Титаник

X

Она должна быть чистой. Она должна быть любящей и доброй. Она должна хорошо выглядеть рядом со мной и не оставлять свои супружеские обязанности ради другого. Ибо не может быть другого, кроме меня. Если он появится, я без колебаний прикажу убить его. Если это случится, она окажется никудышной женой и будет сурово наказана. Пока смерть не разлучит нас.

X

Эмма с растрепавшимися по голове волосами села и прижала ладонь ко лбу. Что она пила прошлой ночью? — Эмма, с тобой все в порядке? — В звонком голосе Мэри Маргарет слышалась не только озабоченность, но и бодрость. Очевидно, она проснулась гораздо раньше Эммы, и это подтвердилось, когда она появилась в поле зрения полностью одетая и готовая к выходу. Блондинка потерла виски и закрыла глаза, пытаясь очистить сознание от тумана и тупой тяжести ночных кошмаров. Она слабо улыбнулась Мэри. — Со мной все в порядке. Просто плохой сон. Мэри улыбнулась, но ее улыбка не была убедительной. Она улыбнулась только для того, чтобы успокоить соседку. — Сколько я уже сплю? — спросила Эмма, ища глазами будильник, который должен стоять у ее кровати. Она провела рукой по своим беспорядочным кудрям, когда ее взгляд наткнулся на будильник, валявшийся на полу. Должно быть, она снова кинула его во сне. Это начинало превращаться в неприятную привычку. — Достаточно долго. — Мэри указала на часы, расположенные позади нее в гостиной, так как она стояла в дверях и уже повернулась на пятках в намерении уйти. — Пора на работу. Эмма закатила глаза. — Почему ты не разбудила меня раньше? — Она ворчала, поглядывая на часы, прежде чем встать с кровати и сползти вниз, чтобы поднять будильник. Она посмотрела на него и, нахмурившись, пришла к выводу, что время не совпадает со временем на часах в гостиной. Возможно, ей следует полностью избавиться от будильника, поскольку он не выполнял для нее никакой функции. Прикусив губу, шериф поспешно вышла из комнаты и направилась на кухню, где налила себе большую миску молока и принялась рыться в шкафах в поисках кукурузных хлопьев. Где-то в глубине души она понимала, что ее действия принимают нелогичный оборот. Разве она не должна была добавить хлопья до молока? Она нахмурилась и прислонилась лбом к прохладному дереву шкафов Мэри. Та щелкала языком и нервно теребила свои перчатки, пытаясь придумать оправдание и ответить на вопрос Эммы. — Потому что я забыла. Я была занята подготовкой к новому школьному проекту. — По тому, как выглядела Мэри Маргарет, было видно, что ее время было потрачено на косметику и моду, а не на школьную работу, как она только что утверждала. Эмма нахмурилась. — А, я поняла. Ну, тогда иди. Блондинка решила продолжить поиски, не глядя на Мэри. — Повеселитесь. — Она услышала, как учительница улыбнулась и повернулась на каблуках, а затем шаги ее туфель, когда она направилась к двери. Эмма вернулась к кровати и стала искать свою рубашку. Одевшись как следует. К черту душ. Голова слишком сильно болела, чтобы думать о таких ежедневных ритуалах, она села и взяла будильник. Он ударился о мусорное ведро в гостиной, и Эмма прижала кулак к груди. — Очко в мою пользу. — сказала она, ухмыляясь. Блондинка облокотилась на край кровати и надела сапоги. Поднявшись и полностью одевшись, она понюхала подол своей одежды и скорчила гримасу. — Ну что ж, придется потерпеть. — Пробормотала она, чувствуя себя неважно и опаздывая на работу, и поспешила обратно на кухню, где захлопнула еще несколько дверок в тщетной попытке найти кукурузные хлопья. Проклиная хлопья, она решила выпить молоко и съесть банан. Она решила, что сможет нормально поесть, когда окажется в участке. Во время размышлений