деревня.

2 июня, в солнечный и довольно-таки жаркий день, мужчина с женой и сыном приехали в деревню к родителям. на самом деле чонхён давно планировал отдохнуть со своей молодой и вечно мечтающей о дорогих подарках женой, но после сдачи экзаменов он так хотел, чтобы его единственный и любимый сын отдохнул от всей этой городской суеты и отправился к бабушке с дедушкой, на что конечно же поступил отказ со стороны бывшего школьника. как говорится, тебя никогда не спрашивал чон чонгук. раз глава семьи так решила, значит так и будет. смирись. мальчишка естественно не хотел никуда ехать, ведь в городе его друзья, клубы, вечно дающие девушки, от которых его уже тошнило. но конечно же это не является настоящей причиной того, что никуда уезжать выпускник не хочет. одна его большая проблемка уже выросла и от него теперь не спрятаться, отмазываясь тем, что бабушка запретила ему выйти на улицу сегодня. *** уже как неделю чонгук находится в деревне, никуда не выходит, то и делает, что поедает мороженое и сидит в своем телефоне. мингёль, новую жену его отца, это конечно же не устраивает. она очень хочет побыть со своим мужем наедине, только поэтому и забирает к подростка его телефон, выгоняя на улицу. мальчику же нехуй делать больше, поэтому тот идет в сад, надеясь не встретить никаких нежеланных персон. но не тут то было, зря не молился. — кого я вижу, а позвонить своему хёну не судьба? — бархатный и чертовски низкий голос заставляет дрогнуть, и кусать свою нижнюю губу. можно было догадаться, что соседские ебучие сплетники все разнесут и он узнает. — не понимаю о чем ты, тэ. — с предательской дрожью в голосе ответил ему сеульский, даже не поворачиваясь лицом к говорящему. — вот как ты запел, чонгу. неужели до сих пор думаешь…о нем? — намеренно сделав паузу, ким бесшумно подобрался к чону и томно выдохнув тому на ухо, обвил руками его талию, тем самым предупреждая, что ну никак мальчику не выбраться. — я скучал. — отпусти меня сейчас же. — тихо, ужасно тихо произнес младший, ни на секунду не расслабляясь в руках своего хёна, по которому если честно признаться он очень скучал. — чонгукки, ты делаешь мне больно. — с читаемой и наигранной обидой прошептал тэхен тому на ушко, кусая мочку и цепляясь зубами за сережку, немного оттянул её, наконец отпуская напуганного мальчика из своих объятий. чон же побоялся что-либо говорить этому настырному, чертовски странному и привлекательному пугающему тэхену, потому что вся эта ситуация заставляет окунуться с головой в прошлое. вспомнить, что же тогда сделал ему ким младший, чем же так обидел и шокировал. большими и неуклюжими шагами мальчик отошел от юноши, который внимательно изучал визави своими черными и глубокими глазами, на прощание одаривая первого очаровательной квадратной улыбкой. чонгук же не выдержав всей этой ситуации немедленно скрылся у себя дома, не помня как вообще добежал до него. долго не мог заснуть малец, что-то ему настолько не давало это сделать, что тот готов был выть от этого. на помощь пришел хён. нет, никакого кима и в помине не было. чонгук итак чуть не кончил от его дыхания, горячего, блять, дыхания. помог ему юнги-хён. мин юнги. 27-летний хён, который всегда, даже в детстве помогал чонгу безоговорочно, не за просто так конечно же. за пирожки, которые готовила чонова бабушка. — что произошло, гу-гу..? — сонно пробормотал тот самый юнги-хён, потирая глаза и включая светильник на тумбе, взглянул на часы. — я всегда рад помочь, малыш, но блять. 3 часа ночи, ты какого хуя ещё не спишь то. неужели телка не дала? — что ты такое говоришь, хён? девчонки всегда дают мне, даже в очередь встают. но я сейчас не в сеуле, мини-хён. я сейчас в нашей ебанутой деревне и меня изводит инопланетянин. — на одном дыхании проговорил чонгук, приоткрывая рот и хватая им воздух. устало прикрыл глаза, вновь вспоминая все, что было сегодня днем заставляя тело дрожать. крупно дрожать, сводить ноги, кусать губу и дрочить. много дрочить. на кого же? на блядского ким тэхена, который сейчас лежит в своей теплой кроватке и посапывает, пока чонгу мучается. по другому это никак не назвать. — блять, что прости? ты че мне раньше не сказал, мелкий. я то думал реально с телкой трабл..