Замужество Трëх Эмоционально Стабильных Индивидуумов

Флеванс оставил его со множеством багажа. Кошмары, ПТСР, тревожность, мания контроля, бессонница, зависимость... Мигрени. Ло помнит первый раз, когда почувствовал ту пульсирующую боль в его голове, будто внутри него что-то взорвалось. Освещение было слишком ярким. Звуки были слишком громкими. Зрение разливалось световыми и тëмными пятнами. Он помнит, что провëл весь тот день в слезах в объятиях Кора-сана. Тогда внезапные мигрени были кошмарным проклятием. Но на сегодняшний день они были чем-то обыденным. Главврач Трафальгар Д. Ватер Ло имел репутацию трудоголика, способного не спать трое суток напролет за работой. Конечно, это было лишь врачебной байкой, и не спать он мог лишь сутки с одним рабочим днëм. Но попытки побить собственный рекорд были... И карались Докториной по всей строгости, благо, пока что она главная, и умирать, а уж тем более уходить на пенсию, не соберëтся ещë ближайшие 40 лет. Порой пользуясь популярностью среди своих людей и пациентов, никто особо и не замечал, что Ло просто обожал работать на износ. Это уже была его пагубная привычка. Желание сублимировать и объективировать себя. Многие его знакомые знают, что он злоупотреблял раньше веществами, но не многим было известно, что зависимость ещë осталась. Или же необоснованный страх, что он сорвëтся? Возможно. Ло всегда был склонен думать, что его трудоголизм и отсутствие заботы о себе - следство пагубного влияния Дофламинго. Дядя был щедр на подарки для своей "семьи", но никто не знал, что происходило за ширмой. Казалось, сквозь его идеально сотканный невозмутимый образ нельзя было увидеть правды. Вот только есть на свете люди, настолько безумные. "Наконец-то!" Стоило ему на время ослабить бдительность, как с этим кличем его схватили за воротник халата. Пока Ло был растерян, его насильно раздели до гражданского, сорвав с шеи и заветный бейджик. "Ах-! Докторина-!" Как бы сильно он не пытался запротестовать, сопротивляться или бежать, Докторина крепко держала его в своих прочных тисках. "Ну нет, молодой человек! Ты на этот раз попался! Теперь от меня не сбежишь!" Если уж разгоняющейся мигрени было недостаточно, то криков на всю больницу (позор...) ему по горло хватало. Ло принял тактику защиты, просто стоя и принимая на себя все вокальные удары, пока его интерны - Шачи и Пенгвин, не наблюдали за всем со стороны. "Ты у меня сколько ночных дежурств за этот месяц взял? "Пят-... Пятнадцать" Угрюмо ответил Ло. "Верно! А сейчас двадцатое! Лимит свой ты исчерпал, Ватер Ло" Ло лишь пренебрежительно цыкнул. Очень плохое решение. "Ты мне поцыкай тут ещë!" На глазах у всех лучший хирург больницы вякнул от подзатыльника, "Няньчусь с вами, как с маленькими! Я ещё слишком юна, чтобы быть мамкой!" Из-за повисшей в коридоре тишины, стали отчëтливо слышны смешки Шачи и Пенгвина. "Скорее бабушкой" Послышалось сквозь сдержанный смешок. Это на время отвлекло Докторину от Ло, что дало ему немного расслабиться. Вот только с каждым вздохом, мигрень начала всë нарастать. Похоже сегодня будет один из этих дней. "Что, мигрень замучала? Трудовой маньяк!" И сразу же Докторина приблизилась