ее взгляд упал на записку на столе, и она, как всегда с любопытством подошла ближе и взяла ее. Проведя пальцами по бумаге, она подумала, не оставила ли ее здесь Мэри или доктор Уэйл, но поняла, что скорее всего, это не они. Письмо показалось ей ужасно знакомым. Эмма нахмурилась, взяв записку в руки, и пробежала ее глазами. Когда она успела записать это. — Ты это не писала. Вскрикнув, Эмма прижала руку к груди и посмотрела на сына, тяжело дыша. — Малыш, ты меня напугал. «Неужели он теперь тоже читает мысли?» Генри обеспокоенно пожал плечами. — Я не хотел. — Мальчик угрюмо сказал: — Ты ведь не ходила с ним на свидание, правда? Она на мгновение нахмурилась. — С кем? — С мистером Голдом. — Эмма молча признала, что это странно. Она уже два дня не видела этого жуткого ломбарда. Что могло заставить ее сына спрашивать о нем? — Малыш, разве ты не должен быть в школе? Генри сложил руки по бокам и поднял на нее глаза. — Никто не будет скучать по мне. Завтра у них снова будет тот же урок. — Почему? Только потому, что тебя там не было? — передразнила Эмма, считая, что фантазия ее мальчика — прекрасная вещь, но иногда ее нужно сдерживать. — Нет, просто потому, что все застряли во времени и могут провести только один и тот же урок. — Звучит дерьмово. — произнесла Эмма. Ее сын почувствовал себя защитником и выпятил грудь, отчего стал казаться больше и шире, чем был на самом деле. — А как еще, по-твоему, Белоснежка могла стать учительницей? Головная боль у Эммы еще не совсем прошла, и она провела руками по лицу, на мгновение прижав ладони к глазам. — Я не знаю. Полагаю, она получала образование на дому. Частный учитель и все такое. Генри бросил на нее взгляд. — Правда? Она хмыкнула. — И почему же ты тогда такой умный, малыш? — Я многому научился сам. — с гордостью сказал Генри, улыбаясь ей. — Например, как пробраться в квартиру женщины? — пошутила она. — Мэри впустила меня, когда уходила. — Генри признался, что заставило Эмму поморщиться. — Я научил себя гораздо большему, чем в школе или у Регины… — Должно быть, ты унаследовал смекалку. Приятно знать, что один из твоих родителей был умным, и это передалось тебе. — Эта мысль вызывала у нее смешанные чувства. С одной стороны, она была рада, что Генри, похоже, унаследовал эти замечательные стороны своей личности. С другой — ей было страшно за его отца. Если этот человек был так же жутко умен, как Генри, она не сомневалась, что он выследит их, как только узнает о ребенке, который уже стал подростком. И что тогда ей делать? Устроит еще одну битву за опекунство. Она издала громкий вздох. Генри улыбнулся ей, глаза его смягчились и наполнились восхищением: он отложил рюкзак в сторону и взял руки матери в свои, обхватив их. — Мне бы хотелось думать, что это от тебя. — сказал он мягким и нежным голосом. Эмма покраснела, и в комнате воцарилось молчание. Она почему-то чувствовала, что это не с ее стороны, и не только из-за оценок, которые она получала в школе. Нет, это точно не могли быть ее гены, не так ли? — Послушай, моя бабушка, конечно, классная и все такое, — продолжал Генри, помогая ей, — но она никогда не была учителем. Я сомневаюсь, что у нее есть сертификат, подтверждающий ее квалификацию. — Если то, что ты говоришь, правда, мэр это исправит малыш. — Она наполовину ожидала, что Генри на это предположение насупится и топнет ногой, но вместо этого мальчик одарил ее яркой улыбкой. — Ах да. Королева использовала бы свою темную магию. Эмма задалась вопросом, как долго мальчик будет продолжать в том же духе. — Я имею в виду, что она могла бы подделать документы. При этих словах мальчику потребовалось мгновение на размышление, прежде