Sugar

– ... Итак, нам нужно будет предположить, что f из x имеет производные любого порядка. Теперь, когда мы предположили, что представление в виде степенного ряда существует, нам нужно определить, какие коэффициенты... Голос мистера Миньярда успокаивающий, но громкий, и Нил мечтательно вздыхает, с любовью глядя на своего профессора мистера Миньярда - нет, Эндрю, - как он приказал им называть его в первый день занятий. Первый день занятий, нежно известный как День, когда Мир Нила Джостена был Приятно Потрясен Осознанием Того, что у него Самый великолепный лектор в Кампусе. Нил навсегда запомнит тот день. В тот день Нил пришел поздно, ворвавшись в аудиторию почти через десять минут после начала пары, и застыл в дверях, когда мистер Мин... – Эндрю – бесстрастно обратил к нему свой переливающийся золотом взгляд, даже не прервав речь. Нил навсегда запомнил первую мысль, которая у него возникла, когда он увидел Эндрю, и эти медовые глаза прожгли его душу. Это было просто "блять". Он едва смог добраться до своего места рядом с Мэттом прямо перед Эндрю, не отрывая от него глаз. Увлечение на самом деле еще не развилось, не по-настоящему, пока Эндрю не представил теорему Бинома, и весь класс не застонал в унисон. На лице Эндрю была эта маленькая садистская ухмылка, и, черт возьми, это был тот самый момент, когда сердце и член Нила влюбились в Эндрю. Прошло по меньшей мере шесть недель с начала курса, а Нил понятия не имеет о биномиальных теоремах и о том, кем, черт возьми, является Л'Опиталь, потому что все, что он делал, это восхищался Эндрю и жил ради его редких улыбок. Он был абсолютно великолепен, преподаватель математики-садист ростом в сто пятьдесят два сантиметра, и Нил слишком часто представлял себя на коленях, смотрящим на мистера Миньярда и бормочущим: "Пожалуйста, П..." – Нил, - шепчет Мэтт, наклоняясь так незаметно, как только мог, находясь прямо перед Эндрю. Нил вздыхает, выныривая из своих грез наяву и с тоской глядя на Мэтта. – Да? – Чувак, Дэн видела Эндрю на игре, - взволнованно шепчет Мэтт. Нил замирает, сердце бешено колотится. Эндрю был на игре? Эндрю видел, как он играл? Они полностью уничтожили Брекенридж, но Нил все еще прокручивал в голове каждый аспект игры. Он кого-нибудь ударил? Были ли у него какие-нибудь серьезные драки? Неужели он... – Дэн видела, как он разговаривал с Ваймаком, - сдержанно продолжает Мэтт. – Оказалось, раньше он был вратарем! И он был потрясающим. Его среднее количество сейвов за игру было в районе двадцати, Нил! Будь проклят, боже, Мэтью Донован Бойд за то, что он еще больше разрушил жизнь Нила. – Черт, - тихо шепчет Нил, сползая вниз на своем сиденье, не в силах удержаться от того, чтобы не представить Эндрю потным и в экси-вратарской форме. – И у него гребаная Maserati, - продолжает Мэтт, точно зная, насколько глубока привязанность Нила к Эндрю, и взволнованно садится за руль. – Он богат. Неприлично богат, Нил. И ему тридцать восемь. Нил загорается ярко-красным, не в силах остановиться, когда говорит: – Из него вышел бы хороший папик. Мэтт фыркает. – Если это то, что тебе нравится, – смеется он, но не видит, как взгляд Эндрю устремляется на Нила, такой же пронзительный, как и в первый день. Нил забывает, как дышать, потому что Эндрю не мог этого слышать, верно? Это просто было невозможно. Его лицо остается ярко-красным, даже когда Эндрю отводит взгляд и продолжает преподавать как обычно, и его Нила тоже остается немного твердым. Лекция заканчивается быстрее, чем ожидал Нил, проводя остаток времени, избегая взгляда Эндрю