Разговор

Прошел месяц после выхода Дазая из комы. Мужчина промучился и постоянно жаловался Куникиде о том, что хочет вернуться в агентство. Доппо и сам хотел это, но не говорил, ведь его опять будут донимать, подкалывать, все как обычно, опять тупые шуточки и смех этого упыря. Шатен смотрел жалобно на напарника, когда он приходил. Осаму чуть ли не на коленях просил того, чтобы помог выписаться из больницы, ведь сейчас Дазаю нужен был рядом человек, который поможет с чем-то, а по-другому врачи не были согласны его выписывать. После такого ранения восстанавливаются очень долго, а суицидник будет восстанавливаться еще дольше, так как себя он не бережет от слова совсем. Время 3:27 ночи. Куникида просыпается от звонка. «Интересно, кто может звонить в такое позднее время?» пролетело в голове идеалиста. Он присел и протянул руку к телефону. Нащупав источник шума, Доппо принял звонок и потер переносицу. Глаза все еще слипались, но тут ему сказали такое, от чего сон как рукой сняло. Мужчина сбросил трубку и резко вскочил с кровати. Он включил свет в комнате и открыл шкаф, выкидывая нужные вещи на кровать. Быстро одевшись и натянув на скорую руку пиджак, отправился на улицу к машине. По пути Доппо надел очки и уже в этот момент выскочил из подъезда. Идеалист открыл машину и стал заводить. Звук мотора раздался по всей улице. Надеемся, что этим он никого не разбудил. Куникида выехал из двора и поехал в сторону больницы. У Осаму вновь проблемы. Это даже уже не удивительно, но черт! Как этот идиот додумался до этого!? Детектив был очень зол на напарника. Он выехал на центральную улицу. Все тихо. Машин крайне мало, людей можно сосчитать по пальцам. Фонари горят не везде, но освещают почти всю территорию. Из окна веет прохладный ночной ветерок. Только он мог охладить горячую голову. Куникиде уже самому стало плохо. Он так резко вскочил, что сейчас понимает, что так не стоило делать. Сейчас идеалист надеялся, что все обойдется и он спокойно доедет, а там уже и попросит чего-то сладкого, видимо у него понижено артериальное давление. В глазах потихоньку темнело, все было размытым. Слава богу, мужчина уже приехал. Доппо зашел в здание и чуть не упал. Заметив это, медсестры сразу помогли ему присесть и дали выпить чай с сахаром, также дали шоколад. Через пару минут к Куникиде вышел доктор. Сейчас идеалисту было гораздо лучше. Он, при виде врача, вновь вскочил. -здравствуйте. Что произошло с Осаму? – спросил он и хотел узнать как можно скорее, что случилось и понять, куда ехать, чтобы прибить этого неполноценного. -здравствуйте. Сначала бы вы присели, я слышал, вам стало плохо, - сказал доктор, осматривая Куникиду с ног до головы. -все в порядке, ничего страшного. Так расскажите, что случилось? -как вы знаете, ваш друг сбежал. Я без понятия как он смог выбраться через окно на 3 этаже, но он кое-что оставил, видимо для вас, - он протянул какой-то листок. На нем было следующее: «.-.- -. . --.. -. .- ..-- -.- .- -.- --- .--- .- -.. .-. . ... -. .- .--. .. ... .- - -..- -.--.» Теперь Доппо осталось расшифровать это. -ну знаете, он еще и не такое может. Спасибо вам. Какие документы я должен подписать для выписки? Потом и его заставлю сюда прийти, тоже подпишет, - хирург и Куникида подошли к стойке регистрации и подписали нужные бумаги, осталось поставить Дазаю подпись и он будет выписан. Доппо разберется с ним. Идеалист вновь поблагодарил за помощь и извинился за напарника. Он вышел из больницы и сел обратно в машину. На горизонте потихоньку появлялось солнце, скоро утро, а Куникида так и не убил этого упыря, ну ничего, у него весь день впереди. Детектив стал расшифровывать эту записку и получил адрес, который находился где-то в лесу. Было странно, но делать нечего, видимо Дазай там. Вскоре Доппо приехал в лес и увидел здание. Оно было уже давно заброшено. Он вышел из машины и закрыл ее. Засунув руки в карманы, пошел в сторону входа. Все было очень странно и не совсем понятно. В лесу было