чем он согласился. — И это тоже. — Он сказал это так, словно это была его собственная идея. Как если бы Регина дважды обманывала их обоих, будучи как Злой Королевой, так и злым мэром. На мгновение он замолчал, но потом его глаза нашли лист бумаги, лежащий перед Эммой. — От кого записка? — спросил он и тем самым вернул внимание Эммы с одной темы на другую. Она вынырнула из своих мыслей и посмотрела на бумагу, которая снова лежала на столе. — А? Что? Я не могу вспомнить. Я проснулась, а на столе лежала эта записка. Это очень странно, но кажется, она мне приснилась. — Эмма задумалась, а Генри наклонился к ней, чтобы рассмотреть, что там написано, но не смог, так как она отодвинула его в сторону. — Что там написано? — спросил он. Эмма взяла его в руки. — Какая-то очень женоненавистническая тирада. Генри выхватил его из ее пальцев и нахмурился, вчитываясь в строки. — Уже понятно, что написала не ты. Думаю, я знаю, кому это принадлежит. — Он серьезно посмотрел на нее. — Тот кто это писал, был в книге. — Мистер Голд что ли? — удивленно сказала Эмма, вспомнив, с какими словами Генри вошел в квартиру. Мальчик смотрел на нее недоверчиво. — С чего ты взяла, что это он? Его взгляд заставил Эмму осознать свою ошибку и быстро взмахнуть руками перед собой. — Я этого не говорила. Я просто предположила. Ее сын упрямо продолжал. — Я же сказал, что пока только думаю, кто он. Так что нет, я не думаю, что это его рук дело. Это не Голд. Это рука короля. От отца твоей матери. Эмма вздрогнула. — Ну и славный у меня дедушка. — Согласен, мой лучший дедушка. — сказал мальчик. — Так, ты думаешь, Мэри сегодня увидит Дэвида? — Я бы не стала на это надеяться, малыш. — Эмма знала, что у Мэри в тот день было свидание с доктором Вейлом. — Но, вопреки кое-кому, я знаю, что она в школе. Где и должна быть. Работает. — Она посмотрела на сына, чтобы понять, понял ли он намек. Он понял, но лишь озорно улыбнулся, заложив руки за спину и покачивая грудью. — Да ладно, Эмма. Что значит еще один день? — Он попытался, но она громко выдохнула и закатила глаза. Ее рука легла ему на плечо, и она повела его к двери. Она взяла ключ от квартиры и положила в карман записку, лежавшую на столе. Затем она открыла дверь и вывела сына. — Нет, ты пойдешь в школу, иначе у меня будут большие неприятности. — Она знала, что Реджина спустит с нее шкуру, если узнает, что Генри прогуливает очередной день, чтобы побыть в присутствии Эммы. — Но мне нужно быть с тобой, — простонал мальчик, глядя на нее, когда она затолкала его в машину. — Я могу помочь тебе узнать больше об этой записке. Ее не было в книге, но я думаю, что смогу найти отрывок, к которому она может относиться. Его полные надежды глаза на мгновение затронули ее, и она почти сдалась, но, вздохнув, закрыла дверь и села на свое место. Пристегнувшись, она взглянула на него. — Генри, мы можем сделать это после школы. — Она провела рукой по его волосам, как бы желая подбодрить его. Но по выражению его лица было видно, что ее действия не помогли вернуть улыбку на его лице. Вместо этого он сидел, надувшись, пока она заводила двигатель. — Так что там насчет встречи с мистером Голдом? — сказала она, выезжая задним ходом с парковки на дорогу. Генри почти сразу же перестал дуться и оживился. В его глаза вернулся блеск, и он с энтузиазмом потянулся к ней поближе. — До меня дошли слухи, что мистер Голд гулял вчера вечером. Ты не замечала моего присутствия в своей квартире в течение десяти минут. Потом я увидел, как ты держишь записку, сложил кусочки вместе и подумал, что он, должно быть, гулял с тобой. — Со мной? — прошипела она. — Почему со мной? Генри выглядел