Старая шкатулка

***

Страны настолько засиделись, что в один момент пришла медсестра и начала выгонять всех. Покину больницу, Григорий дал номер своего телефона и вместе с семьёй направился в сторону парка. А Руслан и Фридрих отправились в квартиру, которую предоставили немцу на время его пребывания в Москве. Ближайшие несколько недель воплощения навещали Колю. Каждый раз, подходя к кровати, у старшего Романова появлялась небольшая улыбка. После, юноша мог часами разговаривать с братом, надеясь, что тот услышит и проснётся. Но чуда не происходило. Когда время перевалило за половину Августа, у империи начали испаряться все надежды. Он мог подолгу сидеть и рассматривать узоры ковра, что весел над кроватью. Пожалуй, это стало единственной вещью, что отвлекало его от неприятных мыслей. В один момент, прусс был готов уже самолично отправиться в палату и распинать младшего. Жаль, что всё было не так легко. И пришлось немцу, вместо возлюбленного бегать туда-сюда, узнавая новости по поводу младшего Романова. И от этого медсестры явно забеспокоились. - Meine Sonne, поехали в больницу, навестим Колю. - Мужчина мягко погладил голову любимого, от чего тот слегка улыбнулся. - Хорошо. Дай мне пару минут и поедем. Как Романов и обещал, уже через несколько минут он был готов. Уже по известной дороге, они добрались до больницы достаточно быстро. На удивление, в палате Николая было намного громче обычного. Слышался голос врача и медсестры. Они о чём-то разговаривали и создавалось впечатление, что был в комнате кто-то третий. Этого человека не было слышно, но Руслан замечал, как мужчина делает паузы и задаёт кому-то вопросы. Легонько постучав, парень открыл дверь. На пороге стояла девушка, которая уже хотела выпроводить незваных гостей, но доктор попросил её этого не делать. Добродушный мужчина пожал руки и немца и русского, после чего позволил им войти в палату. Фиолетовые глаза тут же округлились, а губы задрожали. На кровати сидел Коля и улыбался. Да, он выглядел уставшим и истощённым, но он был жив. Ещё сильно выделялись повязки на шее и глазу, но это было уже не важно. Юноша рванул к койке и дрожащими руками взялся за ладонь брата. - Привет. - Тихий и хрипловатый голос совсем не испугал империю, наоборот юноша чуть не заплакал, когда узнал родные ноты. - Я так скучал по тебе. - Руслан аккуратно наклонился к младшему и заключил того в свои объятия. - Я тоже. Это были единственные слова, которые сказал старший. Оставшееся время император сидел у кушетки, положив голову на белоснежные простыни. В один момент, парень почувствовал у себя на голове нежное касания и увидел руку Коли. По виду, худая конечность юноши с трудом могла бы удержать что-то тяжелее бумажного журавлика, что несомненно пугало и расстраивало. Однако, Николая это не огорчало. Парень хоть и с трудом, но всё же управлял конечностями и те его слушались. Под всеми этими нежностями, Руслан даже не заметил, что Фридрих куда-то выходил, лишь по возвращению он увидел его в дверном проёме. Но, из-за усталости, которая слишком сильно навалилась на старшего в последнее время, Романов даже не захотел задавать какие-то вопросы. Он лишь сидел и смотрел на брата снизу вверх, подставляя свою макушку под его руки. В один момент, дверь распахнулась, от чего братья заметно дёрнулись. Словно по команде, оба подняли головы и встретились с бирюзовыми глазами. Карл сразу же подбежал к пастели, забрав всё внимание Коли на себя. В общем, немец даже воспользовался этой возможностью и поспешил увести Руслана, чтобы тот наконец-то поел. Как недавно оказалось, настроение и аппетит старшего из братьев напрямую зависят от состояния младшего. Конечно, про первое немец знал, а вот второе оказалось для него сюрпризом. К счастью, здесь было две небольших столовых, в одной из которых питались больные, а в другой медперсонал и те, кто навещал больных. Там оба воплощения взяли только по второму блюду и напитку. Правда, чуть позже император не удержался и от десерта, от чего на лице Фридриха появилась улыбка. Закончив с трапезой, оба вернулись в палату, где уже был чуть ли неполный состав родственников. Союз крутился вокруг кровати также, как это делал и Карл, только его остудил Гриша. РСФСР был недоволен тем, что его отец не даёт дедушке спокойно отдыхать и набираться сил, хотя для него это просто необходимо. Этот аргумент подействовал мужчина сел на стул, но всё равно слегка ёрзал. Заметив приход короля и императора, Григорий поздоровался и предложил им присесть на что оба согласились. Время шло и в какой-то момент забежала возмущённая медсестра. Она начала говорить, что пациент только-только вышел из комы, а их навалилась такая толпа. После этих слов, она посмотрела на прусса, а после и на империю и сразу же выставила их за дверь, сказав, что они уже достаточно времени здесь провели. Следующим вылетел Союз, который снова начал наводить кипишь. Конечно, тот пытался снова попасть, но грозный взгляд даже его напугал, из-за чего он решил всё же отступить. Мужчина попрощался с дядей и Фридрихом, после чего направился к выходу. Немного постояв, молодые люди тоже отправились к выходу, только в этот раз решили прогуляться. Недалеко от больницы был парк и парочку магазинов с кафе. На улице они провели не так уж много времени, а вот в одном из кафе они уже задержались на подольше. Желание есть забурчало с такой силой, что у Романова попросту чесались зубы. Всё-таки, он мало ел за всё то время, пока находился в Москве. Немец же просто взял какую-то корзиночку с кремом и медленно поедал её, запивая чаем. Его синие глаза периодически поднимались на Руслана, который съедал каждое блюдо с неподдельным удовольствием. От такой картины улыбка снова и снова появилась на лице короля, от чего, в скором времени, у него немного заболели щёки. Закончив с едой, довольный Романов повёл любимого к машине. Он попросил Фридриха поехать домой, где они оказались спустя минут десять. Весь оставшийся вечер прошёл как никогда хорошо. Страны смогли застать какой-то фильм и поспешили подготовить бутерброды, после чего сразу же вернулись в гостиную и сделали телевизор немного погромче. Иногда, возлюбленные отвлекались от фильма, переключаясь на сражение за последний бутерброд или же поцелуи. Фридрих был не против них, пока это не обернулось для него проигрышем в борьбе. Мужчина надулся и отвернулся от Руслана, из-за чего тот улыбнулся и ушёл на кухню. Немец на это лишь фыркнул, но когда увидел в руках империи вазочку с конфетами, его сердце немного растаяло и тот облокотился на сильное, русское плечо. Как закончился фильм, возлюбленные поспешили в кровать. Этот день их изрядно помотал и, что-то им подсказывало, что завтра день будет суматошнее и заберёт гораздо больше сил.