Искра Жизни. Кристальный Эльф

Шестое вектоса. Одиннадцать часов утра, час до того, как десептионского Вождя представят всему миру. Волнений минимум, у десептионов и автосаитов тихо. Были проведены дополнительные взыскания оружия ещё с восходом первого солнца. Изъяли пару заточек, но стрелкового по-прежнему ноль. Никаких слухов и тем более заговоров. С добычей информации из Немезиды закономерно повременили: Уиллджек заявил, что на разработку антидотов и фильтров уйдёт несколько дней работы, к тому же, никто по личной инициативе также не рвался к записям. Для транспортировки Мегатрона на линкор использовали Мост. В сопровождение гаргу выделили Рэтчета и Балкхэда для устранения возможных недоброжелателей и последствий от них. Нокаут остался в тайной кварте присматривать за детьми. Отсек при капитанском мостике гаргулья узнала сразу. Без сомнений тут копались, однако ничего вещественного сыщики и в личной каюте Лорда не нашли бы. Очень многое крылан держал в себе и сейчас Мегатрон думал со стороны, мол, повезло, что память осталась ясна: одно это решало множество проблем. Ещё гарг желал от всей Искры увидеть своих заместителей. Хотя бы сейчас, в такой ответственный момент, когда История вновь сменит курс. Ладно Старскрим, у гарпии были все причины избегать Лорда как можно дольше, но Саундвейв? Мегатрон понадеялся, что они появятся для розыгрыша сцены примирения. Да, в плане с Магнусом это не обговаривалось, однако Коммандер вряд ли бы упустил возможность возвыситься над будущим пленным в последний раз. - Тебя будут снимать почти со всех ракурсов, - предупредил Рэтчет, обходя гаргулью осмотрительно. – Может, залечим запястья всё-таки? - Нет, - дёрнул головой Мегатрон. – Пусть само заживает. Балкхед тихо вздохнул, посматривая на часы. Вроде, выступление вовсе не его, а волнение подмывало. Сказывалась нелюбовь к съёмке по рекерской памяти. Но в целом силовик относился ко всему происходящему с пониманием, в отличии от большей части команды Прайма. Если бы не спарк, то Рэтчет тоже вряд ли бы держался за миролюбие. - Без шлема хоть узнают? – хмыкнул орк, развеивая напряжённую тишину, пока медсаит что-то готовил в углу. - По голосу, - прибавил привычного всем полузвериного рокотания крылан. – А остальное сыграет в долгую. По моей работе станет понятно всем интересующимся. - И то верно, - опустил голову Балкхед. – Интересный будет остаток месяца… - Пей, - передал гаргу стакан Рэтчет. Мегатрон лишь фыркнул, принимая свекольный сок с примесью энергона. Для бодрости ума и тела – предусмотрительно, как и всегда. Без промедлений крылан выпил смесь и отдал стакан обратно медику. - Десять минут, - указал на часы над выходом Балк. – Пора идти. Сковывать гаргулью не стали: с Ультра Магнусом этот вопрос был уже решён. Нет доверия к словам, когда их произносит подневольный. Балкхед шёл впереди, а Рэтчет позади гарга. Коридоры пусты, их засекало только цветовиденье. Спустившись на палубу ниже, центура вошли в комнату перед выходным самодельным балконом. Там их ждали Главнокомандующий, Связист Бластер, остаток команды Прайма, кроме златопёрого офицера, и пара вехалемов с записывающими устройствами. Конец хвоста гаргульи неподконтрольно скрутился на несколько секунд спиралью: остатка его команды и в помине не было… но рано, рано спрашивать. Всё ещё могло разрешиться. Главное сейчас сосредоточиться на себе. - Я начинаю, - безапелляционно огласил Магнус, отворяя проход наружу, откуда повеяло прохладным сквозняком. Также стал слышен шум собравшейся внизу толпы. Да, всего лишь тысяча центурианцев, но это ценные свидетели на декады вперёд. И ещё наверняка передавали эфир на орбиту, где дрейфовала Церковная колония. Погода стояла ясная, ветреная. Проходил совершенно обычный осенний день… до этой минуты. Как и прежде, динамики на ближайший километр разнесли твёрдый и проникновенный глас Главнокомандующего. - Сограждане. Сегодня, шестого вектоса от первого года наступления Мира, я провожу черту под нашими общими успехами. Невзирая на полярные друг другу фракции, культуры, менталитеты и расы мы смогли просуществовать в порядке, пусть и не безболезненно. Это уже большой шаг вперёд для нашей цивилизации к восстановлению Центаврии. Однако есть одно обстоятельство, что тянет наши продвижения назад. Не только многим из вас, но и мне самому завершение Войны кажется несуразным и немногословным. Ультра Магнус на несколько секунд, осматривая центура внизу и переводя дыхание. Всё в норме: народ переминается с ноги на ногу, запутываются в одежду потеплее, негромко переговариваются и, что важно, почти у всех нашёлся записывающий информационный кристалл. Если не видео, то аудио тоже подходило для распространения. - Из-за этого наши собратья по всей галактике не принимают «Послание о Мире» или бояться его, как ловушки, вследствие чего и не думают поворачивать в сторону истинного Дома, где бы центурианец не Искрился. Чтобы развеять их сомнения, нужны более весомые доказательства сменившейся исторической вехи. Вероятно, речь тех, кого знают в