Не заслужил

      Он лежал с закрытыми глазами, но даже во сне его лицо не выглядело безмятежным. Между бровями пролегла складка, которая не покидала его лицо, как мне кажется, уже много лет. Под глазами красные полосы, оставшиеся после превращения в титана.       Райнер был заботливо укрыт одеялом. Рядом немного хлеба, яблок и кувшин с водой. Габи о нем позаботилась. В груди сердце сразу сжалось от мысли: а заботился ли кто-то о нем там, на его родине, на протяжении этих 3-ех лет?       Я тихонечко присела на пол в нескольких шагах от него. Он спал так тихо, ни малейшего движения. Вспоминаю как он боролся несколько часов назад и понимаю, что он очень утомился. Но, также, понятия не имею сколько он проспит.       Не могу оторвать от него взгляда. Даже хорошо, что он сейчас спит и я могу просто любоваться им, а не судорожно соображать что сказать и мириться с последствиями.       Должна ли я испытывать чувство вины за то, что пока все судорожно думают, что делать с Эреном и Гулом земли, мне совершенно нет никакого дела до этого мира? Я просто рада, что Райнер жив и он здесь, рядом. Наверное, осознание ужаса происходящего придет ко мне позже, но сейчас… Сейчас мне просто спокойно.       Спустя какое-то время, я понимаю, что стоит его разбудить. Не понятно, сколько мне ждать пока он проснется, но я бы терпеливо подождала, если бы дело было только в этом. Развед-корпус может прознать о том, что носитель Бронированного Титана здесь и я не знаю с каким намерением они придут за ним. Мне нужно сказать ему. Сказать все, что зрело годами, копилось и трансформировалось. И то, что так и осталось неизменным.       Двигаюсь к нему поближе и аккуратно касаюсь волос у его лба. Они немного отрасли с нашей последней встречи и ему это очень шло.       — Райнер… - шепчу, хоть и понимаю, что навряд ли его разбужу таким тихим голосом.       Провожу пальцами по его мягким волосам и мое сердце трепещет от такой долгожданной близости.       — Райнер… - говорю чуть громче, а прикосновения становятся более настойчивыми.       Он немного шевелится, но глаза не открывает. Я тут же одергиваю руку. В голове проносится мысль: ну вот с чего я взяла, что он будет рад меня видеть? Что не накричит на меня в раздражении? Я занервничала, но это ничего не меняло. Я уже прокручивала миллион возможных вариантов этой встречи в своей голове и это ничего не меняло. Я должна была ему сказать в любом случае.       — Райнер… - касаюсь его руки, сжатой в кулак. — Проснись. - немного тормошу его за плечо и это, наконец, приводит его в движение.       Райнер медленно открывает глаза, моргая несколько раз. Его усталый взгляд устремлен в пол.       — Райнер… - снова шепчу и скорее ощущаю, чем вижу как все его нутро напрягается от звука моего голоса. Меня удивляет, что он узнал меня по слабому шепоту.       Он застывает на несколько секунд, все еще не смотря на меня. В глазах больше ни намека на сон. Затем он медленно садится, опираясь на руку и смотрит мне в глаза. В его глазах так много эмоций, что сложно разобрать. Я вижу в них шок, облегчение, страх и что-то еще… Не могу сообразить. Но не вижу злости и это меня приободряет.       Уголки моих губ подрагивают, создавая неловкую полуулыбку на моем лице.       — Привет. - говорю, наверное, самое тупое, что можно сказать в данный момент. Но мой мозг просто отключился в секунду, когда он начал пожирать меня своими глазами.       Спустя небольшую паузу он произносит:       — Элли…       И больше ничего не говорит. Мое имя с его губ прозвучало как-то трепетно, осторожно.       — Значит, узнал. - я усмехаюсь. Он не смеется, все так же в упор смотря на меня. Да, наверное, не подходящий момент для шуток, но, как я уже сказала, голова моя соображала туго.       