Старая шкатулка

***

- Н..но, как это возможно? Мы же оба мужчины... - Голос парня задрожал, а глаза начали бегать по портретам. - Коль, не волнуйся ты так. - Франция поцеловал любимого в щёку, прижимая его к себе. - Я напомню тебе, что на момент рождения наших детей мы были не людьми, а воплощениями. У нас совершенно другие законы. - Я не понимаю. - Романов растерянно посмотрел на Бурбона, надеясь, что тот получше объяснит. - Смотри, даже если страны одного пола, у них может быть ребёнок, так как люди могут соединять страны. - Картавая, спокойная речь мягко укутывала, позволяя империи немного расслабиться. - Ах да, дети от союза двух стран рождаются не из утробы матери, а с помощью слияния душ. В отличие от людей, у нас они намного сильней, что позволяет отделять кусочки и соединять с другими, тем самым формируя новую душу. - Вот как... - Задумавшись, юноша вновь вернул свой взгляд на древо, разглядывая портреты своих детей. - Так Костя самый младший. А кто эти двое? Я их не видел, да и Костя не рассказывал про них. - Это Российская Республика или же Ольга Николаевна. Она правила всего лишь год, а после была свергнута Владимиром Соколовым или РСФСР. Он наш средний ребёнок и причина твоей смерти. - Взгляд мужчины стал серьёзным, а губы сжались в тонкую линию. - Карл, не стоит. - Император отложил книгу на постель, аккуратно поднимая голову любимого. - Это уже прошло, разве не так? - Улыбка сразу появилась на лице Романова, заставляя республику улыбнуться в ответ. - Ты прав, просто, тяжело забыть о том, что твой собственный ребёнок стал причиной кончины твоего супруга. - Пожав плечами, Бурбон откинулся назад, прикрывая глаза. - Кстати, где ты умер и от чего? Просто, я очень долго искал твоё тело, но так и не нашёл. - В каком плане, как и где? Разве страны не умирают по той же причине, что и их последний правитель? - Николай удивлённо посмотрел на не менее удивлённого француза. - Нет, страны умирают от "естественных" причин. Грубо говоря, стран, которые умерли от рук других стран очень мало. И, в основном, это государства до семнадцатого века, так как к этому времени уже появился первый закон среди воплощений. Он накладывал запрет на убийство другого воплощение, так как для людей и некоторых других стран наступали серьёзные кризисы, от которых было тяжело оправиться. - А если кто-то нарушал этот закон, что с ним становилось? - Некий испуг появился на дне голубой бездны, но француз не заметил этого. - Эту страну и его детей уничтожали, а оставшиеся земли попадали под влияние соседних государств. - Ясно... - В этот момент, сердце Романова ёкнуло, а кошмар со своей смертью быстро промелькнул перед глазами юноши. - Почему ты спрашиваешь? Неужели, РСФСР посмел убить тебя? - Бирюзовые глаза резко открылись, загораясь чем-то непонятным. - Нет. Просто, мне казалось, что смерть воплощение в точности такая же, как и у его последнего правителя. Вот и всё. - Нервно улыбнувшись, парень постарался найти что-нибудь, что поможет перевести тему. Но на глаза попадался лишь сам Карл, что стало своеобразным знаком для младшего Романова. На его лице сразу появилась хитрая ухмылка, а голубые глаза заблестели от задуманной шалости. Перекинув ногу через мужчину, юноша смог удобнее усесться, сжимая своими коленями бёдра возлюбленного. Тот удивился, но ничуть не расстроился, а наоборот, воодушевился. - И что это ты задумал? - Ухмылка на лице мужчины сама собой поползла, радуя юношу. - Даже не знаю. Может, ты сможешь мне подсказать? - Парень сделал невинное выражение лица, что стало решающей каплей в выдержке республики. - Надеюсь, ты не будешь против, если я сделаю так. Резко схватившись за бёдра Романова, мужчина поменял их местам, нависая сверху. Неприятный разговор, что был пару минут назад, благополучно забыт и, возможно, отправиться в самый дальний уголок памяти влюблённых. И сейчас их интересует совсем другое. Карл мягко коснулся губ Николая. Каждый поцелуй француза был невероятным, по-своему особенным и до ужаса приятным. Император обожал это чувство, погружался с головой и не хотел выныривать, лишь больше тонуть в любви и ласке Бурбона, которую он с удовольствием дарил Коле. Будто всё вернулось туда, в тысяча восемьсот девяностые, когда они могли позволить хоть иногда, но проводить так своё время. В обнимку, целуясь и не смея отстраняться, что бы не произошло. Лишь бы не упустить момент. - Frère, dis-moi que tu vas dîn... - Девушка, быстро открыла дверь в комнату брата и тут же застыла. - Irene! Quand vas-tu apprendre à frapper?! - Карл схватил одну подушку и кинул её в сестру. Бурбон младшая что-то пробурчала и быстро закрыла дверь, скрываясь где-то в поместье. От такого сюрприза, младший Романов сильно покраснел и перевернулся на живот. Он спрятал лицо в покрывале и тихо запищал, вызывая виноватую улыбку на лице мужчины. - Прости, дорогой, я совсем забыл о них. - Рука аккуратно опустилась на кремовые, шелковистые волосы. - Боже, нам стоило закрыть дверь на замок. - Голубые глазки стеснительно посмотрели на возлюбленного, что так ласково улыбался и смотрел на него. - Ты голоден? Если нет, то можем пойти попить чай. - Бурбон помог парню приподняться и усесться на кровать. - С недавнего времени, я до ужаса полюбил конфеты с орехами. - Если это не "Белочка", то даже не думай, что я соглашусь. - Улыбнувшись, Николай поднялся с места, поправляя на свой костюм. - Karl, si vous avez terminé, descendez dans la cuisine. Irene et moi avons hâte de rencontrer ton ami. - Послышался тихий стук, а после мелодичный голос старшей Бурбон. - On va descendre. - Сказав это, Франция взялся за руку императора и повёл его вниз. У двери, возлюбленные встретились с Жозефиной. Девушка вежливо улыбнулась и сделала реверанс. Романов сильно удивился этому, но не забыл поклониться и поцеловать тыльную сторону её запястья. Хоть этого и не было заметно, но республике понравился этот жест. Она думала, что бывшая страна уже забыл об этикете, но, как и ожидалось от Российской империи, парень не забыл. - Российская империя, я рада наконец-то вновь встретится с Вами. Как проходит Ваша реабилитации? - Девушка посмотрела вверх, устремляя взгляд к голубым глазам. - Я тоже очень рад нашей встречи. Но, боюсь, я ещё не до конца всё вспомнил. - Нервно хохотнув, империя продолжил. - Если Вас не затруднит, то могли бы Вы представиться? - Ох, конечно. Прошу извинить меня за мою забывчивость. - Француженка остановилась, растягивая свои губы всё шире. - Моё имя, Жозефина Бурбон или же Четвёртая французская республика. - Благодарю и рад вновь познакомиться с Вами. - Николай протянул руку вперёд, как бы предлагая продолжить движение. - Думаю, нам стоит поторопиться. - Да, конечно. Уже на кухне располагалась и самая младшая. Девушка попивала ароматный кофе и иногда бралась за любимый круассан. Заметив, что кто-то вошёл в столовую, она сразу же оторвалась от своего дела, оглядывая новые лица. Заметив брата, её щёки заалели, а глаза поспешили спрятаться, не желая встречаться с рассерженным взглядом старшего.