хорошо

*

Несмотря на то, что день выдался ярко-жарким, таким, что вяли цветы и перегревалась до жгуче-невыносимого состояния земля, после захода Солнца вдруг похолодало — или Сяо, отчего-то дрожащему, словно беспомощный лист, подхваченный порывом ветра, так казалось. Ему вообще много чего всегда казалось, потому что самому себе Сяо доверять не привык — его мысли темны и страшны, и даже он сам не знает, — не понимает — что там у него в голове происходит. Вдруг там — очередная битва? бесконечная война с самим собой, сражение последних крупиц того светлого, что в Сяо осталось (а было ли когда-то?) со всепоглощающей тьмой, с кровавой чернотой его запятнанной грехами души. Вдруг там — просто пустота, потому что он не заслуживает даже того, чтобы внутри что-то было? Или... — Эй, Сяо! Опять спишь стоя? — раздается сзади звонкий голос, и Алатус от неожиданности вздрагивает. Итэр ходит совершенно тихо, будто вовсе не касается ногами земли, и это одновременно завораживает и пугает. Но Итэр никогда не был Сяо врагом и никогда им не станет — ему хочется в это верить, даже несмотря на то, что обещания никогда не выполняются, а мечты — не сбываются. Потому что когда Итэр рядом, мир становится чуточку лучше — тьма, испугавшись мягкого солнечного света, эфемерного, всегда источаемого путешественником, отступает назад. И даже дышать становится легче. Сяо цокает, складывая руки на груди. Не поворачивается, слишком гордый и смущенный, но краем глаза цепляется за знакомую фигуру и отливающие золотом волосы. Чувствует, как горят щеки. Эти глупые людские чувства!.. — Я не спал. Никакого уважения к адептам. Итэр в ответ только смеется негромко, расплываясь в мягкой улыбке. Встает рядом, опирается локтями на перила. Этот балкон скрыт от глаз посторонних, о его существовании не знают даже некоторые работники «Ваншу», так что они тут абсолютно одни, словно в мире больше никого нет, и Сяо ощущает, как вечное напряжение перестает давить на плечи. Рядом с Итэром можно расслабиться и потом не винить себя за это. Рядом с Итэром можно почувствовать что-то, кроме съедающей изнутри вины и тоски. Рядом с Итэром все почему-то становится приятно-простым, будто недостающая деталь наконец занимает свое место, и механизм — Сяо — начинает работать именно так, как должен. Не причиняя себе боли. Они стоят в тишине какое-то время, просто наблюдая за спящей природой. Сяо вглядывается в темнеющие силуэты деревьев и очертания далеких гор, вслушивается в шепот ветра, туда-сюда носящего самые разные вести и сплетни. Итэр, задрав голову, всматривается в звезды. Для Сяо они, холодные и далекие, никогда не значили много, но путешественник будто ищет у них ответа, и глаза его, обрамленные белесыми ресницами, наполняются чем-то странным. В них отражается какое-то до боли знакомое Сяо чувство, но он не уверен, что может — и имеет ли вообще право? — истолковать его. Когда-нибудь Итэр сам захочет рассказать — и про сестру, и про звезды, и даже про блеск его красивых добрых глаз. А Сяо просто подождет. Они не виделись почти три месяца, потому что Итэр участвовал в сложной экспедиции в пустыню Сумеру, изучая древние гробницы и спрятанные там загадки. И сейчас горечь долгой разлуки растворяется в сладости новой встречи. Сяо даже может сказать, что он в восторге. Это спокойный, тихий тип восторга, он заставляет сердце биться горячо и торопливо, но Сяо все еще в состоянии держать лицо. Может быть, он и не против броситься на Итэра с объятиями, но эй! он же адепт, они не занимаются такими глупостями. Они поворачиваются почти одновременно. Смотрят друг на друга молча с нежностью в глазах. Улыбка на лице Итэра заставляет улыбнуться в ответ, и этот миг полон радости и нежности. Наверное, это самый спокойный и приятный момент в жизни Сяо — он понимает это без удивления, словно что-то само собой разумеющееся, аксиому. Все, что связано с Итэром, приносит ему только умиротворение и радость. — Я скучал. — Я тоже, — Итэр придвигается и мягко берет ладонь в свою. — Каждый день о тебе думал. Я так устал от этой пустыни, там везде песок! И жара невыносимая. Сразу же поехал в Ли Юэ, как только закончил с исследованием. Сяо улыбается, слушая долгий, полный жалоб рассказ о сумерской пустыне. В его душе множество темных мыслей, но свет, который излучает Итэр, разгоняет мрак. Так хорошо, что они снова рядом.