Поезда

Джеймса встретил очередной прокуренный тамбур. Под монотонный бег поезда он прикрыл глаза, касаясь лежавшего в кармане телефона. Скоро он вернётся домой, вопрос только на сколько. Он знал — его работа вскоре принесёт новую ссору. Регулус уставший от его постоянных, выездных командировок, вновь одарит его обиженным, серым взглядом, и ляжет, не касаясь его в кровать. Мысль о любимом человеке отдалась беспокойством. Он скучал по проведённым вместе ночам, по приготовлению совместного завтрака, но ничего не мог поделать с ссорящими их поездами. Впрочем, сейчас он с каждым стуком колёс ближе к Регулусу чем за последние десять дней. В груди что-то сжалось. Он всегда ощущал щемящую тоску находясь вдалеке от своего мужа. Сам факт расстояния сводил с ума. Джеймс осознавал, что Регулус ощущал себя так же. В одинокой квартире с ним находился лишь их кот, и то, тот предпочитал затаиться в тёплое местечко, видя кошачьи сны большую часть дня. Телефон завибрировал в кармане, предупреждая о появившейся впервые за последние три часа связи. Поддаваясь желанию услышать родной голос, Джеймс, мгновенно достал телефон, набирая номер. — Джеймс. — Раздался сонный голос по ту сторону телефона. — Привет, разбудил? Только сейчас осознавая сколько времени, Джеймс виновато прикусил губу, но мягкое «нет, я ждал твоего звонка» разлилось теплом в груди. Регулус всегда не умел ему врать, но Джеймс не желая спорить лишь улыбнулся. — Через сколько часов ты будешь на Вокзале? — Зевая спросил Регулус, и Джеймс знал, что его муж сейчас медленно моргает, прогоняя сон. — Пять. Скоро я буду с тобой. — Ты всегда со мной, даже если находишься в сотнях километрах. — Не давая этому разговору приобрести ещё более слащавый оттенок, Регулус перевёл тему. — Что ты хочешь на обед? — Тебя. — Честно ответил Джеймс, стараясь не смеяться под язвительное фырканье из телефона. Попытка Регулуса провалилась. В голове уже замелькали сладкие воспоминания. Он знал, что Регулус бросится ему на шею, и смутиться стоит Джеймсу прилюдно поцеловать его на перроне. Он знал, что мужа будет окружать запах кофейных зёрен, и ещё горячих шоколадных круассанов, из их любимой пекарни. Джеймс даже сейчас мог вспомнить вкус этого кофе. Регулус всегда заезжал за ним, перед тем как встретить Джеймса. Казалось бы мелочи, но его муж, сознательно заезжал за его любимым кофе и круассанами, чтобы получить короткий, но мягкий поцелуй в губы. Это говорило о Регулусе слишком много. Он всегда казался замкнутым, и даже холодным человеком на первый взгляд. Но стоит заглянуть за фасад этой маски, как тебя освещало таким согревающим светом, что хотелось лишь одно — провести всю жизнь под сиянием этой звезды. И Джеймсу удалось коснуться этого небесного светила, помещая его в своих руках. — У тебя будет такая возможность. — Спокойно отвечает Регулус. — Но я серьёзно, чего бы тебе хотелось? «Никогда не выпускать тебя из объятий» — подумал Джеймс, но вслух сказал иное. — Думаю мясная запеканка, звучит великолепно. — Отлично. Наблюдая за рассветным солнцем, Джеймс ещё пятнадцать минут слушает рассказ Регулуса о его дне. Нерушимая традиция, рассказывать обо всём что произошло с ними за день, была чем-то больше нежели просто разговор семейной пары. Для них это почти интимно. Только их уставшие за день голоса, и забавные, поддерживающие комментарии. Этот ритуал принадлежал только им. Менялось лишь место. Чаще всего они, переплетая руки лежали на кровати, иногда сидели на кухонном полу, но в такие дни, у них были лишь слова, заставляющие чувствовать себя спокойно. Именно ради этого чувства спокойствия, и стабильности рядом друг с другом, они многие годы учились заново жить. Учились доверять, прикасаться, слушать, говорить. И эти вечерние откровения стали их методическим пособием. Тем, что