немного обиженным, он сложил пальцы перед собой и застенчиво отвел взгляд. — Ну, ты очень красивая. Она посмотрела в зеркало заднего вида и запротестовала. — Я говорю это не только потому, что ты моя мама. — Генри сказал это так, что у нее екнуло сердце. — Даже если так, с чего ты взял, что мистер Голд пригласит меня на свидание? Зачем ему встречаться со мной? И почему я должна соглашаться на такое предложение? — Она рассмеялась от этой нелепой мысли. — Ты права, — сказал Генри, снова лучезарно улыбаясь. — Я напрасно волновался. Ты не была бы настолько глупа, чтобы принять от него такое предложение. Ты бы ему отказала. — Его улыбка стала еще шире. — Прости, что сомневался в тебе, Эмма. — Его карие глаза снова устремились на биологическую мать. — Наверное я вообразил, что он интересуется тобой. Она вдруг резко нажала на тормоз. Очень сильно. Их головы покачнулись. — Повтори. — потрясенно сказала она. Генри выглядел немного встревоженным, когда повернулся к ней лицом. — Разве ты не видела, как он на тебя смотрит? Он всегда на тебя смотрит. Он даже облизывает губы, когда видит тебя, даже когда мы просто проходим мимо на улице. И он всегда приветствует тебя и называет по имени. — Он поджал губы. — Я думаю, ты ему нравишься. Эмма убрала с лица дикие завитки волос и снова взялась за руль. — Ладно, это очень тревожная информация, но… ладно. — Она глубоко вздохнула. — Мне действительно нужно отвезти тебя в школу. — Одним движением ноги они снова тронулись в путь. — Мы посмотрим на эту записку позже, хорошо? — спросил Генри, внимательно глядя на нее. Она молча согласилась, и он улыбнулся. — Операция «Кобра. — Он скрестил пальцы и тихонько захихикал, глядя на нее. — Операция Кобра, — повторила она, как эхо, лишенное смысла. Она высадила его и смотрела, как он уходит, помахав ей рукой с яркой улыбкой. Мальчик всегда казался веселым и полным уверенности. Его глаза, изгиб губ, волосы, странное хихиканье, а иногда и запах напоминали ей кого-то, кроме нее. Но она не могла понять, в чем конкретно. Возможно, это было влияние его отца. Проклятый человек, похоже, наделил его еще и умом. Эмма всерьез считала, что её безумие передалось частично сыну, поскольку, несмотря на то, что не верила в его сказочную теорию, считала себя социально неловким изгоем с несколькими тяжелыми проблемами, которые не смог излечить даже доктор Хоппер. Если бы ее фантазия была более яркой, она могла бы вести себя так же, как ее сын, и думать о таких же вещах. Сделав маневр, машина понеслась вперед, пока не достигла офиса Регины, и Эмма выскочила из нее, чтобы броситься в здание. Без всяких препятствий она добралась до кабинета Регины и обнаружила, что дверь приоткрыта. Небрежно толкнув ее в сторону, она обнаружила мистера Голда, наполовину перегнувшегося через стол мэра, злобно смотрящего на нее, оскаливший зубы. Мэр была слишком увлечена разговором, чтобы заметить присутствие Эммы. — Если вы проявляете такой интерес к нашей новой жительнице, то, может быть, возьмете ее с собой в отпуск? — Это звучит прекрасно, но, к сожалению, не подойдет. В конце концов, никому не удалось покинуть город. А я не очень люблю самоубийства. Эмма прочистила горло и увидела, что обе головы повернулись в ее сторону. — А, шериф Свон, как мило, что вы к нам присоединились. — Регина фальшиво улыбнулась. — Скажешь о дьяволе, и вот она здесь. — добавила она шепотом, стиснув зубы. Мистер Голд услышал ее слова и бросил на нее опасный взгляд, говоривший о том, что ей следует следить за своими словами. — Что я пропустила? Мистер Голд собирается в отпуск? — передразнила Эмма, складывая руки перед грудью. За перепалкой между Региной