Он, наконец, опустил глаза в пол и удрученно сказал с придыханием, хоть я и не ожидала уже услышать ответ:       — Конечно, узнал.       Его глаза медленно бегали по полу. Казалось, он пытается как-то совладать с мыслями и я его прекрасно понимала.       — Извини, что не дала тебе отдохнуть и разбудила. Я не знала, сколько у нас времени и сколько ты мог проспать.       Как интересно, что прежде, чем сказать что-то важное, людям просто необходимо поговорить о чем-то, не имеющим никакого отношения к делу. Но, наверное, так устроен наш мозг: ищет спасительные идеи, чтобы избежать разговора, последствия которого могут принести сложные чувства.       Он посмотрел на меня с недоверием, немного приоткрыв рот. Выглядел так, будто я сказала полнейшую чушь и это было последнее, что он ожидал услышать.       Пауза затянулась. Он смотрел в сторону, не решаясь заговорить. Я вздохнула, собираясь с мыслями.       — Райнер, - в который раз начала я. — Я пришла тебе кое-что сказать.       Теперь уже я избегала его взгляда. Было легче думать, глядя в пол, а не в его переполненные эмоциями глаза. Почувствовала, что он смотрит на меня и продолжила.       — Я не знаю с чего начать. Наверное, начну с того, что… мне жаль.       Все еще смотрю вниз, не ожидая какой-то реакции прямо сейчас, но он все таки проговаривает:       — Тебе… жаль? - голос тихий и неверящий. И опять такой, будто перед ним сумасшедшая.       — Да. Мне жаль. Я… не могу представить через что ты прошел и никогда не смогу, но мне жаль. Правда. Я просто хочу, чтобы ты знал, что ты не один и я… Я все еще…       Пока пытаюсь набраться смелости, чтобы сказать самое важное, он перебивает.       — Прекрати. - звучит твердо. Я вскидываю на него голову и вижу хмурое лицо в полном недоумении. — Хватит.       Я тоже смотрю на него в непонимании.       — Что хватит? - спрашиваю, затаив дыхание. Все таки прогонит? Рано я обрадовалась, что он не злился.       — Ты вообще слышишь, что ты говоришь? - раздраженно спрашивает он. — Не нужно… всего этого.       Я хмурюсь, совершенно его не понимая. Неужели за эти три года я стала ему настолько чужой, что ему все это было просто… не надо? И имело ли какое-то значение для него то, что было между нами тогда, до всего этого?       Ну уж нет, не может такого быть. Я в это не верю. В глубине души я чувствую, что передо мной мой Райнер. Человек, которого я люблю.       — Не отталкивай меня и выслушай. - Мой голос звучит теперь уверенно и я смотрю ему прямо в глаза. — То, что было между нами, очень много значит для меня. И я совершенно не понимала, как такое было возможно, что ты оказался Бронированным Титаном, а Бертольд Колоссальным. - на этих словах он немного поморщился, но в его взгляде промелькнуло понимание. — И я ненавидела тебя. За самый жестокий обман и предательство, на которые человек только способен.       Чуть помедлив, я продолжила:       — Но время шло и мы выбрались за стену. Узнали про Внешний мир, Марли и Эльдию. И все начало вставать на свои места. То, что совершенно не укладывалось и меня в голове, начало иметь смысл. Ты и твой путь начали иметь смысл. И, черт возьми, Райнер. - мой голос пропитан горечью. — В какой-то момент я осознала, что все мы делаем, что можем, чтобы выжить. На той стороне или на этой… мы все занимаемся одним и тем же. Между нами нет разницы.       Его глаза расширились после моей последней произнесенной фразы. Я не совсем поняла эту реакцию, но он точно был удивлен.       — Поэтому, - я продолжила. - я стала ждать и надеяться, что ты и я доживем до этого момента, чтобы я могла сказать тебе… я люблю тебя. И никогда не переставала любить.       Мои руки задрожали и я сделала глубокий вдох и выдох, только сейчас осознав, что все это время практически не дышала.       