Me, you and the ice

. ким чонсу - знаменитый фигурист, в чьей жизни нет никого, кроме тренера и родителей, ведь всё своё время он проводит на льду. он не раз выигрывал чемпионат мира по фигурному катанию. чонсу вдохновляет многих людей, но он свободен. и из за этого его сердце страдает. очередное занятие. — чонсу, давай, аксель в три и два оборота, а потом будем тренировать четвёртый прыжок. — говорит тренер , смотря на су. — хорошо. чонсу сделал аксель в три и два оборота без проблем, ему нравится это движение. но четвёртый прыжок всегда выходит тяжело, из-за чего у кима не удаётся выполнить его уже несколько раз. разгон. упор. три прыжка и... не допрыгнув четвертый, он упал. он не мог нормально прыгнуть. ещё попытка, и ещё... ничего не выходило. — так, ким, или отдохни, я хочу посмотреть одного мальчика. — хорошо. ким сел на трибуну, ожидая продолжения своего занятия. пришёл парень с белыми волосами, чья чёлка лезла в его глаза. на голове надета шапка салатогого цвета, на теле красовалась белая футболка и широкие джинсы. ким про себя подметил, что парень ниже его. чонсу смотрел на него и думал, что он даже прыгнуть не сможет. он не в специальном костюме, обычный новичок. незнакомец вышел на лед, и начал свою короткую программу, в которой присутствовали красивые и чувственные движения. он действительно хорош. программа длилась всего пару минут, после чего парень поспешил к тренеру, что буквально недавно инструктировал старшего. — мне понравилось твое выступление. в тебе явно есть потенциал, и более того, твои движения невероятно точны и изящны. я готов стать твоим тренером. — мужчина подозвал кима к себе. облокотившись о бортик катка. — ким чонсу, вы больше не мой ученик. думаю, занятие окончено. — сухо произнёс тренер, заставив сердце чонсу пропустить удар, но тем не менее уйти, опустив глаза. в раздевалке ким потерял счёт времени, разглядывая себя в зеркале. тело, лицо, коньки... в голове мелькает мысль, что он искренне хотел бы быть лучше этого незнакомца, как вдруг в раздевалку заходит тот самый парень. — ким чонсу, я могу извиниться? — за что? во всем виноват я. нельзя было брать перерыв, когда я поранил свою ногу. стоило продолжить тренировки. — что? почему? не надо было. — надо. — отрезал су. схватив свою сумку, он ушел с раздевалки. ему не хотелось никого видеть. придя к себе домой, чонсу сразу уходит в свою комнату, даже не поздоровавшись с родителями. он лёг прямо в грязной одежде на кровать, уткнувшись лицом в подушку. мысли, несущие за собой беспокойство, не давали покоя. вдруг теперь его не допустят к чемпионату мира? это же ад. это будет полный позор. какой-то парень превзошёл фигуриста со стажем 20 лет. чонсу чувствует, как слезы в уголках глаз жгут глазные яблоки, а при тревожной мысли только всхлипывает. даже самоучка катается лучше, чем он. профессиональный фигурист. вечер. чонсу уже смирился, что не видать ему его первое место. родители ушли в свою спальню, и уже наверняка заснули, когда он взял свою сумку и бесшумно вышел из квартиры. на стадион для кима, как для ученика, открыта дверь круглосуточно, даже без тренера. чонсу хочет быть лучше. он всегда добивался своего, и ничто не помешает ему. чонсу садиться на скамейку и, быстро завязав коньки, он ступает на лед, начиная свою программу. программа вышла почти идеально, но до идеала не хватило либелы помощнее. он повторял и повторял, находя еще больше недостатков и исправляя их. внезапно на каток заходит тот парень, чей взгляд натыкается на чонсу. на лице незнакомца виднеется восхищение парящим на льду кимом. программа закончилась. су сделал все правильно, всё так, как ему нравится. неприятное ощущение слежки заставляет чонсу обернуться на трибуны. там стоял незнакомец в салатовой шапке. а тот увидел, что су закончил своё выступление, и поспешил спуститься на лёд, приближаясь к нему. — мы