и Голдом всегда было интересно наблюдать, тем более, что она считала их обоих «злом». Жаль только, что для того, чтобы победить Регину, ей понадобилась помощь Голда. Ей не нравилось работать рядом с человеком с его репутацией. Но он вел себя вполне достойно, как ее благодетель, и она была обязана только ему, а не кому-то другому. Мужчина лишь пожелал ей доброго дня, после чего отвернулся от нее, чтобы снова встретиться лицом к лицу с Региной. — Ну что ж, тогда мы все будем на этой лодке. — Он положил ладонь на стол. Мэр приподняла бровь и поджала губы. Судя по выражению лица, эта идея была ей не по душе. Как бы она ни старалась скрыть свои эмоции, неприязнь была налицо. — Хорошо. — Она сказала. — Мы все проведем отпуск на борту корабля. Большого корабля. Что-то подходящее для… ну, для меня. — Она сказала, разглаживая руками пиджак. Эмма нетерпеливо наблюдала за происходящим, понимая, что ее намеренно игнорируют. Но сейчас она понятия не имела, что происходит, и поэтому не знала, как вклиниться в их разговор. Мистер Голд оттолкнулся от стола Регины и фыркнул. — Вы хотите, чтобы я и наш шериф присоединились к вам в отпуске? Регина подписала лежащий перед ней бланк и вздохнула. — Да, — она снова подняла на него глаза и помахала пальцем в воздухе, как будто ей было скучно. — Да, вы, мисс Свон и все остальные, кто пожелает присоединиться. Мы все отправимся. Рассматривайте это как мой особый подарок на время праздников. Эмма недоверчиво нахмурилась. — О, подождите минутку. — Она вышла вперед и встала рядом с мистером Голдом. Мужчина посмотрел на нее краешками глаз, но ничего не сказал. — Почему мы все должны отправиться на круиз? — Потому что вам нужен отпуск, шериф Свон. — сухо заметила Регина и, отложив ручку, стала разминать плечи и руки, показывая, что ей нужен массаж. Ее нервы были напряжены и не только из-за двух человек, занимавших ее кабинет. Она подняла на них усталые глаза. — И не только вам. Мистер Голд высказал хорошую мысль. Мы все должны отправиться в путешествие. Она встала и закрыла лежащую перед ней папку с документами. — Никаких «но», — сказала она, шикнув на Эмму, которая уже открыла рот, как рыба. Блондинка плотно сжала губы и неохотно повиновалась. — Не будет никаких споров и обсуждений. Все решено. Вы, — Регина указала на мистера Голда, — и вы, — она указала на Эмму, — вместе с Генри, мистером Глассом и доктором Хоппером присоединитесь к нам. Я прикажу развесить объявление о путешествии. Приглашаю всех, кто захочет присоединиться. Это одноразовый случай. Рассматривайте это как услугу, чтобы получить голоса на следующих выборах. — Она не любила проигрывать и неохотно признала, что ей не помешало бы повысить свою популярность среди жителей города. Нелепая идея мистера Голда, который отказался уехать с Эммой в одну из уже оплаченных Региной командировок на круизном лайнере, покинуть город на несколько дней, могла сработать в ее пользу. Нелепо, но это могло быть именно то, что ей нужно для победы в этой игре. — А теперь я буду благодарна, если вы двое оставите меня. Мне нужно спланировать поездку. — Она вытолкнула Голда и Эмму из комнаты и закрыла за ними дверь. Эмма посмотрела на мистера Голда с недоуменным выражением лица. Он тоже выглядел ошеломленным, но быстро взял себя в руки. — Ну и зачем вы пришли, Эмма? — сказал он, ухмыляясь от уха до уха. Она опустила руки вниз. — Я… кажется, я забыла. Уточню, но… — Ее голос прервался, а глаза опустились на пол. Ухмылка мистера Голда расширилась. — Думаю, вы получили то, что искали. Уточнение, Эмма. Похоже, мы будем собирать вещи для морского путешествия. Эмма закатила глаза. — Вы же не серьезно.