обратно к нему, стоило Ло помассировать вески пальцами. Лгать он был не обучен, - мог не договаривать. Однако, здесь его прижали к стене, поэтому он лишь хмуро посмотрел на его начальника. "Иди домой. Все эти пятнадцать дней твоей бурной ночной жизни я накину тебе на отпуск. Придëшь через пятнадцать дней, - получишь обратно свою форму и бейдж, а до того момента только посмотри в сторону больницы, весь месяц отдыхать будешь!" Обычно он берëт отпуск не менее трëх дней. Но это уже слишком. "Пятнадцать!?" Ло не сдержанно возмутился, "Это же нелепо! Я главврач и хирург! Да что тут будет без меня за эти пятнадцать дней!?" Он очень хотел пойти пожаловаться. Вот только Докторину так просто не переубедить. "Тишь да гладь, мальчик, тишь да гладь" Она легко парировала с руками на бëдрах, "Ты тут не единственный хороший врач. Мы все трудимся, чтобы спасать жизни, а ты эгоистично забираешь наказания Шачи и Пенгвина!" Ло подавился звуком, не зная стоит ли вообще спорить с ней. О чëм вообще спорить, если это правда? И кто из них не компетентен? "Мир не взорвëтся, стоит тебе заснуть дома вместе со своими мужьями. Скорее ты в обморок грохнешься со своим сбитым режимом. Пока я не увижу радость и свежесть на твоëм лице, я не успокоюсь!" "Ты слишком щедра..." Процедил сквозь зубы Ло. Когда-то он подал резюме в эту больницу, надеясь избежать "заботы" от Дофламинго, зная о неподкупности еë директора. В итоге он страдал от заботы этого же директора. И вставшая за его спиной команда поддержки не облегчала его головную боль. "Не мучайте нашего начальника, Докторина! Он же умрëт без работы! Не надо! Требуем работы на дом! Помиловать! Помиловать!" Кричали они прямо им на ухо. "А ну заткнитесь! Иначе вам его пропавшие смены накину!" Вся команда сразу икнула и, извиняясь, скрылась из виду. Ло тяжко вздохнул. К сожалению, против потока его гордых интернов, шëл ещë один хороший врач этой больницы. "Йой! Неужто ты влип?" Марко помахал им рукой, приближаясь. "Пятнадцать дней - это много" Ло сказал, надеясь заручиться у него поддержкой. "Разве ты не любишь отпуска? Боже, трудоголик до мозга костей!" Марко снисходительно улыбнулся. Докторины скрестила руки на груди. "Таков прохвост. Горбатого только могила исправит! Ты знал, что можно умереть от стресса?" От еë строгого зырканья Ло зарычал. Странно, кажется, он понахватался этого у Кида. Ну и ну. Он становится таким же идиотом. "Йой, не надо драться! Я вполне уверен, что могу переубедить тебя, Ло" Марко хитро посмотрел на него, насколько позволяли прикрытые глаза, "Ты ведь о мужьях сейчас подумал, да? У тебя всегда такое расслабленное лицо при мыслях о них. Я уверен братишка Эйса и тот здоровяк будут рады, что смогут проводить с тобой больше времени, йой" Ло сдвинул брови от чужой хитрости. Этот мужчина был мудр, что вызывало уважение и страх. Никогда не знаешь, когда этот сорокалетний опыт может быть использован против тебя. "Эхх, ты знаешь мои слабости..." Ло тяжко вздохнул, "Докторина всë равно меня за шкирку отсюда выкинет. Так я хотя бы не рискую упасть в грязь лицом" За согласие он получил довольную улыбку Марко. В итоге всë-таки его лишили работы.

