Отбросы общества или почему нельзя переводиться в другой класс

Огонь окружал все вокруг. Люди в панике пытаются сохранить свою жизнь, сбивая друг друга с ног, а в последствии затаптывали, но даже будучи уже полумертвыми, некоторые не оставляли попыток сбежать от наступающей стихии. Повсюду обваливались здания, зачастую, придавливая огромными обломками, пробегавших мимо людей. Отовсюду разносились крики, мольбы и плач оставленных матерьми детей в качестве жертвоприношения для злочастной стихии в надежде на то, что она оставит их в покое. Но, видимо, что-то пошло не по плану и огонь только сильнее разбушевался, обрушившись на все и вся с еще большей силой. Казалось бы ничто уже не изменить, но тут все остановилось. Как-будто кто-то нажал на паузу и все застыло в том положении, в котором было в эту секунду. Вот перед нами заствывший над людскими головами, колокол, за несколько секунд до этого свалившийся с колокольни. Вот упавший старик с седой бородой пытается проползти средь бесконечных людских ног, которые то и дело затаптывают его и без того хлипкое тело. И вновь переход. Теперь перед нашим взором заплаканое и напуганое личико девочки лет десяти, изо всех сил прижимавшей к себе младенца, будто бы пытаясь защитить от надвигающейся опасности. Таких примеров застывших в один миг людей можно привести бесконечное множество и перечислять их можно долго, но вряд ли это кому-нибудь нужно. Так что мы просто созерцаем все это с высоты птичьего полета. С такого расстояния все эти люди кажутся не более чем однородной массой, каждая особь которой лишь следует инстинкту самосохранения, не замечая при этом страдания других или даже членов собственной семьи. В прочем, сейчас данный пейзаж начинает терять свою четкость. Пространство вокруг постепенно заполняется белоснежной дымкой, которая обвалакивает каждый силуэт и тот неведомым образом расстворяется, словно юпи. И вот, спустя несколько минут от всего хаоса осталось лишь белое пространство, не несущее за собой ни единого намека на то, что здесь только что произошло. Снова эти кошмары. Уже на протяжении месяца этот то ли недуг, то ли предзнаменование докучает своим существованием и периодическим вторжением в царство Морфея тем самым не давая организму набраться энергии на проведение еще одного дня, наполненного однообразными событиями. Хотя, может при таком раскладе особо много ее и не нужно? Но, если подумать, то ходить словно только что после насыщенного впечатлениями дня с одной стороны довольно неплохо, но с другой сразу ведь начнутся расспросы что да как. А этого, признаться, не очень то хотелось. Электронный циферблат будильника показывал без двенадцати пять утра в нижней части сразу под красными цифрами были указаны число и месяц — 28 января. Щелкнул выключатель. Слегка тускловатый теплый свет осветил небольшую комнату с довольно высоким потолком, в которой царил полнейший беспорядок. Вдоль стен стояли книжные шкафы со стеклянными дверями, плотно заставлненные различными книгами. Тем не менее, даже при таком обилии мест для хранения, некоторые экземпляры либо стояли на полу в невысоких ровных стопках либо же были разбросаны в неподобающем виде среди огромного множества других вещей, таких как одежда, принадлежностей для рисования, красок и даже где-то в углу можно было разглядеть гриф, зарытый под горой разнообразных сумок и рюкзаков. Посреди комнаты, на расстоянии не более метра от близстоящего шкафа, расположилась не больших размеров кровать, скорее напоминавшая больничную койку, рядом с которой стояла тумбочка, где, собственно, и находились те самые часы. Единственным местом, которое выделялось из всего этого бардака, было окно. Его широкий подоконник черного матового цвета был полностью чист и не забит всякой всячиной, в отличие от основной части комнаты. Наверное, единственным минусом этого отделенного уголка было то, что по ту сторону окна находилась стальная решетка, прутья которой расположены настолько близко друг к другу, что вряд ли можно было меж них просунуть руку. Что ж, полно с нас описания помещения. Лучше перейдем к здешнему герою. Впрочем, особо примечательных факторов назвать не получится. Пред нами особь мужского пола. Рост