Долго не замечавшие друг друга соседи

      Рагнавиндр проснулся от того, что на его голову положили руку. Это точно был не отец. Можно было понять по размеру руки. Слишком маленькая для мужской. Он сел, посмотрев на того, кто был рядом с ним. Это была женщина. Блондинка с янтарными глазами, которые больше напоминали цветное стекло. Она убрала руку от него, не снимая легкой улыбки с лица.       —Мам?       Женщина поставила, соединенные в замок, руки себе на колени.       —Привет, я соскучилась.       И снова этот сон. Ему уже не впервые приходится видеть его. Это был точно третий раз.       —Рада тебя снова видеть. Как у тебя…       —Уходи – прервал он её. Она ничего нового не скажет.       Её трупный взгляд стал удивленным. Улыбка сползла с лица.       —Ты прогоняешь меня? – женщина поставила руку на его плечо – Неужели ты не скучал по мне?       —Прошу, уходи – Дилюк убрал с себя её руку, отодвинувшись назад – Я не хочу тебя видеть.       —Но почему?       —Тебя больше нет.       Она издала слабый смешок.       —Что ты такое говоришь? Я же здесь, разве не видишь, дорогой?       —Это не ты, это плод моего воображения.       —Люк, что на тебя нашло?       —Не вздумай мне доказывать обратное. Ты даже выглядишь неживой. Как и должна…И не называй меня так больше.       —Это уже слишком…       —Прошу, уходи, пожалуйста. Я правда больше не хочу тебя видеть здесь.       —Неужели ты отказался от меня после смерти, Люк?       Рагнавиндр закрыл уши, опустив голову. Дальше слушать её не было желания. Она так и продолжит на него переводить стрелки.       —Пожалуйста, замолчи и уходи.       —Но… - её даже сейчас было хорошо слышно.       —Хватит! – он перешел на более громкий тон – Я только привык к жизни без тебя! Хватит донимать меня.       Орать на кого-то во сне, ничем не отличалось от реальности. Также в горле и во всём теле появлялось сильное напряжение, а кровь гнала по венам.       Женщина обняла парня со спины. Эти все движения и прикосновения ощущались по-настоящему. Как назло, именно такие неприятные сновидения только так и чувствовались. В самый первый раз, он даже поверил, что на самом деле, мать не погибла вовсе. Но это был простой сон.       —Неужели ты по мне не скучаешь? Я вот очень. Мне вас не хватает…И не хватало при моей болезни.       —Поверь, нам тоже, но прекрати. Уходи, пожалуйста.       —Не прогоняй меня.       —Прошу…       —Ты опять за свое.       Дилюк с силой оттолкнул ее от себя.       —Прекрати. Не хочу тебя видеть.       —За что? Я же…       —Уходи прочь! Не желаю тебя никогда больше в жизни видеть!       *       Дилюк проснулся, резко сев. Он быстро осмотрелся, активно вдыхая воздух, которого не хватало. Никого. Только он один в комнате, и больше никого.       Парень поставил руку на грудь, восстанавливая дыхание. Рукой он чувствовал, как сердце колотилось с большой силой и скоростью. Он достаточно быстро привёл мысли в порядок, тем самым успокоился. Рагнавиндр выдохнул с облегчением и вытер лицо от холодного пота.       «Её больше нет…»       Взяв в руку телефон, посмотрел на дату. Шестое января, шесть утра. Он сразу же отключил интернет и связь на телефоне. Ему не нужны сегодня смс и звонки от друзей и родственников, о том, как они сочувствуют, что его мать мертва. Итак тошно было в этот день, а эти звонки проще ситуацию не делали.       «Надо собираться»       Судя по тишине, Крепус еще не вернулся с командировки. Это хорошо. Он не любил, когда с ним кто-то находился в этот день.       Дилюк встал с кровати, подойдя к своему шкафу. Он достал оттуда свой черный костюм. Раньше парень использовал его для турниров по танцам. Но теперь он был предназначен только для этого дня. Повесив его на крючок, который висел на двери шкафа, направился в ванную.       Когда тот быстро привел себя в порядок, вернулся в комнату, оделся и заплел волосы в высокий хвост. Затем, всё-таки, включил обратно связь и вызвал такси.       *       На улице шел снег. На небе серые облака. Ничего не скажешь, обычная погода в зимнее время года. Рагнавиндр вышел из такси, поблагодарив водителя за поездку. После чего пошел по пустой дороге к уже знакомому маленькому магазинчику. Он вошел туда.       Прозвенел колокольчик, когда открылась дверь. Это был скромный магазин цветов. Он открылся несколько лет назад, почти возле кладбища. Крайне удобно для тех, кто идет посетить мертвых.       —Добрый день – сказал Дилюк, подойдя к девушке за стойкой, которая вела до этого какие-то записи – Я за заказом на сегодняшнее число.       —Добрый день – ответила та, посмотрев на парня – Поняла, скажите, на чье имя заказ?       —Крепус Рагнавиндр.       Девушка посмотрела в своей тетради все записи. Она пролистывала страницы, водя пальцем по исписанным строчкам.       —Ага, нашла. Подождите пару минут, сейчас принесу.       Девушка ушла на склад. Она принесла букет лилий, обернутые черной бумагой и завязанные красной лентой.       —Оплата уже была проведена – продавщица протянула цветы Рагнавиндру – Держите.       —Благодарю – тот взял букет в руки – До свидания.       —До свидания.       Он вышел из магазина. После чего направился на само кладбище. Оно здесь находилось сравнительно недалеко, поэтому можно было пройти пешком.       *       Рагнавиндр прошел по протоптанной другими людьми тропинке к его хорошо знакомому месту. Хоть был там нечасто. Он становился возле одной могилы. Та была вся усыпана снегом, из-за того, что к ней очень редко приходили. Только один раз в год, в день смерти. Правда, в первый год, они приезжали хотя бы раз в два месяца.       Дилюк вздохнул и начал отряхивать от снега всё. С надгробия убирал всё голыми руками, отчего они промерзли, и кожа слегка покраснела, а большие сугробы, с земли вокруг камня, убирал лопатой. Остатки же просто подметал метелкой, которая тут лежала круглый год. Специально привезли все инструменты в первые месяцы захоронения, чтобы не таскать на постоянной основе.       Сделав это всё, он встал на колени, убрав из двух ваз сильно завядшие цветы. Это уже растениями сложно назвать. Остались только засохшие ветки, без цветов, и вымокшая оберточная бумага, с дырами. Он поставил новый букет в одну из ваз. Другая была предназначена для отцовских цветов.       «Уже третий год пошел»       Тот опустил взгляд в заснеженную землю и просто думал о своём. В основном, вспоминал моменты, когда мать ещё была жива. Так можно было проявить уважение погибшему родственнику.       Воспоминания лезли разные в голову. Например, как она повела его в новую школу, когда ему исполнилось шесть лет. Сама при этом она переживала за своего сына, сильнее его самого. Отец тоже хорош был. Распереживался так, что домой пришел с плохим самочувствием.       Хорошо запомнился момент, когда впервые выходил с турнира с серебряной медалью, в тринадцать. Родители тогда ревели от радости, что их сын занял что-то существенное за столько лет тренировок. Особенно мама. Она просто упала на колени после фотосессии и сильно обняла мальчика за талию, чуть ли не задушила. Лиза с Джинн до сих пор с улыбкой вспоминают, как они еле успокоили родителей его.       Дилюку также запомнился то, как его мать переживала, когда тот после одного турнира слег в больницу с переутомлением. Всё-таки учеба в школе на отличие и нахождение одновременно в нескольких секциях по разным хобби, приводило к сильной усталости. Она сидела с ним, держала за руку, и напевала что-то себе под нос. Это успокаивало.       И отлично помнил то, как её увозили на скорой с первым обострением болезни. Больше она дома не появлялась. С ней можно было находиться, только в палате.       Рагнавиндр на миг посмотрел на надгробие, почти сразу же опустив взгляд. Смотреть на портрет матери на надгробии было всё также неприятно, как и в день похорон. Мало верилось до сих пор в то, что она погибла. Всегда казалось, что она не может умереть так рано. Хотя в жизни бывает и так, что даже ровесники Дилюка оказывались под землёй. Да даже младенец может погибнуть в своем раннем возрасте.       Но когда касалось родных, эти устои жизни и смерти казались невозможными. Всегда крутилось в голове: «Это же моя мама. Она не погибнет так рано. Ей ещё жить и жить до старости».       «Только вот, так не работает в реальности» - подумал Дилюк, глядя в снег на земле.       Гробовая тишина немного напрягала. Многие посетители кладбища прерывали её разговорами с мертвыми и оплакиванием погибшего.       Парню это было незнакомо. Разговаривать с надгробием для него казалось странным и угнетающим. Ему итак тяжело принимать смерть близкого человека, а если он будет говорить с мертвым, это станет невыносимо. Возможно, с кладбища он бы не вылезал.       Оплакивание погибшего вовсе не приходило никогда. У Рагнавиндра было такое состояние, что ему просто стыдно показывать свои эмоции, чтобы не показаться тем, кого что-то сломить. После одного случая, после смерти матери, он вовсе закрылся, чтобы никто им не вздумал пользоваться его положением.       Дилюк почувствовал, что немного стало холодать. Он натянул на рот шарф, сильнее укутался в пальто и сел спиной к надгробию, подтянув колени ближе к себе и поставив на них руки. Парень опустил голову на них, смотря в никуда.       *       Рагнавиндр потерял счет времени. Хоть он просто смотрел вдаль и уже почти не думал ни о чем, время летело с невероятной скоростью. Это Дилюк понимал по окружению. Пока он сидел возле могилы матери, мимо проходили еще несколько людей. Со стороны слышались грустные разговоры и всхлипы, которые прерывали тишину кладбища. Ещё бывало проскальзывали детские голоса, которые спрашивали: «А что мы здесь делаем? Почему ты плачешь?»       Это было похоже на него самого, когда только захоронили мать. Он почему-то вообще не понимал, что происходит, и почему люди вокруг так страдали над куском камня.       Вдруг к нему подошел кто-то. Подняв голову, парень увидел Крепуса. Весь в черном, и букетом цветов в руке. На нем также были кожаные перчатки, которые подарила ему когда-то мать, в честь повышения на работе. Она их сшила сама. По ним было отчетливо видно, что шить женщина вообще не умела. По швам можно было даже увидеть маленькие дырки, где не проходились нитью, или места, где проходил кривая линия с двумя строчками нитей. Но несмотря на это, до сих пор перчатки являются самым ценным подарком для Крепуса, поэтому носил их в исключительных случаях. Например, на крайне важные встречи компании, или, как сейчас, на кладбище.       —Привет – сказал тот вполголоса. На его лице появилась слабая улыбка.       —Привет, пап – Дилюк вновь опустил голову на колени.       Ему не хотелось сейчас никого видеть. Просто сидеть здесь до вечера в полном одиночестве.       —Знаю, что ты против того, чтобы я приходил, когда ты с ней, но подумал, что заберу тебя после…       —Хорошо – тот поднялся на ноги, не дослушав, и отряхнулся от снега – Всё равно я здесь с утра сижу, уже хватит.       —Не замерз столько сидеть?       —Нет.       —Подожди меня в машине. Она открыта. Я… - он посмотрел на надгробие – скоро подойду.       —Я подожду, сколько тебе потребуется. Не торопись, если надо.       Дилюк ушел к парковке при кладбище. Сев за пассажирское переднее сиденье, он поставил голову на стекло машинного окна, смотря на улицу. Он даже не заметил, что усилился снегопад. Он был такой же сильный, как и в один из дней посещения к матери. Она тогда сказала: «Помяните мое слово, дорогие мои, что когда я выйду из этой чертовой палаты, пойду под ливень или снегопад на улицу. Буду прыгать по лужам и лежать в снегу, как ненормальная, но зато буду самой счастливой женщиной на свете».       «Жаль, что этого так и не случилось, мам» - подумал тот, выпрямившись – «Меня заносит. Пора прекращать это вспоминать. Её уже нет, чтобы по ней так страдать»       Крепус вернулся спустя полчаса, сев за руль. Они тронулись с места. Всю дорогу они ехали молча.       *       Они приехали к шлагбауму микрорайона. Крепус остановил машину возле будки охраны.       —Мне нужно будет ненадолго уехать на работу – он посмотрел на Дилюка уставшим взглядом. Видно, командировка далась тяжело – Дойдешь до дома? Снегопад вроде немного стих.       —Да, без проблем – дернул плечами парень, поставив руку на ручку двери машины. Но та еще была закрыта.       Мужчина тяжело вздохнул.       —Дилюк, может хоть что-то...       —Нет – перебил его тот, зная, что он будет говорить. Каждый раз он говорил об одном и том же.       —Но почему? Думаешь, ты делаешь себе проще, когда просто закрываешься в себе? Ты даже на её похоронах…       —Я говорил много раз, что не стану. От своих слов не отказываюсь.       —Может, просто...       —Нет, значит, нет – Дилюк скрестил руки на груди, переходя на более раздраженный тон голоса – Разве непонятно? Или мне на другом языке выражаться?       —Просто знай, что если просто закрываешься от всех с этим, тебе лучше не станет от этого.       —Больше не желаю тебя слушать. Открывай машину.       —Если ты не хочешь говорить со мной, то давай наймем кого-то. Ты же знаешь, что мне…       —Я смирился, понятно? Мне не нужна ничья помощь, а особенно твоя. Если ты не смог свыкнуться с тем, что её больше нет, то не перекидывай свои проблемы на меня, ясно? – Дилюк раздраженно посмотрел на Крепуса. Тот был в шоке от услышанного. Парень понял, что наговорил лишнего – Я пойду. Удачи на работе.       Мужчина молча открыл машину, нажав на кнопку в двери с его стороны, а Дилюк быстро вышел на улицу. Крепус после этого сразу же выехал на дорогу.       «Что на меня нашло вообще? Зачем так сорвался? Он же просто помочь мне пытается»       Тот медленно пошёл к дому. Сейчас туда мало хотелось, но и на улице находиться в такую погоду не было желания.       —Эй, Дилюк!       Дилюк повернулся назад, услышав знакомый голос. Это был Кэйа. Рагнавиндр слегка улыбнулся и махнул рукой. Он подождал, когда тот подойдёт к нему.       —Привет – с улыбкой проговорил тот, махнув рукой – Снова ездил на работу?       —Да нет, я ездил...по делам. Ты-то сам откуда идешь?       —В магазин родители послали. Пришлось идти, а так не хотелось.       —Удивительно, что не хотелось тебе. Ты обычно у себя дома долго не любишь находиться.       —Сегодня исключение. Я играл за ноутбуком очень углубленно. А тут мать заходит и просит съездить в магазин за продуктами. Как бы я отказался помочь ей? Вот и пришлось оторваться.       —Ясно. До дома вместе?       —Естественно. Было бы странно, если нет. Мы же всё равно в одном направлении идем.       —Ну, да. Но спросить надо было.       Они пошли по заснеженной дороге дальше. Снег всё также медленно падал на асфальт. Ветер стих до того, что он просто едва передвигал снежинки по воздуху.       «Интересно, а зачем я скрыл от него, откуда иду? Ему наверняка эти двое рассказали уже о том, что сегодня за день»       —Думаю, тебе уже известно, что я на самом деле ходил на кладбище, верно? – Дилюк повернул голову на Кэйу. Он явно не ожидал, что тот скажет что-то подобное – Что ты так на меня смотришь? Я в курсе, какие мои подруги болтушки.       —Честно, я думал, что ты очень разозлишься на них за это, поэтому не стал ничего говорить. Тем более, они сами просили виду не подавать.       —Я бы их убил, если бы они рассказали лицам, которым у меня нет доверия – Рагнавиндр скрестил руки на груди, улыбнувшись – А мы с тобой даже разговаривали на эту тему, так что, зачем от тебя это скрывать.       —Приятно знать, что ты мне доверяешь такие секретики.       —После всего, что с нами было, это само собой разумеется. Ты же мне тоже много своих скелетов в шкафу раскрыл.       —И то верно.       Они молча прошли на свой переулок. Дилюк прервал тишину:       —Можно, пожалуйста, тебя попросить кое о чем, Кэйа?       —Конечно, говори.       —Можешь просто побыть со мной. Недолго.       —Да даже если надолго, я не против.       —Спасибо. Только занеси пакет, чтобы родители не злились на тебя. Я буду на крыльце своём.       —Хорошо, жди, скоро буду.       *       Дилюк сидел на краю входного крыльца и просто смотрел на заснеженную отмостку дома.       Альберих пришёл довольно скоро. Он устроился рядом и просто сидел молча. Даже также смотрел непонятно куда.       Рагнавиндр не пожалел, что его позвал. Многие с ним пытались заговорить, поддержать и заводили эту тему сами. Ещё и начинали свои истории рассказывать. Да так, что Дилюку приходилось их успокаивать от истерик. Поэтому мало хотелось всегда делиться с кем-то какими-то проблемами.       Но почему-то именно с Кэйей захотелось попробовать. После одного такого разговора по душам, стало очевидно, что он мог его спокойно выслушать и понять. Хоть Рагнавиндру было стыдно заводить такой разговор с человеком, у которого самого проблем выше крыши, но он вскоре прервал гнетущую тишину, решившись на этот шаг:       —Недавно я видел сон с моей матерью. Каждый раз, когда скоро наступает 6-е января. Для меня это равносильно кошмару…Я вроде смирился с её смертью, но почему-то иногда также плохо, как было в первые дни.       Повисло короткое молчание. Всё-таки, говорить о своих проблемах.       —В первые разы, я её не стал прогонять. Когда просыпался, мне было настолько плохо, как не было никогда. Даже пытался руку приложить к себе, но отец не дал... А недавно, я пытался её прогнать. Но мне всё равно хотелось, чтобы она осталась. Когда я проснулся, очень пожалел, что так говорил во сне, но при этом, внушал себе, что пора смириться и всё...       Снова повисла тишина.       —Рано она ушла из жизни. Даже свою мечту не исполнила, которую говорила в больнице.       —Какая она была?       —Она хотела после выписки пройтись в ливень или снегопад на прогулку. Ей хотелось повести себя, как маленький ребенок. Многие приняли бы её за сумасшедшую, но только мы с отцом понимали бы, что она в этот момент была бы самым счастливым и свободным человеком на свете после выписки…Теперь эта мечта вместе с ней и закопана.       Альберих поставил голову Рагнавиндра на своё плечо, оставив руку на макушке. Он ничего не сказал, просто сидел так. Простой жест, но от него стало будто теплее в зимний холод, и как-то легче стал осадок довольно неприятного разговора для него.       *       Дилюк отпрянул от Кэйи, закрыв глаза рукой. После чего отвернулся. Он не был уверен, что держал чувства достаточно хорошо сейчас. Он чувствовал, как глаза немного щипало.       —Повернись, будь добр.       