и пытаясь заставить свое лицо перестать быть ярко-красным, одновременно опускаясь на свое место и пытаясь стать невидимым. Но это не работает, так как он все еще очень заметен, когда урок заканчивается и все начинают выходить из аудитории, и, как только Нилу удается встать, он слышит голос Эндрю. – Мистер Джостен, останьтесь на минутку. Мэтт приподнимает бровь, глядя на него, и Нил игнорирует его, предпочитая успокоить свое бешено колотящееся сердце, прежде чем он умрет от инсульта. Он подходит, чтобы встать у стола Эндрю, пока тот игнорирует его, класс пустеет, преподаватель перелистывает страницы и собирает вещи. По какой-то причине член Нила не получает напоминания о том, что нужно успокоиться, потому что он начинает твердеть, когда Эндрю упорно игнорирует его, предвкушение заставляет его кровь бурлить. В его голове проносятся образы того, как Эндрю перегибает его через стол и бьет по заднице, пока она не становится ярко-красной и в синяках на несколько дней. Или, например, жестко трахает его и душит до тех пор, пока у Нила не останется возможности сделать вдох. Трахает его в лицо, пока он не начнет давиться, и все, о чем он мог думать, это Эндрю, Эндрю, Эндр-... – Мистер Джостен, – говорит Эндрю, и Нил краснеет, потому что нет никакого способа скрыть свой болезненно твердый член, поэтому он стоит как можно ближе к столу, прижимаясь к нему, чтобы Эндрю не видел. Плохая идея, потому что трение почти заставляет его застонать. – В-вы можете называть меня по имени, Эндрю, – шепчет Нил, внезапно болезненно осознавая, насколько пуста и тиха комната. – Натаниэль, - сухо произносит Эндрю. – Нил, – немедленно поправляет Джостен, у него вот-вот встанет при звуке своего имени. – Пожалуйста, зовите меня Нил. – Нил, – взгляд Эндрю становится жестче. – Мне не нравится слово "пожалуйста". Умоляя, ты ничего не добьешься. Черт. – Я сожалею, мистер Миньярд, – автоматически говорит Нил, затем смущенно закрывает рот. Эндрю выглядит слегка удивленным. – Меня больше всего заинтересовал ваш сегодняшний разговор с мистером Бойдом. Вы действительно думаете, что из меня получился бы хороший папик? Сердце Нила проваливается в низ живота и ему просто хочется растаять лужицей на полу. – Эндр... – Хотя я ценю твои чувства, Нил, – продолжает Эндрю. – Я не думаю, что я бы тебе подошел. Нил не может ясно мыслить. Его разум гудит, он заламывает руки и его мысли разбегаются повсюду. Он не может сосредоточиться, потому что Эндрю не хочет его. Эндрю, вероятно, теперь ненавидит его. Он хочет найти где-нибудь уголок и свернуться калачиком. – Мне... мне... мне нужно идти, – шепчет Нил, поворачиваясь на небольших каблуках своей обуви. Он чувствует, как надвигается неизбежная паническая атака, его зрение мутнеет от устойчивых помех, а голова кружится. Он не может думать. Каким-то образом голос Эндрю прорывается сквозь панику в его голове. – Нил, – говорит он, его голос становится более глубоким, отчего по спине пробегают мурашки. – Тебе нужен папик? Вопрос, думает Нил. Прямой вопрос. Да или нет. Он мог бы ответить на него. Он пытается унять свое заламывание рук, когда поворачивается. Он не может сказать "нет", потому что это неправда. Он не может сказать “да”, потому что, хотя это в некотором роде неправда, правдой является, что... – Мне не нужны деньги. – Его голос тихий, надломленный, и ему кажется, что он трещит по швам. – Нил, – голос Эндрю на тон глубже и проникает в мозг Нила. Это то, что Нил будет помнить, когда будет мастурбировать сегодня вечером. – Тебе нужен папочка? О. Нилу нужно это так