Если бы всё было по-другому

– Суна, выходи за меня замуж.       Эти слова стали полной неожиданностью для девушки. Конечно она мечтала о семье, о детях, о любом шанс вырваться из клетки той жизни, которую она сейчас проживает. Но теперь, когда эта мечта как никогда была близка, Суна испытывала неудобство и сожаление. Ей казалось, что Суна поступила неправильно и лишила свою сестру шанса на лучшую жизнь.       Суна в замешательстве сначала посмотрела на молодого человека, а потом на своего отца. Казым, ещё минуту назад готовый избить дочь за все совершённые ею проступки, теперь же остолбенел и пытался переварить происходящее. – Как это? Сынок, ты что такое говоришь? Для тебя подобрали другую невесту. Она красива, умна и будет хорошей женой. – отошёл от шока Казым и пытался понять, в чём причины такого поворота событий. – Казым-бей. Я не спорю, что другая ваша дочь умница и красавица. Но поскольку сегодня произошло только знакомство семей и ещё не было помолвки, Сейран не считается моей невестой. Я не видел эту девушку. Однако я увидел Суну. И успел заметить, что на её руках нет ни помолвочного, ни обручального кольца. Значит, Суна – свободная девушка. А я как свободный парень прошу руки Суны, чтобы назвать её своей женой.       Казым, хоть и всегда выделял больше младшую дочь и в этом он никогда не признается, не хотел терять своей выгоды. И раз уж этому парню захотелось получить Суну в качестве жены, он уступит. Всё равно Шанлы скоро станут сватами самих Корханов. – Так тому и быть. Суна, отправляйся в свою комнату. Мы скоро с твоей мамой придём и обо всём поговорим.       Суна испуганно посмотрела на отца, а затем опустила взгляд в плитку двора. Теперь отец угрожал не только ей, но и матери. Кайя, заметив состояние девушки, понял, что он на верном пути и не стоит медлить. – Казым-бей, если вас не затруднит, давайте уже завтра проведём помолвку, а через неделю сыграем свадьбу. – Конечно, конечно, зятёк. Всё сделаем в лучшем виде. Завтра мы устроим помолвку. Суна, ступай к себе. Начинай готовиться к скорой свадьбе.       Суна, ни проронив ни слова, пошла в дом. Когда она уходила, Кайя задумчиво смотрел ей вслед. Молодая, израненная девушка, внутри которой крепкий стержень, который лишь гнётся, но не ломается. У неё хватило смелости сопротивляться требованию своего отца-тирана. Похоже, Кайя нашёл ответ на свой вопрос. Его жена будет воплощением огня и уверенности, но при этом останется милой и нежной. А Кайя сделает всё возможное, чтобы дать своей супруге свою мужскую защиту.       Когда Суна зашла в комнату, Сейран лежала в кровати и что-то читала в телефоне. Старшая Шанлы посмотрела на свою сестру и села на кровать, закрыв лицо ладонями. – Что я наделала? Что я наделала? – сетовала Суна и это отвлекло Сейран. Младшая дочь Казыма Шанлы встала с кровати и села на корточки перед Суной, положив руки на её колени. – Что случилось, сестрёнка? Им не понравилась наша семья? Расскажи мне, пожалуйста, – умоляла Сейран. – Сейран, прости меня. Я так перед тобой виновата. Прости меня, пожалуйста, – плакала Суна, пытаясь подобрать нужные слова, чтобы описать ситуацию. – Суна, что случилось? Папа сильно разозлился? – встревоженно расспрашивала Сейран, не понимая, что же такого страшного могла совершить её старшая сестра. – Я вышла на улицу, чтобы посмотреть, кто же к нам приехал в гости, а меня заметил папа. Он стал кричать и хотел меня ударить, но этот парень остановил папу, а потом и вовсе сделал мне предложение. Прости меня, сестра. Я знаю, что это ты должна была выйти за него замуж. Я не хотела, чтобы всё так произошло. – Суна, успокойся, пожалуйста, – сказала Сейран и пересела на кровать, обняв сестру. – А что папа сказал? Сильно ругался? – Он очень удивился, но всё же согласился на этот брак. И завтра будет помолвка, – чуть успокоившись ответила Суна. – Это же замечательно. Давай рассказывай, какой он, твой будущий муж? – продолжала расспрос Сейран. – Он высокий, красивый. У него кудрявые каштановые волосы. Он серьёзный и добрый. – Суна, я так рада за тебя. Теперь твоя мечта исполнится. Ты же всегда хотела хорошего мужа. А по твоим описаниям я поняла, что он именно тот, кто тебе нужен. Надеюсь, теперь отец разрешит мне учиться и построить карьеру. Я ведь всегда этого хотела. – Сейран, я сделаю всё, чтобы помочь тебе исполнить и твоё желание, – улыбнулась Суна.       