...
23 февраля 2024 г., 17:57
Примечания:
короткая зарисовка, повествующая о мыслях энджела. в целом, это один из моих любимых моментов в пилоте, да и в целом, одни из самых любимых взаимоотношений во всем шоу
Сегодняшнее фиаско на интервью заставило Чарли проникнуть и упасть духом ещё сильнее. Магне испытывала гамму отрицательных чувств. Ничего не вышло, её высмеяли и теперь нет никаких шансов на то, что кто-либо, хотя бы 1% заинтересуется в искуплении.
Пока девушка села на ближайшее место, пришёл Даст за перекусом. Хотелось чего-то сладкого и желательно, холодного. Открыв маленький холодильник и заглянув туда, глазами паук нашёл лишь подтаявшее мороженое, называвшееся «Сосунками». Ну, лучше, чем ничего. Он никогда не был придирчивым в плане еды.
Взяв мороженое в лапу, тот начал то ли вести монолог, то ли шутить с Чарли. Рассказав какую-то шутку(которую блондинка не слышала из-за погружения в свои мысли), тот обернулся к Чарли, дабы услышать в ответ смех, но ответа не последовало. Магне грустила.
Ехидная улыбка пропала, на лице Даста появилось удивление, а затем, сострадание.
Энджел всё-таки подвёл её.
Паук не доверял Чарли из-за собственных проблем с доверием, но... Она относилась к нему бережно, не требуя ничего взамен. Не считая разве что попытки прожить какое-то время без интимных связей, алкоголя, сигарет, наркотиков и прочего.
Это было дороже всего для Энджела и отказаться он не мог. Даст ниже своих зависимостей; они превалировали над ним.
Поэтому и провалился. Ведь вести разгульную жизнь гораздо проще.
Чарли... Просила слишком много по мнению паука.
Но виноват был именно Энджел. И где-то в глубине души, он понимал это. Особенно сейчас, когда из-за своего поступка он вынужден лицезреть грустную принцессу ада.
Что-то содрогнулось в Энджеле. Ему хотелось помочь. Демон забыл на секунду о своём образе и фасаде. Рука помощи сама потянулась к принцессе, жаждущей поддержки.
Но Даст замер и отдернул руку, которая чуть не коснулась её плеча.
Нет, вряд ли он сможет.
Тот тяжко вздыхает и оборачиваясь к выходу, идёт в другую комнату, оставляя девушку наедине, с ношей горя и одиночества.