Карандашом на бумаге.

Комната погружена в звенящую тишину. Брюнет сидел на подоконнике и сосредоточенно выводил какие-то линии в блокноте. В гробовой тишине, слишком ярко выделялось шарканье грифеля карандаша об бумагу. Свет в помещении выключен, из-за чего парень старался поворачиваться так, чтобы свет с улицы, падал на бумагу в его руках. Когда Нил рисует, мир вокруг него перестает существовать. Он с головой погружается в это дело, за что мать, не один раз ругала его за это, и даже сжигала все рисунки, которые только находила. По ее словам, он занимается ерундой и только зря тратит их драгоценное время. Женщина всегда твердила лишь то, что это бесполезно и у него никогда ничего не получится. Только сейчас, когда Мэри была мертва, парень позволил себе заниматься тем, чем по настоящему хотел. По такому же принципу, он и попал в команду по экси. На улице было темно, но парню это ни капли не мешало. Карандаш в его пальцах буквально танцевал, в то время как на бумаге, все ярче и ярче читались чувства, которым он никогда, ни в коем случае не даст волю. Бумага знала слишком много. На страницах блокнота Нила, пряталось намного больше чем могло показаться на первый взгляд. Смерть Мэри, погоня от отца в течении многих лет, чувства к Эндрю, которые он только недавно признал, в то время, как блондин не обращает на него ни грамма своего внимания. На бумаге и в простых карандашах, пряталась вся его жалкая жизнь. Как так получилось, что Нил влюбился в Миньярда? Он сам не знает. Сначала он не осознавал всего того, что происходило у него на душе. Лишь недавно, когда он в компании Монстром был в Райских Сумерках, и краем глаза наблюдая за Эндрю и Роландом, у барной стойки, он почувствовал то, чего не чувствовал еще никогда и ни к кому. Он ревновал. Это была самая настоящая ревность, из-за которой Нил сначала испугался собственных чувств к Эндрю, и впервые в жизни, позволил себе выпить чего-то алкогольного по собственному желанию. Лишь на следующий день, он начал думать о том, что же это все-таки было за чувство и почему оно появилось, ведь между ним и Эндрю, ничего нет. Между ними действительно ничего нет. В свободное время они вообще практически не контактируют. Лишь редкие посиделки на крыше по ночам, и разговоры присутствовали между ними. Ничего большего. Стараясь не обращать на это большого внимания, брюнет по сей день закапывает свои чувства куда подальше, не давая им проявится совсем. Вот только сердце парня, не было с ним согласно. Каждый раз, когда блондин обращал на него внимание, или как-либо контактировал, его сердце сходило с ума. Оно будто трепетало и билось быстрее, а взгляд становился все нежнее, когда он смотрит на Эндрю, пусть и пытался скрывать свои эмоции. Но это не укрылось от Рене. Она первая и единственная заметила перемены в Ниле и в его взгляде. Девушка не единожды ловила его по каким-либо углам, после чего они могли долго разговаривать и рассуждать на самые разные темы, начиная чувствами, заканчивая каким-то несвязным бредом, который понимали только они. Только она и помогла ему окончательно признать свои чувства. Только блондинка, буквально открыла ему глаза в тот момент, когда он терялся в самом себе и думал что с ним происходит. Тогда они с девушкой и стали ближе, на что все Лисы, начали шутить и делать ставки на то, что они вместе. Полностью погрузившись в собственные мысли и эмоции, брюнет не замечает тихо вошедшего в комнату парня, который молча оперся на стену рядом с ним и наблюдал. Уловив краем глаза движение сбоку, он тут же захлопывает блокнот, да так, что карандаш, который он до этого держал, с тихим глухим стуком ударяется об пол. Переведя взгляд вбок, Джостен отчетливо мог видеть стоящего рядом с ним Эндрю, который молча наблюдал за