сильно, что это вибрирует у него под кожей. Он просто беспомощно смотрит на Эндрю, просто смотрит и смотрит, желая и не желая одновременно. – Нил, – взгляд Эндрю становится жестким. – Ответь мне. – Да. – слово срывается с губ Нила прежде, чем он успевает даже подумать об этом. – Мистер Миньярд, да. Эндрю просто кивает, и Нил даже не осознал, что он встал, пока тот не присел на спинку стула. – Нил, – говорит Эндрю. – Послушай меня внимательно. – "Послушай". Нил умел слушать. Он сосредотачивается на глубоком голосе Миньярда, цепляется за него в тумане своего разума и держится изо всех сил. – Пока ты мой студент, я не могу тебе ничем помочь. Тем не менее, ты будешь есть вовремя каждый день, вовремя выполнять все свои задания, ходить на экси-тренировки и ложиться спать в нужное время, чтобы у тебя всегда было не менее шести часов отдыха. Находи время для учебы, но поддерживай должным образом свои отношения с друзьями, и если ты пьешь, не напивайся. Я не жду новостей, но я ожидаю, что если я обращусь к тебе в конце семестра, то ты будешь честен со мной. Нил мог следовать инструкциям. В последнее время в его жизни был беспорядок, он пытался привести все в норму, но всего было так много. Как Эндрю удалось заставить это звучать так просто? Его сердце колотится в предвкушении того, что он сделает своего папоч-... Эндрю счастливым, от возможности заполучить его в конце всего этого. – Да, сэр, – отвечает Нил, его разум проясняется, когда он начинает планировать свой день вперед. – Я могу это сделать. Спасибо. Эндрю кивает в знак согласия. – Увидимся на следующем занятии. Даже если Нил мысленно заканчивает это предложение Эндрю словом "малыш"... Что ж, никому не следовало знать.

~

– Нил, – скулит Мэтт по телефону. – Пожалуйста, приходи на вечеринку сегодня вечером. Это конец семестра. Это последняя вечеринка перед выпускными экзаменами. Нил колеблется, глядя на раскрытые книги, разложенные перед ним, вспоминая команду Эндрю, данную несколько недель назад. Он следовал ей в совершенстве, обнаружив, что ему намного легче справляться со своими заданиями и общественной жизнью. – Я не могу, – извиняющимся тоном говорит Нил. «Находи время для учебы, – сказал Эндрю, прямо перед тем, как добавить: – но поддерживай должным образом свои отношения с друзьями.» Нил ненавидел принимать решения, от этого его кожа казалась слишком натянутой. Он смотрит на время. До окончания рабочего дня Эндрю оставалось десять минут. Может быть... – Нил, ты должен. Я уже сказал Дэн, что ты придешь. Она убьет меня, если поймет, что я забыл спросить тебя и просто солгал. – Мэтт умоляет по телефону и Нил встает, закрывая свои книги. – Мэтт, я тебе перезвоню, – обещает он, прежде чем выскочить за дверь. – Нил... Нил не слышит продолжения, когда вешает трубку и выбегает из общежития в сторону кампуса. Он мог слышать тиканье воображаемых часов, когда бежал на полной скорости, и прошло всего восемь минут, когда он добрался до двери Эндрю. Не в силах вовремя остановиться, он врезается в дверь как раз в тот момент, когда она распахивается. Нил упирается прямо в твердое тело, и он удивлен, что они не падают на землю. Тело Эндрю было неподатливым, когда он удержал импульс Нила. – Нил, – говорит Эндрю твердым и немного снисходительным тоном. – Что ты делаешь? Нил замирает, осознав свое положение. Его руки обвиты вокруг Эндрю, который стоял неподвижно. – О боже мой, – пищит он, отползая назад. – Мне очень жаль, мистер Миньярд. Эндрю свирепо смотрит на него и Нил делает еще один шаг назад, увеличивая расстояние между