***

Ло зашëл домой без слов, кидая ключи на тумбочку. Весь мир плыл и темнел от боли. Всë снова покрылось световыми пятнами. Мигрень - такая страшная напасть, в ходе которой даже от простого стояния или вздоха голова отзывалась болью. Он просто упëрся ненадолго о тумбочку, терпя агонию, кипящую внутри. Что-то там точно рвалось. Словно бумага, которая по каким-то уникальным причинам имела нервные окончания. А так же бессмертие. Еë для начала рвут. Потом измельчают. Собираются всë обратно. А потом снова рвут. И измельчают. И собирают. И рвут. И мельчат. И... "Эй, ты в порядке?" У Кида слишком громовой голос, чтобы не сжаться сильнее от ещë одного болевого импульса. Ло с трудом разжал глаза, чтобы посмотреть на ослепляющее окружение. В ушах звенит, и этот звон тоже становится причиной боли. Просто убейте его прямо там... "Ясно, нет" Кид пожал плечами сквозь дымку, прежде чем уверенно подойти к нему. На секунду у Ло возникли сомнения. Тревожные мысли о том, что Кид сделает ему больнее, чем сейчас. Он чувствовал себя отвратительно за такие мысли, но это уже был обычный их поток. "Юстас-я..." Он выдохнул, желая объяснить, отделаться от нежелательной заботы, но губы еле произнесли чужое имя, которого Кид чудом услышал. Мир Ло потемнел, прежде чем он оказался на сильных руках своего мужа. "Знаю, Траффи..." Кидов тембр голоса спал до урчания, губы коснулись вспотевшего веска. Ло был готов умереть прямо там. Что-то ему совсем плохо. Внутри всë пульсирует, проталкивая боль по голове. Она колотилась там. Билась, словно живая. Из-за неë в глазах всë мерцало, предметы начали удлиняться, сужаться, даже Кид казался искажëнным. Всë проходило мучительно долго. Когда веселишься время проходит так незаметно, но стоит треклятой мигрени появиться, как один шаг будто занимал час. Ло даже не знал, как в автобусе не умер: всë гремело, пахло, мелькало, болело... Просто оставьте его. Не мучайте. Дайте ему просто умереть. Когда он открыл глаза вновь, то увидел ничего, кроме полнейшего хаоса. Объекты смешались в непонятные формы, словно кляксы на холсте, под ужаснейшее звукового сопровождение. Всë было настолько плохо, что он мог слышать образы. Всë было в тумане, словно этого и не происходило вовсе. Единственное, что осталось это импульсы боли. Как же больно. Ло вытянул руку в эту смесь и ухватился за что-то. Ткань. Знакомо пахнущую металлом и едой. Запах заставил его отстраниться, пытаться упасть на пол. Сквозь не распознаваемые звуки и образы, он услышал разговор. А затем его передали. К тому моменту Ло уже не мог осознавать, что его забрал Луффи. В его руках он выглядел слишком громоздко, но секрет в том, что его муж - пожарный и не таких людей переносил на руках. К тому же отсутствие каких-то резких запахов от него легко объяснялось его недавним походом в душ. Они всë же не ожидали, что Ло придëт так рано. Вероятно, Докторина выгнала его именно из-за мигрени. "Глупый Траффи. Всë ещë работаешь, не жалея сил" Луффи нежно промурлыкал, неся его наверх. Кид чувствовал себя неудобно за то, что пропах своими обычными запахами, из-за чего раздражëнно стоял в стороне. "Видимо, на моих руках ему комфортнее, Колючка!" Луффи злорадно посмотрел на Кида, возвышающегося рядом. "Пасть заткни!" Перекидываясь тихими препираниями, они доставили Ло наверх к спальням, которых у них было три. Этот дом ранее принадлежал Луффи и его братьям, но после смерти Эйса оба оставили его на некоторое время. Вернулся Луффи туда только, когда поженился. К тому моменту Кид жил с Киллером в их холостяцкой квартире, а Ло - в общежитии подальше от своей семьи, так что переезд к Луффи был логичным решением. Сейчас комната Луффи была переделана под их общую спальню, комната Сабо - в мастерскую Кида, а комната Эйса - в их своеобразную комнату паники. Эта комната хранила что-то уютное в себе, она успокаивала и давала собраться с мыслями. По крайней мере так было для Луффи. Для Кида она была чем-то вроде наказания, когда он слишком сильно выëбывался. А для Ло она была