Дилюк послушался. Кэйа поставил руки на щеки парня.       —Кто-то мне говорил, что скрывать свои чувства плохо, а сам в итоге делает противоположное – тот улыбнулся – Я осуждать никогда это не стану, только поддержу, если нужно. И ты это знаешь. Должен, по крайне мере.       Рагнавиндр тоже слегка улыбнулся.       —Благодарю за поддержку. Я иногда просто сам не знаю, когда могу расчувствоваться - он провёл пальцами по глазам, которые были немного влажные.       Альберих поставил руку на его плечо.       —Если тебе понадобиться платочек для слез, я к твоим услугам – он поставил на грудь руку, гордо подняв голову – Я отлично справляюсь с этой ролью, поверь мне.       —Да иди ты – тот толкнул того локтем в руку.       —Эй, я то есть поддерживаю, а ты меня посылаешь? Как некрасиво с твоей стороны.       —Ты иногда такой же. Так что квиты.       —Прям уж, не ври.       —Любитель врать здесь точно не я.       —Ах ты…Ладно, один один.       К дому припарковался автомобиль. Очевидно, что это приехал Крепус. Кэйа поднялся на ноги.       —Я пойду, наверное, не буду вам мешать. Обращайся, если помощь нужна будет…Здравствуйте – поздоровался с мужчиной он.       —Здравствуй, Кэйа – поздоровался тот, выходя из машины и закрыв её – Уже уходишь?       —Да, мне уже пора домой.       —Давай тогда. Заходи, как будет время.       —Разумеется. До свидания.       Альберих скрылся из виду. Крепус посмотрел на Дилюка, подойдя к нему. Тот в свою очередь поднялся на ноги.       —Прости за то, что нахамил тебе недавно – он виновато опустил голову – Это было слишком с моей стороны. Учитывая то, что я знаю про то, как тебе плохо без неё.       Мужчина поставил руку на его макушку.       —Ты меня тоже прости. Начал говорить ерунду, не подумав…Ну, и у меня хотя бы был тот, кто помог мне выбраться из тоски, а я даже не могу отплатить тем же, из-за неумения – он слегка улыбнулся – Пойдём в дом, сын.       —Пошли, пап – кивнул парень, ответив той же улыбкой.       *       Кэйа вернулся домой. Он закрыл дверь на замок.       —Я вернулся – достаточно громко сказал тот, чтобы обитатели дома его услышали. Сегодня все были дома.       С кухни слышалась возня, а в гостиной работал телевизор. Судя по звукам, просто передача, которая крутила музыку.       —С возвращением. Ты как раз кстати вернулся – сказала Селда, стоя у плиты – Я уже поесть приготовила.       —Отлично, тогда переоденусь после.       —Давай тогда, мой руки и за стол.       Кэйа вошел в маленькую ванную комнату, которая находилась на первом этаже, ополоснул руки в умывальнике и собрал свои волосы в низкий свободный пучок. Вернувшись в кухонную зону, он сел за стол на своё место.       Лотар тоже сидел здесь. Сегодня он не выглядел таким угрюмым, как всегда. Рядом не стояла бутылка коньяка с высоким градусом. Мужчина просто сидел, тыкаясь в телефон. Оторвавшись от него, Лотар посмотрел на парня с улыбкой на лице.       —Ты смотрю в хорошем настроении. Что-то произошло хорошее?       Неожиданно было услышать такой тон от отца. Не холодный и грозный, а вот такой приятный и доброжелательный.       "Я потратил всю удачу за всю жизнь, что ли? Чего это он такой добрый?"       —Да так, ничего особенного – ответил тот спокойно – С другом только хорошо поболтали.       —Другом? Кто он?       Женщина поставила тарелки с едой каждому и села за стол тоже, вытирая руки об полотенце.       —Он к нам заходил один раз, вроде. Сын нашего соседа, Крепуса. Прекрасный мальчик.       —Такой мужчина, как он не мог воспитать другого. Виделся с ним. Он хорош.       —Согласна. Общалась с ним пару раз. Очень хороший.       Сегодня точно какой-то необычный день. Лотар говорил, про другого мужчину в положительном ключе. Обычно ему было неприятно обсуждать других при семье, но сейчас так легко об этом говорит. Ещё и не попрекает Селду за то, что она говорит хорошо про Крепуса.       Мужчина был крайне ревнив, поэтому он всегда срывался на женщину, когда та говорила про других представителей противоположного пола с хорошей стороны.       —Что ж, приятного аппетита всем – сказал тот, с удовольствием начав есть.       —Приятного - одновременно сказали мать и парень, приступив к трапезе.       Лотар, положив ложку еды в рот, издал довольный звук.       —Селда, еда сегодня на уровне дорогого ресторана. Просто объедение.       Глаза женщины аж засияли от радости. Ей всегда было приятно слышать комплименты от своего мужа.       —Что ты, всё вроде как обычно, ничего нового.       —Не говори так. Правда, вышло просто восхитительно.       Что сегодня за день был, неизвестно, но в таком прекрасном расположении духа обоих увидеть, было редкостью. Сейчас семья ощущалась, как семья, а не место, где тебе нужно контролировать каждое движение, чтобы кто-то не разозлился. Хотя чувство, что что-то не так, всё равно присутствовало, но не было таким ярким, как обычно это бывает.       *       На следующий день, Дилюк с Кэйей выбрались в город. Предложил Альберих под предлогом того, что Рагнавиндру нужно было пройтись после вчерашнего дня. Тот отказывать не стал. Сидеть дома не хотелось, поэтому то, что предложил его друг, было весьма к месту.       Они просто прохаживались по разным местам города. Они никого больше звать не стали, хотелось прогуляться только их скромной компанией. Тем более, что у других тоже были дела, судя по их чату. Итер, Эола и Лиза работали, Эмбер дедушку выхаживала после тяжелой лихорадки, Люмин дома своими делами занималась, а Джинн, наконец, устроила себе подработку мастера по ногтям. Она давно курсы закончила, но никак не рисковала работать с такой специальностью.       Ближе к вечеру, парни засели в кофейню, чтобы отдохнуть перед возвращением домой. Официантка принесла напитки, пожелав приятного вечера. Те поблагодарили её.       —О чем я говорил, напомни. Совсем из памяти вышибло.       —Так, ты вроде говорил, что твои навыки архитектора тебе всё-таки пригодились. И где же?       —А, точно – отпив немного кофе, Кэйа продолжил говорить – На самом деле, опыт весьма, как бы выразиться поприличнее, хреновый вышел.       —Давай подробнее, не юли.       —Да хорошо-хорошо. Мне человек один сказал спроектировать террасу к его дому. Он всё мне рассказал, как надо, я за три дня сделал то, что он хотел, всё подсчитал по материалам и собрал комплекты чертежей. И этот заявляет: «Слишком дорого, мне не нравится стиль, почему это вход на кухне». Я всё объясняю, почему всё вот так сложилось, и предложил всё переделать в краткий срок и под его четким надзором, а он просто послал меня и забрал чертежи, даже не заплатив.       —Да, опыт действительно вышел…эм…мало приятный.       —Мягко сказано, интеллигент ты мой – усмехнулся Альберих.       —Мне выражаться даже слабым матом стремно – Рагнавиндр сделал глоток из стаканчика – Особенно в людном месте.       —Чего так? Всем всё равно на это.       —Не в этом дело. У меня воспитание такое, поэтому даже не прикалывает выражать свои мысли с помощью мата.       —Ясно…Так, мы немного отвлеклись. Короче, после этого, я вообще боюсь представить, какого с людьми работать.       —Что поделать? Все профессии, так или иначе, связаны с работой с людьми. Скажи спасибо, что хоть иногда нормальные клиенты попадаются.       —Я это понимаю. Даже когда у наших одногруппников заказы на домашку беру, иногда кидают с оплатой, говоря, что позже вернут. Мне пока никто из таких, долг никто не отдал.       —Есть такие люди. Их или приструнять, или забивать на них. Я, например, всегда использую первый вариант. Частенько на отцовской работе меня просят что-то сделать за оплату. А потом в итоге отказываются платить. Но я быстро решаю вопросы с такими, через разные способы.       —Например?       —Или говорю их начальникам, что работа выполнена не ими, или сразу напрямую к отцу иду. Не хотят платить, я буду включать противного стукача, всё просто.       —Такое себе решение.       —Как они со мной, так и я с ними.       —Что ж, в этом полугодии снова напомню про долги. Пусть возвращают, как хотят. Я тоже своё время и силы трачу на выполнения их заданий.       К столику подошла всё та же молодая официантка. Наверное, даже ровесница им была.       —Что-то еще будете заказывать? – спросила та, улыбаясь обоим.       —Нет, принесите счет, пожалуйста – сказал Альберих.       —Хорошо, раздельный или общий?       —Общий.       —Хорошо. У вас наличные или безнал?       —Безнал.       —Отлично. Скоро к вам подойду. Пока готовьте оплату.       Девушка ушла к стойке. Кэйа же достал свой кошелек, достав карту.       —Эй, давай я хоть скину за заказ свой – предложил Дилюк.       —Так, свои деньги при себе держи. Я тебя пригласил, мне и оплачивать.       —Тебе охота, что ли, так много тратить?       —Для меня, это не так уж и много вышло, так что угомонись и сиди молча.       —Я потом тебе наличку в карман всуну.       —Больше не прокатит, так что цыц.              Официантка подошла к ним снова. Альберих заплатил, и она, пожелав хорошего вечера, ушла к другому столику.       —Ну что ж, теперь в наш «любимый» автобус. Если судить по расписанию, он скоро должен подъехать.       —Не советую на это расписание ориентироваться. Он бывает раньше приезжает.       —В такое время? Вряд ли. Даже позже может подъехать.       Они надели свои куртки, выбросили мусор и вышли на улицу. Кофейня находилась возле остановки, так что дойти до нее быстро не составило никакого труда.       —Спасибо за сегодня – сказал Рагнавиндр, повернувшись к Кэйе и улыбнувшись.       —Тебе надо было проветриться после вчерашнего, так что не за что – он достал из кармана кейс с наушниками – Что ж, кто сегодня музыкой управляет? Я новых треков накачал недавно.                                                                                       —У меня есть идея поинтереснее.       —Заинтриговал. Говори.       —Ты смотришь интервью с разными скандальными личностями? Например, блогеры, мошенники, ну, на крайняк, маньяки.       —Когда занят чем-то, отлично заходит.       —Не хочешь посмотреть, пока едем? Как раз есть один выпуск на час. Сегодня вышел. Хотел посмотреть, когда по домам разойдемся, но почему бы и не с компанией. Даже интереснее будет.       —Я полностью за.       —Тогда договорились – Дилюк достал из кармана куртки кейс с наушниками и взял их. Один вставил себе в ухо, а другой протянул Кэйе – Вот держи. Когда в автобус сядем, включу.       Тот кивнул, взяв наушник и вставив его себе в ухо. Автобус не заставил себя долго ждать. Занять сидячие места не удалось, из-за большого притока людей в транспорте. Поэтому они встали на задние стоячие места и просто смотрели видео с телефона Рагнавиндра.       *       Дорога вышла длинной, из-за пробки, которая вышла в результате аварии. Просто обычная стычка людей, которые оба нарушали правила. Парни вышли с остановки и направились домой.       —Ты заметил, как она себя вела еще? – спросил Дилюк с возмущением – «Может, вам чаю налить, а то замерзли, наверное»       —Да вообще капец. Будто не отсидевший маньяк-насильник перед ней сидит, а такой добренький дедушка. Был бы я на месте журналиста, в дом бы не пустил, с окна бы общались.       —И точно не на таких милых тонах.       —Во-во, да.       Дойдя до своих домов, они попрощались и разошлись.       *       Кэйа вошел в дом, закрыв дверь на замок. Сняв с себя куртку, повесил её на вешалку и достал кошелек с телефоном из карманов. На пол сразу же свалилась и купюра.       «Когда только успел подловить момент?»       Парень вышел из коридора. Родители сидели на диване в гостиной и о чем-то общались. Ещё и сидели в обнимку. Они поздоровались с сыном одновременно.       —С возвращением. Хорошо прогулялись? – спросил Лотар спокойно.       «Как же это на него не похоже»       —Да, но немного подустал. Наверное, сразу к себе пойду.       —Точно? – начала Селда – Не голодный? Я приготовила ужин, там на плите стоит. Если что можешь у себя поесть.       —Нет, спасибо, мам.       —Ну, тогда иди, отдыхай.       Кэйа поднялся на второй этаж, войдя в свою комнату. Он сел на край кровати, положив кошелек на столик.       «Второй день без скандалов или мелких ссор. Я может, сплю вообще?»       Вдруг тот заметил, что тон обоих сменился. Более громкий и злобный стал. Он даже не смог уловить тему, но что-то явно не понравилось отцу.       «Вот теперь похоже на реальность. Надо идти спасать теперь»       Альберих быстро спустился вниз.       —Повтори ещё раз, что ты сказала?! – со всей злостью прокричал тот.       —Честно, он только подвёз меня. Ничего более... Хотя, если бы я изменила, может это к лучшему было бы! Ты же просто последний урод, который ревнует меня к каждой мелочи! Ещё и не даешь спокойно жить ни мне, ни сыну!       Лотар сразу же поднялся на ноги, взяв женщину за кофту. Мужчина заставил её встать на цыпочки, почти оторвавшись от пола. Он замахнулся на неё кулаком.       Кэйа быстро со спины поставил предплечье на горло мужчины, начав сильно давить. Это помогает сбить его с толку. Он сразу отпустил женщину. Та свалилась на пол, отползя назад.       Парень быстро отпустил мужчину, встав впереди матери.       «Мне точно влетит за это, но хоть её не тронет»       —Ты что себе позволяешь, сопляк? Не лезь в разговор взрослых! Давно не получал за такое отношение ко мне?!       —Делай со мной, что вздумается, но её в обиду не дам. Бить женщин, а особенно матерей, это самый низкий поступок... Даже от тебя.       —В каком смысле "даже от тебя"?       «Отец уже разбушевался, поэтому уже всё равно, что будет. Это дойдёт в любом случае до кулаков»       —Я не о том пытался сказать, честно.       —Прям-таки, не о том...Все-таки распоясался ты. Частенько начал вставать против меня. За это и отхватишь.       Всё началось, как обычно, с удара кулаком по лицу. Селда быстро ушла от них, но не очень далеко, наблюдая за происходящим.       Лотар же просто бил. Кулаками и ногами. По разным частям тела и с разной силой. Только вот, сегодня будто, он себя не сдерживал вообще. Даже казалось, что вот-вот, и он просто сломает ему пару костей. Так и раньше было, но сейчас это уже не просто «казалось», а являлось главной угрозой. А таких проблем ему не надо было. Ему гематом с избытком хватает.       При этом всём Лотар говорил разные оскорбления в его сторону. Это точно, как обычно.       Кэйа же в этот раз пытался защищаться от ударов руками, но почти бесполезно. Только новую волну боли зарабатывал по рукам.       Мужчина повалил его на пол, насев над ним и продолжив бить кулаками. Вдруг Кэйа, защищаясь, случайно прошелся ногтями по шраму Лотара на ключице. Остался после операции. Он на миг остановился. Его лицо скорчилось от боли.       —Пап…прости, я не…       Не дав договорить, Лотар со всей силы ударил по ребрам и плечу. Удары ощущались слишком тяжелыми. Боль стала невыносимой. После этого поставил руки к его шее и начал душить. Причем, не чтобы пригрозить, а по-настоящему. Сила его давления рук росла с каждой секундой. Кэйа пытался убрать руки отца от себя, только это было бесполезно. Лотар по силе превосходил его во много раз.       Постепенно боль от побоев уходила, дышать стало почти невозможно, а силы покидали его. Конечности просто отказывали. В глазах становилось всё темнее, и темнее.       Вдруг послышался женский голос со стороны. Слабый, но он прозвучал в ушах Кэйи. Мужчина будто осознал, что делает и отпрянул от парня, поднявшись на ноги. Парень перевернулся на бок, раскашлявшись от резкого прилива воздуха в легких. Боль в теле вернулась, и особенно ощущалась от кашля.       —Дорогой, ты же его чуть… - начала говорить испуганно Селда.       —Всё нормально, Селда – спокойно проговорил Лотар.       Кэйа сел, оперевшись на дрожащие от боли и страха руки.       —Ты…ты меня чуть не задушил – проговорил хриплым голосом парень, смотря на мужчину с опаской.       Лотар смотрел на того также, как и всегда. С холодом и осуждением. Он встал на одно колено. Кэйа начал отползать от него, но мужчина успел взять его за волосы, встав на ноги. После чего вынудил того подняться на ноги, держа за волосы.       —Теперь хорошенько подумай над своим поведением. Если не хочешь, чтобы это повторилось, знаешь, что от тебя требуется.       Он ударил его снова кулаком под ребрами, отпустив его. Тот свалился на пол. После этого, мужчина поволок его наверх, держа за руку.                                                                                                                                                Лотар кинул Кэйу в его комнату. Тот даже пошевелиться больше не смог. Просто лежал на полу и судорожно вдыхал воздух через рот. Только уже не только из-за удушения и боли, но и из-за страха за свою жизнь.       —Дорогой, он же может...! – Селда прибежала к ним.       Мужчина придержал её за плечи.       —Успокойся. Я его не сильно проучил, он просто преувеличивает, как всегда. С ним ничего не будет.       —Но...       —Ничего страшного, не переживай. Не смотри на него с такой жалостью. Завтра уже будет в добром здравии, как всегда.       Мужчина закрыл дверь. Повисла полная тишина. Или это Кэйа уже перестал слышать хоть что-то. Ответом стал писк в ушах.       «Значит, это уже я ничего не слышу»       Встать на ноги казалось непосильной задачей. Тело просто отказывалось шевелиться. Поэтому он просто перевернулся на спину, застонав от сильной боли. К подступающей темноте в глазах, подбавился ещё один цвет. Алый.       Кэйа с трудом поднял руку, проведя пальцами по одному глазу. Кровь.       «Как всегда, до крови что-то разбил. Главное, что не глаз»       Опустив руку, он заметил, что просто начал терять сознание. Глаза просто начали закрываться, а парень этому мешать не стал. Так хотя бы можно было пережить день без боли после избиения.       *       На утро следующего дня, Дилюк завтракал с Крепусом. У мужчины был выходной сегодня, поэтому появилась такая возможность просто вместе провести с утра время. Они общались друг с другом о разном. В основном, о компании отца.       —А помнишь ту секретаршу из другого отдела? – спросил мужчина, прожевав еду. Парень кивнул – Такой стервой стала после того, как её понизили в должности.       —Она это заслужила. Нечего было клевету распускать по офисам.       Телефон рядом с парнем вдруг дважды издал вибрацию. Пришло уведомление. Дилюк посмотрел на смс в телефоне. Это писала Джинн. "Приветик, Люк. Зовём вас на прогулку. Хотите?"

