Спасти Седрика Диггори

Уроки танцев с Люциусом Малфоем стали для Гермионы настоящим кошмаром: на нее два раза упал Невилл, один раз - Крэбб и три раза - Гойл. Малфой-старший то и дело называл Гермиону грязнокровкой и просил не приближаться к нему больше, чем на один метр. Из-за этих дурацких уроков Гермиона практически не виделась с Седриком и чертовски соскучилась.     - Грейнджер, мерлиновы трусы! - простонал мистер Малфой, когда Гермиона, вальсируя со стулом, споткнулась и уронила этот стул Люциусу на ногу. - Вы просто неисправимы! О, Боги, неужели эта корова собирается танцевать на открытии Святочного бала?!     - Простите, - пробормотала Гермиона, поднимая стул и случайно наступая мистеру Малфою на ногу.     - Отвратительная грязнокровка! - выплюнул Малфой-старший, протирая ботинок влажной салфеткой.     Лицо Гермионы приобрело свекольный оттенок, но Малфой уже перекинулся на Невилла, который вместо вальса отплясывал пьяную джигу.     Прошел час. Наступили сумерки. Учитель танцев, конечно, пребывал в невероятно скверном настроении. Наконец, Малфой-старший велел прекратить вальсирование со стульями и разбиться на пары. Гермиона встала с Невиллом, а Крэбб - с Гойлом. Через пять минут верные телохранители Малфоя-младшего уже катались по полу, а Люциус устало закрыл лицо руками.     - Грейнджер! Долгопупс! Чтоб вы провалились, поганые осквернители благородного танца!!! - завопил мистер Малфой, когда Гермиона и Невилл с треском свалились на стол. - Пропади всё пропадом!     - Простите, мистер Малфой, - смущенно пробормотала Гермиона, но снова споткнулась и с размаху сбила с ног Люциуса Малфоя. Учитель свалился на грязный пол, а девушка упала сверху.     Да-а-а... Кто бы мог подумать, что благородный аристократ умеет так ругаться!     Через полчаса занятие закончилось.     - Грейнджер, задержитесь! - рявкнул Малфой, пока мимо прошли Невилл, Крэбб и Гойл, неуклюже наступая учителю на ноги. - Ой, бедные мои ноги! Поскорее бы это закончилось!     - Да, мистер Малфой? - негромко сказала Гермиона, когда мальчики закрыли дверь с той стороны.     - Грейнджер, не позорьтесь, пожалуйста! Вы танцуете так же хорошо, как моя жена готовит! А у меня уже, между прочим, язва желудка! - прошипел Малфой-старший, снова протирая обувь влажной салфеткой. - Ужасно. Моя Нарцисса постоянно насыпает мне в чай соль вместо сахара, и это только в лучшем случае. В худшем - перец. Поэтому мы и завели домовика. Ужас, ужас...     - Извините, мистер Малфой, - несмело прервала его Гермиона. - Но вы, кажется, немного ушли от темы.     - Как вы догадались? - съязвил Малфой. - Впрочем, да. Итак, вы собираетесь опозорить школу и мистера Диггори, не так ли?     - Нет, я не хочу этого, - тихо сказала Гермиона. - Но Седрик пойдет только со мной и ни с кем другим.     - Вот как? - Малфой насмешливо поднял брови. - И что же уважаемый чистокровный волшебник нашел в такой неуклюжей, бездарной грязнокровке?     Гермиона промолчала. Малфой-старший внимательно изучал ее. Девушка подняла глаза и встретилась с его - серыми и холодными. У него был такой взгляд, мол, меня все достали. Малфой по-прежнему пристально смотрел на Гермиону, как на кусок заплесневелого сыра.     - Как же вы отвратительны, - поморщился он. - Эх, ну ладно. Чего не сделаешь ради любимой школы!..     Неожиданно он снова включил музыку и повел девушку на расчищенную для танцев площадку. Спустя минуту они уже кружились в медленном вальсе. Получалось у Гермионы все еще очень паршиво: она отдавила Малфою все ноги. А горе-учитель благодарил Мерлина, Бога, Аллаха, Эру и Древнира вместе взятых, что туфли у Гермионы не на шпильках. Они танцевали до полуночи, пока не заболели ноги. Все было почти хорошо, но вдруг у Гермионы отвалился каблук, и они с Малфоем-старшим снова упали на пол.     - Твою бабушку! Грейнджер, проваливайте! - рявкнул он. - Ой, бедная моя спина!     - Простите, мистер Малфой, - пробормотала Гермиона.     - Грейнджер, пойдите вон!     - Извините, я просто...     - Вон, кому говорю!     - Мистер Малфой...     - ВОН!!!     - Сэр...     - ВООООООООООООООН!!!!!     * * *     Когда Гермиона вернулась в гостиную, там все еще были Гарри и Рон.     - Привет, - сонно сказал Гарри. - Как танцы?     - Ужасно, - простонала Гермиона. - Бедные мои каблуки!     - Гермиона, - Рон вдруг встал с кресла. - Я хотел...     - Рон, помолчи, пожалуйста, - устало попросила Гермиона. - Я сейчас не настроена ругаться.     - Я хочу извиниться, - пробормотал Рон, смущенно смотря в пол. - Я был дураком.     - А сейчас что изменилось?     - Ну, хорошо, я и сейчас дурак, - сказал Рон. - И идиот. И эгоист. Я... я последний лох.     - Я знаю, - улыбнулась Гермиона и крепко обняла друга.     * * *     До Святочного бала остался всего день. Гермиона совсем не видела Седрика. Её парень пробовал зайти на уроки к гриффиндорцам но был со скандалом вытолкан и Макгонагалл, и Снэйпом.     Вечером был последний урок танцев. Когда мучения с гориллами закончились, Люциус Малфой снова попросил Гермиону задержаться. Они так же кружились в вальсе под красивую, спокойную музыку. У девушки получалось немного лучше.     - Грейнджер, вы сделали это мне назло? - холодно спросил Малфой-старший.     - Что именно? - Гермиона невинно похлопала глазами.     - Надели туфли на острых шпильках!     - Ну, простите, на тех каблук сломался.     Люциус снова задержал ее до полуночи. Все-таки уроки танцев принесли некоторые успехи. За это занятие Гермиона ни разу не упала. Когда часы стали показывать совсем уж позднее время, девушка уже собралась уходить, но вдруг мистер Малфой окликнул ее:     - Грейнджер, вы не хотите выпить со мной?     - Что-что? - переспросила Гермиона, уверенная, что ослышалась.     - Медовуха, - Малфой-старший достал из портфеля бутылку и два бокала.     Ну какой, какой черт дернул Гермиону согласиться?!     Они выпили по два бокала. Люциус, похоже, напился и стал увлеченно рассказывать о себе.     - А мы с Нарциссой еще в школе познакомились, - вспоминал Люциус. - Однажды профессор Слизнерог вывез Слизерин на пикник, и я убил на лице Циссы осу. Правда, она все не так поняла и ударила меня поленом по затылку...     - Как интересно, - вздохнула Гермиона. - Нет-нет, мистер Малфой! Я больше не хочу медовухи! Она мешает мне думать!     - А ты и не думай, - расслаблено сказал Малфой-старший.     Гермиона вздрогнула. Его лицо было совсем рядом. Девушка оцепенела. Нет! Нельзя! Она не может предать Седрика! Или может?.. Но Малфой взял инициативу в свои руки, и через минуту на Гермионе не осталось ничего, кроме золотого крестика - подарка родителей в день крещения.     Ни Гермиона, ни Люциус не заметили сидящего на подоконнике жука с хитрыми глазищами и усиками, вращающимися на манер локаторов. А зря...     * * *     Через четверть часа Гермиона выбежала на улицу. В лицо подул ледяной воздух. Стоял тридцатиградусный мороз, но девушке было как никогда плевать на свое здоровье.     "Что я наделала, - думала Гермиона с досадой. - Больше никогда не выпью ни грамма. Я предала Седрика, теперь я его недостойна. Нет мне прощения!".     Гермиона стала во всеуслышанье называть себя неприличными словами.     - А ведь вы, мисс Грейнджер, простудитесь, - донесся сзади голос - бархатный, но совсем не такой, как у Эдварда Каллена.     Сзади, в самом эпицентре снежного бурана, стоял Люциус Малфой и застегивал ширинку. В руке у него виднелась новенькая метла.     - Уезжаете? - спросила Гермиона, глядя на оседлывающего орудие уборщиков аристократа.     - Да. Мне пора возвращаться, Нарцисса давно меня ждет.     С этими словами он оттолкнулся от земли, и Гермиона еще долго глядела вслед удаляющейся серебристой точке.