лицо; тех, кто был прямым участником конфликтов на протяжении всей Войны. Ими могли быть лидеры фракций. Но Оптимус, последний Прайм на сегодняшний момент, отдал себя во имя воскрешения планеты. А Мегатрон… после изгнания Юникрона он покинул Центаврию, отрёкшись от своей фракции. И остался жив по последней воле Оптимуса Прайма. Сей поворот не мог не вызвать противоречивых эмоций, я знаю. Но сегодня нам всем предстоит убедиться в реальности произошедшего лично. Поселенцы заметно поутихли, видимо, догадываясь, о ком сейчас пойдёт речь. Сложно прочитать эмоции на разномастных лицах.. но пока всё соответствовало ожиданиям. - Лорд Каонский Мегатрон, Вождь Десептионов, находится здесь, прямо в комнате позади меня. Ему есть что сказать всему народу Центаврии, что выжил после тысяч лет противостояний. Главнокомандующий отступил к левому борту балкона, занося правую руку за спину, после чего отчеканил: - Передаю слово. Всё стихло. Только ветер продолжал гулять по пустырю, унося осенние листья с ближайшего леса прочь. Из тёмного проёма выглянула рогатая голова, а за ней и вся двухметровая серая гаргулья, что заметно отличалась от обоих известных всем центурианцам образов. Вышедший индивид был без своей металлической и естественной каменной брони, без знаменитой пушки на правой руке и явно лишён всех Юникроновских даров. Однако что-то мешало моментально вспениться и начать обвинять Магнуса в обмане. Речи быть. Мегатрон подошёл к краю ограждения и сложил на него свободные ладони, сжимая прутья, показывая, что не скован. Чего не скажешь о оковах внутренних… всё тело объял ступор. Гарг смотрел на собравшийся внизу люд и не мог собрать себя воедино. Сколько же всего успело поменяться за год. Ведь улетая, он представлял себе судьбу десептионов совсем иначе… и вправду не наврали: его последователи стояли среди автосаитов и ничто не мешало им.. вот так стоять. Безоружные, только с кристаллами, чтобы услышать его. - Я – Мегатрон – Лорд Каонский, предводитель Десептионов. Я низвёл Революцию до полномасштабных боевых действий и мог их закончить при взятии Столицы главных идеологических врагов, на руинах которой Вы стоите. Однако Я решил не останавливаться на достигнутом. Я утопил фракцию в расизме и насилии, не оставляя никому шанса на мирную жизнь вне полей сражения. Я истязал и врагов, и своих соратников. Тысячелетиями появлялись поколения, которых клеймили знаком фракции по факту Искрения и многие из вас это знают по себе. Ваши родичи подвергались пыткам и экспериментам, потому что Я этого хотел. Гарг опустил голову на несколько секунд. Каждое слово отзывалось в Искре режущей, удушающей болью, словно вот-вот сквозь живой камень просочиться кровь. Но то лишь проекция его собственной вины.. он заслужил эту боль. И с ней он будет жить до конца. - Только Я виновен в том, что наша цивилизация оказалась на грани гибели. Моё безумие и одержимость Матрицей Лидерства привело к тому, что Я призвал Юникрона Пожирателя. Благодаря самоотверженности Оптимуса Прайма и его команды, им удалось изгнать из меня Тёмное Божество. Также Прайм помиловал меня, хотя имел все шансы и право на казнь. Наконец-то поднялся взволнованный шум голосов: он поднял интригующий вопрос и вот-вот раскроет истину. - Я и сам был бы рад смерти, однако спустя год заточения я понял смысл помилования. Истинным наказанием будет существовать, переживая все свои преступления весну за весной вдали от цивилизации. Не без помощи в раскрытии многих тайн, которые смогут помочь найти что-то или кого-то утерянного. Вдохнув холодный воздух, Мегатрон выпрямился, расправляя ровные крылья без единого шрама, но по-прежнему лишённые былого серебряного блеска. - Я освобождаю фракцию Десептионов от своей персоны, освобождаю весь строй, чтобы Вы смогли жить дальше, пока все не станут едины! Хлопанье крыльев послышалось откуда-то справа, простреливая Искру хотя бы одним лучом надежды. Голова против воли обернулась к до боли знакомому шороху перьев, но… взгляд наткнулся на Бамблби, который встал на перила балкона и строго начал наблюдать за тем, кто когда-то его крыльев и лишил. Тишина не стала облегчением. Хотелось прямо здесь и сейчас затребовать появления своих заместителей, однако повеявшее в спину заклинание Магнуса заставило идти дальше по сценарию. Запрыгнув на перила балкона, гаргулья сразу после спланировала вниз, прямо к собравшимся центурианцам. Первые ряды разошлись от приземлившегося Мегатрона в стороны, однако продолжали записывать каждый его шаг. Теперь гарга видели все вблизи, регистрировали каждое изменение, которое повлекло за собой истощение Тёмным энергоном, что забрал всю его былую крепость тела, но не погасив упрямый гордый дух. Мегатрон рассекал собой толпу, направляясь в Цитадель, в карцер на добровольное заключение. Может, сейчас, с минуты на минуту раздадутся знакомые голоса… тщетно. Под прицелом записывающих устройств его проводили в спину взглядами полных ошеломления и бессильного гнева. Оставшуюся дорогу гарг прошёл под конвоем церковных стражей.