начали диалог на плохой ноте, вам так не кажется? — добрый и ласковый голос кружился вокруг старшего. — соперники не могут задерживать свое общение на хорошей ноте. — произнёс чонсу, наблюдая за этим не нормальным, что наматывает вокруг него круги, скользя острыми лезвиями по рыхлыму льду. — какие мы соперники? — остановился тот и подъехал к чонсу почти вплотную. — обычные. наш уровень катания одинаковый. может еще и кубок чемпионата мира заберёшь? — чонсу злится. ему совсем не нравится, что он не на первом месте. — может и могу, а может и нет. ты переоцениваешь мои навыки, я лишь самоучка. чонсу так и думал. — не воспринимай мои слова как лесть. если ты самоучка, то почему так хорошо катаешься? сколько на коньках? — лет десять, может около тринадцати, точно не помню... — ким смотрит на незнакомца, а тот... тот смотрит в душу, усмехнувшись. чонсу в недоумении: почему этот человек с ним всё еще разговаривает, и су его еще не ударил? — мне твой кубок чм не нужен. я занимаюсь фигурным катанием для себя. — а к моему тренеру зачем пошел? он теперь меня не хочет учить. — наверно, потому что хотел заниматься с уклоном в профессиональное фигурное катание, если понимаешь, о чем я. — сказал блондин, кладя свою руку на подбородок чонсу, поднимая его голову. — отстань от меня. теперь я катаюсь ночью, спасибо. — сказал су, убирая горячую чужую руку со своей кожи, после чего отъехал от незнакомца. чонсу стал повторять сложные движения. но единственное, что у него было в голове - этот блондин добрый, но немного токсичный. или он токсичный, но добрый. или он просто мудак. но даже так, ким ненавидел его. сквозь мысли наступает момент, в котором чон должен сделать спираль и закончить программу, но... внезапно он услышал какой-то сильный удар об лед. чонсу отвлекся и увидел того незнакомца, который уже лежал на льду. ким понял, что он единственный, кто может ему помочь. он подъезхал к тому и протянул ему свою руку, но тот даже встать не может, нога болит. су быстро взял того на руки, и они поехали на трибуну. ким быстро справился с чужими коньками и освободил ноги младшего. блондин молча смотрел на заботливого су. — я квак джисок. — тихо произнёс тот, прерывая тишину. ким осмотрел парня с ног до головы, но заметив щенячий взгляд напротив, су только сглотнул ком в горле и кивнул. он быстро снял и свои коньки, а в раздевалке он надел ботинки себе и джисоку. выйдя из здания, джисок обнял чонсу за шею, положив голову на плечо старшего. путь до машины составлял жалкие три минуты, после чего ким открыл дверь и усадил на переднее сиденье джисока, а сам сел за руль. они поехали в больницу. — как ты так умудрился упасть? — сказал су, смотря на дорогу. — я хотел попробовать заклон... — заклон?! — су остановил машину. — ты серьёзно? ты же понимаешь, что парни не обладают достаточной гибкостью для исполнения заклона, поэтому это женское движение! квак джисок, ты совсем? — я знаю, но я подумал, что я достаточно гибкий для этого... неудача у всех бывает. — пожимает плечами младший. чонсу поехал и уже через несколько минут они были в больнице. поздняя ночь. су сидел в коридоре, пока джисок был в палате. — мы его можем отправить домой, но нужен присмотр за ним. он говорит, что живет один, так что ему лучше быть тут. но... кто вы? — я?.. — ким задумался на секунду, но заметив подозрение в глазах молодой медсестры, с языка слетело первое, что пришло на ум. — я его парень. я его заберу и присмотрю за ним. он будет в целостности и сохранности под моим надзором. — хорошо. через пару минут вышел джисок, облокачиваясь на костыль под подмышкой. увидев парня, он подошёл к чонсу. су просмотрел на квака, но тот был не в силах даже себя поднять, значит, свой адрес точно не скажет. посмотрев в глаза парня, он понял, что это точно бессмысленно. пришлось схватить гаона за талию и приподнять его, а