Это не о любви

Холодные пальцы снова касаются щеки Накаджимы, и он вздрагивает во сне, прижимаясь к старшему. На самом деле, сам Рюноске также дрожал, только не показывал это. Он совсем не понимал, от чего это - то ли от того, что это их самая первая ночь вместе, то ли он дрожал от чувства влюбленности, или всё это был страх? Волнение? Тревога? Кажется, всё началось совершенно случайно. Они просто были напарниками.. Нет, просто "коллегами" из вражеских организаций. Они не должны были хоть как то взаимодействовать, но Дазай решил иначе. По его словам, дуэт получился просто отличным, хотя никто из нового двойного черного с ним не был согласен. И вот, тигр приглашает его отпраздновать удачно завершенное задание - так просто, так невинно и так без капли сомнения в том, что ему не откажут. Наверное, он правда был слишком самоуверен, поэтому Акутагава согласился выпить с ним пару стаканчиков сакэ. И кто бы знал, что тащить тигра до общежития агенства окажется так проблематично. Пьяный в хлам, он еле волочил ноги, распугивая всех в округе. Для полного счастья не хватало лишь одного момента - было бы интересно узнать, что случилось бы, разбудив своими пьяными выходками он кого-то из агенства, чтобы все увидели члена портовой мафии в квартире работника ВДА. Но этой ночью Ацуши разбудил самого брюнета. Его глаза сверкнули в темноте, прежде чем его губы коснулись губ напротив, очерчивая языком их линию и чуть проникая внутрь. Сознание сразу стало ясным, и Акутагава практически падает, так резко отстраняясь и чувствуя сладкий привкус алкоголя на своих губах. Блондин лишь пожелал спокойной ночи, закрывая дверь, пока работник мафии пытался отдышаться. Ему совсем не хотелось убить тигра, хотя он сделал бы так в любом другом случае, и фаланги то и дело касались губ, повторяя движения языка на них, в то время как ноги несли обладателя расёмона домой с огромной скоростью, хотя хотелось развернуться. Нет, не за тем, чтобы дать пощечину тигру - хотелось ещё раз почувствовать его губы на своих. Эта ночь не хотела заканчиваться, и он до утра не мог сомкнуть глаз. Этот поцелуй крутился в голове, покалывал в кончиках пальцев и горел на губах, не желая отпускать ни хозяина, ни жертву. Наверное, тогда бы Рюноске разбил телефон, если бы не был таким уставшим и сонным, потому что увидеть от тигра "Ну как, понравилось?" с утра пораньше было самым неожиданным, ведь о таком он даже не задумывался. Накаджима сразу же объяснился, что питает не самые товарищеские чувства к нему, пока самому брюнету понадобились долгие месяцы, чтобы наконец понять, что за чувства заставляли живот скручиваться, пока в груди неприятно тянуло. Он - адская гончая с чёрными клыками - смог дать приручить себя белому тигру с мягкими коготками? Всё было тихо и красиво, прямо как в дешевых романах - они забирались в какую нибудь глушь города, чтобы просто насладиться временем рядом. Они просто беседовали, узнавали друг друга, целовались, и это новое чувство в груди распускалось ещё больше, прямо как ветви сакуры над ними. Та самая подростковая любовь окутывала их в первый раз, если выражаться красивым языком. А если проще - они просто два влюбленных, что сидят в кафе на окраине Йокогамы и пьют кофе, а после расходятся домой, боясь, как бы мама не увидела их вместе. Но у них не было того, что было у многих влюбленных - никто никогда не оставался ни у кого дома на ночь. Это было бы странно - враг агенства в их общежитии, да ещё и вместе с тигром. Или отсутствие Накаджимы - это тоже вызвало бы подозрения, а раскрытия их отношений ни одна из сторон не хотела, и даже не планировала. Но вот, они попали под теплый весенний дождик. Смех, брызги, улыбки - всё было так невероятно, будто бы во сне. Нельзя было просто выгнать промокшего младшего на улицу, поэтому решение было таким - он остается на ночь у Рюноске. Было очень необычно, но так приятно спать в обнимку. Ацуши болтал без умолку, полностью успев примерить столько поз рядом с ним, закидывая ногу на него и укладываясь на грудь, пока длинные пальцы поглаживали светлую макушку, стараясь чуть угомонить его эмоции, что били