Сёстры продолжали сидеть в обнимку, пока Сейран гладила Суну по волосам, успокаивая её. Лишь громкий крик отца отвлёк их. Девушки испуганно переглянулись и уже готовились к очередному скандалу и новым синякам от кожаного ремня с металлической пряжкой. – Где эта дрянь? Где эта чёртова девчонка? Я ей сейчас устрою, – орал взбешённый Казым Шанлы.       Когда он забежал в комнату сестёр, Суна закрыла собой Сейран, не желая, чтобы младшая сестра пострадала из-за её действий. – Суна. Ах, Суна. Как же сильно я хочу тебя ударить. Я же говорил тебе сидеть в своей комнате. Говорил? Отвечай, когда отец тебя спрашивает – гремел мужчина, ожидая послушания от своей дочери. – Да, папа, говорил, – тихо, почти шёпотом ответила Суна. – Ты хочешь сделать из меня убийцу? Ты хочешь, чтобы из-за тебя я вас всех убил? – продолжал кричать Казым и в этот момент прибежали Хаттуч и Эсме. Тётка сердито посмотрела на своего племянника и лишь это немного успокоило гнев мужчины. – Тебя спасает только то, что этот идиот решил взять тебя в жёны. Только поэтому я не могу тебя ударить. Но имей ввиду, что ты всё ещё моя дочь, живёшь в моём доме и обязана жить по моим правилам. Иначе, пощады не жди, – сказал Казым и, хлёстко ударив ремнём по кровати Суны, от чего все женщины Шанлы вздрогнули, вышел из комнаты. – Что же ты наделала Суна? – сказала тётя Хаттуч, качая головой.

***

– Кайя, ты можешь объяснить, что происходит? Что случилось между тобой и этим Казымом? Почему нам пришлось так быстро уехать? – пыталась расспросить сына Нуккет, но тот лишь продолжал смотреть в окно. – Орхидея моя, если он захочет, то сам расскажет. Он уже взрослый парень. Нам же Казым сказал, что помолвка состоится завтра, – хотел успокоить жену Шехмуз. – Ты внимательно слушал? Помолвка с девушкой по имени Суна. Но до этого выбрали другую девушку – Сейран, – продолжала возмущаться Нуккет. – Успокойся, милая. Я уверен, что Кайя вёл себя как истинный джентльмен и не делал ничего ужасного. Я знаю, что ты воспитала достойного мужчину, – сказал Шезмуз и приобняв жену, поцеловал её в макушку.       Кайя снова и снова вспоминал пойманные взгляды Суны на него. Сначала благодарность, а потом паника. Если бы было возможно, он уже сейчас забрал бы Суну с собой и она жила бы с ним даже до официальной регистрации брака. Слишком невинная, слишком чистая, чтобы оставаться с мерзким отцом-деспотом. Но Кайя понимал, что Казым так легко не отпустит свою дочь. За этот вечер Кайя понял насколько это жадный, скользкий человечишка.       Знакомство с ним напомнило Кайе его незаживающую рану – его собственного отца. Такой же тиран, унижавший лишь слабых. Из-за ужасов детства Кайе пришлось рано повзрослеть и быть не только ребёнком, но и родителем, защитником. Теперь же его мама была в надёжных руках Шехмуза. И Кайя был искренне рад, что она счастлива, ведь она заслужила это за всё пережитое прошлое.       Но сейчас, когда Кайя увидел Суну, в нём что-то перевернулось. Он интуитивно чувствовал, что Суна – та самая. Она – его родственная душа. Она – та, кто лучше всего его поймёт и будет его лучом света.       