Райнер молча смотрел на меня и взгляд его был каким-то испепеляющим, упрекающим.       — Ты ничего не скажешь? - спросила я, не в силах больше переносить это ожидание.       — А что ты хочешь, чтобы я сказал? - он нахмурился еще больше и меня уязвило, что после признания, которое далось мне так тяжело, он реагирует подобным образом. Он продолжил чуть спокойнее:       — Ты… вообще осознаешь, что я натворил?       — Я знаю. И это ничего не меняет. - я сказала упрямо.       Райнер невесело усмехается и я не понимаю откуда столько злости в каждом его движении.       — Нет, Элли. Видимо все-таки не осознаешь. Я тебе напомню. 9 лет назад я разрушил стену Мария, из-за чего сотни титанов проникли в город и погибли тысячи жизней, еще тысячи людей потеряли свой дом и близких. Я притворялся солдатом, чтобы узнать информацию о нахождении Координаты и я был готов на все… - он вздыхает так, будто ему было сложно продолжать. — Абсолютно на все, чтобы выполнить свою миссию: доставить Координату в Марли. И теперь скажи мне, Элли, как к такому отвратительному куску дерьма как я могут быть хоть какие-то теплые чувства от той, чьему народу я так навредил?       Он часто дышит от ненависти и только сейчас я понимаю, что эта злость направлена не на меня, а на него самого. Мои глаза наполняются слезами, потому что мне больно осознавать что он выносит каждый день, находясь в таком состоянии.       Я хочу коснуться его лица, погладить, утешить. Сказать, что он ни в чем не виноват, хоть это и не совсем правда. И тем не менее, не было у меня к нему никаких негативных чувств. Я все их уже перестрадала, а сейчас не осталось ничего, кроме любви, сочувствия и желания быть рядом.       — Это все уже не важно. - говорю я. — Это все уже случилось, а сейчас мы здесь и принимаем другие решения.       — Другие решения? - в его голосе слышилось отчетливое недоумение. — Всего несколько часов назад мы сражались по разные стороны. Как ты можешь не видеть этого?       — Разные стороны? Раз мы на разных сторонах, почему ты все еще не предпринял попытку навредить мне?       Вопрос мой риторический и я думаю какой он запутавшийся и глупый. Все еще не понимает, что деление на черное и белое не имеет никакого отношения к истине.       Мой вопрос застает его врасплох. Он замолкает, но спустя мгновение продолжает:       — Ты знаешь почему. И это не меняет того, что я сказал.       Я качаю головой, не веря в его упрямство. Хотя, почему я так удивляюсь? Это же типичный Райнер и я даже немного улыбаюсь. Что-то неизменно.       — Я говорю, что ты мне дорог, а ты пытаешься рассказать мне свою автобиографию. Ты думаешь, услышь я какие страшные вещи ты совершил, я передумаю? Так просто это не работает. Если бы работало, я бы забыла тебя как только ты сбежал с Бертольдом и Имир 3 года назад. Но я не забыла. Я люблю тебя и ничего ты с этим не сделаешь.       И снова этот взгляд. Неверящий, шокированный. На смену ему приходит удрученный, болезненно-виноватый. Он зажмуривается и смотрит вниз.       — Элли… я так не могу. Я никогда не прощу себя за то, что совершил. И ты не должна. Так правильно.       Я усмехаюсь.       — Да плевать мне как правильно! Это не так работает. Не простишь себя? Что ж, дело твое. Я тебя уже давно простила.       Он поднимает свой взгляд на меня. Наверное, мои слова звучат жестко, но мне плевать. Я уверена в своей правоте и я так устала от бессмысленных страданий из-за предрассудков и каких-то там “сторон”, до которых уже нет никакого дела.       