стоп. ЧТО НАХУЙ? КИМ ТЭХЕН? ДА НУ БЛЯТЬ. БЫТЬ НЕ МОЖЕТ, ЧОНГУ. — похую было мину, что прямо сейчас к нему может зайти его мать и дать пизды за оры в 3 часа ночи. но это ещё норма, самое худшее это ким тэхен, на которого чонгук после того, как юн сбросит пойдет бесстыдно дрочить. а что ему ещё делать? только дрочить, иначе он умрет от возбуждения. — ТИШЕ, ХЁН. не кричи ты так, у меня скоро из ушей кровь пойдет. — полушепотом закричал чон, сразу же переходя на обычный, чтобы не драконить старшего ещё больше. — я не знаю, что делать, но.. черт, забудь. — гуку очень стыдно зато, что он делает xx количество раз. — договаривай, щенок. мне чертовски интересны твои ночные бредни, так ещё и про ким, мать его, тэхена. хотя мама у него так горяча.. — показушно мечтательно выдохнул мин, шуточно скуля. на что чонгук конечно же начал ржать, по привычке, и слава богу, в свою подушку, в которой подавлял ещё и свои стоны. — завтра. все завтра, люблю тебя, мини-хён. — да, он целовал свой телефон, намеренно раздражая абонента и конечно же не дожидаясь ворчания, поспешно сбросил, запуская руку под резинку пижамных штанов. уж сильно младшему нужна разрядка. — бля, и че это было. — устало откинув свой телефон куда-то на кровать, потушил свет и откинулся на свою ортопедическую подушку, ногами обнимая одеяло. — чон чонгук, завтра я здорово надеру тебе твою секси задницу. — и угадайте что? что может быть хуже, чонгу чихнул, пока представлял ким тэхена голым. так стыдно ему еще никогда не было. *** кто, если не шикарный отец чонгука, чонхён, решит пригласить семью кимов на ужин, ведь он давно не видел их. а ведь еще пару часов чону младшему снился мокрый сон, да такой, что после пробуждения тому пришлось в спешке замачивать свои перепачканные штаны. заварив себе кофе и захватив фруктовый лед из морозилки, чонгу вышел из дома, садясь на крыльце и начиная довольствоваться своим вкусным «завтраком». и как по зову показалась мятная макушка. кто же это? а это тот самый лучший и понимающий хён, мини-хён. чонгук аж подпрыгнул, засовывая лед себе в рот и спрыгивая с пригретого места, побежал тому навстречу. прыгнул на старшего, обвивая своими ногами его талию, пробормотал, что очень сильно скучал по своему ворчливому хёну. — гу-гу, у нас инопланетные зрители, если ты понимаешь о чем я. — шепнул тому прямо в ухо, заставляя младшего вздрогнуть и вынуть изо рта палочку со льдом. — ты чего? — хён, я в доме расскажу. — не специально громко проговорил мальчик, сразу же затыкая себе рот льдом. слез со своего взрослого друга и схватив того за руку, потащил в дом, один раз оглянувшись. и лучше бы тот этого не делал, потому что на лице кима читалась явная ревность и пиздец, который вечером настигнет чонгу. глупый малый. конечно же мальчик ничего не рассказал своему другу, завлекая того горячими пирожками и плойкой. но по какой-то причине ужин отменился, на что гуки выдохнул с таким облегчением. это надо было видеть. какая-то его частичка немного подрасстроилась, но конечно же чон младший показывать это не будет. *** ближе к 6 часам бабушка чонгука попросила его набрать воды из колодца, тот же сразу согласился. ну не имеет права он отказывать своей любимой и заботливой бабушке. захватив 2 ведра, мальчик взял с собой проводные наушники и затыкая уши потопал к этому зловещему колодцу, который пугал его в детстве. спасибо рассказам мини-хёна, он никогда их не забудет. худшее еще впереди. …это самое отвратительное лето в ебучей деревне. почему? довольно глупый с вашей стороны вопрос. как это почему. чон чонгук упал в блядский колодец и волшебным. волшебным, сука, образом мимо на своем шикарном велосипеде проезжал тэхен. КИМ, МАТЬ ВАШУ, ТЭХЕН. делать нечего, прийдется просить его о помощи. тот согласился как-то слишком легко, прыгая к тому в колодец, но без какой либо страховки. и все, что мог тогда сказать ему чонгу, так это «хён, ты тупой что ли?». младший запаниковал не на шутку, никто не спасет их, что же делать. но запаниковал на самом деле он не из-за этого. у чонгука встал. встал на горячего тэхёна, у которого футболка к телу прилипла и все кубики показала. а тот как будто не замечает проблемы. уж лучше так, чем он смеяться над ним будет, так ещё и фриком посчитает. ну нахуй, спасибо, что не заметил. — и..