несколько мгновений спустя джисок уже сидел на руках чонсу, пока костыль зажал в подмышке. пришлось отвозить больного к себе домой. помогая ему вылезти из машины и вручая ему костыль, сон шепчет. — пожалуйста, только тихо. я живу с родителями, а они спят. — хорошо, чонсу-я. чонсу немного удивился этой форме имени, ведь его никто так не называл, но он просто открыл входную дверь и впустил сначала джи, после чего закрыл за собой дверь. на цыпочках они прошли в комнату чонсу. су посадил гаона на кровать , а сам подошел к шкафу и стал думать, что дать джисоку. недолго думая, чонсу взял белую футболку и шорты, протянув их Джисоку. квак взял одежду, и су отвернулся, пока сам искал свою пижаму. джисок переоделся и лег на кровать. накрывшись одеялом, он смотрел на чонсу, который был всё ещё отвёрнут от него. но когда он снял верх и было прекрасно видны все прелести его тела: широкие плечи, узкая талия, джинсы, что висят на этой талии, но прекрасно подчеркивают бедра и худые накаченные ноги. сексуально - единственное, о чем мог думать джи. су переоделся и сел рядом с кваком. — завтра утром уезжают мои родители в командировку, поэтому, если проснешься раньше меня, просто разбуди меня. любыми способами. я не знаю, во сколько они уезжают... — хорошо. — прошептал гаон, закутываясь в одеяло. су лег рядом, но отвернулся от него. и квак был отвернут от него. они спокойно спали. 8:24. джисок проснулся раньше чонсу, как вдруг услышал звуки с коридора. родители кима собираются в командировку. квак зарывается в одеяло, слыша шаги, приближающиеся к комнате су. квак быстро спрятался под одеяло и прижался к чонсу, обнимая его сзади и переплетая их ноги. квак все сильнее прижимался к спине су, как вдруг раздался стук в дверь, заставляющий сердце пропустить удар. квак сжимается еще больше, но чонсу не просыпается. — ладно, пусть спит. — раздался приглушенный шёпот у двери, после чего последовали отдаляющиеся шаги. гаон тяжело выдохнул прямо в спину чонсу, когда захлопнулась входная дверь. родители су уехали, но джи не знает, можно ли ему выходить из комнаты. гаон отстраняется от кима, как вдруг тот поворачивается к нему лицом. джи не остаётся ничего, кроме как осматривать лицо напротив. ким красивый, безумно красивый. но гаону хотелось встать с кровати. рука су ложится на запястье джисока, заставляя младшего вернуть свой взгляд к лицу чонсу, но тот всё ещё спит. джи решает повернуться лицом к киму, вдруг это знак. су отпустил запястье джи и положил свою руку на его талию, прижимая к себе ближе. дыхание квака сбилось, до него никто никогда так не касался, к тому же ким был выше и крупнее джисока. квак опускает свой взгляд, не желая смотреть на спящего чонсу, смущаясь его лица в таком положении, даже если старший спит. в этот момент он понимал все свои чувства к су, что так неожиданно появились. но он так же знал, что тот спит, а люди во сне не могут контролировать себя и свои действия. но рука су, что подрагивает на теле джесока нервирует его, и заставляет его тело подрагивать вслед за ней. когда рука Чонсу сжимает его талию, заставляя младшего немного извиваться, гаон не был уверен, что старший действительно спит. — каким то странным образом ты меня будишь. — послышался немного хриплый и сонный голос. гаон в шоке. он поднял свой взгляд и наткнулся на взгляд чонсу, заставляющий сжаться и опустить взгляд обратно. — вчера ты был намного увереннее. — произнёс чонсу, освобождая талию джисока из крепкой хватки. джи чувствует пустоту внутри себя. он хотел, чтобы ким обнимал его вечно. ким встал с кровати и направился к выходу из комнаты. взгляд джисока бегал по комнате, пока парень всё ещё поджимал ноги под себя. взгляд натыкается на костыль, стоящий у кровати. почувствовав себя жалким с ним, в голове младшего пронеслась мысль: почему ему вообще дали костыль, если у него всего лишь