Мальчик с пальчик.

Он медленно открыл глаза. Было темно. Парень даже засомневался, что вообще видит. Его внимание привлекло шуршание где-то справа. Он повернул голову. В темноте он смог разглядеть черты лица друга. Тот открыл глаза. —Давид... ты шо не спишь?.. - сонный шёпот нарушил тишину. В ответ молчание. Тут Берг окончательно проснулся, и до него дошло, что, вообще-то, Давид спал на его кровати. —Ты упал с кровати... Снова кошмар?.. —Видимо... —Иди сюда. Давид всё ещё не мог до конца осознать, что проснулся. —Не хочу... Никита вздохнул. Шатен колебался. До конца убедив себя, что гетерохромный желает ему только добра, он всё же согласился. Он медленно подошёл к брюнету. —Вот видишь, всё хорошо. - он аккуратно подвинул Призрака к себе рукой и обнял. Давид смутился, но в темноте этого не видно. Снова стало тепло и уютно. Снова вернулось чувство безопасности и защищённости. Чувство, которое появляется рядом с человеком, которого люб-... Никите стало спокойнее на душе. Снова усилилось желание защитить. Снова усилилось желание быть рядом. Снова усилилось желание сделать его счастливым. Желание, которое появляется, когда люб-... Утро. Ярко светит солнце. Если не смотреть на снег, то можно подумать, что уже лето. Шатен проснулся первым. Он хотел встать, но Берг всё ещё обнимал его, прижимая к ключице рукой. Румянец снова подступил к щекам. Он попытался вылезти, но рука оказалась слишком тяжёлой. Мифоискатель крепко спал, двухцветные волосы падали на лицо, а губы были изогнуты в очень слабую улыбку. —Никита... — неловко начал он, будить такого милашку не хотелось. От таких мыслей щёки покраснели сильнее. Брюнет и ухом не повёл. —Никита! - на этот раз ресницы задергались, и глаза чуть приоткрылись. —Всё хорошо...Давид... - сонно произнёс он, ещё сильнее прижимая кареглазого к себе. —Я рядом... Роменский улыбнулся. —Никита, проснись. Никита! Наконец, он полностью открыл глаза. Увидев Давида, что был прижат к нему, он покраснел. Убрав руку, он дал шатену высвободиться из его объятий. —Доброе утро! —И тебе. Парни позавтракали. Никита не хотел повторять свою вчерашнюю ошибку и решил провести этот день с Давидом. —Пойдём гулять, такое солнышко на улице. - предложил он. —Ну хорошо, давай. - это значило, что он снова будет наслаждаться уютом Никитиного шарфа и его теплом. Брюнет выругался, пытаясь застегнуть бракованную молнию на куртке. —А куда мы пойдём? —Нуу, в магазин через парк заглянем. —А, хорошо. Парни шли по парку. Погода прекрасная. Поют уже вернувшиеся птицы. Как и ожидалось, Давиду было тепло и уютно. А Никита был абсолютно спокоен. Ему было приятно наслаждаться лёгким ветерком и присутствием шатена. В магазине, Роменскому стало жарко, поэтому он переехал в сумку для продуктов. Интересный транспорт, однако. Когда они вышли из магазина, пошёл дождь. Ливень. Берг побежал домой. По дороге он споткнулся, и сумка перевернулась на все триста шестьдесят градусов, а Роменский, что в ней сидел, вылетел в мокрый снег. Брюнет тут же поднялся и побежал дальше, не заметив Давида. Загремел гром. —Никита! - закричал старший. Гетерохромный не услышал его, он продолжал бежать. —Никита!!! - он кричал, как только мог. Попытался выбраться из снега, но только зарылся глубже. Берг скрылся за поворотом. Роменский запаниковал. Этого не может быть. Капли дождя противно падали на лицо. Гром гремел отовсюду. Было очень холодно. Как такое могло произойти? Почему именно он? Сможет ли он найти дорогу до дома младшего? Спустя несколько минут, он всё же смог высвободиться из сугроба. Футболка и штаны промокли насквозь, волосы липли к лицу. Крошечными шагами он плелся к ближайшей лавке. Кожа покрылась мурашками. Ноги начали неметь, он поскользнулся и упал в лужу, в целое дождевое озеро. А он не умеет плавать. Кареглазый барахтался в ледяной воде, по щекам текли слёзы. В рот попала вода, он начал тонуть. Никита добежал до своей квартиры. Зайдя в прихожую, он первым делом посмотрел в сумку. Не увидев там Давида, он испугался. —Давид? - ответа не последовало. —Давид???