Старая шкатулка

***

- А месье Михаэль только хорошеет с годами. - Рассмеявшись, француз прикрыл за собой дверь, оставаясь с Колей наедине. - Наверное... - Романов прикрыл лицо руками и уселся на небольшую кушетку, что стояла с высокими окнами. - Я вообще не могу его вспомнить. И теперь чувствую вину за это. - Mon cher, не волнуйся ты так. Это абсолютно нормально, что ты не помнишь свою прошлую жизнь. В конце концов, они вернуться, рано или поздно. - На лице мужчины расплылась добродушная улыбка, от которой на душе сразу потеплело. - Если ты так говоришь... - На секунду, парень задумался, чем и воспользовался Франция. Мужчина быстро приблизился к возлюбленному, аккуратно обхватывая его щёки и поднимая голову наверх. - Голубые глаза удивлённо заморгали, но вскоре расслабились, наслаждаясь блеском бирюзы. Бурбон решил не терять время и сразу же затянул любимого в нежный поцелуй. Уголки губ потянулись вверх, а руки парня удобно устроились на щеках. Молодые люди на мгновение оторвались друг от друга, что позволило шаловливым ручкам переместиться на талию республики и усадить его к себе на колени. Тонкие пальцы аккуратно ухватились за ленту, что держала каштановые волосы, и стянули её. Пряди упали на плечи, обрамляя и без того прекрасное лицо. Николай с неким предвкушением вздохнул, а после вновь утянул Карла в поцелуй. За все эти дни беспокойства, страха и неуверенности империя совсем позабыл, какого находится в опытных руках француза. Каждое касание было пропитано нежностью, любовью. Это до ужаса нравилось Романову. Но нельзя было сравнить эти чувства с чем-то быстрым, страстным или же мимолётным скачком. Они были намного глубже, нежнее. И это устраивало их вдвоём. Каждый из них не смел нарушить чужой комфорт. Они слишком сильно любили друг друга... Они смогли вновь полюбить и, пожалуй, зажечь огонёк их душ заново. Как бы то ни было, сейчас всё закончилось. То, чего боялись они оба - прошло, оставляя место лишь дороге в их будущее. - Коль, а хочешь погулять? - Оторвавшись от любимых губ, француз довольно уложил голову на плечо императора. - Пока тебя не затянуло на учёбу, давай я помогу тебе вспомнить твой любимый сад и конюшню. Поверь, они тебе понравятся. - Хорошо, давай пройдёмся. Только, я переоденусь во что-то более удобное. Бурбон сразу же соскочил с коленей юноши, устремляясь к резному шкафу. Его руки стали просматривать всю одежду, которой когда-то пользовался империя. И, на удивление, удалось найти не плохой, классический костюм и рубашку с объёмными рукавами. Мужчина сразу же улыбнулся, вспоминая, как Николай надевал его на их совместные, неформальные встречи. Повернувшись к любимому, Карл хотел было уже предложить этот вариант, но его глаза зацепились за руки юноши. Они быстро перебирали одежду, что была в сумке, и достали футболку и шорты. Увидев их, республика скривился, не желая видеть на его Романове эти старые тряпки. - Mon amour, essaie ça. - Протянув Коричневый костюм, Франция мягко улыбнулся, замечая удивление на лице возлюбленного. - Это, конечно красиво, но не очень удобно. - Снисходительное выражение лица не удовлетворило Карла и тот силой впихнул в руки брюки, жилет и рубашку. - Я не прошу тебя надеть и пиджак, хотя бы остальное. Поверь, в этом удобно. - Хорошо, примерю я, но если мне не понравится, то переоденусь. - Увидев довольный кивок, парень принялся переодеваться. За всеми его действиям следила пара бирюзовых глаз, что не смели оторваться от изгибов желанного тела. Француз так бы и любовался им, если бы белая ткань не скрыла торс. Чуть позже, спрятались и ноги под коричневыми брюками. Послышался немного разочарованный вздох, но он быстро утих, когда в воображение мужчины всплыла прекрасная мысль помочь, в будущем, со снятием этого костюма. А то его возлюбленному может понадобиться помощь с непослушными вещами. - Пожалуй, это не так уж и плохо. - Улыбнувшись, Коля мягко коснулся руки француза и повёл его наружу. - Пойдём.

***

Уже на улице Карл перенял инициативу и направился к небольшому зданию, что находилось не так далеко от основного дома. Уже подойдя ближе, юноша понял, что это конюшня. Здесь было шесть лошадей, каждая разной породы и масти. Француз взял одного коня караковой масти и привязал его. К счастью, скакун был чистым, поэтому мужчине оставалось лишь подседлать его. За всем процессом с интересом наблюдал Романов. Он старался запомнить всё, что делал мужчина, но большая часть вылетела из головы. Закончив, Карл вывел жеребца на улицу и помог возлюбленному сесть в седло. Юноша вначале отнекивался, но когда позади него сел француз, он успокоился. Республика аккуратно просунул свои руки под руками Коли, берясь за повод и двигая коня в рысь. Цоканье копыт звонко разносилось по густому лесу. Мощные ноги быстро преодолевали расстояние, совсем не думая замедляться из-за возникших сучков и корешков. Со временем, темп скакуна стал более быстрым, от чего Колю стало сильно трясти. Но что больше всего поражало парня, так это знание француза нужной дороги. Создавалось впечатление, будто Бурбон жил в этом лесу, а не прогуливался здесь с воплощением Российского государства. Это удивляло, но и радовало, так как они точно не заблудятся. Спустя какое-то время, молодые люди оказались на просторной поляне, откуда открывался чудесный вид на всю страну свобод. Спешившись с коня, мужчина помог слезть и любимому. Его руки быстро ухватились за повод и привязали жеребца. Дело не хитрое, но некие знания и навык всё же нужны. - Как ты думаешь, где мы находимся? - Хитрые глаза сощурились, а губы растянулись в лисьей улыбке.