Когда в тебе нуждаться начал я

             Юнхо проснулся с чувством… таким непередаваемым, что сравнить с чем-то сложно. Это как будто бегал несколько дней, а потом его раз… много опустили в ледяную воду. То ли для того, чтобы взбодрился, то ли ещё для чего. Скорее добить.       Через силу Юнхо пошевелился и с вселенским трудом сел. Он даже не понял, что разговаривающий с ним Хонджун помог ему. Вот только Юнхо его почти не слышал. Голова гудела. Ему далеко не сразу удалось сфокусировать взгляд, а тут ещё живот вдруг забурлил слишком громко. Даже стыдно стало.       Хонджун этот звук понял не совсем верно. Он кинулся искать какую-нибудь тару, посчитав, что Юнхо сейчас стошнит, в итоге схватил мусорный бачок. Уён на него вылупился как на идиота, но сказать что-то побоялся: вдруг в него этот несчастный бачок швырнёт? А то нервный такой.       — Блядь! — вздрогнул Юнхо: как только зрение вернулось в норму, он уловил движение сбоку и, развернувшись, охренел от вида капитана. Капитана с бачком в руках. — Джунни, какого хера?! Ты меня добить решил?!       — Я думал, тебя тошнит! — воскликнул тот.       — Поставь этот несчастный бачок наместо! — Юнхо от капитана даже попытался отодвинуться, но больничная койка оказалась не такой широкой.       — Дай сюда! — Уён отобрал мусорку, ставя её на место. — Привет! — он помахал Юнхо руками. — Как ты себя чувствуешь?       — А чё происходит? — Юнхо огляделся, не до конца понимая, что он делает в больничной палате.       — Ты что, забыл, как напугал нас до усрачки? — Уён вопросительно изогнул брови.       — Уённи, — закатил глаза Хонджун.       — А что такого? Я правду сказал! — возмутился тот.       — Можно было бы и помягче! — так же отозвался Хонджун.       — Как тут помягче сказать?! Я сказал как есть!       — Да ну не так же в лоб!       Юнхо всё больше охреневающим взглядом смотрел то на одного мембера, то на другого. Из их слов он начал вспоминать, что у него болела голова и живот, что он вроде бы как встал с кровати, а потом все воспоминания растворились в темноте неведения. Это же насколько плохо ему стало, что память отсекла половину воспоминаний? Может, конечно, оно и к лучшему, не помнить, что было больно, но вот этот провал в памяти Юнхо немного напугал. Всё же он бы предпочёл всё помнить.       Но это ладно…       Хрен с этой болью…       Юнхо даже не знал, тормозить парней или нет. Так пылко разошлись в споре! Уже даже тема поменялась, но явно шалящие нервишки не давали им успокоиться и придти к примирению. Нет, с одной стороны, Юнхо льстило, что за него беспокоятся, а с другой стороны: ну зачем так спорить-то? Уже дошли до того, что Уён забыл убрать полотенца с кухонного стола, а Сонхва, подумав на капитана, всё ему высказал. Юнхо даже не сдержал смешка, и этот звук заставил обоих спорщиков, резко замолчав, повернуться к нему.       — Всё друг другу высказали? — посмеиваясь спросил Юнхо.       — Прости! — Хонджун и Уён, переглянувшись, низко поклонились.       — Что-то забылись, — нервно кашлянул Хонджун. — А ты что делаешь? — заволновался он, смотря, как Юю, предпринимая неуклюжие попытки, пытается подняться с кровати.       — Я тебя сейчас удивлю, — рассмеялся Юнхо, — но я хочу в туалет!       — Давай поможем! — Уён даже шаг к нему сделал.       — Не нужно! — остановил его Юнхо.       — Ты себя видел? Ты сел-то еле-еле! — Хонджун на парня глянул с вселенским неодобрением. И как в воду глядел…       Юнхо всё же надеялся, что тело его не подведёт и не опозорит перед объектом обожания. Но как говорится: много хочешь, мало получишь. Видимо, последние силы ушли на то, чтобы сесть, ибо, когда Юнхо опустил ноги на пол и попытался встать, цепляясь за подставку для капельницы, он со всего маху грохнулся на пол. Ватные ноги наотрез отказались держать своего обладателя, недвусмысленно намекая, что надо бы ещё полежать.       — Юнхо?! — в голос возопили Хонджун и Уён, одновременно срываясь с места.       — Ну что, дошёл?! — ругался Хонджун: вместе с Уёном они подняли его, усаживая на койку.       — Немного переоценил силы, — нервно хохотнул Юнхо.       — Немного? — переспросил Хонджун. — Ты не получал давно? — он показал кулак.       — Джунни, — накрывая кулачок капитана своими руками, Юнхо мягко улыбнулся, — спасибо, что волнуешься за меня.       