через край. Наверное, они спали бы долго, до самого утра, наслаждаясь теплом друг друга, если бы не легкие, что снова потревожили старшего. В горле резко запершило, и он садится на футоне, откашливаясь в ладонь и стараясь не разбудить младшего. На ладони оказывается что-то теплое, и брюнет понимает, что это сгусток крови. Блять. Такой резкий подъем плохо сказался на состоянии Акутагавы, и в глазах темнеет, пока с тумбочки с грохотом что-то падает на пол, оказываясь задетым рукою. Дойти до кухни сложно, особенно в темноте и с диким кашлем, хоть это была его собственная квартира. Аптечки у него были везде, поэтому не стоит труда найти её в кухонной тумбочке, пока пальцы судорожно собирают ингалятор. Кашель душит, и хочется промыть рот, полный крови, но ладонь налетает на что-то острое вместо того, чтобы открыть кран. Тупая боль пронизывает кожу, пока теплая жидкость течет по запястью. Дышать нечем, но спасение уже близко. Вторая ладонь подносит аппарат с лекарством ко рту, пока тело сползает на пол. Только бы не отключиться.. Но страшнее всего было увидеть Накаджиму перед собой, который увидел бы это состояние. Блондин знал, что у него больные легкие, и это нередко проявлялось в кашле, но не с такими осложнениями в виде крови. Призрачная надежда всё ещё теплилась внутри, что младший не услышит его хрипы, но взгляд цепляется за желтые глаза, и Рюноске вздыхает, насколько ему позволяет его состояние, а после закрывает глаза, теряя сознание. Открывать глаза совсем не хотелось, но он слышал тяжелое дыхание тигра, а также чувствовал, что лежит не на холодном полу, и рука уже не так болит. Темная радужка глаз смотрит на желтые глаза напротив, и они сразу же сужаются, а пара капель соленой жидкости капает на его лицо. Ацуши просто прижимает к себе старшего, пока тот сидит на его коленях, слыша тихие всхлипы и поглаживая напряженную спину. Дрожащие пальцы проводят по бледной коже, понимая, что она теплая, и мафиози жив. Да, блондин знал о его болезни, знал, что это серьезно, но не знал, что всё настолько.. *** Сон окончательно пропадает, стоит услышать звук лезвия, падающего на пол, и Накаджима подрывается с футона, не обнаруживая рядом Акутагаву. На кухне слышен кашель, непонятные звуки, а его зрение позволяет хорошо разглядеть половину вещей на полу, что раньше были на тумбочке. Что происходит?.. Тигр вмиг оказывается на кухне, смотря на Акутагаву, что сползает на пол. В его руке что-то вроде баллончика, пока рот и рука.. в крови? Тело без дыхания падает ему на колени, и младший поддается панике. Он прижимает этот баллон ко рту брюнета, пока его дыхание наконец возвращается в норму. Накаджима мелко дрожит, а мысли тревожат его. Ведь Рюноске не мог умереть.. Он же дышит, всё хорошо, да?.. *** Наверное, не стоило гулять под дождем. Знал же, что это выльется в очередной приступ кашля, но не предпринял ничего, и теперь у Акутагавы на руках практически рыдающий тигр. Ладонь оказывается перевязанной бинтом, а на полу лежит нож в луже его крови. Он умудрился налететь на лезвие, пока искал аптечку.. Казалось, в следущий раз он точно разгромит весь дом. - Прости. Я не думал, что всё окажется так плохо, - шепчет брюнет, смотря на предрассветное небо. Они так долго пролежали на этом полу?.. Или только он? В любом случае, его сейчас заботят только следы слез в желтых глазах напротив, но никак не свое состояние. - Я теперь спать спокойно не буду, зная, что ты можешь умереть вот так, - бормочет Ацуши, и хочется пнуть его, как минимум, но старший понимает, что это просто.. забота? Они встают с холодного пола, возвращаясь на футон, попутно поднимая вещи, что упали, и возвращая всё на свои места - тот несчастный нож, аптечку, и телефон, упавший с тумбочки. Небо становится розовым, и они уже не спят. Просто обнимаются, как в последний раз, прижимаясь друг к другу. Они много говорят, и теперь Рюноске понимает, что любовью является огромная смесь всех чувств - заботы, волнения, тревоги, нежности, и ещё множество всего, что им предстоит узнать, если кто-то из них не умрет. Но теперь они есть у друг друга, а значит, никаких смертей не будет?