Когда сердца запылают огнем тысячи хиганбан

1. УТРО, СГОРЕВШЕЕ В БЕЛОМ ПЛАМЕНИ И долго я безутешно рыдал, Бедой, как стеной, раздавлен. И вдруг сквозь слезы алый цветок, Неведомо как уцелевший, Увидел тогда я, - цветок-вьюнок На изгороди обгоревшей. Он мне улыбался в вихре огня, Смеялся на жерди зыбкой... До самого сердца пронзила меня Кощунственная улыбка. (отрывок из стихотворения Охара Мияо «Цветок атомной бомбы» Превод А.Мамонов) Токио. 2025-й год. «— Отпустите, отец! — я крутила запястьем в его цепкой руке, пытаясь высвободиться. — Ну, уж нет! Слишком долго я бегал за тобой по трем мирам. Пришло время вернуться домой, где тебя уже заждался жених. Я уже устал его поить персиковым вином, чтобы он, забыв о времени дождался тебя. Завтра же сыграем свадьбу! — О нет, великая богиня, сжальтесь, зачем вы привели сюда отца? — я попыталась встать перед ней на колени, но Кодзо тянул мою руку вверх, не давая сделать этого. — Оставлю вас двоих решать ваши семейные дела. Сегодня слишком шумно в Ёми. Сказав это, Аматерасу махнула рукавом и Ёми исчез. Я оказалась вместе с отцом в доме, где провела в страхе все свое детство.» Я перевернула последнюю страницу и закрыла книгу, проведя рукой по матовой обложке. Подушечки пальцев ощутили выпирающий рельеф иероглифов, под которыми скрывалось название романа: «Чудовище в саду прекрасных цветов». Я еще раз посмотрела на имя автора Како-но Сасауаки — шепот прошлого. Очевидно, писатель скрыл под псевдонимом свое настоящее имя. Читать нашумевшую во всей Японии новинку, которая сметалась с прилавков книжных магазинов за считанные часы и ленты социальных сетей заполнились фотографиями книжных блогеров с «Чудовищем…», было немного странно. Во время чтения меня не покидало ощущение, что все, о чем шла речь в романе, я уже когда-то видела. Все это уже происходило со мной, но не сейчас, а в какой-то далекой прошлой жизни. Дочитав до последней точки, я, кажется поняла, почему эта история получила такой большой успех: автор погружает читателя в историю настолько глубоко, что он буквально срастается с персонажами и начинает думать, что все это происходит с ним на самом деле. Мне вжиться в персонажа было легче — одну из героинь, за которую я больше всего переживала, зовут так же, как и меня, Сягэ. А главная героиня, от чьего имени ведется рассказ — кицунэ Мизуки. Знаю я одну кицунэ, с которой мы тайно дружим с момента, когда я едва научилась говорить. Она приходит ко мне всегда неожиданно, без предупреждения и мы часами разговариваем с ней о многих вещах. Особенно нравится, что кицунэ всегда интересны мои планы на жизнь, и еще она с удовольствием обсуждает со мной моих парней. Я люблю, когда она приходит. И ее так же, как и главную героиню, только что прочитанной мною книги, зовут Мизуки — удивительное совпадение. Последний раз взглянув на обложку романа, я выбралась из мягкого пледа, встала с кресла и подошла к книжному стеллажу, чтобы найти свободное местечко. Книги стояли плотным рядом, между ними не было ни одной, даже самой узкой прорехи. Непростая задача для книголюба — найти свободное место на книжной полке для новой книги, но я с этим справлюсь. Из открытого окна в комнату ворвался легкий весенний ветер и приподнял тонкую штору. Он принес с собой ароматы прогретого асфальта, отцветающей сакуры, сочной зеленой травы и… неожиданно до боли знакомый густой осенний запах хризантем. Кто-то невидимый легонько погладил кожу на моем лице. Я ощутила едва уловимое теплое касание на щеке. — Заходи! Не прячься! — приказала я. — Книгу читала, — послышался ухмыляющийся голос за моей спиной. Я обернулась назад. В кресле, в котором я читала минуту назад, сидела Мизуки. — Тебя не было три месяца, — упрекнула я и бросилась в объятия старой подруги. — Мне нужно было навестить одного знакомого в другой стране, — мысленно я восхитилась тому, с каким величественным достоинством и грацией она сидела в моем стареньком, видавшим виды, хранившем следы кофе, кресле. — Ты была заграницей? — сама в других странах я давно не была. Только когда была маленькой, с родителями. Когда я поступила в Токийский университет на филологический факультет, на путешествие совсем не осталось времени — учеба занимает почти каждый час моей жизни. Мне осталось только с интересом слушать о поездках Мизуки. — В какой стране ты развлекалась на этот раз? Предвкушая услышать очередную забавную историю, я села на пол у ног моей гостьи и положила голову ей на колени. Он легонько коснулась моих волос кончиками пальцев и тут же убрала руку. — В Ираке, — Мизуки брезгливо сморщила нос и убрала с колен мою голову. — Но мне не хочется говорить о поездке. Это было неудачное путешествие. И вообще, мне не нравится быть в этой стране. Каждый раз, когда приезжаю туда, меня охватывает необъяснимое уныние и тревога. Мне кажется, что сама земля там стонет и плачет, будто зовет и не покидает ощущение, что должно случиться что-то не хорошее… — Или случилось, — немного помолчав загадочно добавила она. — Тогда, зачем ты туда поехала, если чувствуешь себя некомфортно в этой стране? — Мне нужно было навестить одного человека, — Мизуки устало вздохнула и накрутила на палец прядь моих осветленных волос. Не знаю почему, но мне нравится быть блондинкой. Я начала осветлять свои темные волосы еще в средней школе. — Он там находится в командировке, изучает древние цивилизации. — Ммм… Интересная профессия у твоего знакомого. Расскажешь о нем? — я потянулась пальцами к длинной пряди своей гостьи и освободила застрявший лепесток сакуры. — Не думаю, — она поспешно убрала от своих волос мою руку и поднялась с кресла, чуть не опрокинула меня на пол. — Прости. — У тебя есть саке? — Мизуки подошла к книжному шкафу и провела пальцами по корешку книги, которую я кое-как втиснула между томами «Благословение небожителей» и «Магистр дьявольского культа» Мосян Туньсю. — Саке? — переспросила я, пытаясь вспомнить осталась ли в кухонном шкафу небольшая бутылка, или же, все-таки мы выпили ее с моим парнем, когда он приходил ко мне в гости. — Интересная книга, правда? — Мизуки ткнула пальцем в «Чудовище в саду прекрасных цветов». — Ты тоже ее читала? — предвкушая удовольствие обсудить с подругой только что прочитанную книгу, я отправилась на кухню, поискать бутылочку саке. — Да, кто ее сейчас не читает? — донесся из комнаты довольный голос Мизуки.