В самое сердце

— Неужели этот день наконец-то закончился, — вздохнула Неслихан, возвращаясь на кухню, когда дверь за командой захлопнулась. Время уже было далеко за полночь, и у нее слипались глаза. Она готова была прилечь прямо тут, на диване в их с Омером новом доме. Ну как их доме — это было съемное жилище, необходимое для прикрытия, чтобы следить за тайными агентами. И все же какое-то время предстояло провести здесь, с подслушивающим устройством в гостиной и с опасностью быть разоблаченными. — Так иди ложись, — сказал Омер, увеличивая напор воды в кране, чтобы он заглушил их голоса. — Мы и так не особо много спим в последнее время. К тому же, домой тебе не надо ехать — ты ведь сказала отцу, что в командировке. — Ну да… Будет подозрительно, если мы с тобой не будем здесь жить, — зевая, произнесла Неслихан. — Я пойду в душ. Главное — прямо там не уснуть. Стоя под душем, Неслихан думала о том, что впервые в жизни ей доводится жить в одном доме с мужчиной. Чужим мужчиной, не братом и не отцом. Хотя… Такой ли Омер чужой? Как расценивать его сегодняшние объятия, прикосновения, поцелуй в щеку, от которого у Неслихан замерло сердце? Конечно, она понимала, что это нужно для поддержания имиджа влюбленной семейной пары. Но как бы игра не зашла слишком далеко… Она переоделась в удобную пижаму, заплела влажные волосы в легкую косу и побрела вниз пожелать Омеру спокойной ночи. Тот все так же сидел на диване, перед столом, на котором стояла посуда с прослушивающим устройством внутри. Мужчина даже не раздевался, будто планировал уйти куда-то. — Ты не будешь спать? — спросила она, опускаясь с ним рядом. — Я ведь говорил, что у меня бессонница, — он улыбнулся. — Я мало сплю. — Как Юлий Цезарь? — Может быть. Неслихан оперлась на спинку дивана и прикрыла глаза. Вот бы у нее получилось провести в объятиях Омера хоть одну ночь! Сколько раз она ловила себя на такой мысли? Да уже не сосчитать. Но не будет же она сама настаивать на этом? Омер потерял Зехру, и что творится у него в душе, непонятно. Сможет ли Неслихан когда-то стать для него такой же близкой? Волны сна укачивали Неслихан, унося все дальше и дальше от тяжелого дня. Она даже не заметила, как уснула, положив голову на спинку дивана. Омер тоже не сразу заметил — только спустя минут десять осознал, что Неслихан затихла. Повернулся посмотреть и увидел ее умиротворенное, спокойное, красивое лицо. Вымоталась она за сегодня… да и вообще, за все время их знакомства. Вот и теперь уснула, как младенец, даже не дойдя до кровати. Ох… И здесь ее спать не оставишь — тогда утром у нее наверняка будет болеть спина. Он поднял ее на руки, поразившись тому, насколько она легкая. Почему-то подумал, что не против носить ее на руках каждый день просто так, а не только когда она уснет. Поднялся на второй этаж, опустил на кровать в одной из свободных комнат, сверху укрыл пледом. Все-таки пришлось поставить в доме кое-какую мебель — и для того, чтобы сделать пребывание тут комфортнее, и для того, чтобы парочка агентов из соседнего дома ничего не заподозрила, если вдруг сунут носы куда-то, кроме гостиной. Неслихан что-то пробормотала во сне и укуталась в плед. Омер усмехнулся и приземлился в кресло. Почему-то он решил, что лучше быть здесь, рядом с Неслихан. Во-первых, тогда никакой Горбун не украдет ее (он просто не пройдет мимо Омера), а во-вторых, она сама не испугается, когда проснется в незнакомом месте. Хотя Неслихан вообще не из тех, кто боится. Но ее слова перед началом операции были… необычными? Омер вновь прокручивал их разговор в кабинете. Как сначала между ними, будто по невидимым проводам, пробежали электрические токи. Еще чуть-чуть — и он бы точно не сдержался, прильнул к ее губам, а затем прижал бы к себе крепко-крепко и не отпускал. А потом он специально разозлил ее, сказав самые страшные для женщины слова — «у тебя не будет семьи» и «у тебя не будет детей». Пощечина Неслихан обожгла его щеку, но все оказалось не зря — ее глубоко запрятанные эмоции вышли наружу. И все же он почувствовал себя виноватым — не надо было так резко, она ведь не агент и не его враг уж точно. Но кто она для него? На этот вопрос Омер не мог найти ответа. Кажется, он все же немного задремал прямо на кресле. А проснулся от хриплого после сна голоса Неслихан: — Омер? Вот договорились же — никакого Омера в этом доме! Только Туфан и Седеф! А хотя ладно, здесь безопасно, сюда-то эти деятели не ходили, «прослушка» так и осталась внизу вместе с посудиной. Он мигом открыл глаза — за окном было темно. — Неслихан? Ты чего проснулась? Еще рано… — Не