картиной, которая открылась перед ним. Бросив взгляд на часы, Нил подмечает, что сейчас два часа ночи. В это время, все нормальные люди уже спят. - Чего ты так вздрагиваешь, Кролик? - Негромко спрашивает блондин, слегка склонив голову вбок. - Просто не ожидал, что ты так внезапно появишься, - Спустя несколько секунд молчания выдавливает из себя парень, и не смотря на блондина, нагибается и поднимает карандаш с пола. Парень на его слова, только сухо усмехается и оглядывает брюнета с ног до головы. - Ты никогда не говорил что рисуешь, - Произносит он с задумчивым видом. - сколько же еще талантов ты прячешь? - Почему ты здесь в такое время? - Спрашивает Нил, игнорируя слова Миньярда, и поднимает взгляд на него. - Пришел узнать почему ты не спишь, - Пожимая плечами, отвечает блондин. - Что рисовал? - Безразлично спрашивает он, но Нил мог заметить, что тот интересуется, потому, что ему действительно интересно, а не потому что хочет поиздеваться. - Это сейчас так важно? - спрашивает Нил и переводит взгляд в окно, параллельно спуская ноги с подоконника, все так же сидит на пригретом месте. За окном темнота, лишь уличные фонари немного освещают дорогу и двор общежития. Если поднять глаза к небу и приглядеться, можно было увидеть как темное, почти черное полотно, усыпано белыми яркими точками-звездами, а молодая луна выглядывала сквозь редкие тучи и смотрела прямо в глаза, попутно освещая жизненный путь человека, по ту сторону стекла. - Нил, - говорит Эндрю и подходит к брюнету, останавливается рядом с ним, но держит дистанцию, чтобы не нарушать его личное пространство. - Кто ты? - Что? - Недоуменно переспрашивает парень, хмуря брови. Такой вопрос явно застал его в врасплох, ведь этого он точно не ожидал. - Что ты имеешь в виду? - Давай будем честными. Ты знаешь то, что я рылся в твоей сумке после Колумбии, и я знаю, что твое имя, Нил Абрам Джостен, не настоящие. Это на первый взгляд не заметно, но если знать что искать, то в твоих документах есть несколько несостыковок, которые это и выдают, хотя сделаны они действительно очень качественно, что так и не придраться. Я видел твои рисунки краем глаза, но не всматривался в них, ведь не было на это времени, - На одном дыхании произносит блондин и выжидающе смотрит на Нила, который в свою очередь наконец-то посмотрел на него и внимательно следил за его движениями и мимикой. - Я повторяю свой вопрос: кто ты такой? Джостен пристально смотрит на блондина и некоторое время молчит, обдумывая стоит ли рассказывать что-либо. - С чего бы мне рассказывать тебе что-то? - Спрашивает он щуря глаза, ища в словах или тоне Миньярда какой-то подвох, но.. Не находит его. - Я хочу утолить свое любопытство. Хочу понять кто ты и что скрываешь, Кролик. - произносит блондин и отойдя немного в сторону, открывает окно на котором сидел Нил, и достав из кармана пачку сигарет, неспеша закурил. На улице не было ветра, о чем Эндрю, кажется знал изначально, ведь в ином случае не стал бы этого делать, так как брюнет мог простудиться. - Почему именно "Кролик"? - после недолгого молчания спрашивает Нил, явно пропустив это прозвище мимо ушей в первый раз. - Потому, что ты вечно от чего-то бежишь, прямо как кролики. Вся твоя жизнь это сплошные побеги и бегства, вот только от чего ты так убегаешь? - Говорит Эндрю и поворачивается лицом к парню, аккуратно выдыхая дым в открытое окно. Нил молчит и напряженно дышит. - Абрам - мое настоящее второе имя. Его использовали очень редко и только в крайних случаях. Первое, основное имя, слишком похоже на имя моего отца, меня назвали в его честь. От него то, я и бегу. - Все таки произносит он, перед этим хорошо обдумав это решение. Эндрю никогда не давал повода сомневаться в нем, ведь даже, когда он узнал, что Нил понимает немецкий, то