Когда Сонмезы подъехали к отелю, их уже ждала Ифакат. Она расхаживала перед входом в отель, нервно хлопая телефоном, по ладони, и её уверенная поза говорила, что она очень недовольна. – Что произошло? Почему мне позвонил Казым Шанлы и сказал, что завтра будет помолвка его старшей дочери Суны и Кайи? Я же выбрала другую девушку. – Ифакат-ханым. Другую девушку выбрали вы, а не я. Я эту другую девушку не видел. Эта другая девушка не является моей официальной избранницей. Поэтому я имел право не послушать вас, а принять решение самому, что я и сделал. Честь Сейран Шанлы не испорчена. Да и, когда дедушка первый раз заговорил со мной на эту тему, я вообще отказался жениться. Сейчас же я хочу жениться на порядочной, образованной, достойной девушке. Как раз подходящая невестка для Корханов. А теперь прошу меня простить, я бы хотел пойти в номер и выспаться. Всё-таки завтра моя помолвка, – закончил свою тираду Кайя и зашёл в отель. Шезмуз, не ожидавший такой бурной реакции от пасынка, присвистнул.       Приняв освежающий душ, молодой человек действительно хотел лечь спать, всё-таки день был утомительным, но возле кровати оказался один из альбомов, в котором Кайя делал наброски. Руки потянулись к альбому и Кайя, в очередной раз за этот вечер вспоминая лицо Суны, стал рисовать. Карандашный чёрно-белый портрет девушки получился очень похожим, но Кайя был опечален тем, что даже на портрете Суна была грустной. Он надеялся, что в скором времени эту он сможет запечатлеть улыбку счастливой Суны.       Перевернув страницу, Кайя решил попытать удачу и представил тот самый кулон, который он не мог нарисовать и испортил не один лист бумаги. Вскоре набросок был готов и выглядел именно таким, каким Кайя его задумывал. Осталось только добавить цвета, но этим он займётся позже.       Кайя выключил свет и вскоре заснул. Ему снилось, как в его объятиях уютно устроилась девушка, которая прижималась всё ближе и мило уткнулась в его плечо.

***

      Суна проснулась, предвкушая новую жизнь. Сегодня вечером будет начало её пути в качестве Суны Сонмез. Суна знала, что её будущий муж принадлежит к очень известной турецкой семье, но раз уж её будущий супруг не захотел менять фамилию, то у него на это веские причины. К тому же ей важна не фамилия, которая является лишь формальностью, а характер человека, его поступки. А те поступки Кайи, которые Суна видела, ей очень понравились.       По пути на кухню Суна заметила очень много незнакомых людей, которые вовсю трудились на территории дома Шанлы. Её поразило, что столько людей делают что-то для неё – обычной девушки. – Суна ханым, скоро приедут парикмахер и визажист, чтобы сделать вам причёску и макияж. Платье для будущей помолвки также скоро привезут, – обратилась к Суне неизвестная женщина средних лет. – Да, спасибо, – чуть замешкавшись ответила Суна. Её никогда не называли ханым и похоже ей придётся привыкать и к новому статусу. – Доброе утро, Суна. Тётя Хаттуч отправила Сейран за некоторыми покупками, а ты проходи, покушай пока есть время, – сказала Эсме и протянула дочери чай и симит. Суна кивнула в знак благодарности и, усевшись на стул, стала наблюдать за тем, как происходит подготовка к будущему торжеству. – Где моя прекрасная дочурка? Где моя красавица Суна? – заходя на кухню спросил Казым. Суне был непривычен его счастливый голос, которым он обращался к ней. Слишком редкими были такие моменты. – Вот моя доченька любимая, – сказал Казым и, подойдя к Суне, приобнял её и поцеловал в макушку. – Приятного аппетита, Суна. Я пойду посмотрю, как всё готовится.       Когда отец вышел, Суна отвернулась от двери на кухню и стала плакать. Как же она хотела, чтобы её отец всегда был таким добрым, ласковым. Но к сожалению этого нельзя изменить. – Доченька, тише. Всё будет хорошо, – подошла к Суне Эсме и стала её успокаивать. – Мама, почему папа не может всегда быть таким добрым? – прошептала Суна и уткнулась в плечо матери. – Не знаю, доченька, – сказала сказала Эсме, поглаживая Суну по спине. – Мне бы тоже хотелось узнать ответ на этот вопрос.

