Sons and Birthday's

Эмма угрюмо уставилась на стоящую перед ней чашку горячего шоколада. Взглянув на часы над стойкой в «У бабушки» она удрученно вздохнула. Вечеринка в честь одиннадцатилетия Генри уже заканчивалась… Вечеринка, на которую ее не пригласили. Несмотря на уговоры Генри и собственные попытки быть более любезной с мэром, Регина не разрешила Эмме праздновать вместе с ними. Более того, она ясно дала понять, что если Эмма попытается сорвать вечеринку, то будет долго жалеть об этом. Дверь в закусочную открылась, и Эмма подняла голову, проклиная свое невезение, когда увидела, что, хромая, вошёл мистер Голд. Она быстро опустила голову, когда его янтарные глаза обшарили закусочную, надеясь, что он не увидит ее, сидящую за задним столиком. Однако судьба была не на ее стороне, и она нахмурилась, когда он подошел к ней. — Мисс Свон, — произнес он шелковистым ровным голосом. — Могу я присоединиться к вам? — У меня такое чувство, что даже если я скажу «нет» вы все равно сядете, — ответила она слегка раздраженным тоном. Он ухмыльнулся, опускаясь на сиденье напротив нее. — Это лишь одна из причин, почему вы мне нравитесь, мисс Свон… вы меня понимаете. — Не хочу показаться грубой, но я действительно не в настроении для компании. Особенно в вашей компании. Он продолжал ухмыляться, но черты его лица немного смягчились. — У вас плохой день? — Что выдало меня? — язвительно спросила она, приподняв бровь. — Я знаю, что вы не хотите в это верить, Эмма, но на самом деле я хороший слушатель и хотел бы помочь вам, если смогу. Она некоторое время изучала его. Она доверяла Голду настолько, насколько могла ему доверять, но чувствовала, что он действительно искренен. — Сегодня у Генри был день рождения, и я не смогла пойти, — тихо сказала она, глядя на стол. — Полагаю это был не ваш выбор. — Нет, — с горечью ответила она. Она снова подняла взгляд, в ее глазах вспыхнул гнев. — Генри просил Регину разрешить мне приехать, но она отказалась. Она сказала, что я не праздновала предыдущие десять дней рождения, так что нет причин начинать сейчас. — Регина может быть… — Стервозной, — вклинилась Эмма. Голд тихонько хихикнул. — Я хотел сказать «жестокой», но «стервозной» тоже подходит. Она усмехнулась, а затем испустила еще один тяжелый вздох. — Каждый год в его день рождения мне было интересно, что он делает: устраивает ли большую вечеринку с друзьями, нравятся ли ему подарки, какой торт он ест… счастлив ли он и веселится ли. — Она сделала паузу и поспешно вытерла скатившуюся по щеке слезинку, надеясь, что он этого не заметил. — И теперь, когда я здесь, так близко к нему, я все еще задаюсь этим вопросом. — Я знаю, что это может быть трудно… отказаться от ребенка и постоянно задаваться вопросом, какова его жизнь сейчас, — ответил он тихим низким тоном. — Но гадать бесполезно. В ней внезапно вспыхнул гнев, разъяренный тем, что этот человек имеет наглость указывать ей, что она должна испытывать. — Что вы можете знать об этом? — огрызнулась она. — Больше чем вы думаете, — просто ответил он, слегка наклонив голову. Она насмешливо улыбнулась и откинулась на спину сиденья, бросив на него недоверчивый взгляд. — Я как-то сомневаюсь в этом. Они сидели молча, глядя друг на друга. Голд сломался первым и испустил усталый, дрожащий вздох. — У меня был сын, мисс Свон. Из всего, что она ожидала от него услышать, это было не то. Ее рот раскрылся, а глаза расширились от шока. — У вас… есть сын? — медленно произнесла она, не в силах понять, в чем он только что признался. — Был, — поправил он. — У меня был сын, которого я давно потерял. — Мне очень жаль, — извинилась Эмма, внутренне сокрушаясь о том, что сказала ему раньше. — Никто никогда ничего мне не говорил. — С чего бы это? Вы первый человек, которому