чуть ниже среднего, слегка худощавое телосложение, узкие плечи, тонкие, не особо длинные руки, очень бледная кожа создававшая ощущение будто вовсе не живой человек, а ходячий труп. Слегка длинноватые черные, словно смоль, волосы были сильно растрепаны. И средь всего этого черно-белого кошмара сильно выделялись темно-синие глаза. Парень подошел к окну и открыл его. Резким порывом в комнату ворвался ледяной воздух, от которого стало многим легче дышать в душном помещении, но в то же время, по телу пробежали мурашки от жуткого холода. Все-таки стоило одеться потеплее, а не лезть на мороз в майке, да спортивках. Тем не менее, уже немного свыкшись с холодом, черноволосый так и продолжил стоять перед открым окном и, со скучающим видом, принялся разглядывать происходящее на улице. Что тут сказать? Главным составляющим сего пейзажа был снег. Он лежал огромными сугробами везде и на всем, где можно. На машинах, стоящими ровными рядами на парковке (или предположительном месте ее нахожения), покрывая их до верху; на крышах домов, то и дело желая свалиться оттуда кому-нибудь на голову; на деревьях из-за чего они немного походили на сладкую вату. Вся эта картина освещалась лишь тусклым светом фонарей, но даже это не помешало окружающему миру выглядеть будто из-под всей этой толщи снега светил мощный прожектор, который ослеплял своим свечением в местах, до куда доходили лучи. Самое интересное, что даже в столь ранний час (позвольте напомнить, что на момент действия было 4:48 утра) находились столь ранние жаворонки, которые не пожалели себя и выбрались в этот лютый холод, дабы найти свою машину. К таким людям даже некое уважение появляется. К сожалению, насладиться красотой всего происходящего не удалось. Этому препятствовали металлические решетки за окном. Чтобы примерно представить сие поганое неудобство, попробуйте посмотреть на происходящее за вашим окном сквозь пальцы. Согласитесь, это не совсем приятно. В прочем хватит и об этом. Вернемся немного в прошлое. Если быть конкретнее, то где-то на три недели назад. Школа. Адское для подавляющего большинства подростков и детей место, из которого они постоянно стремятся свалить как можно скорее. Не, ну право дело, не особо приятно, когда какой-то человек монотонным голосом тебе что-то насильно втирает, да еще с таким видом, будто бы ты не человек, пришедший получать знания, а нечто недостойное занимать время учителя. Разумеется, такие образы встречаются по двое на этаже, но все же, именно они, зачастую, и являются своеобразной искрой для пробуждения детской ненависти, которая разгорается словно керосин. Что ж, о плохом поговорили. Давайте и о хорошем не забудем. Из подобных аспектов мы можем выделить сам процесс получения знаний. Согласитесь, не имей мы каких-либо познаний в грамоте, вряд ли бы нам было доступно то, что имеем сейчас. Хотя, многим, наверное, это безразлично. Давайте снова об учителях. В противопоставление особям, описанным выше, давайте вспомним и о тех, которые преподносят нам знания в более понятной нам форме и стараются непосредственно сделать это так, чтобы мы хорошо усвоили материал. Позвольте отметить то, что такие индивиды заслуживают нашего уважения. Итак, что же все-таки такого случилось, что тот день выделился из сотни таких же? Все начиналось как обычно. Будильник, недолговременные сборы и холодная дорога до места назначения. Далее бесконечная очередь в гардероб и, наконец, победный приход в нужный класс. На этом привычная обыденность прервалась. По каким-то неведомым причинам, в кабинет заглянул всеминенавистный заведующий по дисциплине и за несколько секунд под раздачу попало сразу пять человек. Среди которых был и наш герой в компании еще с двумя особями мужского пола и двумя младыми девами. Причина была не особо значительна, но здесь за не соблюдение такого обязательства как ношение школьной формы давалось жесткое наказание, состоявшее из выслушивания нотаций около сорока минут, при этом ни разу не повторив одного и того же аргумента дважды, что довольно удивительно. Обычно эта воспитательная беседа завершается грозным предупреждением о переводе в так называемый «отстающий» класс, который славится как полный «отбитых