Как они проводят выходные

Черный бентли останавливается у обочины книжного в одной из заурядных улиц Сохо, где не так давно прошел сезон дождей, а Кроули дожди не любил. Он часто хотел приехать к ангелу даже не смотря на погоду. Конечно, он мог использовать магию, но начальство вряд ли бы одобрило растраты магии на всякие хотелки а не на высший умысел. Из машины грациозно вышел стройный мужчина, на вид лет 30, одетый не совсем по погоде. Галстук слегка висел так как он не смог затянуть его правильно из-за того что его вызвали в ад по «очень серьезным делам» буквально моментально отправив в ад прямо из гардероба. На самом деле у демонов просто были проблемы со священником, попавшим в ад из-за алчности, так как он очень донимал демонов постоянными «я не мог попасть в ад…» или «надеюсь это просто еще одно испытание от господа». Кроули знал таких, не понимающих что Богине насрать на них и их поступки перед ней малы и ничтожны. Все остальное на нем выглядело шикарно. Черный пиджак обрамлял стройную спину, черные штаны в обтяжку подчеркивали все… Кхм, изгибы. Он уверенной походкой направился к книжному, перед этим щелкнув пальцами что бы закрыть машину. Азирафаэль сидел в своем кресле и вносил правки в список посетителей. Услышав два настойчивых стука он слегка удивился, так как не ждал гостей. Конечно, Кроули он ждал всегда, вне зависимости от погоды и как он появится, он появится. Подойдя к двери и открыв ее он увидел знакомую ему картину: Рыжий демон с взъерошенными волосами, все в том же костюме что и всегда. Выражение лица, четко оформленное под матерные выражения мнения о пробках в городе. — Тебя давно не было. — Не люблю дожди и сырость. — У природы нет плохой погоды, каждая погода благодать. — Думаю, это не совсем можно отнести к Лондону, меня чуть не сдуло когда я решил выйти на улицу. — Я думал твоя одежда весит не менее килограмма. — Это не смешно, ангел. — Я не слышу что бы кто-то смеялся, ты почти все иногда принимаешь за юмор — Могу я наконец войти, ваше светлейшество? — Можно было сказать пожалуйста, и да, можно Блондин открыл дверь и отошел в сторону, пропуская гостя. Кроули оглядывает магазин, проходясь взглядом по пыли на полках и рабочему столу букиниста, подмечая знакомую кружку с крыльями. «Какао» проскальзывает в голове демона. Осматриваясь внимательнее он замечает дорого выглядящую бутылку вина на журнальном столике и два бокала. — Сколько ты ждешь моего визита? — О, ты про бутылку? Мне ее привез друг из Франции, я надеялся попробовать ее в одиночестве но когда ты пришел… — Но… Да, ты ждал. На столике стоят два бокала. Скажи, сколько ты ждал? — Неделю — Думаю… Вино стало только лучше за две недели, не хочешь присесть и обсудить что нибудь? Конечно демон опять намеревался стать бухим в хламину и непринужденно болтать с ангелом чуть ли не весь день. Да и вряд-ли Азирафаэль был против, он всегда рад тому что Кроули бывает с ним честным. К тому же он приготовил закуски, тоже деликатесы, как оба они любят. Азирафаэль отходит куда то, меньше чем через минуту возвращаясь с головкой сыра и миской с яблоками, красиво разложенными в компании грецких орехов, поистине божественное сочетание вкусов. — Не поможешь? Демон решительно взял в руки штопор, поднес к бутылке и воткнул в пробку, прокручивая несколько раз. Пробка вытащилась с легкостью, но Кроули пролил на жилетку немного вина, из-за чего ангел спохватился, но демон лишь сказал что все нормально и у него несколько таких жилеток (он часто может пролить на себя что-то, хорошо хоть вещи у него черные.) Но Азирафаэль настоял и легко убрал с жилетки неприятное темное пятно, на что демон поблагодарил его и разлил вино по бокалам. Алая жидкость искрилась в хрустале, вызывая желание покрутить бокал что бы насладиться игрой света. Кроули присел напротив ангела и поднес бокал к губам, делая маленький глоток и смакуя вкус. Ангел последовал его примеру. Пьянящая жидкость приятно обжигала горло, оставляя во рту некоторую сухость, но закусывая это почти не ощутимо Все это время демон наблюдает за ним, ему это доставляет некоторое удовольствие, а ведь он много раз обращал внимание на свою привязанность, сам не замечая как стал заложником пленительных розовых губ и рабом синих глаз, кажется в этих океанах его глаз тонуло множество кораблей. — Кроули, а ты встречался с Абеляром? ну, с тем философом. — Да, хочешь обсудить его? — Почему бы и нет? — Ну… Я читал его книгу и… многие моменты мне не понятны. Он… Ну… Он писал о любви но… не кажется ли тебе… — Что писал немного не о той любви, не о самой чистой? — Да… Я помню что видел его однажды, проходясь по улицам Бретани. — Не напомнишь… Как звали его… молодую особу что была влюблена в него? — Элоиза — Произнес букинист, делая еще один глоток и закусывая орехом — Да, точно, Элоиза. Я кажется видел ее пару раз, и правда ничего такая. Так что ты там про книгу говорил? — Может мы… Почитаем и ты объяснишь мне некоторые моменты? — Я думал мы будем говорить о философии в целом, но так даже интереснее. Люблю философов, веселый народ. — Абеляр отправился в ад, я точно помню — Ага, даже не знаю где его вообще носит на просторах ада, не видел его. Говорят, мол за похоть его к нам отправили — Сказал демон с ноткой восхищения и осуждения. — Так… можем мы почитать? — Только пообещай что я не усну пока ты будешь читать в слух — Нет-нет-нет дорогой. Я буду смотреть за тем что бы ты не уснул — Кроули морщится — Ладно, но прошу, только первые 50 страниц… — Он, конечно любит голос Азирафаэля, но не бездушно скандирующий готовые слова, голос что ласкает уши при душевном разговоре. — Вот и договорились.