я рассказал об этом за очень долгое время. — Могу я узнать, что случилось? — мягко спросила она. Он положил руки на стол и посмотрел на них сверху вниз, не в силах справиться с сочувствием, которое увидел в ее глазах. — Я… я хотел защитить его… дать ему лучшую жизнь. Единственный способ сделать это — отпустить его. Ее рука легла на его руку, ее прикосновение было теплым и нежным. Вздрогнув от неожиданности, он поднял глаза и увидел, как она одаривает его сочувствующей улыбкой. — Вы поступили так, как считали нужным, — мягко сказала она. — Вы пошли на жертву, чтобы обеспечить ему лучшее будущее… но ведь желание быть с ним никогда не проходит, не так ли? Он пристально посмотрел на нее, а затем медленно высвободил свою руку из-под ее. — Вы правы, мисс Свон… это никогда не проходит. — Он позволил своим словам повиснуть в воздухе на мгновение, после чего он выскользнул из стола и зашагал прочь. Она смотрела, как он распахнул дверь и вышел на улицу, где было холодно и темно. Часом позже Эмма обнаружила, что складывает на кухонном столе подарки, которые она хочет подарить Генри. Она решила прийти завтра в его школу и вручить их ему… к черту последствия. Тук-тук-тук. Она повернулась к двери с озадаченным выражением лица. Было 18:12 в воскресенье, что в Сторибруке означало, что семьи только что сели за стол ужинать. Подойдя к двери, она открыла ее и была шокирована, увидев Генри и мистера Голда, стоящих по другую сторону. — Что… что ты здесь делаешь? — с улыбкой спросила она Генри. — Я здесь, чтобы отпраздновать с тобой свой день рождения, — ответил Генри с яркой улыбкой. Он вошел в комнату и радостно воскликнул, увидев подарки на кухонном столе. Эмма заметила, что Голд держит в руках небольшой торт, а в правой руке у него зажата трость. — Могу я войти? — спросил он вежливым тоном. Эмма лишь кивнула и отошла в сторону, все еще не понимая, что происходит. Она взглянула на Генри, который тряс завернутые подарки, а затем снова на Голда. — А Регина знает, что Генри с вами? — обеспокоенно спросила она, опасаясь, что он ответит. Он ухмыльнулся, ставя торт на стол. — Не волнуйтесь, мисс Свон. Я не похищал Генри. — Я не понимаю, — ответила она. В ее тоне слышалось замешательство. — Что вы ей сказали? Небрежно пожав плечами, он повернулся, чтобы посмотреть, как Генри аккуратно разрывает оберточную бумагу самого большого подарка. — Скажем так, я могу быть весьма убедительным. — Какого черта ты здесь делаешь? — зарычала Регина, когда Голд вошел в фойе ее дома. — Я здесь, чтобы отвезти Генри к Эмме, — ответил он, слегка скривив губы. Она фыркнула и закатила глаза. — Черта с два. — Она открыла входную дверь и сказала: — Выходи. — Брось, Регина, — ответил он фальшиво приятным тоном. — Неужели мне нужно произносить волшебное слово? Она замерла, яростно глядя на него. Он ухмыльнулся. — Я так и думал. — Зачем вы это сделали? — спросила Эмма, подойдя к нему. На мгновение он увидел Генри, представив, что это Бэй с ликованием открывает подарки. — Я упустил второй шанс пообщаться с сыном. — Повернувшись к ней, он добавил: — Но у вас еще есть шанс. Вам больше не придется гадать, что Генри делает в свой день рождения. — Улыбнувшись ей, он направился к двери, намереваясь уйти. — Я сказал Регине, что вернусь с ним через три часа. Наслаждайтесь временем, проведенным вместе. — Подождите, — окликнула она, останавливая его. — Вы должны остаться… съесть с нами немного торта. — Я не хочу вмешиваться, — ответил он. Она ободряюще улыбнулась ему. — Вы не мешаете. Я хочу, чтобы вы остались. Он немного поколебался, прежде чем кивнуть головой в знак согласия. Он медленно, прихрамывая, вернулся к ней. — Спасибо. Она потянулась к его руке, переплетая свои пальцы с его. — Нет, это я должна вас благодарить.