***

      Кайя проснулся в бодром расположении духа. Совсем скоро он вновь увидится со своей музой, хоть она и не знает о своём новом звании. Парень взял свой альбом с набросками и нашёл тот самый портрет. Когда Суна станет его женой, Кайя обязательно устроит для неё фотосессию. Фотография – одно из его хобби. Он любит запечатлевать красоту. А его жена, обладающая утончённой и изысканной внешностью, несомненно является красотой, которую стоит запечатлеть.       Выпив ароматный кофе и позвонив Фуату, чтобы уточнить всё ли в порядке на фирме, Кайя захотел поговорить с мамой и отчимом и прояснить вчерашнюю ситуацию. Подходя к номеру, где они остановились, Кайя увидел как мужчина собирается уходить. – Господин Шехмуз, можно с вами поговорить? – Здравствуй, Кайя. Твоя мама вышла из номера. Она хотела сходить в салон красоты, чтобы выглядеть великолепно на твоей помолвке. Но лично я могу с тобой пообщаться. – Давайте зайдём в номер, если у вас нет никаких срочных дел, – предложил Кайя не желая, чтобы посторонние становились свидетелями личных разговоров, всё-таки Антеп – более провинциальный город по сравнению со Стамбулом и слухи разлетятся очень быстро. – Конечно, сынок, проходи, – пригласил пасынка Шезмуз и они сели на диван. – Господин Шехмуз, почему вы лишь спустя очень долгое время сделали моей маме предложение? – Признаюсь честно, я не ожидал такого вопроса. Да, мы с твоей мамой очень давно знакомы. Но ни она, ни я не испытывали острой потребности в браке. Мы долгое время являемся друзьями, мы уважаем друг друга. И я считаю, что это отличная основа для брака. Мне не нравятся истории про вынужденные браки. Поэтому я не очень был доволен тем, что Халис решил проконтролировать выбор невесты для тебя. – Я как раз об этом хотел поговорить. Вчера вечером, когда я закончил говорить по телефону с деловыми партнёрами, я услышал подозрительные звуки. Оказалось, что мерзавец Казым хотел ударить свою старшую дочь. – Подонок, – презрительно сказал Шезмуз. – И когда я увидел девушку, во мне что-то щёлкнуло. Я не долго думая решил на ней жениться. Точнее я вообще не думал, хотя обычно я здраво рассуждаю и взвешиваю варианты. Но эта девушка показалась мне особенной. – Сынок, я вижу, что ты очарован ею. Мы с тобой похожи тем, что стараемся не принимать скоропалительных решений. Но если мы действительно похожи так сильно, как я думаю, то вы с этой девушкой построите очень прочный союз. – Спасибо, господин Шехмуз. Я рад, что услышал поддержку, – искренне поблагодарил Кайя своего отчима. Шехмуз стал той самой фигурой настоящего отца, которого Кайе так не хватало. Того ублюдка, который испортил его детство, Кайя не хотел называть отцом. Правы те, кто говорят «родитель – не тот, кто родил, а тот, кто воспитал». – Обращайся, – произнёс мужчина, подошёл к пасынку, обнял его и в отеческой манере слегка похлопал по спине.