аварийной комнатой на случаи мигреней. Тихая и свежая. Она была идеальна для его пульсирующуей головы. Поэтому когда Ло очнулся во второй раз, то сразу предположил где он находится. Рядом с ним всë хозяйничал Луффи. Вокруг него были разложены таз с прохладной водой, куча таблеток и аптечка, из которой они взяли все нужные медикаменты. Кид, - повëл себя зрело в кои-то веке, - сидел на стуле у входа с полотенцем на плечах, чтобы мытые волосы не пачкали его кофту. Если ему не больно думать, значит мигрень спадала. Это хорошо. Повезло же не мучаться с ней долго на этот раз. Обычно Ло переживает еë на ногах, если ему, конечно, позволяет ситуация. Его режим когда-нибудь добьëт его окончательно. Заметив на себе взгляд, Луффи повернулся к нему лицом, до этого пытаясь преператься с Кидом одними только губами. Его щëки сразу растянулись в радостной улыбке, но он ничего не сказал, лишь выжимая лишнюю воду из тряпки. Компресс сразу лëг на вспотевший лоб Ло (или же лоб просто был мокрым?), и небольшие капли стекли по его вескам. Воспоминания были мутными, хотя казалось, что мучался он достаточно долго. Такое божественное дарование, забывать о большей части боли прямо после того, как она прошла. Все воспоминания начали и без того путаться и стераться, создавая лишь непонятные клубки информации. Кажется, он помнил, как его положил на кровати, как вечно тëплые руки Луффи поглаживали его, как Кид, не смотря на свою обычную безответственность, принëс всë необходимое, оказывая то количество поддержки, которое мог со своей проблемой с запахом. Очень возможно, фигурировали медикаменты, потому что сейчас он чувствовал, как напряжение в голове медленно спадало. И Ло чувствовал себя уставшим, - обычная реакция организма на прошедший стресс. Он прошëл через многое, но была ли стрессом только мигрень? Ему реально нужно пересмотреть свой график. "Как долго я уже лежу?" Он решил спросил, пока ещë был способен. Убедившись, что говорить уже можно, Луффи выдохнул, словно всë это время сидел с кляпом во рту. "Где-то... Мм... Много!" "Два часа, Траффи" Кид крикнул со своего законного места. Он поднялся и осторожно, почти что подкрался к кровати поближе. "Так... Как ты себя чувствуешь? Всë ещë хочешь умереть? Хочешь расплакаться или... Признаться нам в своих чувствах?" Кид перечислил, махая рукой. Эти вопросы звучали настолько конкретизированно, что Ло опешил, прежде чем прийти к разочарованному заключению. "Что я говорил эти два часа?" Кид ехидно ухмыльнулся. "Ты реально хочешь знать? Эти двух часов достаточно, чтобы собрать компромата на тебя на всю жизнь!" "Разумеется!" Рыкнул Ло, жмурясь от своего же крика, "Ты будешь подкалывать меня после, поэтому я как минимум хочу знать за что именно" Если честно он уже пытался пораскинуть мозгами о природе своих... Завываний. Хоть его воспоминания и были в дымке, но он точно помнил о чëм-то похожем на желание умереть. К тому же его щëки почему-то через чур горели. Тем временем Луффи положил ему голову на живот, грея его своим теплом. Чëрные бусины идеально круглые были слишком манящими, чтобы отвернуться от них. "Траффи много плакал и стонал" Он констатировал, не отрывая и не меняя взгляда. "Оу..." Ло принял к факту. Что ж, по крайней мере это не было чем-то очень компрометирующим. Но Кид, более цепкий до унизительных подробностей, продолжил перечислять его активность за эти два часа. "Да, ты бормотал, что хочешь умереть" Он сел на другой край кровати, "А когда я пошëл за водой, ты умолял меня не уходить. Блин, Трафальгар, я знал, что ты меня любишь и всë такое, но чтобы так!" "Что плохого в том, чтобы желать своего мужа рядом?" Ло смущенно отвëл хмурый взгляд. Кид редко смеялся не злорадно. Но когда всë же давал себе волю повеселиться, то звучал очень тепло, не смотря на его вечный рычащий тембр. "Ха-ха-ха! Ничего! Я просто польщëн, вот и всë!" Кид широко улыбнулся, так же тепло, как и засмеялся. Его черты непривычно смягчились, казалось, жëлтые глаза приняли оттенок солнца, а не вечного пожара, а