Объятия спасут миры

***

      В Эрессии всегда было тихо и спокойно. Всеми забытый мир служил отличным выбором для, хоть и небольшого, но заслуженного отдыха, уединения с самим собой и своими мыслями. Или со своими страхами.       Лололошка по-настоящему устал. Эти события в Видомнии, в Поэне сильно выматывали: пропажа Эо, разрушение башни, появление Джодаха и Смотрящего, временные парадоксы даже в той же Эрессии — это всё слишком сильно выматывало и напрягало Лололошку. Его волновало, что же будет дальше. Волновало до дрожи пальцев.       А дальше, кажется, лучше не будет.       Парень просто решил сбежать в Эрессию на некоторое время. Он ведь ненадолго будет здесь, что может случится пока его нету, правда? Каждый может побыть наедине с собой? Так ведь?       В Эрессии тихо. Никто не пытается убить Лололошку, никто не пытается его найти, чтобы дать какие-либо глупые поручения по типу: «подай это, принеси то» или вовсе «спаси мир»! Конечно, в Эрессии есть Седрик, но, к счастью мироходца, он ушёл куда-то, оставив записку, что скоро вернётся. В этом мире просто хотелось оставаться не смотря ни на что, он притягивал к себе, крепко держал и не отпускал.       Эрессия притягивала и это было неудивительно. Именно здесь были первые воспоминания, которые связывали его с тогдашней неизвестной Поэной и фэнтезийным миром Проппии. Сравнивая с нынешним напряжением в Междумирье, это ценные воспоминания и нахождение в этом мире спустя столько времени придаёт необычные ощущения.       Лололошка думал, чем бы ему заняться, возвращаясь в свой маленький домик из деревни жителей неподалёку, но его мысли прервали. Чей-то голос отозвался в голове. Это был никто иной, как Сан-Фран. — Лололошка, это Фран, ты где?       Раздражение. Опять от него что-то требуют. Хотелось проигнорировать вопрос друга и не отвечать, но Лололошка понимал, что если не ответит, то от него не отстанут и не оставят одного. — В Эрессии. В Поэну в ближайшие пару дней, я возвращаться не собираюсь. — ясно даëт понять Сан-Франу, что разговаривать сейчас он не намерен и не хочет.       Насчёт того, что его не ищут, он ошибся. — Что-то случилось? — через червефон нельзя понять, какой тон у его собеседника, но по телу в миг проходит дрожь. Он знает, что Фран волнуется за него.       Но Лололошка не отвечает. Садится на ступеньки у входа в деревянный дом и задумывается. Случилось многое, даже слишком, и ему некому рассказать о своих переживаниях, о своих чувствах. И так глубоко уходит в свои мысли, что не замечает, как Фран сам приходит к нему через портал и присаживается рядом.       Маг смотрит в эти задумчивые глаза, которые упорно его не замечают, но не обижается на него. Всё же, Лололошка выглядит и вправду, мягко говоря, хреново. Тëмные круги под глазами, потрёпанный, усталый вид и лохматые каштановые кудри. Видно, что мироходца что-то волнует. Хорошо, что он решил всё же отдохнуть. Отдых точно не помешает.       Просидев так какое-то время, пялясь то на ясное небо, то на землю, Фран не выдержал, повернулся лицом к рядом сидящему другу и обнял. Просто обнял его. Лололошка явно такого не ожидал, вздрогнул и с расширенными глазами смотрел на макушку Сан-Франа. — Ты чего? — Мироходец не имеет понятия, что делать в таких случаях, поэтому не двигается. Когда его вообще обнимали так? — Я просто хочу помочь тебе, Ло. Я вижу, что тебя что-то волнует. Давай так посидим, — пауза, — ты ведь не против?       Молчит. Значит не против. Ему ничего не остаётся, кроме как расслабиться в объятиях Франа и сложить руки на его спине. Прислушивается к ровному дыханию мага и невольно прикрывает глаза. В объятиях Франа нетрудно расслабиться. — Фран. — Что такое? — отвечает не сразу. — Спасибо тебе.       Может, всё не так плохо?