знаю. Сон какой-то нехороший приснился, — она села, поежилась и обхватила себя руками. Омер почувствовал непреодолимое желание обнять ее как тогда, в зале, когда он нашел ее на столе, мокрую и без сознания. И пока снимал с нее ткань, которая закрывала лицо, пока развязывал веревки, успел подумать про самое ужасное и пообещать себе, что будет беречь ее. — Иди сюда, — он не стал сдерживаться, присел рядом и обвил ее фигуру своими руками, соединив их в замок. Неслихан доверчиво прижалась к нему, как она всегда это делала. — Ну, что тебе приснилось? Она потерлась щекой о его белый джемпер и подняла глаза на него: — Снилось, что Горбун сюда пришел. Ходил по дому и что-то там бубнил… «Каракафа», «кызылкафа»… А я спряталась и боялась, что ты не успеешь прийти. — Тебе нечего бояться, Неслихан. Он не обидит тебя. Я ему не позволю. В следующий раз не промахнусь — буду целиться прямо ему в голову. Его уверенные слова согрели сердце Неслихан. — А я тогда совсем не испугалась, — призналась она. — Я в глубине души знала, что все будет хорошо. Даже когда захлебывалась водой, верила, что ты успеешь меня спасти. — И правильно. И сейчас не бойся, — он погладил ее острое плечо. Неслихан положила свою ладонь поверх его руки. — Я начинаю любить этот дом все больше и больше, — она улыбнулась Омеру и зевнула. Омер переместил ее на подушку и коснулся ее руки. — Ты можешь еще немного поспать, до утра достаточно времени. К тому же, на работу тебе все равно не надо. А если снова приснится Горбун — я буду рядом. — Не приснится. С тобой — не приснится, — мотнула головой Неслихан. Омер пригладил ее волосы, упавшие на ее лицо. Она закрыла глаза с теплой улыбкой на губах, заставившей что-то внутри замереть. Совсем как было с Зехрой! А может, и еще острее. «Неслихан… Мне так страшно сближаться с тобой!», — внезапно подумал он, любуясь ее чертами. И тут же отстранился, испугавшись этого внезапного откровения наедине с собой. Нет, он не мог так быстро забыть Зехру. Но прекрасно понимал, что жизнь не закончилась ее потерей. И догадывался, что то, что происходит между ним и Неслихан, уже нельзя назвать просто дружбой. Но и на любовь это не похоже. Просто раны на его сердце, закрытом на замок после Зехры, вдруг стали затягиваться. Он сам ожил, будто растение, политое дождем после засухи, — и все благодаря Неслихан. Утро для него наступило рано. Неслихан еще спала, и он тихонько вышел из комнаты, чтобы не разбудить ее. Позвонил команде — узнать, все ли в порядке и что происходит в доме по соседству. Затем спустился на кухню — надо было что-то перекусить. И почему-то решил приготовить завтрак и для Неслихан тоже. По кухне скоро поплыли аппетитные ароматы. Когда Неслихан спустилась, Омер уже накрывал на стол. — Доброе утро, милая, — то ли помня о подслушивающем устройстве, то ли искренне произнес он — Неслихан не поняла. И поэтому смутилась. — Я приготовил завтрак, составишь мне компанию? — Угу, — кивнула она. Омер улыбнулся — Неслихан после сна была очень трогательной и домашней. Он шагнул к ней и притянул к себе, зарываясь носом в ее волосы. Эти объятия для него были спасением. Равно как и для нее — она каждый раз пряталась от страха, боли и разочарования в его руках. Расстояние между ними стремительно сокращалось. — Туфан? — Неслихан тоже не забыла о прослушивающем устройстве, которое вчера обнаружили. — Да, любимая? — и опять не понять, игра это или нет. — Мне с тобой так спокойно и хорошо, — снова непонятно… Ее внезапные откровения (совсем как вчера в кабинете) настораживали и грели душу одновременно. — И мне с тобой тоже, — признался Омер, теперь уже совершенно точно уверенный, что это не о Седеф и Туфане. — Давай-ка завтракать, а то все остынет. Да и я могу опоздать на встречу. Неслихан улыбнулась ему. А он подумал о том, что, возвращаясь со слежки за агентами из соседнего дома, купит ей цветы. Туфан покажет соседям, что он любит свою Седеф, а он, Омер, сделает приятное женщине, тягу к которой все сложнее преодолеть. Да и надо ли? Около выхода, провожая его, Неслихан вновь прижалась к нему, будто они прощались навек, будто он уходил на войну. Омер привычным движением погладил ее по спине. — Каждый раз боюсь, что что-то случится, — прошептала она. — Не случится. Я скоро приеду, не переживай, — заверил ее он и выпустил из объятий, испугавшись, что не сможет уйти. — Ну, все, мне пора. Он уходил из дома, провожаемый теплым взглядом Неслихан, и думал о том, что всего за сутки это место и правда стало ему родным. Может, от того, что там его ждала та, к которой очень хотелось вернуться?