Хогвартс зла

      Медленно приоткрывая дверь, Полумна проскользнула внутрь туалета. Вокруг стояла полутьма, а пол был залит водой, словно тут похозяйничал Пивз.       Полумна изучающе обвела взглядом комнату, будто пыталась разглядеть остатки магических чар. Хогвартс всегда ощущался по-особенному, а теперь лишь сильнее напоминал о древней магии, к тому же, она как никогда на шаг ближе к первооснователям школы. Если бы на ней сейчас оказались те самые очки для мозгошмыгов, то они бы обязательно отразили переплетения нитей волшебства, все те узоры, что обязательно откроют новые тайны через свои символы. Стены таили не только историю, но и контуры различной силы магии.       Глубоко вдохнув, чтобы наполниться энергией, Полумна сосредоточилась. Ей не раз доводилось встречать полтергейста, но столкнуться вот так лицом к лицу…на всякий случай девушка сжала палочку, прокручивая в голове все заклинания, которые могли бы ей помочь в этой ситуации.       — Хнык-хнык… Мерзкие людишки… – послышалось слабое шипение со стороны кабинок. Звук едва ли походил на привидение, скорее на плач маленькой девочки. Полумна немного расслабилась и приблизилась к нужной дверце.       — Ты в порядке? Хныкающие звуки резко прекратились. Возникло даже ощущение, что человек по ту сторону пытался беззвучно растворить своё существование. Стоит развернуться и уйти, но почему-то… «Мне это знакомо», – вдруг промелькнула мысль у Полумны, заставив поёжиться.       Первый год в Хогвартсе. Одна маленькая светловолосая девчонка заходит в вагон. Она специально надела своё самое любимое ярко-жёлтое платье, большие розовые очки и зелёные туфли с блёстками – любимый наряд. У неё не было особого опыта в общении с одногодками, но ей казалось, что, если рассказать ту последнюю историю папы про морщерогого кизляка, то точно появится много друзей. Ведь невозможно не любить этих милых существ, она сама тут же была покорена, когда впервые увидела… Папа ей говорил, что она сама становилась похожа на неземную фею, чуть отрешённую, с рогом как у кизляка, каждый раз, когда вещала свои истории. Поэтому, сделав как можно более лучистый и открытый взгляд, как она тренировалась у зеркала, девочка встретилась с суровой реальностью: где мало того, что кизляки были абсолютно никому не интересны, но и она сама выглядела далеко ни как фея, а как полоумная ведьма...       — Я не пытаюсь тебя обидеть, правда, – Полумна на секунду замялась, подбирая правильные слова. – Я точно такая же жертва гелиопатов.       — Кто такие гелиопаты? – раздался растерянный голосок за дверью.       — Духи огня, они…       Дальше Полумна говорила и говорила. Кажется, впервые её решил кто-то выслушать. Возможно, дело было в том, что новая слушательница заперта в туалете, поэтому сбежать, кроме как по трубам, оказалось непосильной задачей. Только Полумне хотелось думать, что интерес был вовсе не притворным, ибо иногда слушательница искренне смеялась с её умозаключений, совершенно перестав плакать. В какой-то момент ученицы даже чуть не пропустили начало занятий. Полумна совсем увлеклась своим рассказом, начиная добавлять в теорию из книг рассказ о том, как папа однажды поймал одного из духов и решил пожарить сосиски. Конечно, тот яростно сопротивлялся и не желал служить людям. Её папе пришлось применить с десяток заклинаний, прежде чем разгневанное существо перестало поджигать у бедных маглов их любимые тыквы. Правда Обливиэйт в тот день он так и не использовал, ибо в другой стране на Хэллоуин даже почиталось «немного страшного волшебства».       Хотелось бы девочке и самой в тот момент вживую увидеть эти события, а также как изменилось восприятие тех людей. Быть может, в следующем поколении даже родился кто-то из волшебников?              — Ох…у меня Трансфигурация, а там профессор Дамболдор, – Полумна в панике начала прощаться.       — Меня Миртл зовут, – вдруг решилась раскрыть своё инкогнито девочка за дверью. – Конечно, не уверена, что ты захочешь дружить с такой зубрилкой и изгоем как я, но…       — Я тоже изгой, можешь звать меня Луна, Когтевран, 5 курс, – она слишком поздно опомнилась, что сейчас на другом факультете, но почему-то не решилась исправиться.       — О, и я! Только 2-й курс. И это оказалось правильным решением, которое сразу расположило к ней незнакомку.