***

      В особняке Шанлы все были увлечены подготовкой к важному мероприятию, что даже не заметили как быстро наступил вечер. И чем меньше оставалось времени до помолвки, тем больше нервничала Суна. Она постоянно поправляла платье, якобы чтобы разгладить складки, закидывала волосы за плечи или наоборот перед плечами. – Суна, ну чего ты так суетишься? Можно подумать, что сегодня конкурс на самую прилежную жену. Расслабься, сестра. Тебе самое главное донести поднос с чашками кофе, – Сейран попыталась успокоить сестру. – А если я не понравлюсь его родителям? Что если они потом будут говорить, что я недостойна их сына? – накручивала себя Суна. – Милая, ты справишься. Всё будет хорошо. Ты у нас самая лучшая и самая красивая. И семья твоего будущего мужа обязательно тебя полюбит, – Эсме так же как и Сейран хотела, чтобы её старшая дочка меньше волновалась.       В этот момент издалека послышались сигналы машин и весёлая музыка. Это ещё больше заставило нервничать Суну. – Ну конечно, раз семья богатая, то о своём приезде надо объявить очень громко, так чтобы все в Антепе знали, к кому приехали такие гости, – возмутилась Суна. – Не ворчи, дочка. Я пойду встречу гостей, а вы, девочки, ведите себя хорошо и не дразнитесь, – предупредила Эсме и пошла ко входу в дом. – Суна, а можно я хотя бы посмотрю из окна на твоего жениха? – поинтересовалась Сейран. – Ты его уже видела на фото и сказала, что тебе больше понравился его кузен, – ответила Суна. Хоть она ещё и не стала невестой Кайи, но откуда-то в ней появились ревность и собственничество. – Суна, ты решила потренироваться в роли его жены? Уже ревнуешь, да? – смеясь, поддевала сестру Сейран. – Ничего я не ревную, – стала отнекиваться девушка, но её сестра всё и так поняла.       Заметив, как их отец активно жестикулировал, приглашая гостей в специально подготовленную комнату, девушки прильнули к окну, желая увидеть, приехавших. Первой шла высокая рыжая женщина в чёрном костюме. Сейран, увидя эту особу, захотела вцепиться ей в лицо или волосы, потому что именно эта женщина опозорила девушку в хамаме, но сдержала свой порыв ради сестры, которая бы очень сильно обиделась, если бы её праздник испортили. Следом шла пара, держащаяся за руки. Женщина, в нежно-зелёном костюме и мужчина в чёрном костюме и тёмно-синей рубашке. И наконец шёл главный объект внимания и интереса – молодой парень в чёрном костюме и белой рубашке. Его волосы были уложены так, чтобы не торчать в разные стороны. В руках Кайи был красивый букет белых роз. – Поздравляю, сестра. Твой жених уже готов к помолвке, – радостно произнесла Сейран. Суна, услышав это, легонько пихнула свою сестру в бок. В этот момент на кухню зашла Эсме. – Дочка, пора подавать кофе. Мы будем ждать тебя, – на минутку зашла на кухню Эсме и эти слова матери вернули успевшую утихнуть панику Суны.       Девушка начала медленно варить кофе, чтобы получилась хорошая пенка. Пока напиток готовился, она вращала плечами, чтобы вернуть контроль над своим телом, которое не хотело слушаться и становилось похожим на желе. Когда же кофе был готов, Суна разлила его по чашкам и поставила на серебряный поднос, где уже стояли чашечки с водой. – Сестра, а как же традиция посолить жениху кофе? Или ты не хочешь проверять, испугается ли он трудностей или нет? – ёрничала Сейран, заметив, что сестра всё также напряжена. – Не говори глупостей. Лучше, поправь мне волосы, чтобы не мешались, – немного повышенным тоном ответила Суна и, взяв поднос с кофе, пошла в комнату, где скоро решится её судьба.       Ещё никогда путь до гостевой не казался Суне таким длинным. Девушка несколько раз останавливалась на лестнице, чтобы сделать глубокий вдох-выдох, но это слабо помогало.       