Из тьмы

Гарри резко раскрыл глаза, после чего в них привычно потемнело. Наконец, сфокусировав зрение мальчик с ужасом осознал что он находится не в карцере. И видимо даже не в приюте. Где он? Что с ним хотят сделать? Миссис Смит говорила что будет отправлять плохих детей на перевоспитание к ужасному человеку, ненавидящему детей, который будет их постоянно бить. Лишь бы она не исполнила свою угрозу. Может быть его похитили? Но кому он нужен? И что от него нужно? Потрёпанная детская одежда, практически ничего не стоящая? Его мозг услужливо подкинул ему истории о продаже детей на органы и в рабство. По спине прошел холодок. Гарри лихорадочно оглядел комнату, пытаясь уловить хоть какую-нибудь зацепку. Кровать, на которой располагался он сам, письменный стол, большой шкаф и пустые полки. А также две двери, ведущие неизвестно куда. Казалось что комнату подготовили для того, чтобы туда кто-нибудь приехал. Вдруг, первая дверь резко распахнулась так, что мальчик вздрогнул. В комнату вошел мужчина, с черными волосами и казалось, смотрящими в душу глазами. Одет он был тоже во все черное, что смотрелось очень контрастно по сравнению с белой комнатой. Гарри забился в угол кровати. Очевидно это тот самый человек, про которого говорила миссис Смит. Как он мог быть настолько ненормальным? Урод. Хоть в приюте и было не сладко, там было все понятно. Воспитатели — главные, и если что-то сделаешь не то они тебя побьют. А тут было неизвестно что. — Спокойно, — на удивление голос мужчины был не грубым или резким, а наоборот — плавным и убаюкивающим. Но на такое вестись нельзя. — Меня зовут Северус Снейп, — представился он, — я взял над тобой опеку, забрав тебя из приюта, — глаза мальчика удивленно округлились. Как его нашли в карцере? Как забрали именно его? Почему выбрали такого урода как он? Тысячу вопрос роились в его десткой голове, но Гарри предпочел молчать, не желая говорить со взрослыми пока они не попросят того. — Вот документы, если ты не веришь моим словам, — мальчик поднял взгляд, осмотрев листы, протянутые ему. … Северус Тобиас Снейп получает опеку над Гарри Джеймсом Поттером… Дальше мальчик читать не стал, молча кивнув. Этого было более чем достаточно, ведь обычно взрослые не имели привычки объяснять свои действия. — Я был другом детства твоей матери, Лили, — в голосе Северуса скользнула боль, почти тут же скрывшись под маской безразличия, — она была прекрасной девушкой, и ты очень похож на нее. Гарри все еще боялся вылазить из своего угла, понимая что если мужчине будет нужно, он все равно его вытащит и сделает все, что захочет. Но он знал его маму… Это уже о чем-то говорило, хоть он и мог врать. — Твоего отца я тоже знал, но мы не были с ним близки, — постарался скрыть неприязнь в голосе Северус, — ты также похож и на него. Зачем ему он это рассказывает? А главное не зачем, а почему? Какой прок для него что-то говорить Гарри, когда он просто может сделать с ним то, что пожелает. — А теперь я бы хотел поговорить с тобой о другом, — его тон приобрел нотки строгости, — ты больше не вернешься в приют, и я хотел бы чтобы ты забыл все, что тебе там говорили, хоть и понимаю что это невозможно. Мальчик кивнул, запоминая. В чем-чем, а в запоминании правил он был силен. Это территория мужчины. — Я бы хотел чтобы ты называл меня Северус, — спокойно сказал зельевар, — это твоя комната, — брови ребенка поползли вверх, — я излечил все твои раны, — теперь Поттер смотрел на него с нескрываемым непониманием. Мерлин, что там творили с детьми. — Завтрак в девять утра, обед в два, ужин в семь, чуть позже я покажу где столовая, — продолжил профессор, — завтра мы поедем за вещами тебе. Почему он так добр к нему? Разрешил кушать три раза в день, дал комнату, так и еще и повезет завтра за вещами… — Сейчас, я бы хотел