ними. – Почему ты здесь? – спросил Эндрю. Нил сглатывает, сердце учащенно колотится, он пытается отдышаться. Эндрю просто смотрит на него, прежде чем вернуться в свой кабинет. Нилу требуется несколько секунд, чтобы последовать за ним. Эндрю садится за свой стол, протягивая Нилу бутылку воды из мини-холодильника позади него. Нил с благодарностью выпивает ее, потирая прохладную бутылку о свою разгоряченную кожу. – Чем я могу тебе помочь? – спрашивает Эндрю и Нил нервно садится на сиденье напротив него. – В-вы сказали мне находить время для учебы, – шепчет Нил, и Эндрю склоняет голову. – Но поддерживать мои отношения должным образом... – Да, я так и сказал. – Н-но у меня выпускной экзамен через два дня, в-ваш экзамен, а Мэтт умоляет меня пойти с ним на вечеринку, потому что иначе Дэн убьет его. И я не знаю, что делать, – тихо говорит Нил, сердце угрожающе бьётся о рёбра совсем по другой причине. Его нога болтается, и он не может перестать крутить бутылку с водой в руке, а его глаза мечутся повсюду, глядя куда угодно, кроме как на Эндрю. Почему он не мог принять решение сам? Был ли он настолько глуп, что не смог придумать ответ? Эндрю, вероятно, даже не хотел, чтобы его беспокоили, что, блядь, было не так с Нилом... – На колени. – резко бросает Эндрю, и Нил по-совиному моргает на него, прежде чем поставить бутылку на стол и соскользнуть со стула на колени. Эндрю обходит стол, становясь перед Нилом. Сердце Нила просто... успокаивается, что-то в нем успокаивается, когда он погружается в ощущение того, что стоит на коленях перед Эндрю. Голова Нила склоняется, когда он расслабляется. – Как далеко ты продвинулся по учебе? – Эндрю спрашивает Нила, его голос приобретает тот самый глубокий тембр. – Я перешел на трехмерную систему координат, сэр. Я только сегодня начал изучать трехмерное пространство. – Хорошо, – голос Эндрю громыхает. – Ты полностью понял тему? – Не совсем, сэр, – шепчет Нил. – Но я просмотрел заметки, которые вы прислали нам, и теперь стало понятнее. Рука Эндрю зарывается в волосы Нила, и сердце его трепещет. – С чем у тебя проблемы? – Отображение координат, сэр. Цилиндрические и сферические координаты. И нахождение длины дуги векторной функции. Я разбираюсь в векторах, сэр, поэтому мне просто нужно перечитать свои заметки. Рука Эндрю легонько гладит Нила по голове, и Нил с трудом удерживается от того, чтобы начать прихорашиваться. – Учитывая темы, которые у тебя остались, и то, чего ты не понимаешь, не думаешь ли ты, что тебе понадобится дополнительное время сегодня вечером, чтобы изучить их? – Я... - Нил колеблется. – Сэр, я занимался с двух, но потом позвонил Мэтт. – Мэтт важен для тебя, я полагаю, – говорит Эндрю. – Д-да, сэр, – Нил сглатывает, чувствуя себя как в тумане, желая потереться головой о бедро Эндрю. – Он мой лучший друг, сэр. Единственный, кто оставался со мной, несмотря ни на что. Естественно, Эндрю знал, кто такой Нил, его имя было расклеено на каждой доске объявлений, его показывали на каждом новостном канале, после того, как отец похитил его и пытал, до того, как его спас дядя. Рука Эндрю крепче сжимает волосы Нила, возвращая его от потери тумана и приступа паники. – Это то, что ты будешь делать, – говорит Эндрю, голосом, не выдающим, помнит ли он, кто такой Нил. – Ты будешь заниматься, пока не начнется вечеринка. Попробуй сначала завершить составление карты координат, хотя это в конце темы. Ты пойдешь на вечеринку, но не будешь пить ничего, в чем есть алкоголь. Во сколько тебе завтра вставать? – У меня завтра нет занятий, сэр, – смиренно