"Привет, я за. Насчет Кэйи, не знаю, надо у него спрашивать"

"А он не с тобой? Я думала, что раз не отвечает и на связь не выходит, он сейчас с тобой"

"Нет, не со мной. Может, спит ещё? Спрошу у него. Во сколько приходить?"

"К часу подходите к парку, где ещё ледяные фигуры ставят. Не забудьте потеплее одеться. Обязательно перчатки"

"Хорошо"

      —Твои подруги или друг пишут? – поинтересовался Крепус.       —Джинн написала. Предлагает прогуляться по парку.       —Иди, конечно, и друга прихвати. В последние дни каникул нужно отдыхать вместе с друзьями.       —Это да. Сейчас напишу ему.       Написав смс с информацией Альбериху, они продолжили есть и общаться.       *       Время близилось к часу. Дилюк уже собирался, а его друг так и не ответил. Он написал об этом Гуннхильдр.       Она написала ответ довольно быстро. "До сих пор не ответил? Нифига он спит, конечно"

"Каникулы в конце концов. Это мы с тобой ранние птахи"

"Это точно. Тогда пусть спит. Приходи один"

"Хорошо, скоро буду"

      *       Дилюк вышел из автобуса на нужной остановке. На улице было довольно холодно. Хоть ни снега, ни ветра нет, но всё равно мороз ощущался. Он почти сразу увидел своих подруг. Девушки стояли возле одной ледяной фигуры, в виде столба, на котором стоял юнец с крыльями и балахоне. В его руках был ледяной шар.       Девушки махнули руками, когда увидели Дилюка. Тот ответил тем же.       —Чего это вас гулять потянуло в такой холод? – спросил тот, подойдя к ним ближе.       —А почему нет? – спросила Джинн, указывая рукой на статую – Зато посмотри, какие фигуры тут отстроили. В этом году они прям постарались.       —Тут ты права. В прошлых годах хуже было.       Джинн взяла телефон и приготовилась делать фото.       —Ну-ка, вставайте ближе ко мне.       Они встали рядом.       —Чего, как не родные? Хоть руки мне на плечи поставьте.       Дилюк поставил на плечо девушки локоть, а Лиза приобняла её за талию. Гуннхильдр это не смутило и просто сделала фото.       —Прекрасно, отправлю вам после прогулки – она убрала телефон в сумочку – Теперь предлагаю медленно идти к катку.       —Его залили, наконец? – спросил Рагнавиндр.       Они направились по прямой дороги.       —Ага. Там и коньки напрокат открылись.       —Шикарно, тогда пошлите.       —Что ж вас так тянет на этот каток, понять не могу? – спросила Минчи, вздохнув.       —Ты просто не можешь понять этого кайфа – Джинн скрестила руки на груди и указала на себя и Дилюка – Мы с Люком ловим от катания хорошие ощущения, а ты концентрируешься слишком на координации.       —И правильно делаю. Я не такая молодая, как вы, знаешь ли, дорогая. Упаду и не соберете потом.       —Ой прям, ты всего лишь на пару лет старше нас.       —На три вообще-то.       —Не нуди. Пошли уже, пока там народу нет.       *       Джинн с Дилюком быстро натянули на себя коньки и уверенно встали на лед, проехав недалеко. Нужно было подождать Лизу.       —Наконец-то встала на коньки. Ради этого зиму и жду – девушка прокрутилась на месте, повернувшись к парню – Так на чем я остановилась?       —На том, что твоя клиентка попросила запись на четыре утра.       —Молодец. Я думала, ты меня не слушаешь, вот и решила проверить.       —Мне тебя не слушать, на руку не играет.       —Короче, попросила она запись на такое время, а я не больная, чтобы соглашаться за гроши работать так рано. Вот и сказала, либо дополнительная плата, либо отказ. Она и согласилась на дополнительную плату. В итоге, пришлось работать под покровом ночи, пока Лиза сладко и мирно спала на теплой кроватке. Кстати, о ней, а где она вообще?       Они повернулись назад. Лиза же чуть ли не дрожала, как осиновый лист, чтобы устоять на коньках. Передвигалась она по льду очень медленно, и просто пыталась держать координацию.       Гуннхильдр подъехала к ней и взяла под руку.       —Так и не научилась, всё-таки – вполголоса с улыбкой проговорила та – Ты же в прошлом году хорошо перемещалась на льду. Хоть и неуверенно.       —У меня ноги не устроены под такое, дорогая. Ты же знаешь – она едва не поскользнулась, проехав пару шагов. Джинн удержала её на ногах.       —Да ну. Просто тебе не нужно бояться льда.       —Сложно его не бояться, когда у тебя ноги разъезжаются в разные стороны.       Джинн вздохнула, посмотрев на Дилюка.       —Люк, едь сюда, помощь нужна.       Тот подъехал и взял Минчи под вторую руку.       —Вот так – Джинн кивнула в сторону. Они поехали медленно по льду – Теперь уверенно себя чувствуешь, Лиз?       —Намного, благодарю вас обоих.       —Вот и отлично. Люк, а у тебя, как дела вообще? А-то только мы и говорим.       —Да мне и нечего рассказывать почти – дернул плечами тот – Всё проходит, как обычно.       Девушки переглянулись.       —Мы думали, что ты будешь злиться на кое-что, родной – начала Лиза настороженно – Даже продумывали, что сказать в своё оправдание.       —Если вы про то, что  думаю, то расслабьтесь. Я предполагал, что когда-то скажите ему об этом, поэтому мне злиться не на что.       —Ого, а у вас смотрю хорошие продвижки в отношениях.       —У нас взаимное доверие, как у друзей. Ничего более, ясно?       —Да-да - ухмыльнувшись сказала Джинн.       —Не беси.       —А то что?       —Лизу куда-нибудь поставим, и я тебя в первый попавшийся сугроб повалю.       —Сначала тебе придется меня долго догонять.       —Да уж, вроде взрослые, а ума так и не прибавилось с детства – Минчи вздохнула – Ставьте меня уже куда-то, чтобы вы поиграли в догонялки.       —Спасибо, любимая моя – улыбнулась девушка.       Дилюк отпустил Минчи, а Джинн привезла её к одной из лавочек. После вернулась к Рагнавиндру.       —Что ж, пока здесь людей нет – она дотронулась до него – Попробуй догони меня!       Девушка сразу же рванула с места. Дилюк догнал её довольно быстро. Когда появился поворот, Гуннхильдр не успела вписаться в него и улетела в сугроб, скрывшись в нём полностью.       Рагнавиндр остановился возле него.       —Жива?       Джинн вынырнула из снега.       —Я, да. Только чувство собственного достоинства пошатнулось.       Дилюк протянул руку, помогая Джинн подняться. После отряхнул её от снега.       —Точно ничего не расшибла?       —Точно-точно. Спасибо за помощь. Поехали к Лизе. Наперегонки.       —Тебе мало было?       —Не переживай, в этот раз быстро остановлюсь. Сейчас просто чуть-чуть увлеклась.       Те проехали к Минчи. Победила Джинн. Она остановилась возле Лизы, сразу же сев на лавочку, возле неё.       —Видела, да, какая у тебя девушка быстрая.       —Интересный подкат от тебя, конечно, дорогая.       *       Вечер наступил. Они зашли в кафе в этом парке, чтобы погреться горячим напитком. Все заказали по пряному чаю, по рекомендации Джинн. Она его просто обожала.       Дилюк проверил телефон. Кэйа до сих пор не написал. Даже не прочитал.       "Странно это всё"       —Ты чего задумался, Люк? – спросила она, отпив чай из чашки.       —Помнишь, я Кэйе писал? Он до сих пор не отвечает.       —Ого... Может, ушёл куда-то без телефона?       —Может. Надеюсь, что ничего не случилось.       —Не переживай так о нем, родной. Уверена, если бы что-то случилось, он бы написал. Тебе в особенности – Минчи тоже отпила чай – Всё-таки, хоть этот чай странный, но что-то в нём есть.       —Это не просто «что-то есть», а это гениальное решение с чаем – Гуннхильдр подняла свою чашку, смотря внутрь – Вроде смотришь на состав и кажется, какой извращенец умудрился совместить, специи, молоко и чай, но когда пробуешь, это просто прекрасно. Люк, тоже попробуй. Тебе должно такое зайти.       Тот так и поступил.       —Действительно, вкусно и необычно. Буду иметь в виду.       —Ну, вот. Я не сомневалась в том, что ты оценишь мою любовь.       *       Вызвав такси, Дилюк посмотрел на контакт Кэйи в мессенджере. Даже не прочитал смс. Он всю дорогу надеялся, что тот хоть что-то ответить, хотя бы для того, чтобы быть уверенным в том, что ничего не случилось с ним.       "Не мог же он так долго...Стоп, а вдруг его"       Рагнавиндр сразу же позвонил ему.       —Слушаю – это был не он. Голос грубый и явно не принадлежал молодому парню.       —Здравствуйте. Я друг обладателя телефона, Дилюк Рагнавиндр. Не могли бы вы передать ему трубку?       —Друг? Прошу прощения, но его сейчас дома нет, а телефон дома оставил. Уехал помогать больной нашей бабушке до конца каникул.       —А, хорошо. Спасибо, что рассказали, до свидания.       —Доброй ночи.       Трубку бросили.       "Да когда он телефон забывал вообще? Никогда... Ладно, может действительно забыл, что уж. Нельзя разводить панику на пустом месте"       *       Кэйа очнулся. Он всё также лежал на полу. Перед глазами всё поплыло, хоть тот даже не находился в вертикальном положении. Парень собирался подняться, но боль в теле не дала этого сделать, повалив обратно на пол.       Просто лежать Альберих не собирался, поэтому набрался сил и начал вставать. Пришлось потратить много сил, но удалось подняться на одно колено, оперевшись рукой на край кровати. Он глубоко вдохнул. От боли в ребрах, тот начал кашлять, от чего легче не становилось. Вдруг дверь открылась. Это был отец.       —Очнулся, наконец. Твой телефон - он кинул его на кровать - Будут хоть что-то спрашивать про тебя, ты до конца каникул уехал помогать больной бабушке. Понял?       Альберих мог только кивнуть. Говорить сил не было.       —Я не услышал.       "Урод, будто не видит, что ответить словами тяжело"       —Да, пап.       —Прекрасно... Как соберешься с силами, смой кровь с себя и одежды. Выглядишь не очень.       —Благодаря тебе – осмелился сказать Кэйа, глядя на Лотара.       Мужчина посмотрел на него с тем же холодом, как и всегда.       «Хер ты меня сейчас тронешь. Не настолько же ты идиот»       —Я это делаю только для того, чтобы ты понял своё место, не более.       Он снова закрыл дверь.       Кэйа притронулся к шее.       "Он же меня в этот раз убить мог... Это слишком далеко заходит. То, что я теперь не ребёнок, ему вообще руки развязывает"       Альберих снова почувствовал этот страх за свою жизнь. Хоть сейчас была спокойная атмосфера, но это чувство не покидало его. Долгое время он принимал избиения, как должное, но сейчас, это перешло грань дозволеного.       "Хотя, может, я преувеличиваю? Он же мой отец, какой никакой. Да и убить меня не осмелится, правда?"       Кэйа почувствовал, как перед глазами начала наступать темнота. Снова вырубается. Он заставил себя подняться на ноги, чтобы не потерять сознание. Вышло еле как, но получилось. Ноги совсем разболелись. Если бы парень был бы не привыкшим к такому, просто бы упал вновь и остался бы в лежачем положении до того момента, пока все раны бы не зажили полностью.       Он взял свой телефон, положив в карман джинсов, и достал из шкафа чистую одежду для дома. Уличную придётся стирать долго. На ней было видно брызги и пятна засохшей крови. Хоть и немного, но была, а это плохо.       Альберих вышел из своей комнаты, еле волоча ноги, и вошёл в ванную. Перед этим он заметил на лестнице Селду. Её взгляд выражал жалость и испуг.       Войдя в ванную комнату, он посмотрел в зеркало. Теперь было понятно, почему женщина так на него смотрела. Парень сам себя не узнавал. Волосы взъерошены, бледное лицо в синяках и засохшей крови на разбитых губах. На шее гематомы от пальцев. Эти повреждения были куда серьезнее, чем обычно. Тот снял водолазку с себя. На теле живого места не было. Всё в сине-фиолетовых следах, разной степени тяжести, и рваных глубоких царапинах.       "Это он сделал?... "       Шоку не было предела. Он впервые видел себя таким.       «Что бы было, если бы он после попытки удушения продолжил избивать меня?» - парень отвел глаза от зеркала, обняв себя за плечи, покрывшими дрожью, руками. В ушах повис стук его сердца, а дыхание заметно участилось, отчего боль в теле усилилась. Но контролировать сейчас себя было нереально – «Он бы убил меня?»       Паника только усилились. Тот опустился на колени, закрыв рот рукой. Малым контролем над телом он обладал, поэтому, чтобы родители ничего не услышали, просто заглушал себя. Вторую руку он держал на полу. Пальцы пытались впиться в плитку от напряжения. Мысли крутились совершенно разные. В основном, о собственной нежеланной смерти.       Когда Кэйа немного пришел в себя, ударил себя кулаком по щеке. Попал он прямо по свежему синяку, но и тем лучше. С помощью новой боли, парень быстрее вернулся в норму.       «Нет, не убил бы он. Он твой отец. Зачем ему об тебя руки марать?... Или он мог?... Да нет, зачем ему это, в конце концов? В тюрягу же ему не надо? Не надо. Значит, и убивать не станет, а его слова пустой звук, не более»       Альберих решил прекратить об этом думать, просто пойдя отмываться от всего этого. Включив ледяную воду в душе, он просто сел под поток воды. Только вот, отвлечься от своих навязчивых мыслей не вышло.       «Ему бы не составило труда задушить меня или добить кулаками в этот раз. Он по физической силе превосходит меня...Что опять началось? Прекращай думать так об отце»       Помывшись и одевшись в чистую одежду, Кэйа принялся отстирывать джинсы с водолазкой. С них сходила немного красная вода. Кровь всё-таки смогла впитаться. Ещё парень заметил дырки в джинсах.       «Что он со мной вчера делал, что аж одежда порвалась? Вроде кулаками и ногами бил, а не лезвием»       Хотя, может от ногтей или тянул ткань случайно, увлекшись избиением. Всё может быть.       Вдруг прозвучал стук в дверь.       —Кэйа, у тебя там всё нормально? Ты там уже сорок минут.       —Да, мам, скоро выхожу.       Закончив отмывать явно заметные брызги крови, тот вернулся с постиранными вещами в свою комнату и закрылся так, чтобы не было этого слышно. Ещё один скандал вытерпеть будет тяжко. Достав из одного ящика нитки с иголкой и включив светильник над кроватью, он сел на край кровати.       Когда он зашивал дыры на одежде, заметил, что руки сильно дрожали. Возможно, тому помогла паническая атака, а может банальная усталость. Всё тело тоже отзывалось неприятной и сильной болью от синяков и ссадин. Поэтому, когда он закончил штопать вещи, достал обезболивающее из своих запасов на крайние случаи и принял одну таблетку. Слабо, но поможет спокойно спать ночью. Если вообще сможет уснуть.       Больше в его запасах ничего не оказалось, закончилось. Даже бинтов с мазью от синяков закончились.       «Быстро всё закончилось в этот раз» - он положил коробочку на место, спрятав – «Надо будет до аптеки сходить, как немного поправлюсь. Еще тоналку купить. До учебы эти синяки не заживут точно»       *       Дилюк шёл с очередной прогулки с друзьями. В этот раз они собрались почти все. Кроме Эолы с Кэйей. Если насчет Лоуренс всё было понятно, то куда делся Альберих вообще непонятно.       В сети два дня нет, а его родители говорят, что он уехал в другой город, к больной бабушке, просто телефон оставил дома. Ещё и до конца каникул.       Звучало, как глупая отговорка. Потому что логики в ней было маловато. Если бы он действительно уехал куда-то, сказал бы лично Рагнавиндру. Да и телефон бы точно не оставил дома.       Ещё можно было увидеть всё по Селде, которая явно выглядела взволнованной после вопроса про сына.       Дилюк вновь открыл мессенджер и написал Кэйе новое смс.