не рассказал об этом никому, хотя мог это сделать и раскрыть его секрет перед всеми. - Как зовут твоего отца? - После короткого молчания интересуется Эндрю, вновь вдыхая сигаретный дым себе в легкие. - Натан. - Произносит брюнет, и от одного этого имени, его тело бросает в дрожь, и он невольно начинает осматривать комнату, на наличие незваных гостей, а точнее людей отца. - Ты не очень похож на Натана. - С тем же безразличным видом произносит Миньярд и потушив сигарету, выбрасывает окурок в окно. - Я не Натан, я Натаниэль. - Не подумав, выпаливает парень. Осознание приходит лишь спустя несколько секунд, из-за чего он бледнеет, что не ускользает от глаз Эндрю. - Красивое имя, - Произносит задумчиво блондин и полностью поворачивается к Нилу телом. - Но ты Лис. Здесь ты Нил Джостен. После слов Эндрю, парень сам не замечает, как немного успокаивается. Как бы он не хотел этого признавать, но только блондин мог понять его без слов, в их редкие встречи. Только он мог успокоить Нила своим присутствием. Парень молча смотрит на парня полным эмоций и чувств взглядом. Какую-то одну эмоцию в его глазах, разобрать было не возможно, слишком много он чувствовал на данный момент. Блондин подходит к парню в плотную и становится между его разведенных ног, но так, чтобы Нил мог оттолкнуть его, если ему станет некомфортно или он просто против. Взгляд Миньярда, направлен прямо в карие глаза Нила, который так и не перестал прятать их за линзами. Руки блондина опускаются по бокам от бедер брюнета, не касаясь его, а сам блондин наблюдает за его эмоциями в данную секунду. - Да или Нет? - Да. - Без раздумий отвечает Джостен и тихо сглатывает при виде блондина, который был сейчас так близко к нему. Не медля больше ни секунды, Эндрю наклоняется к губам Нила и аккуратно целует. Поцелуй не был нежным, но он был осторожным и будто бы оберегающим. Будто, Эндрю сейчас без слов говорил о том что не оставит его одного и не даст в обиду. Первым поцелуй разорвал Эндрю, он неспеша отстраняется от его губ и смотрит в глаза Нила, который пытался отдышатся. Щеки брюнета едва заметно покраснели, в наполовину погруженной во мрак комнате. Он тихо выдыхает и непроизвольно облизывает губы, все так же не перерывая зрительного контакта. - И что это значит? - Негромко спрашивает парень и осматривает тело блондина с головы до ног, лишь бы отвлечься от собственных мыслей, которые сами по себе лезли в его голову. - Это значит, что кое-кто, очень тонко намекнул мне на кое-что, - Произносит блондин, с явным намеком на его чувства, и замечает как глаза Нила расширяются, дальше он сначала бледнеет, но после его щеки тут же краснеют. - Я тебя ненавижу. Последнюю фразу он произносит на первый взгляд безразлично, но Нил, который за все проведенное с блондином время, научился определять его эмоции по тону и выражению лица, увидел намного больше, чем обычное признание в ненависти, которые тот временами ему посылал. Эти слова были наполнены кучей невысказанных чувств и непоказанных эмоций. Когда смысл сказанного доходит до Нила, он подвисает на несколько секунд, но после едва заметно улыбнулся, пытаясь подавить желание улыбнутся в полный рот. - Покажешь что рисовал, Кролик? Можно мне взглянуть? - Интересуется блондин и слегка наклоняет голову в бок, внимательно следя на эмоциями на лице брюнета. - Да, можешь, - Отвечает парень и взяв в руки блокнот, в котором до этого рисовал, и не думая протягивает его блондину. Да, может он и поступает глупо, вот так запросто поверив Эндрю и доверив ему самое ценное что у него есть - свои рисунки, но он знал что может доверять. За все время что они знакомы, пусть они и общались не слишком часто, но их доверие друг к другу лишь росло. Они оба знали что не предадут и не разрушат доверие друг