говорит Нил. – Но я каждое утро рано встаю, чтобы пробежаться. – Поскольку ты идешь на вечеринку сегодня вечером, ты воздержишься от утренней пробежки, – строго говорит Эндрю. – Ты уйдешь с вечеринки до десяти и как следует отдохнешь после. Проснись пораньше, съешь хороший завтрак и сможешь начать с векторов и продолжить оттуда. В устах Эндрю это звучит так просто. Нерешительность, которая терзала разум Нила, исчезает, и он медленно выдыхает. – Это превосходный план, сэр. Благодарю Вас. – Посмотри на меня, – говорит Миньярд, и Нил поднимает голову. Его глаза находятся на уровне чужого паха, но он смотрит мимо него, во всё такие же медовые глаза Эндрю. – Тебе действительно нужен кто-то, кто заботился бы о тебе, не так ли, – напевает Эндрю и Нил краснеет до самого паха. – Да, сэр, – шепчет он, прежде чем Эндрю заставляет его встать и отпускает. ~ – Нил, – ноет Эллисон, когда они выходят из аудитории в день выпускных экзаменов по математике. – Как, по-твоему, прошел этот экзамен? Я не думаю, что Эндрю преподавал и половину из этих тем, – ворчит Эллисон. – Он рассказывал их все, - хмурится Нил, задаваясь вопросом, обращала ли она вообще внимание на уроке. – Откуда тебе знать? – раздражается Мэтт. – Ты был слишком занят, пялясь на него весь семестр. «Я смотрю на него ровно шесть недель», думает Нил, но не говорит вслух. После того, как Эндрю отдал ему приказ, завернутый в обещание, Нил не особо пялился, больше слушая и изучая. Он хотел, чтобы Эндрю гордился им. – Не будь таким, – Дэн подталкивает Мэтта локтем. – Он рано ушел с вечеринки. В отличие от некоторых людей, он действительно нашел время для учебы. Дэн закатывает глаза на надутые губы Мэтта, прежде чем идти вперед с Эллисон. – Хэй, – говорит Мэтт. – Приятно видеть, что ты вернулся в нужное русло после того, что случилось с твоим отцом. Нил заставляет себя не изобразить отвращение на лице. – Он мне не отец. – Прости, – немедленно говорит Мэтт, кивая в знак согласия. – Ты прав. Но ты боролся с самим собой какое-то время. Ты не можешь скрыть это от меня или Дэн. Но потом что-то изменилось, ты начал сопротивляться Кевину, когда он требовал ночных тренировок. Ты стал реже выходить с нами. Ты больше учишься, вовремя закончил свою курсовую работу. Что-то случилось? Нил небрежно пожимает плечами. – Просто мистер Миньярд сказал... Он замирает, глаза расширяются. Он чувствовал себя таким беззаботным после того экзамена, его самого сложного курса в Пальметто на данный момент, что сказал, не подумав. Мэтт останавливается, хмуро глядя на него сверху вниз. – Нил? Нил не может остановить покраснение своей шеи. Он отводит взгляд, сердце бешено колотится. – Мэтт... – Что тебе сказал Эндрю? Мысли Нила лихорадочно работают. Чрезмерное обдумывание вернулось, все плохие возможности надвигаются на него. Он закрывает глаза, делает глубокий вдох, представляя себя на коленях перед Эндрю, его руку в его волосах. – Мистер Миньярд сказал, что я должен был взять себя в руки, – пожимает плечами Нил, и Мэтт прищуривается, глядя на него. Нил начинает уходить и Мэтт догоняет его. – Только потому, что он так сказал, – Мэтт хватает его за руку и Нил замирает. Бойд немедленно отпускает его. – Черт возьми, Нил, прости. Но только потому, что он сказал это, не значит, что у тебя есть шанс с ним. – Что? – Нил резко выпаливает, вырывая свою руку из ладони Мэтта. – Боже, Нил, – Мэтт беспомощно смотрит на него. – Ему тридцать восемь. – Мне двадцать один, – выпаливает Нил в ответ Мэтту. – Я могу легально употреблять алкоголь и трахаться, если захочу. – Нил, – умоляет