на голову личностей». На этот раз все закончилось немного иначе. Как только пришло время расходиться, заведующий произнес холодным тоном: — Александр, останься на пару слов. Стоящий рядом с нашим героем парень резко побледнел и его вид сделался таким несчастным, что появилось желание его как-то успокоить, хоть он и был выше почти на голову и казался более здоровым. С другой стороны получать поддержку от кого-то более слабого было бы немного унизительно не так ли? В прочем, спустя несколько секунд, заведующий понял, что оговорился и, прокашлявшись, поспешил исправиться: — То есть Олеандр. Я ошибся. Только что готовый провалиться сквозь землю Александр, мигом взбодрился и буквально выпорхнул из кабинета с фразой «до свидания». Его примеру последовали оставшиеся трое учеников, избежавшие дальнейших нотаций. Зато теперь отчаянию черновласого Олеандра не было предела. Он уже знал как все начнется и чем это может кончится. — Третий раз уже. Тебе что никак не усвоить здешние правила? Повышенный тон заведующего раздался в полной тишине кабинета, отчего в ушах резко зазвенело. — Послушай, ты ведь парнишка смышленый, все понимаешь. — продолжал он уже спокойным тоном — И что ты из себя строишь? Ответить так, чтобы его устроило не было невозможно. Иначе это бы смахивало на просьбу помиловать его от неминуемой каторги. А опускаться до такого уровня не было ни малейшего желания. Молчать было нельзя, потому что таким образом только взбесишь собеседника. Остался только один выход: отстаивать свою точку зрения и получить либо спасение, либо наоборот, только подвергнуть себя еще большей опасности. Размышлять было некогда. Пауза и так длилась долгие пять секунд. Так что Олеандр решился на самую рискованную фразу в данной ситуации. — Я не пытаюсь как-то «выделиться» подобным поведением. Просто вам не кажется, что подобным образом из личности человек может начать чувствовать себя не отдельным представителем, а лишь частью однообразной массы, в которой все ничем не отличаются друг от друга? Такими темпами вряд ли получится, если можно так выразиться, отыскать в человеке какие-либо личностные качества. Парень говорил ровным голосом, с большой надеждой на то, чтобы не запнуться. Как и ожидалось, данный аргумент привел заведующего в некоторое раздумье, но, спустя около полминуты, как на его лице появилась легкая ухмылка, что, конечно, не принесло черноволосому повода для расслабления. Все-таки что-то пошло не так, как следовало бы. — То есть, ты хочешь сказать, что за всяким, кто каким-либо образом выделяется из толпы обязательно скрывается великий талант? — не дожидаясь ответа он продолжил — Что ж, тогда давай ты мне попробуешь это доказать на личном опыте. Открыв один из ящиков своего массивного дубового стола, заведующий вытащил лист бумаги, что-то быстро написал, поставил печать и протянул Олеандру со словами, полные насмешки и издевательства: — Жду от тебя самых явных доказательств твоей теории. На листе красовались имя, множество шаблонной информации, главные слова «переведен в спец. класс» и размашистая подпись, перекрытая печатью с гербом школы. Пока парень рассматривал написанное, заведующий протянул еще один лист, только тот уже информировал об отстранении от занятий на полноценные три недели. Тут тоже красовались подпись с гербом. Итак, на тот день была две хороших и две плохих новости. Начнем с плохого. Во-первых, до школы теперь добираться будет дальше, во-вторых по первой причине теперь придется покупать проездной. Теперь о хорошем. Ну а здесь то, что теперь можно узнать этот самый «отстающий» класс изнутри и то, что на ближайшие три недели можно забыть про домашку. Тем не менее, даже последняя новость не прибавила никакого оптимизма в данной ситуации. Сразу после «освобождения» из кабинета, Олеандр был отправлен под домашний арест. В принципе, на этом повествование прошлого можно завершить и перейти к настоящему. Именно в этот, уже наступивший понедельник, отстранение от учебы пришло в недействительность и теперь через несколько часов придется искать новый корпус, где в ближайшее время парень будет учиться. Вспомнив о том, который сейчас час синеглазый все-таки закрыл окно и вновь улëгся спать.