и что нам делать, хён? — тихо спросил мальчик, обнимая свои плечи руками и потирая их в попытках согреться. — не переживай, мы выберемся. — НО ТЫ ЖЕ ПРЫГНУЛ БЕЗ ВЕРЕВКИ, НЕ ПЕРЕЖИВАТЬ? — чонгук уже конкретно паниковал. ему холодно, он переживает очень, и сука, его тело требует разрядки. ким лишь закатил глаза и пальцами прикоснулся к щеке младшего, заставляя того дрогнуть и ноги от предвкушения свести. — прекрати нервничать, маленький. твой хён тебя вытащит. — подошел в плотную, заставляя чонгука громко сглотнуть и облизнуть губы, с вызовом и желанием в глазах смотреть на старшего. — ах вот оно что. у малыша гу-гу встал? поэтому ты такой нервный? от этого прозвища мальчик затрясся, сразу же вспоминая своего мини-хёна и возбуждающий убийственный взгляд кима. тэхен сразу же захотел заставить мальчика плакать от безысходности и от удовольствия. поэтому наплевав на воду, которая будет ему по пояс немедля он встал на колени и спустил штаны с бельем до щиколоток мальчика, облизывая головку и собирая языком природную смазку. его мальчик уже весь течет, но киму хочется помучать. заставить понять, кто тут главный. чонгук хнычет. ему хочется больше, поэтому он чуть толкается бедрами навстречу, показывая старшему, что терпеть больше не намерен. — мой мальчик наконец понял, что совершил ошибку? — выжидающе посмотрел на младшенького своими черными и полными возбуждения глазами, заставляя того заскулить от внимательных глаз. — да, хён. я все понял. — закивал мальчик, переминаясь с ноги на ногу и положив руку на волосы молодого человека, погладил их, зарываясь своими тонкими пальцами в них. тэхен же услышав то, что хотел наконец взял головку в рот. посасывая её он не отрывал глаз от своего милого мальчика, на которого желал наброситься ещё при их первой встречи этим летом. это летом младший чон запомнит навсегда, ведь сейчас объект его обожания и возбуждения стоит на коленях и принимает в рот. с губ младшего слетает протяжный стон, это окончательно срывает киму крышу. взяв глубже чонгук откидывает голову назад, легко ударяясь о каменную стену. не стоит ему забывать, что он все еще в блядском колодце. весь разгоряченный и жаждущий разрядки. — хён. прошу, побыстрее. возьми же глуб.. — не успевает чон договорить, как старший уже выполнил его просьбу, сжимая горло и активно работая языком. взял он член младшего настолько глубоко, что кончик носа утыкался в гладкий лобок мальца. гук уже видел и звезды, сквозь зажмуренные глаза и приближающуюся разрядку, чуть двигая бедрами, буквально не зная куда себя деть. так хорошо минет ему ещё никто не делал. зажмурившись еще сильнее и облизнувшись, мальчик излился старшему в рот с громким и сладким стоном, заставляя кима позорно кончить себе в трусы и сжимая его волосы в своих руках до побелевших костяшек. ким же в свою очередь все проглотил, замечая, что сперма чона достаточно сладкая. напоследок чмокнув того в головку члена, отстранился и помог натянуть белье и штаны, мокрыми и опухшими губами прижимаясь к искусанным и горячим, блядски красным губам. — чонгукки, ты все ещё нравишься мне, я никогда тебя не отпущу. — ты мне тоже..и я не могу этого допустить, хён. — шепнув эти слова тому прямо в губы, поддался вперед, чтобы поцеловать, но откуда-то показался яркий свет фонаря. — это что за дичь, гу-гу? — в полном ахуе спросил мини-хён, который требовал объяснений и от того, и от другого. на что две довольные рожицы взглянули друг на друга и принялись звонко смеяться, заставляя мина пребывать в ещё большем ахуе.