растяжение? вообще странно, он ходить может, но больно. он встал с кровати и посмотрел на свою ногу. она болит. джи ничего не может сделать, кроме того, чтобы лечь на кровать и ждать кима. он так и сделал. через несколько мгновений старший заходит в комнату. переодевшись в свою повседневную одежду, он сразу подходит к джи. — я за нужными лекарствами, а ты лежи тут. потерпишь? — спросил су, присаживаясь на край собственной кровати, на которую лежит младший. чонсу кладёт руку на больную ногу джисока, нежно проводя от лодыжки до больного колена, открытыми из-за коротких штанин шорт. джисок приподнялся на локтях и кивнул, смотря в глаза су. прошло полчаса, квак уже изучил всю комнату чонсу взглядом. он так же сидел в телефоне и пытался отвлечься от боли в ноге. внезапно раздался звук открытия двери: пришел ким. джисок улыбнулся во все тридцать два зуба и стал ждать, когда тот зайдёт в комнату. вскоре старший помыл свои руки и зашел в комнату. он сел рядом с джисоком, чтобы осмотреть его ногу. выглядит немного лучше, но всё же часть растяжения опухла. чонсу взял мазь и нанес ее на колено, после чего аккуратными массажными движениями начал втирать ее в больное место. чонсу делал всегда все аккуратно, он не знает, что такое грязно или плохо. наверное, это и является одной из причин, почему он самый лучший фигурист в стране. а джисок просто смотрит, как тот старается не сделать больно кваку, как его большие руки скользят по маленькой коленки гаона, из за этого ноги сжимаются и напрягаются. но чонсу не понимал этого, он не знает, что у людей есть чувства кроме радости, грусти, тревоги и страха. су встал с ног и посмотрел на парня сверху вниз. джи тоже смотрел на того. — ты что хочешь покушать? — я хочу панкейки. я сам могу приготовить, мне нравится это дело. — сказал джи, улыбаясь и смотря на чонсу. — но ты у меня в гостях? я должен накормить тебя. — сказал су, направляясь к выходу. — ты сходи в душ хотя бы. — хорошо... чонсу вышел из комнаты, а джисок ушел за ним. попросив полотенце, он направляется в душ закрыв за собой дверь звуки льющиеся воды из лейки душа доносится до кухню, когда ким достаёт нужные ингредиенты для приготовления панкейков из холодильника и ставит на стол, прокручивая рецепт у себя в голове. через полчаса джи приходит в кухню, где видит, как чонсу готовит. он сел за стол и стал наблюдать за су. еще пару минут, и панкейки, лежащие в большой белой тарелке с красными узорами стояли на столе. чонсу сел напротив квака и они начали завтракать. — я сейчас поеду на тренеровку на стадион. но что мне с тобой делать? всё-таки скоро чемпионат мира. — перебивая тишину, произнёс чонсу. — возьми с собой меня, я только посмотрю. — улыбаясь, попросил джи. — хорошо. они позавтракали и поехали на стадион. чонсу решил вновь повторить свою программу на льду, пока джисок просто сидел на трибуне и наблюдал за ним. внезапно су краем глаза замечает своего бывшего тренера - нынешнего тренера квака, что стремительно идёт к младшему. — квак джисок, что с вами случилось? почему вы не катаетесь? разве вам ее предстоит должны ехать на чемпионат мира? - сказал тренер, смотря на джисока. — я не поеду. я для себя катаюсь, мне не нужна публика. а вчера я переоценил свои навыки и решил сделать закон, но, как видите, попытка была тщетной. зато посмотрите на программу ким чонсу... — у него недостаточно навыков, его движения не настолько изящные, как те, что ты показал мне вчера. — буркнул тренер, повернувшись лицом ко льду. - ким чонсу, ко мне, быстро. — что такое? — спросил су, подъезжая к тренеру. — завтра уже чемпионат мира. надеюсь, вы готовы. — сказал тренер, отвернувшись от су в сторону двери, после чего ушел. чонсу воздержался от слов и просто поехал дальше выполнять свои упражнения. вечер. су закончил все свои тренировки и пришел на трибуну. — тебе не холодно? — спросил чонсу, смотря