Наконец она зашла в комнату, где уютно сидели те, кто скоро станут одной семьёй. Суна согласно правилам подошла сначала к родителям Кайи, которые с благодарностью приняли кофе и воду. Когда же наступила очередь Кайи, руки девушки затряслись. Паника всё сильнее охватывала девушку. Заметив состояние нареченной и услышав звон чашек на подносе, Кайя сделал то, что было немыслимо для традиционных турецких семей – встал и накрыл ладони Суны своими. Она испуганно посмотрела на молодого человека. «Всё в порядке», – сказал Кайя и слегка сжал свои ладони. Суна улыбнулась от этого неожиданного жеста поддержки и Кайя спокойно присел на диван, взяв свой кофе и воду. Затем девушка отдала последнюю чашку рыжей женщине и убрав поднос, встала возле выхода из комнаты.       Казым Шанлы был в ярости, но старался не показывать этого. Чёртова девчонка чуть не испортила всё. Если бы она пролила кофе, то Казым бы избил её ремнём сразу после того, как уехали гости. Но его будущий зять снова спас Суну. И Казым искренне не понимал, что этот Кайя нашёл в Суне? Почему уже второй раз он заступается за неё? – Мы собрались здесь ради счастья молодых. Я верю, что эта пара принесёт счастье обеим семьям. Конечно для этого сначала нужно спросить у отца. Казым ага, по велению Аллаха и с позволения Пророка я прошу твою дочь Суну для своего сына Кайя, – Шехмуз пусть и по документам не являлся отцом Кайи, но он был единственным старшим родственником-мужчиной, который приехал для свадьбы Кайи и к тому же искренне принял Кайю в качестве своего сына, поэтому именно он исполнял роль главы семейства и просил Суну.       Казым оглядел всех собравшихся и особенно долго задержал взгляды на будущих женихе и невесте. И если девушка как и положено смиренно смотрела в пол, то парень очень заинтересованно и пристально разглядывал его дочь. Казым даже уловил его еле заметную улыбку уголками губ. «Этот подлец явно что-то задумал», – подумал мужчина, но сейчас его это не особо волновало. – Отдаю, отдаю, отдаю, – сказал Казым, приглаживая свои усы, и ради приличия улыбнулся. – Теперь, когда эта формальность улажена, я хотел бы узнать, что моя невеста желает в качестве свадебного подарка?       Суна не раз слышала, как Казым говорил, что выдаст дочерей в жёны только в богатую семью. По статьям из интернета она знала, что семья Кайи владеет отличным и процветающим бизнесом. Но она была уверена, что её отец, который точно не был бескорыстным человеком, уже решил этот вопрос и сказал, на каких условиях он выдаст Суну замуж. Однако услышав этот вопрос Кайи, Суна была в замешательстве. Она не знала, что сказать, чтобы не навлечь на себя гнев отца. Сомнительно, что после ещё одного серьёзного по мнению Казыма Шанлы проступка, он будет также снисходителен как вчера. Суна взглянула на отца и увидела, как его губы сжались в тонкую линию. Девушка знала, что её и так накажут за то, что она чуть не разлила кофе, но ей не хотелось давать отцу ещё один повод для агрессии.       Суна перевела взгляд на Кайю и он, заметив это, кивнул ей, как бы говоря, что во всём её поддержит. Поразительно, что едва знакомый человек проявил к ней больше сочувствия и участия, чем родной отец. – Я бы хотела отдельную квартиру или дом, – робко произнесла Суна.       Казым хоть и не был полностью доволен, но оказалось, что его дочка не такая безмозглая, какой он её считал, и она понимала, что миром правят деньги. И если тебе их дают, то надо брать как можно больше. Казым взглядом дал Эсме знак и уже через минуту она пришла с подносом, на котором лежали два кольца, связанные красной лентой, и ножницы. – Любовь – это судьба. Любовь – это настоящий дар. Желаю, чтобы эти двое молодых людей были крепко-накрепко связаны любовью друг к другу. Пусть берегут и защищают друг друга. Пусть станут прочным союзом, который никто не разрушит. Суна, ты теперь наша дочка, – выступил с речью Шехмуз.       После этой пламенной речи отец Кайи совместно с тётей Суны взяли кольца и надели на правые руки помолвленных, после чего Хаттуч на правах самой старшей в семействе Шанлы разрезала ленту, свявавшую кольца. Кайя и Суна развернулись лицом друг к другу и троекратно поцеловались в щёки. Затем жених и невеста поцеловали руки старших родственников в знак уважения к ним.       Суна Шанлы официально стала невестой Кайи Сонмеза.