***

«И над открытыми книгами чаще звучали слова о любви, чем об учении. Было больше поцелуев, чем мудрых изречений. Глаза чаще отражали любовь, чем следили за написанным.» — Слышал демон уже в полудреме, пытаясь прямо сейчас не прикрыть глаза от скуки, все еще настойчиво делая вид что ему интересен сюжет. — Все, как ты и сказал дорогой, 50 страниц. — Если быть точным 150. — Ты даже в полусонном состоянии такой внимательный. — Комплимент звучал искренне и тепло. — Нам не обязательно спать, но лично мне как-то скучно. — Я хотел бы спросить… — Про продолжение этой цитаты? — Ну, да. — Он описывает секс, ангел. Люди занимаются им когда хотят размножаться или когда любят друг друга, не совсем платонически. — Говорил уже менее скучающий Кроули. — Оу, понятно — Доза неуверенности в разговоре не приятна, ведь ангел мало что знал о подобного рода утехах, поспешив сменить тему он налил себе и ему вина, в опустевшие бокалы. — Я хочу познакомится с кем-то из философов, мне интересно узнать в лицо других философов. — Поверь, ты не хочешь. Я вот даже не могу привести примера порядочных богословов или философов. — Ну… Допустим Эмпедокл — Слишком альтруистичный гедонист с синдромом бога. — Ну… может быть Полемон? — Затворник с наигранной серьезностью — Хорошо… Я думаю достаточно наслушался — сказал ангел, почти опустив руки найти кого-то достойного — Демокрит — вдруг всплеснул руками демон — Я слышал о нем, он вроде как был настоящим ученым среди своих современников и отличался манерой мышления. — Вот он мне нравится, хороший парень. Умный, и прожил долго потому что был умным — Я знаю много богословов, они часто слишком… Слишком много протестуют на тему религии. — Язычество-страшная шутка. — Многие так и не смогли решить что есть грех — как-то отстраненно произнес Азирафаэль — Жизнь человека это последствие греха, а значит он рожден грешником. — заявил Кроули, надкусывая кусочек горгонзолы. — Но… Любовь считается грехом? — Смотря о какой любви идет речь. Зачастую любовь безгрешна. — Кроули будто был знатоком в вопросе любви. Все же 6000 тысяч лет нахождения рядом с ангелом его чему-то научили. — Но как тогда отличить грешную от безгрешной? — Сложно ангел, очень сложно. — Как? — Я и сам не знаю, я не определился со своей любовью — Есть и другие грешники — Вдруг перевел тему Азирафаэль — Я встречал в аду много убийц, в этом есть своя философия. Большинство их них были невменяемыми. — И… Что ты об этом думаешь? — О психопатах или об убийцах? — Говорит демон, наблюдая как Азирафаэль поедает дольку яблока — Расскажи про обоих. — Видишь ли, та грань между сумасшествием и вменяемостью очень тонка но очень размыта, люди могут познать эту гронь лишь убив себе подобного. Жестокость заложена природой, она сохраняет в людях то что делает их людьми, любовь. — Приведи пример, я не очень улавливаю мысль — Слегка любопытно глядя на демона произносит Азирафаэль. — Как… Примерно как когда люди идут на войну. Ведь они идут туда защищать не власть, а свою семью, своих детей и любимых. — О, я помню что читал Луизу Олкотт и читал про отца девочек, ушедшего на войну. Он стал священником на фронте. — Именно, он трудился чтобы защитить свою страну и семью. — с гордым видом произнес Кроули, допивая уже 5 бокал вина. Его заплетык немного языкался но он не видел в этом особой проблемы. — А что ты можешь назвать любовью, ангел? — Наверное… Любовь она… Она непостижима, она необъятна… Она намного чище святой воды и куда ярче адского пламени… Она удивительна. — И… Ты чувствуешь ее? — Я все время чувствую ее власть надо мной, ее присутствие. — Азирафаэль отставил бокал в сторону. — Я с тобой согласен. Мне, как демону не понять ее, но я хотел бы показать ее. Не могу сделать это на словах но… Могу я… — Определённо можешь. Демон приблизился к нему почти в плотную, немного помедлив он накрыл его губы своими, с аккуратностью ему не присущей. Это заставляло ангела чувствовать себя особенным. Спустя несколько мгновений Азирафаэль ответил на поцелуй и вовлек в теплые объятия. Это не было чем то греховный, Кроули показал ему свою любовь и наконец коснулся мягких губ, обнял его и сказал те самые слова, те самые-самые нужные. Те, что говорят люди наедине. И стало это началом конца (нет блин, нового апокалипсиса.)