улыбка расслабилась в такое положение, которое было невероятным для Юстаса Кида. Его органическая рука взяла вялую руку Ло, и он подумал, что может заснуть прямо так. Родная рука большая и мозолистая, но тëплая, сухая, как листья осенью. На костяшках ещë затягивались глубокие шрамы, вены вздувались над костями, а красный лак уже облез. "За что ты извинялся перед нами, Ло?" Он спросил неожиданно, что вырвало Ло из дымки. Ах... Да. Он помнит. Помнит, как извинялся перед ними. Хоть Луффи и Кид были занозами в заднице, он их любил. У Ло в жизни было мало радостей. Для начала был Флеванс, а затем он переживал болезнь в гордом одиночестве в приюте, и даже когда Кора-сан усыновил его, был Дофламинго, и вся его подростковая жизнь была полна тревоги и токсичного абьюза. Он никогда не забывал, как ходил наперекор желанию Доффи контролировать его. Госпиталь, в который он устроился работать управляется самой неподкупной женщиной этого города. Он никогда не давал себе получать что-то за просто так. Его научили тому, что ему легко, благодаря влиянию Дофламинго. И дело-то в том, что дядя был настолько назидающей личностью, что Ло наверное до конца жизни не даст себе спуску. Нет, он не будет сидеть, спустя рукава. Не нужны ему подачки или особое отношение. Он не будет таким, как Дофламинго! Он вырвется из его плена. Возможно для кого-то он был похож на метеорит. Ло просто так ярко горел, только чтобы не оставить ничего после себя под конец. В конце концов он чуть ли не дал себе быть таким же, как и Дофламинго. Безвольный мальчишка в золотой клетке, который хотел лишь немного контроля в своей жизни... Вырос в контролирующего трудоголика. "Ты такой смешной, Траффи!" Луффи засмеялся при их второй встрече, "Все люди здесь веселяться. Один ты вечно напряжëн" Он взял его за руки, не давая возможности возразить. Панк Хазард был холодным, но вопреки этому руки Луффи были и остаются тëплыми. "Ты знаешь, о чëм я думаю? О супе!" Луффи облизнул губы, "Пошли! Санджи готовит такие вкусные блюда!" Суп был вкусным. И в кои-то веки, Ло дал себе немного расслабиться. Почему-то в компании Луффи он вечно давал себе расслабиться. "Какое сильное плохое влияние" - подумал он тогда. А он когда-то пытался избегать Луффи, как чумы! А Кид вообще... Если Луффи любил провести хорошее время и потрогать его там, где не надо, то Кид любил их баловать, чëртов психопат! Не нужны ему были его подачки! Ну почему он это делает!? "Потому что ты это, блять, заслужил! Не будь гнидой, расслабься, Трафальгар! Я дарю подарки ради дарения подарков, а не ради какой-то выгоды. Это просто хуйнюшка, сделанная от всего сердца специально для тебя!" Кид всегда был ехидной сволочью, любящей его подколоть. Вот только его подарки всегда были в точку. Заставляли Ло чувствовать себя странно и нужно. Он чувствовал себя особенным рядом с ним. Будто его кто-то воспринимал, как личность с еë потребностями и желаниями... И надо же было Киду простоять в очереди, чтобы получить автограф на премиальном томе "Соры. Война Моря" от его автора. Причëм Кид терпеть не мог этот комикс. И Ло готов признаться, что он начинал говорить о Соре, когда особенно не желал терпеть Кида рядом. Просто... Почему!? Ни это ли самое грязное, что с ним могли сделать!? И он так нервничал, когда знакомил их с Коразоном, потому что, пришедший без приглашения Дофламинго так жирно намекал, что заплатил им. И Ло всю неделю не мог спать нормально, тревожась по этому факту. Неизвестность пугала его, но с каждым днëм всë больше и больше убеждался, что их чувства искренни к нему. Раздумия о том, о чëм он мог извиняться почти что ни к чему не проводили. Скорее он извинялся за то, что живëт. Он не заслуживает их. Почему они полюбили такого лузера, как он??? "Готов поспорить, что, наверное, это нечто глупое" Сказал Кид раздумывая. Он сменил положение на полулежачее, а его подбородок лëг на грудь Ло. "Без обид, но ты любишь извиняться за что-то глупенькое, за что мы абсолютно не злимся" Недоумевая Ло поморщился. На что