2√3 мандарина

      — Дин, останься после уроков, — сказал молодой преподаватель, после того как озвучил оценки за самостоятельную работу.       — Хорошо, — согласился Винчестер. Он никому, разве, что младшему брату, не говорил, что по уши влюблен в своего преподавателя по математике. Только из-за него он и приходит в эту школу, а не как раньше, при каждом удобном случае прогуливает уроки. Благодарю Кастиэлю Новаку Дин и сел за математику. Да, этот учитель хорошо знал свой предмет и умел объяснять, но Винчестеру просто хотелось его порадовать и создать впечатление умного парня, чтобы было не как обычно, когда его считали обычным двоечником, которому ничего в этой жизни не надо.       Кастиэль, или как его называют ученики и коллеги Кас, был довольно общительным, хотя иногда в этом общении его считали немного странным, и мог поддержать разговор на любую тему, какую бы не завели ученики, чтобы не писать очередную самостоятельную, которую в итоге все равно писали.       Никто не знал, что на самом деле его привело в школу, но это определенно всех радовало. Ученики, да и коллеги по работе, любили и уважали его, даже иногда сами не зная за что. Но это как-то все равно не спасало его от школьных шуток, но и он не оставался в стороне и своеобразно «мстил» своим обидчикам. То вариант на самостоятельной, случайно, отдельный даст, чтобы списать никаких шансов не было, то вызовет на оценку решать задачи со звёздочкой. Так что всем было весело.       Дин всегда думал, может ли такой идеальный человек существовать на самом деле? Такой красивый, умный, с классным чувством юмора. Конечно, иногда он, также по известной не для кого причине, переставлял слова в предложениях, но, кажется, никто не считал это недостатком. Да и ещё, да ученики уже все узнали, семьи у него не было. Как так? Что-то же в нем должно быть? Что-то что не списывало бы его в рамки «слишком идеального человека». Хотя слишком идеальным он и не был. Он просто был собой. В меру классный, в меру умный и… Он просто был собой и это в нем и было прекрасно.       Ещё Дин всё ещё не понимал, как так вышло, что они всё-таки начали встречаться. Иронично вышло, что Кастиэль знал почерки всех своих учеников и когда Дин, забавы ради, решил отправить ему валентинку с честным признанием в любви, то был мягко говоря в шоке, когда мало того что Кас его вычислил почти сразу, так ещё и любовь то оказалась взаимная.       Когда звонок все-таки прозвенел с урока, Дин выплыл из своих мыслей, полностью погруженным молодым преподавателем. И его одноклассники как-то не очень хотели оставлять его наедине с учителем, поэтому парень решил, что успеет перекусить и достал из рюкзака мандарин, который, кажется, забросил туда младший брат, за что ему огромное спасибо.       Непонятно всё-таки, почему ученики так медленно спешили домой, но Дин все ждал, пока все уйдут, растягивая несчастный фрукт как мог.       — Что? — спросил Дин, подходя к учительскому столу, доедая последние дольки. На что Кастиэль тут же поднял на него взгляд.       — Дин, давай ты сначала мандарин свой доешь, потом объясню в чем твои ошибки, а то уже запах на кабинет весь стоит, — сказал Новак, доставая из стопки работу Винчестера. Парень тут же запихнул оставшиеся дольки в рот и с интересом уставился на учителя. Новак увидев это, умиротворенно улыбнулся.       — Смотри, ты решаешь правильно, но постоянно забываешь единицы измерения, — сказал Кас, подчёркивая красной ручкой ответы в самостоятельной.       — Зачем их вообще писать? — спросил Дин, переводя взгляд то на преподавателя, то на свою работу. Больше его интересовал всё-таки преподаватель. Этот прекрасный голубоглазый ангел.       — Чтобы я понимал, что ты имеешь ввиду, — пытался добавить в голос строгости Новак, — вот тут 2√3 чего?       — Как будто не понятно, — сделал обиженный вид Винчестер.       — Ну может ты хотел ответить 2√3 мандарина!       — Ладно, я понял, — закатил глаза парень, а после улыбнулся, — ты во сколько заканчиваешь?       — Одну работу проверю и свободен, — ответил учитель, прекрасно понимая к чему клонит парень.       — Вот и прекрасно, я пока тебя подожду, тебя и твои 2√3 мандарина, — сказал Дин, сев за первую парту перед учителем, не переставая неприрывно на него смотреть. На что получил слегка загадочную улыбку. И Винчестер сразу понял, что он уже решил, куда они пойдут после школы.