***

      Как назло, сегодня лестницы абсолютно не хотели идти навстречу путешественнице из прошлого. Буквально вчера, будучи в своём времени, она попала в спальню – между прочим в самой высокой башне – всего за четыре попытки. Сейчас же…шла десятая, а из успехов: удалось оставаться на том же втором этаже. Сдавшись, она обратилась к картине. Если бы ей было одиннадцать, то она бы безусловно растерялась, что делать в такой нестандартной ситуации, но за пять лет легко привыкнуть: лучшая навигация в лабиринте Хогвартса – «спроси дорогу у портрета».       Парочка тайных ходов, ещё пять пролётов и ученица благополучно влетает в класс трансфигурации. Обычно, когда кто-то опаздывал на двадцать минут, то профессор награждал штрафными баллами. Неприятно. Сегодня же на неё едва ли бросили взгляд, продолжив разъяснение.       Возможно, преподаватели прошлого действительно были лояльнее, предметы проще, друзья находятся в первый день… Ей всё больше нравился этот мир. И зачем тогда возвращаться в свой?       Спустя буквально минуту, Полумна ощутила на себе чей-то прожигающий взгляд. Ей не удалось найти обладателя, но почему-то она была уверена, что им оказался никто иной как староста. Почти удалось забыть, что учится с будущим Тёмным Лордом… Вот и пока единственный небольшой минус.       Раз за разом они повторяли практику превращения. В этот раз Полумне не повезло. Уроки профессора Дамблдора оказались гораздо сложнее, чем его потомка – профессора МакГонагалл. К тому же ученица пропустила добрую часть теории, что вовсе не придавало уверенности в том, что именно нужно делать. Тем временем почти у всех вокруг были хоть какие-то успехи в отличие от неё.       — Мисс… Лавгуд, верно? – раздался над её ухом знакомый голос, только чуть более серьёзный, чем у Дамблдора в дальнейшем.       — Да, верно, профессор… Эбублио! – она изо всех сил попыталась повторить идеально, что требовалось от заклинания, но естественно с треском провалилась. Из её палочки вытекла мыльная жижа, едва ли когда-то способная надуться в пузырь. От учеников же требовалось внутри него поместить иглу. Полумна опустила виноватый взгляд, понимая как много раз придётся тренироваться до нужного эффекта.       — Вам стоит зайти на чашечку чая, мисс Лавгуд, допустим… – будто издеваясь, волшебник создал огромный искрящийся шар, как и требовалось от заклинаний остальных, а потом в нём быстро пролистал свою проекцию ежедневника. – В ближайшую пятницу.       Девушка услышала, как неприятно заулюлюкали Гриффиндорцы. Всё же она ошиблась. Что-то везде оставалось неизменным…

***

      Наступила уже глубокая ночь, когда Полумна наконец-то коснулась подушки. Первый день выдался невероятно долгим, ведь последним уроком поставили астрономию. На самом деле это была одна из любимых её дисциплин. По звёздам можно узнать очень многое… Даже сейчас перед внутренним взором, стоило только закрыть глаза, мелькали различные разноцветные искорки. Они переплетались в узоры и рисовали свои сказки на ночь. Обычно Полумна любила помечтать, глядя на ночное небо своей спальни Когтеврана, но сегодня темнота Слизерина была даже более умиротворяющая. Ничего не мешало погрузиться в долгий и спокойный сон после такого сложного дня. Завтра она обязательно переосмыслит все события и поймёт, зачем и как оказалась в прошлом.       Ночь пролетела очень быстро и без снов. Весьма непривычно для такой творческой натуры, как Полумна. Она любила записывать свои ночные приключения так же сильно, как и просыпаться, глядя на огромное небо. У себя дома она специально разрисовала потолок, чтобы на неё смотрел кто-то знакомый, охраняя сон. В Хогвартсе же каждый раз утро сияло по-разному из-за огромных окон под потолком. Ей всегда казалось, что именно благодаря солнечному свету, она любит вставать пораньше и, нежась в кровати, воображать те приключения, которые могут её ждать сегодня, пока потолок постепенно становится ещё более сияющим и воздушным. Только вот… В полутьме подземелья она вновь просыпалась даже раньше обычного. Постаравшись быстрее, чем вчера, принять реальность, девушка резко села и огляделась. Перед сном она разбросала свои вещи и легла прямо в мантии, стараясь забыться беспробудным сном. Неудобно вышло. Раскладывая вещи и понемногу приводя себя в порядок, Полумна начала замечать, что некоторые её вещи из дома тоже были здесь. Например, краски и холст. Она точно никому не рассказывала, что учится рисовать, а значит всё гораздо сложнее, чем ожидалось. Некоторые её любимые выпуски “Придиры” прошлых лет тоже благополучно ждали своего часа на дне чемодана. «Неужели я тут навсегда?»       Комната расплывается перед глазами, дышать становится тяжелее, руки и ноги стремительно мёрзнут... Ощущается, будто пространство вокруг оживает и решает показать ту гамму эмоций от одиночества, в котором ей теперь предстоит жить много-много лет. Подземелье сковывает холодом сильнее, чем обычно, иней покрывает всё тело. С каждой секундой становится сложнее отличить, где физические ощущения, а где мыслеобразы. Даже её глаза наполняются маленькими и холодными льдинками, которые через несколько мгновений неприятно ранят и падают на кровать.       Пришлось приложить усилие, чтобы и дальше не поддаваться наваждению. Вся эта ситуация просто не могла оказаться правдой! Той реальностью, в которой ей теперь предстояло жить. Только изменить ничего было нельзя… Она тихо вздохнула и вытерла слёзы. Нужно развеяться. Время до обеденного урока ещё оставалось. «Срочно пойти куда-то, где тепло и знакомо».       Пока Полумна собирала учебники, натягивая свежую и комфортную одежду; её не покидали мысли о том, где же то самое место, которое сможет помочь? Чтобы точно отыскать ответы и получить поддержку… Да, безусловно. Запретный лес.