на джисока джисок устал наблюдать, он хотел спать и отдохнуть. кроме тогс, ему действительно холодно, откуда чонсу узнал? — есть такое. — сказал джисок, скрещивая свои руки на груди. — пойдем , согреешься. они зашли в пустую мужскую раздевалку для фигуристов. чонсу принес горячий кофе себе и джисоку. тот взял его холодными руками и стал его попивать, пока чонсу устраивался рядом с джисок ом на скамейке. — что делать будем? я, в принципе, готов к выступлению. но хочу еще потренироваться. может, ты ко мне домой поедешь? — сказал су, смотря на того. — да, можно. чонсу дал гаону ключи от квартиры, а сам направился на лед. гаон уехал. через пару часов, когда чонсу вернулся домой, парень почувствовал запах вкусной острой курочки с самого порога. запах с кухни был потрясающим, а дома было чисто. он прошёл в кухню и увидел спящего за столом джисока. чон улыбнулся и подошел к младшему. будить парня - не самый лучший способ, так что он просто взял его на руки и понес в свою комнату. су аккуратно положил того на кровать и ушёл покушать. джисок спокойно поджал ноги под себя, ощущая себя на мягком матрасе даже сквозь сон. квак нащупал кусочек одеяла и обнял, укутываясь в него. чонсу покушал и пришел в свою комнату, где переоделся в пижаму и лёг рядом с джисоком, отворачиваясь от него, но джи во сне почувствовал, что к нему кто-то лёг. он прижался к старшему, обнимая широкую спину чонсу. утро. раннее утро. гаон просыпается и чувствует пустоту рядом с собой. рядом с ним никого нет. он смотрит по сторонам, но не находит чонсу. квак встал с кровати и вышел из комнаты. никого не было. неужели его решили вот так бросить? джисок хотел уехать, но надо хотя бы хотя бы умыться. опустив нос, парень грустно побрёл к ванной комнате, хромая на одну ногу. не раздумывая, он зашёл в душ, как вдруг наткнулся на чонсу, стоящего у раковины. тот делал причёску, укладывая мокрые волосы перед сушкой феном, но взгляд гаона подметил другое. старший стоял перед раковиной, смотря в зеркало, лишь в одном полотенце, что закрывало нижнюю часть тела, и красивые руки, что перебирали волосы. если бы квак был художником, то он бы, наверное, посвящал картины только чонсу. как жаль, что он не художник. джи сразу же отвернулся от чонсу. — прости, я думал, что ты на каток уехал, а я решил умыться и уже ехать на чемпионат мира, я честно не думал, что... — гаон ничего посмел сказать, ведь он почувствовал на своей талии чужие руки, что прижимали джисока плотнее к телу су. — все хорошо, мы же оба парни, у нас всё одинаково. — шепнул су в ухо джисока. квак хочет растаять от этих слов, но понимание того, что его слова не несут за собой никакого сексуального подтекста, заставляет младшего расслабиться. это обычные слова, которые произнёс су в неподходяще интимной позе. но для джисока это уже ад. щёки квака покрылись густым румянцем, когда взгляд скользит вниз, останавливаясь на собственных стопх. сквозь туман смущения ощущается прерывистое дыхание, что никак не может успокоиться благодаря рукам, сжимающим его нежную кожу поверх футболки. горячие руки освободили талию джисока, когда чонсу прочитал неловкость и нервозность на лице младшего в отражении зеркала напротив. гаон повернулся, стремясь выйти из ванной, а чон опять увлёкся укладкой волос, собирая и взъерошивая мокрые волосы. квак ушел из ванны в кухню, приготовив кофе и омлет на скорую руку. забравшись на стул, столкнувшись с трудностями из-за больной ноги, он поспешил подпереть свою голову рукой. взгляд опущен в кофе, помешивая его ложкой, пока в голову лезут мысли о старшем, а вернее запечатлевшиеся воспоминания в голове квака из ванной комнаты. су прошёл мимо него, отвлекая его от мыслей, заставляя смущённо отпить кофе. ким ушёл в комнату, чтобы переодеться и собрать необходимые вещи на чемпионат мира. гаон доел свой завтрак и помыл за собой грязную