помогло Регулусу излечиться после побега, от деспотичной матери и безразличного отца. Тем, что научило его не бояться смеяться в слух, класть голову на плечо брата, или признаваться, что устал, Джеймсу. От этого осознания Джеймса пробрала гордость. Его маленький принц, сверкает как настоящая звезда сейчас. Теперь он не боится подключаться к разговору о квиддиче с отцом Джеймса, не вздрагивает от объятий или ласковых поцелуев Эффи. Всё это стоило их ночных свиданий, начавшихся в семнадцать. Ссор и криков на счёт четы Блэков. Их убивающих душу расставаний, недомолвок, и вспышек примирительной страсти. Теперь они оба не подростки, тайно целующиеся в темных закоулках. Они взрослые, свободные от старых страхов люди. Больше мировоззрение Регулуса не диаметрально убеждениям Джеймса. Они разбил розовые очки Джеймса, и чёрные Регулуса, смешав осколки, и вылепили новое стекло. То, которое сохраняет идеальный баланс между оптимизмом и пессимизмом. Теперь им не нужно бороться друг за друга. — Сириус был так удивлён, когда заспанный зашёл на кухню. Он просто поцеловал Римуса, и глупо сказал: «Привет Рег» после чего на пару секунд завис. Ты бы его видел! — Регулус смеётся, и Джеймс понимает, что упустил большую часть истории, уловив лишь общий смысл. Но в голове играют ассоциации, и он припоминает похожую историю. — Знаешь, в свои восемнадцать ты вышел в моей футболке весь покрытый засосами, и тоже просто завис, смотря на Сириуса, пока я не врезался в твою спину. — А вот нечего было давать своему лучшему другу ключи. И кто вообще приходит без приглашения? — Показательно цыкает Регулус, но Джеймс знает, что он улыбается. Эта история случилась с ними вечность назад. И как бы неловко это ни было, но Сириус приехал в съёмную квартиру Джеймса, без приглашения обнаружив их в нелицеприятном виде. Тогда Регулус ещё жил с матерью, и они не общались уже около четырёх лет. Стоит ли говорить, что такое семейное воссоединение закончилось разбитым носом Джеймса, и настоящим скандалом между братьями? Сириусу понадобился почти год, для принятия, что его младший братишка уже не маленький мальчик, и его действия имеют под собой не материнские приказы. Им тоже пришлось учиться принимать друг друга заново. Обид оказалось слишком много. — Надо бы пригласить Люпинов на ужин. Думаю, Сириусу будет приятно вспомнить ваше воссоединение. — Хмыкает Джеймс, под стон Регулуса. — Вы посмотрите, он ещё и издевается! Слышится долгий зевок, и Джеймс умиленно вздыхает. Он вспоминает старую поговорку: «если любишь отпусти» и понимает, что ему надо отпустить мужа спать. Совсем скоро он будет дома.

***

Говорят, вокзалы видят больше искренних чувств, чем любое другое место на земле. Это было аксиомой и для Джеймса. Вечно шумные вокзалы, мирили их с Регулусом практически после любой ссоры. Они сбрасывали их обиды до заводских настроек, подбрасывали топливо в отношения, позволяя снова чувствовать себя вечно желающими быть ближе подростками. Джеймс держит спортивную сумку с вещами за ручки, так как лямка очень вовремя порвалась, но, когда замечает бегущего нему парня бросает сумку на перрон. Регулус со счастливой улыбкой, виртуозно огибает людей, стараясь не врезаться в случайного прохожего. Его бежевое пальто нараспашку, и Джеймс мысленно делает пометку напомнить мужу как легко он простужается. Вот только когда Регулус буквально запрыгивает на него, обхватывая ногами за торс, все мысли оставляют голову. Такой донельзя родной запах, лёгким флером наполняет воздух, побуждая зарыться носом в тёмные кудри, и вздохнуть поглубже. Джеймс снова дома. Пусть поезда увозят и ссорят, они всегда привозят его обратно. Туда — где его любимый человек оставляет в машине круассаны и кофе, чтобы они остались тёплыми. Туда — где любовь ощущается как спокойствие и свобода.