"Кэйа, может я уже паранойю, но мне кажется, что с тобой что-то случилось. Прошу, ответь"

      Он появился в сети. Наконец-то. «Привет»

«Ты где вообще пропадал?»

«Ничего особенного»

«Может, встретимся?»

«Я не против. Постараюсь незамеченным проскочить. Помнишь, я показывал тебе своё любимое место?»

«Да»

«Иди туда»       Дилюк сразу же пошел в сторону леса. Немного подождав, пришел и Кэйа. Еле как шёл. Он ещё сегодня выглядел иначе. Полностью куртка застегнута, капюшон на голове, руки в карманах. Вроде обычно, но для него, никак нет.       —Устроили допрос, будто не знают, что я часто ночью выхожу. Хотя сейчас их понять можно – с улыбкой проговорил тот, отдышавшись – Привет, давно не виделись.       —Действительно давно. Что случилось?       —Тебе разве не говорили? Я поехал помогать своей…       —Ты же должен тогда быть там, а не здесь, разве нет? – спросил тот, не дав договорить. Эту придумку всё равно уже слышал.       —А жаль, что не поверил. Мои родители думают, что это работает.       Рагнавиндр скрестил руки на груди.       —Ну и?       —Что?       —Не делай вид, что не понимаешь.       Тот тяжело вздохнул. Он снял с себя капюшон и приспустил воротник водолазки. Теперь его лицо и шею было прекрасно видно. На шее сильные синяки от пальцев. Его душили. На лице тоже было пару синяков.       —Боже, что с тобой произошло? – от удивления спросил Дилюк. Хотя ответ был куда нельзя очевиднее.       —Нормально всё, чуть-чуть поругались.       Рагнавиндр осмотрел его более внимательно. Джинсы заляпаны кровью, хоть и едва заметно. На тыльной стороне ладоней синяки, которые шли под ткань водолазки, которая выглядывала из рукавов куртки.       —И за что на этот раз?       —По сути, я сам виноват в том, что он обозлился.       —Хватит его покрывать. Это не нормально, что он систематически тебя избивает. Больше скажу, это закононаказуемо.       —Пока он не бьёт мою мать, я готов терпеть. Он, конечно, честь знает, но иногда может сорваться, когда она начинает затирать про больные ему темы.       —Это же не значит, что на тебе срываться нужно.       —Пусть срывается на чем хочет. Хоть на стенке. Но если ему легче становиться, когда бьёт живую игрушку, пусть бьёт меня.       —Ты не боишься, что когда-то это дойдёт до крайности?       Тот задумался. Улыбка быстро спала с лица после этого вопроса.       —Нет, до этого не дойдёт, ясно? Я уверен, что он не настолько глуп – говорил он вроде спокойно, но неуверенность в собственных словах проскальзывала тоже.       Дилюк вздохнул, слабо мотнув головой. Эта ситуация его вообще не устраивала. Рано или поздно его могут покалечить куда серьезнее.       —Думаю, ничего страшного не произойдет, если я тебя на ночь заберу – прервал тишину тот.       —Дилюк, не стоит утруждаться, меня пока трогать не будут.       —Я это слышу уже не первый раз, но пока не увидел «пока трогать не будут». Пошли. Отец приедет через полчаса, скажу ему, что мы вместе делаем курсовой проект.       —Да успокойся ты.       —Я не отстану, пока не услышу положительный ответ.       —Серьезно, угомонись…Учитывай то, что…       Тот едва не свалился на землю. Дилюк успел среагировать и подхватил его, успев удержать.       —Эй, что с тобой? – ответа не последовало. Он приставил свою руку к шее. Кожа горячая – Я так и думал, что рано или поздно у тебя начнутся осложнения после избиений.       Рагнавиндр перекинул руку Альбериха через свою шею.       —Ты что делаешь?       —Сейчас я даже не подумаю тебя отпускать обратно к себе. У твоих родителей если возникнут вопросы, направляй ко мне.       Они направились к дому Дилюка. Кэйа слабо усмехнулся.       —Дилюк, я тебе этого не говорил, но иногда ты ведешь себя, как неадекватный идиот.       —Это к чему, поясни?       —Если мои родители узнают про то, что ты знаешь об этом всём и помогаешь мне, у тебя могут быть проблемы.       —Пусть попробуют. Они сами эту кашу заварили – с раздражением проговорил Рагнавиндр – Пусть радуются, что я до сих пор заявление в полицию не написал, по твоей просьбе… - он посмотрел на Альбериха – Мне, может, стоило тебя вообще на руки взять? Идти не тяжело?       Тот выпрямился, посмотрев на Дилюка с легкой улыбкой.       —Я тебе не дама, чтобы на руках меня таскать.       —Дурацкая логика в твоем-то состоянии.       —Нормальная она, нечего тебе надрываться, понял? – он отвернул голову после этих слов. Его вид стал более серьезным – Итак слишком много для меня делаешь.       —Это что же, к примеру? – с улыбкой спросил Рагнавиндр.       —Будто сам не знаешь.       —Знаешь, как это называется? Самая обычная дружеская помощь.       —Это для тебя. Меня ни один человек еще так не выручал, как ты.       —У тебя, потому что и друзей нормальных не было – Дилюк понял, что это могла быть довольно обидная фраза – Без обид.       —На что тут обижаться? Я всё и сам знаю.       Дойдя до дома, Рагнавиндр снял с себя всю верхнюю одежду. Он повернулся к Кэйе.       —Помощь нужна?       —Нет, конечно. Я тебе пока не немощь.       —Ага, с такими методами «воспитания» скоро станешь.       —Ну-ка не говори так, накаркаешь мне плохую судьбу.       Альберих снял куртку. Синяки при нормальном свете стало лучше видно. От этого смотреть на них стало более жутко. Цвет темно-фиолетовый что на лице, что на шее.       «Он его убить хочет так, что ли?»       —Проходи в мою комнату – сказал Дилюк, отведя глаза от парня – Я пока возьму кое-что.       Тот поступил, как было сказано. Рагнавиндр же взял то, что нужно в контейнере с аптечкой, и направился в свою комнату.       Он положил всё на кровать. Так будет удобнее. Вдруг внизу послышался щелчок в дверь. Крепус приехал раньше, чем должен был.       —Я встречу отца, расскажу ему про тебя и приду. Постараюсь быстро.       —Ты совсем уже? Сколько надо, столько и говори с ним. Это твой отец так-то.       Рагнавиндр кивнул и спустился к прибывшему отцу. Весь его вид выражал усталость. Видимо, на работе завал.       —Привет – вяло поздоровался тот, снимая с себя пальто.       —Привет, пап. У меня гости сегодня, хотим курсовые свои поделать. Поесть тебе приготовил, твоя одежда постирана и поглажена, лежит на диване.       —Хорошо, я понял – он зевнул – Спасибо большое, что всё сделал по дому. Я вас беспокоить не буду. Немного отдохну и спать пойду. Меня завтра с пяти утра не будет здесь.       —Настолько всё плохо на работе? – с беспокойством спросил Дилюк.       —Просто завал, поэтому нужно будет пораньше приехать.       —Тогда отдыхай и спать ложись сразу. И удачного завтра рабочего дня.       —Благодарю – он слабо улыбнулся – Теперь иди, развлекайтесь.       Дилюк поднялся обратно и закрыл комнату на замок. Он повернулся к Кэйе, скрестив руки на груди.       —Итак, теперь, раздевайся.       —Что?       Рагнавиндр осознал, что это прозвучало очень странно. Неудивительно, что Альберих и не понял, к чему это было сказано.       —В смысле, снимай водолазку и джинсы. Вещи дам.       —Ты че прикалываешься?       —На полном серьёзе.       —Не так всё серьезно, как ты думаешь.       —Я тебе не верю в этом деле. Тем более, когда я вижу твою шею и лицо.       —Прекращай.       —Мне насильно это сделать?       Альберих вздохнул и поступил, как сказал он.       Дилюк впервые видел человека, на котором сплошные синяки и ссадины. В некоторых местах, даже рваные раны от ногтей. Участков здоровой кожи было минимально в этот раз.       —Давай только без своих занудств, хорошо?       Рагнавиндр молча начал доставать нужные препараты и бинты с большими пластырями. Говорить он ничего не стал. Если бы и начал, то только оскорбление в сторону его семьи.       «Но кто я такой, чтобы оскорблять его же родителей при нем. Надо знать приличие. Итак много говорю про них»       —Я…я постараюсь делать всё максимально аккуратно.       —Ты это к чему?       —Сомневаюсь, что тебе будет приятно, когда к таким синякам притрагиваются.       —А, ты про это – он осмотрел своё тело – Не переживай насчет этого. Они хоть и кажутся страшными на вид, но я почти от них боль не чувствую.       —Так я тебе и поверил.       —В любом случае, не парься.       Дилюк спустился на пол, встав на колени. Он решил идти снизу вверх, так будет удобнее. На ногах было столько синяков и царапин, что натуральную кожу почти не было видно.       —Он тебя что царапает, когда бьет? – решил спросить тот. Молча обрабатывать следствия избиений, было неприятно. Мысли разные лезли в голову. В том числе образы, как могли наносить эти синяки.       Рагнавиндр достал бутылочку с антисептиком и брызнул на рваную рану. Очевидно, это сделано ногтями. Мужчина просто содрал кожу.       —Я не знаю, перестал замечать, что он делает. Бьет да бьет, ничего нового. Остается только сконцентрироваться на то, чтобы не вырубиться и спокойно добраться до комнаты – он задумался – Хотя в этот раз, он сам меня дотащил.       —Серьезно? Совесть заиграла? – Дилюк приложил пластырь к ране.       —Может быть – спокойно говорил Кэйа – Судя по всему, испугался, что задушить мог в этот раз.       —Как ты только об этом так спокойно говоришь?       —О чем конкретно?       —О том, что он тебя задушить мог. Тебе самому не стремно это осознавать?       Альберих отвел взгляд в сторону.       —В первые дни, честно, да. Я впервые почувствовал за много лет такой сильный страх за свою шкуру.       Дилюк решил не продолжать об этом говорить, видя напряжение своего друга. Просто продолжил обрабатывать, что можно было. Когда закончил, поднялся на ноги и подошел к своему шкафу. Он достал свою одежду, которую давно не носит. Хоть где-то она пригодилась, а то он уже выкинуть хотел. Или на тряпки для пола пустить.       —Надеюсь, подойдёт. Футболку пока не надевай.       Тот кивнул, надев брюки. Рагнавиндр снова осмотрел его.       —Наверное, лучше будет, если ты встанешь. Сможешь?       —Конечно, смогу, что за вопросы?       —К избитому человеку, это самый адекватный вопрос.       —Запомни, для меня нет ничего невозможного, даже в таком не лучшем состоянии.       Кэйа поднялся на ноги. Дилюк подошел к нему вновь, обработав рваную рану на плече. Тот неожиданно дрогнул, скорее всего, от боли.       —Прости, пришлось…       —Не обращай на это внимание. Просто реакция тела.       Рагнавиндр также прошелся мазью для лечения гематом по плечу.       —Как ты только это терпишь вообще? Две раны, в одном месте – сказал тот, забинтовав плечо.       —Привык. Но признаюсь, в этот раз, он разошёлся.       Тут он был прав. Состояние не из легких. В прошлый раз, будто было получше даже.       Дилюк перешел к торсу. Он заметил на ребрах сильные гематомы со ссадинами.       —Он тебе их не сломал случаем?       —Боль вроде такая же, как при переломе, но я не слышу и не чувствую щелчков или хруста, так что вряд ли.       —Надеюсь на это.       Пройдясь по торсу с обработкой, Рагнавиндр взял в свою руку кисть Альбериха. На двух сторонах ладони гематомы с ссадинами. Будто после драки.       —Ты с ним дерешься еще?       —Скорее, пытаюсь защищаться. Драться с ним, это не в моих силах.       Дилюк перебинтовал обе кисти, обработав перед этим, и перешел к лицу с шеей. Он собирался оторвать очередной кусок бинта.       —Подожди, ты шею собрался обвязать?       —Ну, да, очевидно.       —Не стоит.       —В смысле? Ты хоть её видел?       —Да, видел, прикинь. Только вот, эти-то бинты я еще скрыть могу, но вот на шее и лице, тяжеловато.       —Подожди, тебе может влететь за то, что ты в бинтах ходишь?       —Если это сделано вне дома, то да. Мне запрещено разглашать об этом всём.       —Ладно, я понял. Повернись спиной ко мне.       Тот повернулся, убрав волосы на плечо. На спине тоже живого места не было. Просто сплошь гематомы и содранная ногтями кожа.       —Я так и не спросил кое-что – начал говорить Дилюк, пройдя антисептиком по рваным ранам.       —Спрашивай.       —Что стало причиной вот этих избиений?       —С отцом поругались.       —Это я понял. Конкретно.       —Ну, он начал на мать кидаться. Я защитил, он разозлился, мой язык меня подвел, вот и началось.       —Краткий, но содержательный рассказ у тебя вышел, конечно.       —Краткость, мой главный талант.       —То есть, почти как обычно всё, у тебя – Дилюк обдал антисептиком очередную рану – Ты сам не устал постоянно в таком состоянии ходить?       —Не постоянно, вообще-то.       —После последнего такого случая прошло очень мало времени, так что постоянно и точка.       —Так и быть. Я могу иногда уставать от этого, но крайне редко. Срывы бывают, это ты, думаю, помнишь.       —Естественно.       —А так, всё. Я же говорю, что привык так жить.       «Как можно привыкать к такой жизни?»       Дилюку это было понять очень сложно. На него отец никогда даже ремня не поднимал и не угрожал, что побьет за непослушание. Он просто говорил с ним. Словами, а не кулаками.       —Может, пора задуматься, чтобы съехать от них?       —Не могу.        —Почему? Я готов у себя тебя принять, только бы ты не возвращался туда.       —Тут другое.       —Какое другое?       —Если я уеду, они поубивают друг друга. В прямом смысле.       —Это взрослые люди. Не тебе постоянно решать их проблемы.       —Будь добр, не лезь в это – его тон стал неузнаваем. Хоть и спокойный, но агрессия чувствовалась – Это точно не твое дело.       —Прости, не хотел.       Дилюк закончил обрабатывать раны.       —Вот и всё – он положил все лекарства в одну кучу на полочку возле шкафа.       —Прекрасно, я теперь, как новенький – Альберих надел на себя футболку. После повернулся к Рагнавиндру с улыбкой на лице – Спасибо огромное за помощь.       —Не за что…Знаешь, мне охота тебя к врачу давно отправить. У тебя пошла реакция на травмы, тело не вывозит нагрузки.       —Даже под угрозой смерти не пойду.       —Это я знаю, поэтому я еще тебя и не отправил. Радуйся, что я много времени провел в больницах и минимальные знания имею в этой сфере.       —Мне в принципе повезло в том, что у меня есть такой друг, как ты.       —Не льсти мне…Выглядишь ты измотанным. Наверняка, тебе не давали покоя, пока ты там был.       —Не то, чтобы покоя не давали. В первый день провалялся в отключке, а потом никто не трогал. Мать даже еду приносила в комнату, правда есть я не могу пока. Так что такого покоя, у меня давно не было.       —Прям курорт, аж захотелось самому такое прочувствовать – с нескрываемым сарказмом проговорил Дилюк.       —Не издевайся.       —Сдержаться трудно было – Рагнавиндр снял плед с кровати – Ложись, отдыхай, давай.       Дилюк достал свою домашнюю одежду и переоделся. После лег рядом с Кэйей, смотря ему в спину.       "Как родной отец может вот так к сыну относится? Ума не приложу"       —Ты если мной полюбоваться хочешь, так и скажи, а не взглядом сверли.       —Больно надо твоим побитым лицом любоваться…Я всё понять не могу одного.       —Конкретно чего?       —Тебя бьют и унижают дома, но ты всё равно относишься к ним, как к родителям. Даже стараешься, понять и оправдать их поступки.       Кэйа повернулся на спину, вздохнув.       —На самом деле, это не так уж и сложно, когда с ними поживешь...Они поломали друг друга с момента знакомства. Отец очень ревнивый, зависим от алкоголя и сигарет, и не вывозит морально многие вещи, из-за своих устоев в его семье. Матери просто не повезло найти такого мужчину. Хоть её характер иногда проявляется, но не в её сторону. В итоге, их общей проблемой стал я, когда появился, не запланировано. Вот и решают свои проблемы через меня. Отец, и кулаками, и языком. Мать, периодическими оскорблениями, из-за того, что не вывозит так жить – тот повернулся к Дилюку лицом – Видишь? Не так уж и сложно понимать и оправдывать таких.       —Всё равно, мне этого не понять. Срываться на своего ребенка, это дико.       —Ну, я не ребёнок уже лет двенадцать. А еще, мои родители точно не знают, как общаться со мной, потому что их же и не научили, поэтому ладно. Пусть делают, что хотят – он лег на другой бок – Всё, хватит ерундой заниматься. Спокойной ночи.       —Спокойной. Станет плохо, разбуди, я тебе лекарство дам.       —Хорошо.       Дилюк повернулся на другой бок. Сегодня он сильно устал, поэтому сон пришел довольно быстро.