он намекает? На то, что его чувства - глупости? На то, что - он лишь шут гороховый? Или он всë надумывает. Давление на голову появилось вновь. "Кажется, там что-то было..." Луффи отвëл взгляд на минуту, чтобы подумать, а потом вернул его обратно со своим щенячьим выражением, "Ты думаешь, что подводишь нас, Траффи?" "Я..." Ло отвëл взгляд. Как им сообщить это? Докторина выперла его на целых 15 дней. Это был самый огромный отпуск, который он когда-либо брал. Без какого-либо доступа к получению Как это отразится на их финансах? Что они подумают? В этом месяце они многое потратили на еду, - Луффи ест много, а Кид - ещë больше. Если Дофламинго узнает, то по-любому начнëт звонить, - в принципе, из-за этого он и схватил небольшую паническую атаку по пути домой, из-за чего усилилась мигрень. Он не хочет его тупых подачек, но и не хочет, чтобы его мужья тащили его. Что ему делать? Что говорить? Что они подумают? "Трафальгар, ты надумываешь" Прервал его Кид, приближаясь к его лицу сильнее. Мягкий поцелуй в его бороду, а затем и игривый укус заставил Ло недовольно поморщиться. К забаве присоединился и Луффи, нависая над ним, но в отличие от Кида он предпринял смелый ход, - поцеловал в губы. Голодно и жадно. Он всегда видел в них очередное лакомство, чтобы съесть. Что ж, Луффи любит еду больше всего на свете, так что никто не возражает (нет, все возражают). "Эй, нечестно!" Кид рыкнул, подтягиваясь ближе, чтобы поцеловать его тоже. Они оба поцеловали его в разные уголки губ одновременно, в порыве своих обычных сопернических побуждений. Иногда они ведут себя, как два малыша, но в большинстве случаев их желание померяться силами заставляло их идти дальше. К тому же они уже давно перестали делать из этого смертельные поединки. Скорее дружеские матчи, чтобы понять, кто сегодня батька. И очень часто эти поединки крутяться вокруг их единственного стоящего приза, - Ло. "Вы, ребята, такие невыносимые" Трафальгар раздражëнно вздохнул. Луффи раздражëнно цыкнул. "Заткнись, Траффи! Это ты невыносимый! Думаешь, что подводишь нас и трудишся, как проклятый!" Луффи посмеялся со своей улыбкой, "Траффи всë ещë такой глупенький!" Они оба начали перемещаться по обоим сторонам одноместной кровати. В результате небольших трудностей, Ло оказался лежать на груди Кида, а Луффи - сохраняемый от падения его сильной рукой. "Юстас-я?.." Ло удивился. "Ты всегда думаешь, что если ослабишь свою хватку, то всë пойдëт по пизде. Это не так. Всë пойдëт по пизде тогда, когда ты начнëшь падать в обмороки от недосыпа и стресса. Ло. Отдых. Только посмей пойти на работу раньше, чем отдохнëшь, и я клянусь, я заберу тебя в отпуск ко мне на родину" Кид строго приказал, и только тогда Ло понял, что его держит на месте объятие Луффи. И надо же было им быть такими тëплыми. Под грудью Кида спокойно билось сердце. Он был в порядке. И Луффи тоже был в порядке. Его мигрень отдавалась лишь лëгкой пульсацией. Сон приходил быстро. "Извините... Извините, что я иногда такой дурак" "Мы тебя прощаем!" Луффи засмеялся. "Может заодно извинишься за то, что так не любишь себя?" Кид спросил, но когда Ло открыл рот, чтобы сказать что-то, он сразу передумал, "Хотя нет. Тогда нам придется давать тебе вдвое меньше любви! Я не хочу так! Ты такой очаровательный, когда мы тебя залюбливаем" Ло возмущëнно посмотрел на него, но возразить не дал стойкий румянец, из-за которого ему пришлось спрятать лицо в горячей груди. "Вы...." Кид хотел сказать что-то ещë, раз уж такая забава появилась. Вот только его смущëнный муж уже издавал лëгкое сопение, и была видна только его чëрная макушка с такого ракурса. Кид посмотрел на Луффи с широко раскрытым ртом. Оба смотрели друг на друга в полном шоке. Их Траффи заснул так быстро. Наверное, очень устал. Оба радостно улыбнулись, наслаждаясь тихим сопением своего мужа, пока не заснули сами. Ло порой мог быть своим самым сильным ненавистником, благо у Кида и Луффи найдëтся достаточно любви, чтобы зацеловать всю ту боль, что есть у него и в голове и в сердце.