Дождись меня

Минхо стоял посреди одинокого поля. И в сердце кололо от осознания, что он не сможет вернуть все, что сгорело от солнца без его охраны. Что будет дальше? Как продолжать существовать в этом испорченном мире злости и ненависти без малейшего шанса на возвращение прежней жизни? После долгой и мучительной войны от больших городов остались лишь разрушенные деревни и села, от вида которых мысли погружались в глубокую дрему. Любой момент мог стать последним, и покинуть эту жизнь, не заметив своего последнего вздоха, не составляло труда. Минхо повезло, что он ещё может ходить по земле. Повезло видеть картину всей той разрухи, что случилась из-за чьей-то крупной ссоры. Это лучше чем лежать в земле, даже не подозревая того, что в мире не осталось тех, кто бы помнил тебя. — Где ты находишься? Ждёшь ли ты меня до сих пор? Веришь ли в то, что я жив?.. О чем ты сейчас думаешь, Джисон? Война разделила нас, и, может быть, мы больше никогда не пойдем вместе домой. — Ли кричал в пустоту — его слова никто не должен услышать. Было свое очарование в том, чтобы спросить лишь неизвестность, что нас ждёт дальше. В единственном уцелевшем глазу появилась слеза. Так хотелось верить в то, что он ещё встретится с человеком, чей образ остался лишь в памяти… Ли стоял не шевелясь, только сжимая свои руки в кулаки и сгорая изнутри от напряжения. Прошло несколько часов, прежде чем он сдвинулся с места. Он не был способен сделать ни одного движения. Оно могло стоить своей жизни и мира, что отдался жизнями тысяч людей. Ему хотелось верить в то, что всё по-настоящему закончилось. Что больше не потребуется видеть смерть близкого человека. Веки закрывались по тяжестью бремени, что пришлось взять на себя, но заснуть этой ночью не удастся. Он уверен, что сон больше никогда не будет чем-то, что сможет отвлечь от боли и страданий. Никогда.

***

— Эй, Ли Минхо! — Громкий голос. Минхо знает чей это голос. Нет больше ни одного голоса, настолько сильно засевшего в памяти как этот. — Выпьешь со мной, а? — Ли повернулся в сторону, щуря глаза под ясным солнцем и пытаясь как можно отчетливей рассмотреть лицо. — Чего ты там встал? Подойди, говорю.! — необычно тихий голос, для такого громкого Хван Хенджина, постепенно становился еще тише и тише, пока не стал звучать лишь в голове. Минхо хотел улыбнуться, как тут же Хенджина пробило насквозь острым лезвием, на переднем конце которого появлялось всё больше и больше его крови. Хван замер, поблескивая глазами, и медленно опустил голову вниз, смотря на то как в него все дальше заходит огромное лезвие, полностью испачканное собственной кровью. Ли стоял не шевелясь, и, широко распахнув глаза, смотрел на всю эту картину. И вновь удар прямо в грудь, туда, где сложнее всего залечивать раны. Временами Ли мечтал умереть поскорее, лишь бы не испытывать такие страдания и не видеть как из мертвой улыбки Хвана выливалась красная жидкость. Минхо распахнул глаза. Его лицо обильно покрылось потом, а сердце бешено стучало вперемешку со сбитым дыханием. Ничего не могло помочь человеку, видевшему все ужасы войны и смерти своих родных. Казалось, никого в этом мире не осталось кроме Ли.

***

— Эй, Минхо, — парень, что лежал на диване, толкнул Хо пальцем в бок, от чего второй отвлекся от раздумий и посмотрел вниз. — Как думаешь, если бы нам пришлось расстаться на долгое время, что бы мы делали? — Только увидев его закрытые, полные спокойствия глаза Минхо медленно прикрыл собственные. Вмиг захотелось лечь рядом и разговаривать с этим пушистым облачком обо всем на свете. — Не знаю, — отвечал задумчиво Ли. — Давай не будем думать о том, что никогда не произойдет. — Так не работает Хо, — Ли вздрогнул от своего прозвища. Он и забыл, что только один человечек в этом мире имел право на это слово. — Если что-то произойдет, то я уверен, что мы обязательно встретимся вновь. Даже если это случится только в следующей жизни, — Минхо сегодня слишком спокоен. Он не хотел ни кричать, ни ругаться, лишь смотреть на лицо человека, которого он видел, возможно, последний раз в своей жизни, и слушать его голос.

***

Проснувшись сегодня утром Ли не чувствовал той тревоги, что преследовала его из ночи в ночь. Может быть, потому что сегодня ему снился Хан Джисон, чей образ за все время разлуки он ни разу не видел. Чувство спокойствия, которое, казалось, навсегда его покинуло, пришло утром и не покидало на протяжении всего дня. Что-то изменилось после окончания войны. Возможно, это сердце приходило в норму. Но лишь оно одно желало продолжать существовать, даже осознавая, что сделать это далеко не просто. Встав рано утром, он вышел на улицу и сел в кресло-качалку, напевая что-то себе под нос, пока вновь не заснул глубоким сном. Ему снился Хан Джисон. — Хо?.. Ты ли это?.. — Джисон стоял, смотря в глаза своего парня. Минхо и правда изменился: на лице у него появилось много морщин, волосы поседели вов многих местах, да и невидящий взгляд с большим шрамом не остался незамеченным. Все это придавало ему не малую мужественность. Ли знал, что этот сон сможет принести ему счастье. На глазах Джисона показались слезы. Он подбежал к Ли, всё ещё сидевшему с полной отрешённостью на лице, и, присев на колени, начал целовать его лицо. Это вовсе не сон. Почувствовав живые прикосновения, Минхо раскрыл глаза и повернул голову в сторону забытому парфюму и запаху волос. Это был Хан Джисон. Его Хан Джисон. Единственный человек, который ждал возвращения Минхо до конца. Который нашел его, хотя Ли полностью потерял надежду на то, что увидит его снова. 15-летний Хан Джисон очень тяжело переживал уход Минхо на войну. Ни одна ночь не была спокойной. Как же он хотел встретить парня после войны, живого и здорового, как морально, так и физически. И сейчас он был уверен в том, что Минхо полностью опустошен. Джисон не мог сдержать слез, вновь разглядывая в родном лице непривычную бесчувственность. Вспоминая его улыбку и колкие шутки, даже не подумаешь, что это всё тот же человек. Хан не был рядом с ним в самые тяжёлые моменты. Простит ли когда-нибудь за это его Ли?.. Конечно, простит. Минхо всегда прощал Джисону его маленькие шалости, лишь бы увидеть, как уже повзрослевший Джисон непринужденно улыбается. Какое же было счастье для Хана, что Ли выжил. Положив руки на спину Джисона, Минхо произнес тихим хриплым голосом на самое ухо парню: — Спасибо, что дождался.