Мэтт. – Только потому, что он пытался помочь тебе, не значит, что он хочет с тобой переспать! Ты всегда так делаешь, цепляешься за человека, который пытается тебе помочь, следуешь всему, что он говорит, потому что тебе не нравится принимать решения... – И что? – рычит Нил. – Ты хочешь, чтобы я повзрослел? – Да, – Мэтт понижает голос. – Ты помнишь, что ты ходил за мной, как щенок, в течение нескольких дней после того, что случилось. Я не возражал. Ты только делал то, что я сказал. Иначе ты был бы потерян. Но когда я начал встречаться с Дэн, ты отдалился от меня, Нил. Я думал, что ты становишься сильнее. – Мэтт, – голос Нила опасно тих. – Если ты скажешь еще одно подобное слово, я прекращаю нашу дружбу. Мэтт проводит рукой по волосам, выдыхая. – Черт, Нил, прости. Этот экзамен меня доконал. Я думаю, что у меня ничего не получилось, и, если я провалю этот курс, то не смогу играть, пока не восстановлю свои оценки. Нил бьет его кулаком по плечу, свирепо глядя на него. Мэтт вскрикивает, настороженно глядя на него. – Что за черт, чувак?! – Ты мог бы попросить меня помочь тебе, – Нил свирепо смотрит на него. – Ты уже знаешь, на кого нацелится Кевин, если тебе придется бросить тренировки, даже на несколько недель! Мэтт смеется, хватает Нила и заключает его в объятия. Нил немного сопротивляется, прежде чем расслабиться в объятиях. Он обнимает Мэтта, прежде чем тот отпускает его. – Я люблю тебя, чувак, – говорит Мэтт, ероша его волосы. – Если ты хочешь пойти за своим папиком, я буду твоим ведомым. Нил морщит лицо. – Фу, Мэтт, нет. Мне не нужен ведомый. – Ах, я вижу, мой мальчик справился, – смеется Мэтт, обнимая Нила за шею и нежно гладя его. – Я знал, что ты обдумываешь план, Джостен. ~ Нил быстро осознал, что у него не было плана. У него был абсолютно нулевой план. Он был самым бесхребетным человеком на свете, потому что последние десять минут стоял у дверей кабинета Эндрю, не в силах заставить себя постучать. Имел ли Эндрю это в виду? Когда он сказал: «я не ожидаю новостей, но я ожидаю, что если я обращусь к тебе в конце семестра, ты будешь честен со мной»? Должен ли был Эндрю сделать первый шаг? Черт, если бы Нилу пришлось ждать отказа Эндрю, он бы совсем сошел с ума. Нет, он должен был получить отказ сейчас. вживую и лично, чтобы он мог знать, что все, что ему нужно сделать, это выплакать глаза и двигаться дальше. Ожидание продлило бы неизбежное. Как только Нил поднимает руку, чтобы постучать, дверь открывается. Нил поднимает глаза и видит их помощника тренера, Кевина, стоящего там с хмурым выражением лица. – Что ты здесь делаешь? – выпаливает Нил, уставившись на шестифутового мудака. Кевин не был студентом, так какого черта он выходил из кабинета мистера Миньярда растрепанный и с красными глазами? Выходил, выглядя словно выебанным? Кевин хмурится, как будто увидеть Нила за дверью было последним, чего он ожидал. Ну, увидеть Кевина, выходящего из этой двери, было последним, чего ожидал Нил, так что... – Нил? – Кевин шепчет, слегка нахмурившись. – Я просто пришел повидаться с Эндрю. Нил практически вибрирует от гнева. Почему Кевин выглядел так, будто его недавно трахнули? Его одежда была в беспорядке. Пуговицы были неаккуратно застегнуты, у него даже не хватало нескольких. Нил врывается в офис, захлопывая дверь между собой и Кевином. Эндрю спокойно сидит за столом, что-то записывая на листе бумаги. По всему полу были разбросаны бумаги, а его стол выглядел в беспорядке по сравнению с тем, каким аккуратным он был, когда Нил пришел сюда в первый раз. – Ты трахаешься