жуть как тихо, лишь деревья покачивались на ветру. Ни животных, ни птиц, никого. Воздух тут ощущался как-то по-другому. Каждый раз вдыхая, по коже проходил небольшой холодок и постоянные мурашки. Куникиде не нравилось тут ничего. Заходя в здание ничего особенного не было, что странно. Хотя нет, Доппо ищет подвох там, где его нет. Проходя один из этажей, он заглянул в большую комнату. Проходя дальше можно увидеть по центру кровь, которой уже не одни и не два года. В стенах были небольшие отверстия от пуль, которых было действительно много. «Кто-то так много раз промахнулся?» спросил сам у себя Куникида и посмотрел в окно, которое открывало вид на лес и небо. Солнце уже встает. Свет попадает на самого идеалиста и освещает его шею. Мужчина развернулся и пошел дальше. Дойдя до крыши, он открыл дверь и наконец-то увидел своего напарника. Доппо выдохнул, когда сам убедился, что Дазай жив. Идеалист молча подходил к шатену. Ругаться совсем не хотелось, сил ни каких, да и еще днем на работу надо идти. Блондин подошел к напарнику и впервые увидел, чтобы он курил. -Дазай, ты куришь? – спросил он и стал дожидаться ответа. Тот даже не пошевелился и не удивился. Он ждал Куникиду. И, видимо, сегодня ответа на этот вопрос он не узнает. -Куникида, помнишь, ты сказал, что мы поговорим на ту тему? Так вот, что ты хотел узнать? – Доппо очень удивился. Сейчас Осаму был хладнокровен, таким агентство его никогда не видело, да и к тому же он сейчас серьезен как никогда. Неужели Дазая так сильно затрагивает тема его прошлого, особенно тема о его друге. -я понял, что ты сделал это все, чтобы отомстить за Одасаку, тогда вопрос, почему он был тебе настолько важен? Кем он вообще был? – напарник, что стоял напротив, вновь закурил и выдохнул облако дыма. Табак жег горло, что все еще болело, но ему было плевать на здоровье, потом он за это получит. -Одасаку был единственным, настоящим, моим другом. Вместе мы пережили многое, но когда появилась организация Мимик, а Анго нас предал, то все пошло под откос. В один из дней на Акутагаву напал Андре, Ода смог спасти его и тогда познакомился с главой Мимика. Как я уже говорил, их способности оказались похожими. Андре хотел сразиться с ним, но Одасаку был тем мафиози, который не убивает. Знаю, это странно, но это было именно так. Они разошлись. У оды были дети, за которыми он ухаживал, они были сироты. Этим решил воспользоваться Андре. Он убил этих детей на глазах Одасаку и видимо тогда он и сломался. Я попытался его отговорить от этого сражения, но не смог. Он ушел. Я успел только к концу битвы. Именно в этом здании 4 года назад он умер! Умер у меня на руках. Я…я не успел. Я просто банально опоздал. Помню, как держал его, как он мне говорил... «Ты сказал мне, что можешь найти причину жить в этом мире, если будешь жить в мире насилия и крови. Ты не найдёшь. Наверняка, уже сам это знаешь. На стороне тех, кто убивает людей, или тех, кто спасает, не появится ничего из того, что ты ожидаешь. ничто в этом мире не сможет заполнить дыру одиночества в твоей груди. Ты будешь вечно бродить в темноте. Будь на стороне тех, кто спасает людей. Если обе стороны одинаковы, то стань хорошим человеком. Спасай слабых и защищай сирот. Я знаю, что для тебя ничего не значат слова «хороший» и «плохой», но это хотя бы сделает тебя чуточку лучше.» Я помню это все, дословно. Это были его последние слова, - на этом Дазай закончил свой рассказ. Он сам больше не мог говорить. Его руки дрожали. Он закричал. Было на столько больно. Больно, как тогда. Будто он вернулся в прошлое и ощущает все, как в первый раз. Боль, что разрывает грудь изнутри, заставляет кричать. Но сейчас становится… легче? Его кто-то обнял… Пытается поддержать? Помочь? Ему? Осаму расслабился в объятиях и выдохнул. -Дазай, сейчас все хорошо, ты не один, - сказал Куникида и этого было достаточно для шатена. Доппо обнимал его и вроде тот перестал так трястись. Не спроста Дазай иногда видит в Куникиде отражение Одасаку.