Удержи

      Одна рука держит за перекладину, другая отрывается от веревки, зал ахает. Ахает ли от восхищения, или от страха за выступающего—неясно, да и не важно, ведь все продолжают смотреть. Он переворачивается в воздухе, цепляясь теперь одной ногой за перекладину и убирая руки совсем, медленно раскачивается, чтобы выполнить трюк.       Треск. Один конец веревки оторвался, перекладина вылетела, и он почти упал, но ухватился рукой за оставшийся конец. Зал снова ахает хором, может ли зал делать хоть что-то кроме этого? Да. Кто-то кричит и просит позвать на помощь, а кому-то все равно. Должно быть, и ему сейчас несладко, ведь он висит, держась одной рукой за порванную верëвку в центре цирка под самым куполом. Но он лишь безумно улыбается, безумно и до ужаса широко, сейчас он получает больше удовольствия, чем кто либо от чего либо.       Он пробовал наркотики, он кололся так, что просыпался через два дня с синяками на руках и гниющими ранами на ногах; он пробовал секс с мужчинами и женщинами, по отдельности и одновременно; он пробовал разгоняться на трассе и резко тормозить или поворачивать руль; пробовал упиваться в усмерть; пробовал дразнить бешеных и пьяных людей, хотя в целом это одно и то же; он пробовал все, но ничто так не будоражит кровь, как шанс умереть. Здесь и сейчас. Чтобы не было ничего дальше, чтобы конец.        Мужчина, что держит цирк любит есть жирное мясо и смотреть на маленьких девочек, он любит пачкать нос белым, но для этого нужны деньги. Фуроры Неудержимого, что сейчас барахтается на веревке, срубают неплохие деньги, поэтому ему позволяют делать то, что душе угодно.       Теперь Неудержимый раскручивается посильнее, все еще держась рукой за оборванный кусок веревки, вытягивает одну ногу, согнув вторую, и в удовольствии хохочет. Это изначально было его планом. Он сам подрезал веревку. Класть на манеже далеко под собой стекла или мазать перекладину маслом стало слишком скучным, поэтому что имеем, то имеет нас. Показав еще пару устрашающих элементов, в одном из которых он даже выпускает из руки веревку, но тут же ловит ее другой рукой, он наконец заканчивает свое выступление.       Тогда он замечает в толпе взгляд. Тому взгляду не страшно, он не восхищается, ему даже не скучно. Никак нельзя понять, что он выражает, но отчего-то хочется. Не важно. Нет, важно. После выступления Неудержимый находит тот самый взгляд, который уже к нему обращен, и теперь то он понимает.        Это жалость. К чему здесь жалость? Кого жалеть? Никто не умер. Не сорвался с высоты, не соскользнул из-за масла, не приземлился на стекла.       —Так кого ты жалеешь? - Неудержимый не удержался и спросил, казалось, несерьёзно, ведь с улыбкой, но глаза показали, что ждут ответа.       —Я тебя жалею. - Ответ.       —Отчего жалеть? Я не несчастен. - Впервые Неудержимому приходится говорить с людьми словами, это непривычно.       —Ты заблуждаешься. В твоей жизни нет счастья, так что ты покупаешь себе дешевый рай, и платишь за него сатане, да так, что он тебе еще сдачу отсчитывает. Но это не продлится долго, ты знаешь? Ты уже давно умер и теперь пытаешься убить только тело, я знаю это. - Знает, значит будет Знающим.       —И я знаю это, но отчего жалеть? - Неудержимый, ты все понял еще в начале этого разговора, так зачем все дальше спрашиваешь? Точно, тебя не удержать.       —Оттого что даже твой рай для тебя не рай, тебе не нравится все это, ты хочешь спокойствия, я знаю. - Знающий опять все знает, и откуда интересно.       —Покажешь? - даже если не покажет, тебя ничто не удержит, чего спрашиваешь.       —Покажу.       И Знающий показал все, что знал, показал, как бегать по травянистому полю, держась за руки; показал, как есть фруктовые леденцы и прятать фантики, а потом искать их; показал, как слушать музыку, одну на двоих; показал, как засыпать не со слезами и кровью, а в тепле и объятиях. Знающий показал другой рай, нет, не другой, а единственный, настоящий, чего-то стоящий. Неудержимого удержали. Удержали в крепких теплых объятиях.       Смех да и только.       Посмотри на себя в зеркало, разве таким ты должен быть, Неудержимый? Разве так ты жил все это время? Должен ли ты вести себя так? Ты не из этого теста, не для этого всего, ты не подходишь, ты выбиваешься, ты лишний. Заканчивай.        И он снова приходит в цирк, все по старому, он просит себе последний номер, гарантирует, что все станут поражены. Этот номер правда стал последним для Неудержимого. Он не удержался на веревке, а внизу установил острые пики. С широкой улыбкой и хохотом он полетел на них с высоты купола цирка. И Знающий там был. И знал, что будет так. С самого начала знал.