посуду, после чего пошёл в душ. вновь нахлынувние воспоминания заставляют проверить несколько раз, что он закрыл за собой дверь, дабы конфуза не повторилось. на чемпионате мира. ведущие озвучивали участников, и многие фигуристы/фигуристки уже показали свои программы, пока чонсу был в своей гримёрной комнате и готовился к своему выступлению. — ким чонсу, к вам пришли. — сообщила работница и поспешила удалиться. в гримёрку заходит джисок. чонсу поднялся с кресла, хотел было обнять своего друга, но, кажется, у джи были другие планы. медленно протянув руки к плечам старшего, гаон обнял его за шею, притягивая к себе. чтобы дотянуться до желанных ему губ, ему приходиться встать на носочки, стараясь держать равновесие, чтобы не упасть на су. квак потянулся к губам чонсу, сталкивая их в пылком поцелуя, наполненным желанием и страстью. руки старшего ложатся на талию гаона, притягивая его к себе. когда чувства в животе пульсируют, а ощущения не способны больше сдерживаться и закипают, квак чувственно проводит кончиком языка по нижней губе напротив, после чего он медленно вводит свой язык между влажных губ су. чонсу делает такое впервые, но ему нравится. он обнимает джисока крепче, наклоняясь к нему, чтобы он не нагружал свою больную ногу. "на лед выходит ким чонсу." — прозвучал женский голос ведущего чемпионата из динамиков. су быстро оторвался от гаона. он выбежал из раздевалки, но джисок погнался за ним, забивая на боль в коленке. он встал рядом с бортиком и смотрел на выступление чона, затаив дыхание. было видно, что тот нервничает. внезапно, как и всегда, появляется их тренер, идущий к младшему, не отрывая глаз от программы кима. квак просто смотрел на выступление чонсу и не обращал внимание, что происходит за его спиной. короткая программа закончена. су выходит со льда. следующее еще тяжелее, чон чувствует, как он нервничает. тревога так и витает вокруг старшего в воздухе, настигая квака. прошло полчаса, до выступления чонсу остаётся программа ещё одного парня, уверенно выходящего на лёд . ким судорожно вспоминает все свои движения, но внезапно чувствует, как к нему подходит джисок и обнимает широкую спину сзади. — чонсу, ты сильный, ты справишься. я верю, ты займешь первое место. — произнёс гаон на ухо чонсу, уперевшись подбородком в его плечо. — джи, я не подведу тебя. — сказал чонсу перед тем, как голос из динамиков вновь произносит имя кима, вызывая его на прокат ещё одного номера. мимолетно чмокнув младшего в щеку, чон ступает на лёд, скользя по гладкому льду к самому центру арены, чтобы оттуда начать свое выступление. окончание чемпионата мира. — и первое место первое место занимает... — кровь кипит в жилах, заставляя ноги онеметь, а руки трястись. напряжённая пауза разжигает тревогу и нервозность чонсу, когда ведущий всё же выкрикивает, держа в руке мерцающий кубок. — ким чонсу! аплодисменты! чонсу был рад. очень рад. хотя сколько раз он их получал, но все равно он всегда улыбается во все тридцать два зуба. он вышел за кубком под бурные аплодисменты, после чего сфотографироваться, а через несколько минут он ушел в раздевалку, когда озвучивали второе и третье место. когда су зашёл в раздевалку , там его ждал джисок. — я же говорил, что ты сможешь. — сказал джи, приближаясь к су. — джисок, без тебя я никто, я люблю тебя. — сказал чонсу, тоже приближаясь к джисоку. чон улыбнулся и обнял его со всей силой, но всё же бережно. гаон улыбнулся и обнял су в ответ, притягивая к себе. квак немного отстраняется, чтобы взглянуть в глаза парня, как вдруг замечает ответный взгляд на себе. чон медленно наклоняет голову к губам джисока и целует их, утопая в сладком привкусе и прижимая парня к себе. теперь они будут вместе до конца их жизни. джисок будет поддержкой чонсу, а су будет давать джи столько любви, сколько он раньше отдавал фигурному катанию. то есть, всю. .