друга, ни при каких обстоятельствах. Осторожно взяв блокнот Нила в руки, Миньярд открывает его. С первой же страницы его встречают разные четкие рисунки закатов и рассветов, цветов и разных животных. Он перелистывал страницы с большой осторожностью и трепетом, будто боялся как-то повредить бумагу или сами рисунки. Больше всего, внимание блондина привлекает один из последних рисунков. На нем был изображен сам Эндрю, стоящий около подоконника, курящий. Рисунок был выполнен с большой точностью к деталям, и аккуратностью. Осторожно проведя пальцем по абрису, чтобы ни в коем случает не размазать штрих карандашом, поднимает взгляд на Нила, который в свою очередь смотрел в стену позади блондина, и нервно кусал губу. - Ты когда успел? - спрашивает он и с едва скрываемым интересом, смотрит на парня. - Примерно две или три недели назад, ты тогда кажется о чем-то задумался. Ты красиво стоял, вот я и решил сделать быстрый набросок... - смущаясь отвечает Нил, и всячески избегает взгляда мужчины. Заметив нервное состояние парня, Эндрю хватает его за подбородок и несильно сжимает, заставляя посмотреть на себя. - Это полноценная картина, а не простой набросок, - подмечает блондин, и смотрит Джостену в глаза. - Я потом несколько дней, подмечал на тебе какие-то детали, чтобы придать рисунку больше реалистичности. - Немного запнувшись говорит парень. Ему было неловко из-за того, что кто-то действительно обратил внимание на его рисунки с настоящим интересом. - Получилось красиво, ты молодец, Кролик. С едва заметной подбадривающей улыбкой на губах, произносит Миньярд. Так они говорили еще долго. Их темы менялись одна за другой, иногда прерываясь напористыми и аккуратными поцелуями, или объятиями. Чувство времени возвращается к ним, только тогда, когда на улице начинает подниматься солнце. Они проговорили целую ночь, не замечая этого, временами прерываясь лишь на разные нежности, о которых никто после, говорить не будет. Взгляд Нила, тут же падает на ярко розовое, вперемешку с оранжевым и красным, небо. Он с нескрываемым интересом, рассматривает рассвет, погружаясь в свои мысли. - А ты знал, что каждый раз, когда умирает художник, Вселенная разрешает ему разрисовать небо, в последний раз, чтобы попрощаться? - Задумчиво спрашивает парень, и переводит потерянный взгляд на Эндрю. - Как думаешь, этой ночью какой-то художник умер? Вопрос был скорее риторическим, поэтому, если бы блондин не ответил ему, то Нил бы не обиделся. - Не знаю, но это возможно, - Все-таки произносит Эндрю, рассматривая задумчивое лицо Нила. - Сегодня очень красивый рассвет, - Говорит парень, не обращаясь ни к Эндрю, ни к кому. Это были скорее мысли вслух, нежели слова на которые нужно получить какой либо ответ. Увидев в какие мысли погружается брюнет, Миньярд берет его щеки в свои ладони, не сильно их сжимая и поворачивает лицом к себе. Нил послушно поворачивается к нему, и переключает свое внимание на блондина, полностью сосредотачиваясь на нем. Нил не скажет этого вслух, но посмотрев в глаза Эндрю, он видел в них свое будущее. Их будущее. В этот момент ему больше не хотелось думать ни о чем, ни об отце, который спустит с него кожу живьем, как только найдет, ни о данных матери обещаниях, которые он так никогда и не сможет сдержать, ведь больше они не имели никакого веса. Так, только вдвоем, они и встретили свой первый, совместный рассвет, когда они своими действиями, говорили намного больше важного, чем словами. Теперь они держались друг за друга. Они оба значили друг для друга, намного больше чем говорили и показывали. Они были друг для друга всем. Эндрю показывал это своей защитой и заботой в сторону Нила. Нил показывал это множеством рисунков, на которых часто фигурировали они оба или только Эндрю. Они были всем.