Райнер молчит. Упрямо пытается придумать что еще сказать, чтобы переубедить меня, вот только у него ничего не получится. Черт, мы не виделись 3 года, за которые так много изменилось, включая нас самих, но я все еще чувствую, какой он мне родной. Чувства, что возникли между нами еще когда мы были кадетами, были истинны. И пока одна идеология сменяет другую, а стороны воюют за то, что считают правдой, единственная истина состоит в том, что я люблю человека, сидящего передо мной и хочу спокойно жить с ним столько, сколько нам отведено. Разве может быть хоть что-то важнее этого?       Он продолжает молчать и я решаю продолжить.       — Я не знаю что будет завтра, черт возьми, я не знаю, что будет даже через час. Никто из нас не знает. Мир рушится у нас на глазах. Какой вообще смысл в этих сторонах? - морщусь на последнем слове. — Сейчас мы здесь и я хочу быть рядом с тобой сколько, сколько получится.       Райнер все еще молчит. Единственная эмоция, которую я различаю в его глазах — это боль.       Я осознаю, что сказала то, зачем пришла и не услышала ответных чувств. Лицо мое опустилось, глаза погасли. Я сижу и пытаюсь его убедить в чем-то, а быть может чувств ко мне у него и не осталось.       — Ты молчишь. - говорю очевидное. — Все нормально. Не нужно бояться меня задеть. Все таки прошло много времени и это естественно.       Его голова дергается и он решительно смотрит на меня.       — О чем ты сейчас говоришь? - я смотрю на Райнера в ответ. — Ты… ты сейчас серьезно?       Видя мой растерянный взгляд, Райнер немного смягчается и говорит искренне, но так, будто каждое слово причиняет ему боль:       — Элли, не было ни дня, когда я не думал бы о тебе. Ни дня, чтобы я не продумывал сценарий о том, что могло бы быть, останься я и сражаясь на стороне Парадиза. Останься я с тобой. Ты была единственным светом в этом безумном темном лесу, по которому я брожу с момента… да с момента своего рождения! Да ты даже не осознаешь…       Я не даю ему продолжить, подавшись вперед и крепко ухватив его шею руками. Он, помедлив, обнимает меня в ответ, крепко сжимая мою талию обеими руками, будто сдаваясь наконец неизбежному.       — Я тебя больше не оставлю. - шепчу ему на ухо. — Только если сам не захочешь.       Уверена, что на его лице от этих слов опять пролегает морщинка между бровями, но придется ему привыкать, потому что я предельно серьезна: я никуда не уйду.       — Я этого не заслужил. - шепчет он. В его голосе вина и страдание. Пытается сам себя наказывать.       — А любовь — это не то, что можно заслужить. Она просто есть.       Он сильнее утыкается мне в шею и я счастлива, что он наконец-то начинает сбрасывать свою броню.       — Я люблю тебя, Элли. - шепчет он и стук моего сердца достигает запредельной скорости. — Я никогда не смогу простить себя за все, что я сделал.       Я отстраняюсь назад, но только для того, чтобы мои губы нашли его. Целую резко, крепко и жадно. Он отвечает на поцелуй, выдыхая.       Отклоняю голову назад, проговаривая:       — Тогда я буду целовать тебя до тех пор, пока ты об этом не забудешь.       Он усмехается, но не весело. Касается своим лбом моего, все еще крепко держа за талию.       — Я тебя не заслужил.       Я понимаю, что буду часто слышать от него подобное, но это не важно. Главное, что он будет мне это говорить, а я буду рядом, чтобы выслушать.       — А я все равно у тебя есть. - провожу рукой по волосам на его затылке. — Что бы не случилось.       Он рвано выдыхает. Я открываю глаза и замечаю слезу, стекающую по его щеке. Беру его лицо в свои ладони и стираю мокрую дорожку большим пальцем. Он не открывает глаза, находя определенный покой в моих руках. И сейчас мне больше и не надо.       Его душа искалечена и я не думаю, что когда-то сможет быть полностью исцелена. Но не смотря ни на что, я всегда буду рядом, чтобы напоминать ему как он важен и любим. Потому что это то, что я могу сделать. Потому что я люблю.