вида. А уж когда их прервал твердый голос с рычащими нотками... То грешники и вовсе застыли как вкопанные. А затем медленно повернулись к вышедшему из фуры Михалычу. Сам волкоподобный грешник был скорее разочарован, чем зол. А ведь была такая идея... – А то что? – вызовом сказал плюгавый, демонстративно подкидывая в руках бутылку с вельзесоком. – Что ты нам сделаешь? – Нам? – вскинул бровь под повязкой волк и повернулся к минотавру. – Я не с ним. – тут же открестился минотавр. – Значит, мы? – в очередной раз повернулся к уже осознавшему подставу «напарника» демоненку. – Если ты поставишь бутылки на землю, то я, так уж и быть, просто оторву тебе голову. – Значит они всё-таки ценные? – оскалился демоненок, явно воодушевившись.. – Так с чего мне тебе их отдавать? – Если ты хотя бы одну разобьёшь, то я сожгу тебя на медленном огне. – явно раздражённо ответил Михалыч. – Если поймаешь! – воскликнул демоненок. И, прежде чем кто-то что-то успел сообразить, оттолкнулся от края обрыва и спиной вперёд ухнул вниз. – До встречи на круге Похоти, сучара! – успел выкрикнуть он, с улыбкой ухнув вниз. Казалось бы, Михалыч должен был прыгнуть за ним следом, дабы спасти свое добро, однако вместо этого всего лишь плюнул ему вслед. – Дебил. – к удивлению минотавра только фыркнул он. – А я ведь предлагал ему только башку оторвать... – Только и всего? – с удивлением уставился на него минотавр. – Как думаешь, почему грешники есть ТОЛЬКО на кругу Гордыни? – внезапно спросил волк. Внезапно разлом озарился темно-багровым светом, в следующий момент оттуда раздался оглушающий вопль, полный бесконечного страдания. Который, впрочем, довольно быстро оборвался. – Вот именно поэтому. – подытожил Михалыч, начиная набивать фуру товарами. Он уже окончательно выбросил из головы крикливого идиота, плоть которого уже прогорела в адском пламени до костей. Было жалко разве что пару бутылок вельзесока... Все же он не в том возрасте, чтобы скакать по разломам, словно горный козел.