с Кевином? – Нил сердито рычит и Эндрю поднимает взгляд, на его лице ничего не выражается. – Нил, – замечает он, откладывая ручку и откидываясь на спинку стула. – Серьёзно? – Нил спрашивает снова, и он может чувствовать покалывание приближающейся панической атаки. Он уже привык к этому, обычно извиняясь и собираясь заниматься этим наедине, но прямо сейчас он просто зол. Взгляд Эндрю становится жестче, как будто он может видеть приступ паники как живого человека за спиной Нила. Нил чувствует, что теряет контроль над реальностью, его горло начинает сжиматься, но он стоит на своем. – На колени, – говорит Эндрю твердым голосом. Нил сжимает руки в кулаки, пока не чувствует, как ногти впиваются в его плоть. – Нет. – это слово почти душит его, как только выходит. Его зрение расплывается, но он заставляет себя сохранять ясный взгляд. Эндрю встает, и хотя он невысокого роста, его облик более устрашающий, чем у шестифутового мудака, который только что был в его кабинете. – На колени, малыш, – командует Эндрю своим мягким домашним голосом, что-то в Ниле просто ломается и он падает на колени. – Папочка, – хнычет он. – Ты не хочешь меня? Эндрю подходит к нему достаточно близко, чтобы он мог положить голову Нила себе на ногу. Тот едва смог остановить несколько слез, скатившихся из его глаз, когда он уткнулся носом в сильную ногу Эндрю. – Послушай меня внимательно, – тихо говорит Эндрю. – Не предполагай. Я буду очень зол, если в следующий раз ты предположишь что-то подобное обо мне. – Прости, папочка, – шмыгает носом Нил. – Хорошо, – говорит Эндрю, и его рука опускается на волосы Нила. Тело его загорается от прикосновения Эндрю, становится податливым, полностью прислоняясь к ноге Эндрю. – Я играл в экси с Кевином, когда учился в этом университете, – тихо говорит Эндрю. – Я тот, кто защитил его от Рико. В то время единственным способом, с помощью которого Кевин мог справиться со своими чувствами, было либо выпить водки, либо, как и тебе, подчиняться. Я был единственным, кому он доверял настолько, чтобы доминировать над ним, – говорит Эндрю, и Нил ближе прижимается лицом к его штанине, не желая слышать о прошлой сексуальной жизни Эндрю. – Я никогда не трахал его, – говорит Эндрю, и Нил откидывается назад, глядя на него широко раскрытыми глазами. Эндрю мягко направляет его обратно к своей ноге. Сердце Нила начинает учащённо биться. – Я никогда этого не делал, малыш. Он просто хотел доминирования, чтобы отвлечься от всего. Я просто хотел чувствовать, что у меня есть контроль над кем-то. Он пришел ко мне сегодня, умоляя меня подчинить его, сказал, что давление его должности помощника тренера становится слишком сильным и что он хочет забыться. Снял рубашку, плача и умоляя меня помочь ему. Его рука крепче сжимает волосы Нила и он закрывает глаза, слезы на его лице медленно высыхают. – Я сказала ему, что у меня уже есть мальчик, который более чем идеален для меня. Глаза Нила открылись, его сердце замерло. – Папочка, - выдыхает он, и Эндрю гладит его по волосам. – Кевин никогда не становился передо мной на колени, – говорит Эндрю. – Я бы никогда не заставил его встать передо мной на колени. – Я встану перед вами на колени где угодно, сэр, – обещает Нил, а Эндрю усмехается. – Расскажи мне о своей самой большой фантазии, малыш, – напевает Эндрю и дыхание Нила прерывается. Он прячет лицо в штанине Эндрю, краснея. У него их было так много. Он ломает голову, прежде чем остановиться на том, о чем фантазировал больше всего, но ненавидел признаваться самому себе или вслух. – Папочка, я.., – Нил