ᛤ

Нокаут ждал возвращения Мегатрона в кварту к назначенному временному промежутку. За отсутствие гаргульи дети вели себя сносно, пускай пару раз Родимус и морщил личико во сне. Не плакал – значит, здоров и с его Дани всё относительно в порядке… а вот и хлопок Моста в соседней комнате: вернулся. Ихтиоморф и не думал как-либо окликивать невольного соседа, ведь им обоим не было друг до друга никаких дел. Однако проходила одна минута, другая, третья… тишина из спальни Мегатрона начала вполне ощутимо напрягать. Никаких шагов, никаких разговоров. Вообще медион ожидал, что гарг сам первым делом подойдёт, чтобы посмотреть на сына. К минуте седьмой Нокаут всё же собрался с духом. Отправив упредительное сообщение Рэтчету и Ультра Магнусу, ихтио постучал в дверь. Снова ни единого отклика. - Я открываю, - оповестил со всем возможным самообладанием медик, исполняя сказанное. Дверь без проблем отворилась, открывая проход в тёмную обитель гаргульи. Ихтиоморф сделал шаг вперёд и прежде чем успел отреагировать на внутреннее чутьё, его крепко, почти болезненно, схватили за руку и дёрнули грубо внутрь. - Не смей! – зашипел вполголоса ихтиоморф, мгновенно выхватывая из запрятанных ножен короткий кинжал, но и это движение быстро обезвредили, выбив оружие точным ударом. – Отпусти меня немедленно, ты..! - Отвечай, - пришпорил к стене оба тонких запястья у Нокаута над головой Мегатрон. – Где мои заместители? Гнев во взгляде ихтио стремительно сменился паникой. На фарфоровом лице появилась нервная очаровательная улыбка, которую гаргу уже доводилось видеть раньше. - Я не пон.. - Саундвейв, - кости кистей рук медиона почувствовали весомое напряжение. – Старскрим. Почему их не было на обращении? - Отпусти меня, – Нокаут вздрогнул от почти дикого рокотания над собой и зажмурился, ожидая чего угодно… кроме наступившего освобождения. Ослабевшие ноги подогнулись, опуская ихтиоморфа на оказавшуюся рядом платформу. Руки закономерно ныли и, возможно, без синяков не удастся обойтись, но размышления о собственной целостности прервались с новым тяжёлым шагом в его сторону. - Во-первых, - начал в почти дерзкой манере Нокаут, всё-таки ощущая за собой законную защиту. – Я думал, что тебе уже давно сказали. Мегатрон оперся о стену рукой, удерживая начинающее исчезать равновесие. Вслед за искровой, пришла боль, раскатившаяся по всему телу, сковывая в напряжённом нерве. Наблюдая за таким Лордом со стороны, пыл ихтио поутих, сменяясь медицинской флегмой. - Кхм… - Нокаут отвернул голову от пристального взгляда. – Незадолго перед твоей смертью на Земле, дети автосаитов использовали Апекс-Броню и обманом заключили Саундвейва в пространстве между мирами. А после открытия Колодца спустя какое-то время мы нашли… остатки Старскрима после Предаконов. Оторванное оружие, протез, машущий покров и крыло по локтевой сустав. Я освидетельствовал – материал принадлежал Коммандеру. Рухнувшая почти под ноги ихтиоморфу двухметровая скала машинально заставила медика забраться на платформу полностью. Да где же все, когда так небезопасно! Чужое хриплое дыхание сподвигло Нокаута вернуться хотя бы к минимальным должностным обязанностям, как лекаря. Соскользнув с платформы, ихтиоморф обошёл Мегатрона со стороны и начал присматриваться к тому, что с ним происходило. Гаргулья утыкалась рогами в пол, стискивая оскаленные зубы и крепко держалась за грудь у самой Искры, которая просвечивала сиреневым естественным сиянием, однако совсем неестественно прожигая оболочку, принося только больший дискомфорт. Хотел медион подступиться, только взревевший зверем гарг не позволил. - Ты… - сжал кулаки Мегатрон. – Ты проверял наши метки? Ты должен был знать… - Они разбились при крушении, - отступил на шаг ихтио. – Т-там осталось только несколько сигнатур вехалемов. Пальцы гаргульи вцепились в голову, сжимая между ними чёрные иглы волос. Невозможно. Он просто не мог поверить… - Пошёл вон, - бросил Нокауту гарг, взмахнув рвано крыльями, утыкаясь ими в потолок. Не найдя чем возразить, медион вышел в удивительно умиротворённую детскую.