Глянув на определённо оттаявшего капитана, Уён зыркнул на влюблённо смотрящего на него, капитана, Юнхо и, быстро смекнув, тихонечко шепнул:       — Подожду снаружи!       — Уённи, спасибо! — крикнул ему вслед Юнхо.       — Сочтёмся! — в ответ крикнул Уён и, закрыв за собой дверь, прижал жопку к стулу, но передумав поднялся, подумав, что не мешало бы купить чего-нибудь попить. А лучше выпить чего покрепче. А то со всеми этими нервами за последнее время внутри определённо не хватало чего-то горячительного.              — Не думай, что я тебя прощу, — нахмурился Хонджун.       — Джунни, прости, но я слишком хочу в туалет, — зажмурился Юнхо, прижимая одну руку к паху.       Неодобрительно причмокнув, Хонджун вздохнул: делать нечего, надо помогать, а то ещё напрудит тут, будет совсем не до разговоров. Пойди разговори сгорающего от стыда Юнхо! Легче его утром поднять.       — Обопрись на меня, — скомандовал Хонджун, вставая справа, так как катетер был вставлен в левую руку.       — Я сам справлюсь!       — Ты уже один раз «справился»!       Парни побуравили друг друга сердито-недовольными взглядами, и Юнхо пришлось сдаться. Вот только он как никто знал, что Хонджун нисколько не сильный. Он фантазёр, этого у него не отнять. Вся его сила в сочинении текстов для песен, а ещё музыки… В общем, всё творческое. А вот с физической подготовкой проблемы размером с гору…       — Ну и тяжёлый же ты! — прохрипел Хонджун, с трудом придерживая парня, молясь, чтобы у него самого ноги не подкосились.       — В качалку ходить не пробовал? — не удержался от смешка Юнхо. — Сан или Ёсан бы тебе с этим помогли! Ну и Чонхо туда же.       — Ты у меня сейчас дошутишься! — прохрипел Хонджун.       Юнхо старался не рассмеяться. Он вообще был готов растечься розовой лужей от понимания, что Хонджун рядом. Что не выглядит злым. Он обеспокоен. Напуган. Но это только сейчас. Что будет потом, когда Юнхо вернётся домой? Всё начнётся… с чего? С их стены из-за поцелуя Уёна? Или Хонджун всё же позволит объясниться?       — Так-с, — Хонджун подвёл парня к унитазу, уверенно хватая его за подол больничного халата.       — Ни за что! — сиреной взвыл Юнхо и, отскочив от капитана, чуть второй раз не навернулся на пол. Откуда силы взялись только.       — Да что я у тебя там не видел?! — охренел Хонджун.       — Чего-чего, а вот того, как я ссу, ты точно не видел! — так же воскликнул Юнхо. — Я не хочу, чтобы ты видел мне я в таком виде!       — Я тебе слюни вытирал, когда тебя стошнило, — припечатал Хонджун. — Причём дважды: второй раз тебя скрутило в машине скорой.       — Там я себя не контролировал! — прохныкал Юнхо. Такого стыда он не испытывал очень давно. Под землю захотелось провалиться!       — Господи! Что с тобой не так?!       — Просто дай мне хоть с этим справиться одному!       Недовольно попялившись на Юнхо, Хонджун снова ругнулся, но всё же вышел. Всё-таки не стоит изводить его больше, чем уже есть. А то ещё перенервничает и в обморок хлопнется. Обморок ладно, вот если хуже станет, это уже другое.       Захлопнув за собой дверь, Хонджун стражем встал перед ней, скрещивая руки на груди. Как и Юнхо, он думал в том же ключе. Сейчас неподходящее время для выяснения отношений и того, кто прав, а кто нет. Но Хонджун не мог врать самому себе, как и не мог злиться за Юнхо. Какое тут злиться, когда чуть не помер со страху? Но и прощать так легко тоже не следует. А в чём вообще спор?       Хонджун помассировал пальцами переносицу, пытаясь вернуть мысли в нужное русло. Сейчас первостепенной задачей было дождаться выздоровления Юнхо, а уже потом тыкать ему на ошибки.       — Какие ошибки?! — тихо возопил Хонджун, хватаясь за волосы. — Ты же сам его отшил! — захныкал он, брякнувшись на колени. Хонджун не раз задумывался, что не имеет никакого права ревновать Юнхо, ведь они не вместе по его инициативе. Но Хонджун никак не мог отпустить мысль, что Юнхо без конца обещал ждать, а в итоге не смог оттолкнуть Уёна. Такая сложная, непонятна и неприятная ситуация.       