колеблется, и Эндрю слегка дергает его за волосы в знак поощрения. Нил прочищает горло. – Чтобы меня использовали как грелку для члена, папочка. Думать об этом было так унизительно, но Эндрю резко вдыхает. – Малыш, это.., – он больше ничего не говорит и Нил начинает паниковать. – Мы можем это осуществить, – наконец обещает Эндрю и Нил начинает усиленно думать об этом. – Нил, – Эндрю дергает его за волосы, чувствуя, как тот начал погружаться в свои фантазии. – Ты девственник? – Нет, сэр, – тихо отвечает Нил, прежде чем продолжить. – У меня был секс только один раз, папочка. С Мэттом, когда мне было девятнадцать и я был пьян. – и Мэтт, к счастью, никогда не держал на него зла за это. – Ты хороший мальчик, раз говоришь правду, – говорит Эндрю, поглаживая Нила по волосам. – Правда? – коротко спрашивает Нил, слегка ухмыляясь, когда смотрит на Эндрю. – Да, это так, малыш, – Эндрю смотрит на него сверху вниз, прежде чем поднять руку к подбородку Нила и заставить его встать. – Я собираюсь дать тебе контракт, с которым ты отправишься домой, Нил. Ты перечитаешь все условия. Я хочу знать все твои пределы и кинки. У тебя есть стоп-слово? Нил медленно кивает. За последние несколько недель он тщательно исследовал отношения папочек и мальчиков и уже выбрал стоп-слово, на случай, если возникнет необходимость. – Искра, сэр, – говорит он, потому что каждый раз, когда ему снится кошмар, первое, что он видит, – это зажигалка Лолы. – Хорошо, – говорит Эндрю, все еще сжимая рукой подбородок Нила. – Мы также будем использовать систему светофоров. Ты её знаешь? – Нил кивает. – Вслух, Нил. – Да, папочка, я знаю это, – отвечает Нил, сердце колотится, когда до него доходит осознание того, что это наконец-то происходит. Эндрю кивает. – Ты будешь называть меня папочкой или сэром во время сессий. Ты можешь сам провоцировать сессии, вставая на колени. Если станет невыносимо или у тебя начнется приступ паники, а меня не будет рядом, позвони мне, ты понял? Нил останавливает себя на середине кивка. – Да, сэр. – Мне все равно, будет ли это посреди ночи, – продолжает Эндрю. – На публике или вне сцен ты можете называть меня Эндрю или мистер Миньярд, хотя я ненавижу последнее. Ты продолжишь выполнять инструкции, которые я дал тебе раньше. То, что семестр закончен, не означает, что ты можешь расслабиться. Уделяй время учебе и сну. Рука Эндрю перемещается на затылок Нила, крепко удерживая, и тот смотрит на него беспомощно, желая. – Я завладею каждой частичкой тебя, если ты подпишешь этот контракт, – Эндрю переходит на свой доминирующий тон, а Нил дрожит. Рука на затылке успокаивает его. – Тебе не позволено кончать без моего разрешения. Черт. Дрожь пробегает по позвоночнику Нила. – Да, папочка, - его голос дрожит. – Тебе не разрешается мастурбировать или трогать себя пальцами, – бесстрастно продолжает Эндрю и Нил заливается ярко-красным румянцем. – Если ты очень возбужден и какое-то время не сможешь меня видеть, ты можешь позвонить и спросить разрешения. Если ты нарушишь это хотя бы раз, ты будешь наказан. – Что, если я хочу, чтобы меня наказали, папочка? – нахально говорит Нил, а пальцы Эндрю сжимают его затылок. – Это не будет наказанием, которое тебе понравится, малыш, – обещает Эндрю и Нил почти стонет. – Черт, папочка. Можно я тебя поцелую? – Нил хнычет, но Эндрю поднимает вторую руку и кладет ее на грудь Нила, удерживая его на расстоянии. – Пока нет, малыш. Когда ты подпишешь контракт, мы пойдем в моем темпе. Понятно? – Да, папочка, – вздыхает Нил, но все равно получает в награду поцелуй в лоб.