рассказать тебе о твоих родителях. Что тебе известно о них? Это был прямой вопрос ему, и он обязан был ответить, а не то получит наказание. Руки чуть похолодели, а в горле странно запершило. — То, что они были алкоголиками и погибли в автокатастрофе, — сдавленно прошептал Гарри, еще больше вдавливаясь в стену. — Это неправда, — зубы Северуса скрипнули от подобной лжи, — твои родители были великими людьми. Мальчика мелко затрясло. В глазах темнело, а живот странно урчал, и казалось будто его сейчас вырвет. Северус с ужасом осознал что это происходит от сильного страха. — Дыши, — скомандовал твердый голос в кромешной тьме, — вдох, — Гарри послушался, — выдох. Сделав так несколько раз, все пришло в норму. Теперь его накажут. А он не провел в этом доме и четверти часа. — Извините, сэр, — прошептал мальчик. — Успокойся, тебе не за что просить прощения, — мягко произнёс Северус, — поверь мне, в этом доме никто и никогда тебя не ударит. Я клянусь тебе. Гарри кивнул, но не поверил. Ведь если его не ударят, как он будет его наказывать? Все равно он в итоге сделает какое-нибудь ненормальничество и мужчина не выдержит. — Я бы хотел рассказать тебе кое-что. С тобой бывало такое, что вокруг тебя случаются странные вещи? — Северус пристально вгляделся в лицо Гарри. О нет. Это проверка. Он все знает. — Да, сэр, — прошептал мальчик, — но я обещаю что здесь я не сделаю ничего такого! Большие от страха зеленые глаза соприкоснулись с ониксовыми. Во вторых читалось спокойствие. — Наоборот. Ты волшебник, Гарри. Он шутит? Но что-то он не очень похож на человека, который будет шутить. — Я тоже волшебник, и твои родители были великими магами, — лишь бы у мальчика не случился приступ страха. — А как они умерли? — сдавленно спросил Гарри. Проанализировав все, он и вправду понял что странные вещи постоянно случались вокруг него. — Их убил темный маг, — Северус решил что если рассказывать, так все сразу. Тем более мальчик сам спросил, что было уже небольшим прогрессом. Зельевар решил продемонстрировать какое-нибудь несложное заклинание для неверящего Гарри, и достал палочку из кармана. Мальчик резко отшатнулся от него, будто в страхе что его ударят. — Я хочу показать тебе какое-нибудь несложное заклинание, — пояснил профессор. В первые на лице ребенка отразилось хоть что-то, кроме страха. Если бы его сейчас видела Лили, она бы безусловно разнесла весь тот приют, Дурслей и Дамблдора. — Авиас, — Северус легко взмахнул палочкой, и по комнате стали кружится желтенькие птички. Гарри с удивлением смотрел на птиц, но это больше смахивало на обычные фокусы, чем на магию. — Конфриго, — произнёс профессор, видя что простые птички не произвели должного впечатления. Шкаф в комнате вспыхнул. Гарри почувствовал тепло, и с ужасом осознал что это настоящий пожар. — Агуаменти, — произнёс Северус, и на шкаф вылилась вода, а огонь исчез, будто его и не было, — теперь ты мне веришь? — Да, сэр, — сказал Гарри, все еще пораженный, — я тоже так смогу? Его голос сочился надеждой. — Да, — заверил его Северус, — когда тебе исполнится одиннадцать лет, ты поедешь в школу волшебников, Хогвартс. Если тебе интересно больше, у меня есть библиотека. Волшебный мир очень опасен, и позже я расскажу тебе как точно он устроен, — постарался вкратце рассказать зельевар. Мальчику нужно поесть, он должен быть очень голоден. Гарри в восторгом слушал его. Значит, больше не придется возвращаться в приют. А как только он выучится магии, он придет и подожжет его. — Сейчас тебе нужно поесть, — сказал Северус голосом, не принимающим возражений, — пошли, я покажу тебе где столовая. Встав, Гарри понял что ничего не болит, а одет он не в приютовскую одежду, а в обычные штаны и футболку. Но больше поражало то, что не осталось даже шрамов от наказаний миссис Уилсон.