Хонджун оборвал поток мыслей и поднялся на ноги за секунду, стоило услышать, как Юнхо нажимает на смыв и включает воду в раковине, чтобы помыть руки. Не только руки, но ещё и лицо. От прохладной воды стало немного легче. Юнхо даже немного почистил зубы, но прекратил, как только почуял, что голова начала кружиться. Всё это время Хонджун терпеливо ждал его снаружи. Цепляясь за стены и капельницу, Юнхо с трудом вышел из туалета, тут же опираясь на подставившего плечо капитана.       — Стоило оно того? — проворчал Хонджун: само собой, мокрые волосы и замоченный халат от него не укрылись.       — Я бы сейчас холодный душ принял, — честно сознался Юнхо.       — Ты опять горишь, — напрягся Хонджун, ощупывая его лицо и шею.       — Не смертельно, — отмахнулся Юнхо, забираясь на койку, вымотано смыкая веки.       — Да что ты, — скептически фыркнул Хонджун.       — Джунни, — улыбнулся Юнхо, сжимая его ладонь, настолько маленькую, что она почти целиком спряталась в его ручище, — спасибо. Правда. Ты не обязан был мне помогать.       — Тебя вроде по голове не били, — озадачился Хонджун. — Юю, ты дурак? Какое бы дерьмо между нами ни случилось, ты остаёшься мембером, а я капитаном. Это моя обязанность заботиться о тебе!       — Но ты на меня злишься.       — Юю, — мягко проговорил Хонджун, положив свободную руку на его лоб, погладив большим пальцем бровь, — тебе сейчас отдых нужен. Мы хотели поговорить, и мы поговорим. Но не сейчас. Хорошо?       — Ладно, — кивнул Юнхо. — Но ты обещал!       — Обещал-обещал, — рассмеялся Хонджун. — Юю, у тебя снова температура подскочила, я схожу за врачом, хорошо? Юю? — он глянул на уснувшего парня, немного напугавшись такому неожиданному повороту.       Чмокнув Юнхо в щёку, Хонджун сходил к врачу, и всё то время, пока Юнхо меняли капельницу, ставили какие-то уколы, он сидел в коридоре, а после снова перебрался в палату, удобно устроившись в кресле. Где его уснувшим нашёл Уён.              — Хонджун, — тихо позвал Уён, сжимая плечо друга и осторожно потрясывая. — Хон, просыпайся, нам домой пора.       — Я останусь здесь, — дёрнул плечом Хонджун.       — Не вариант: менеджер сказал, что если я не утащу тебя домой, он сделает это сам. За ухо.       — Ты пошутил? — Хонджун в момент проснулся, уставившись на друга неверящим взглядом.       — Не шучу. Поехали. Сидя здесь ничего не изменишь. А тебе отдых нужен. Если завтра будешь как тряпка, как на фанмитинг пойдёшь?       — Сам ты тряпка, — проворчал Хонджун, охая от боли в затёкшем теле.       — Не злись, — тихо рассмеялся Уён. — Никуда твой драгоценный Юю не денется.       Хонджун с укором уставился на Уёна, и тот прикусил язык. Ну, они ведь так толком и не поговорили о случившемся. Не то чтобы времени не было, больше желания. Но беда с Юнхо их будто объединила. Они напрочь забыли, из-за чего начался весь сыр-бор. Уён даже от Сана весь сегодняшний день не шарахался и охотнее отвечал на вопросы. Как там говорят? Не было бы счастья, да несчастье помогло? Видимо, это и сработало. Такой пендаль им Юнхо дал! Никто равнодушным не остался.              Посмотрев на Юнхо, Хонджун чмокнул его в уголок губ, виновато потупился, словно бросал его на произвол судьбы, и всё же вышел из палаты.              — Вы ужинали? — спросил Хонджун Уёна.       — Я — нет, остальные — не знаю.       — Меня нет и некому контролировать, что ли?       — А какие ко мне претензии? — не понял Уён. — Так-то я с тобой весь вечер провёл!       — Ну ладно тебе, ладно. Не кричи. Я и так вымотался.       — Хон, — Уён, опередив капитана, замер перед ним и, глядя в глаза, выпалил: — Не злись на Юю за то, что сделал я. Он тут совершенно ни при чём. Я хотел разозлить Сана, но у меня ничего не вышло. Я тогда не соображал, что делаю, и просто использовал Юнхо. Короче, если хочешь врезать, то лучше врежь мне, — он даже вперёд подался, готовясь принять удар.       — Иногда я в недоумении, что у вас в головах творится, — вздохнул Хонджун, беря Уёна под локоть и утягивая к лифту.       — Не будешь бить? — растерялся Уён.       — Если с Юнхо что-то случится, я тебе не просто врежу — живьём закопаю, — пообещал Хонджун, нажимая кнопку вызова лифта.       — Страшненько, — нервно хихикнул Уён.       — А нечего руки распускать на моё, — хмыкнул Хонджун.       — А у Юю большой?..       И всё-таки Уён, за свой длинный язык без костей, в тот вечер получил кулачком в живот от капитана.