Сделка заключена.

      Та ночь стала запоминающейся. Однако спустя пару дней, так ничего и не случилось. Ни чувства прибавившейся силы, ни чувства защищённости. Лишь блекло золотистая светящаяся печать на руке давала понять, что он в самом деле заключил сделку с самим дьяволом. Он отдал свою душу в те когтистые руки Короля ада, взамен на силы, которых все не чувствовал. Хотя на что он вообще надеялся? Ему стоило обговорить все условия, вдруг этот дьявол играет по своим правилам, а Аластор стал марионеткой в его руках. Как же ему не хотелось в это верить. Попытка как-то стереть пентаграмму на тыльной стороне ладони лишь причиняла боль, словно усиленно терли камнем, а не пытались всего-то оттереть. Но разгуливать по улицам, а тем более приходить к любимой матушке с подобным рисунком на руке он не мог. Привлечет слишком много внимания. И чтобы этого не произошло, было принято решение перекрыть пентаграмму бархатными черными перчатками. Черный отлично смотрелся на руках, хорошо перекрывал свечение, на нем не было видно следов от крови жертв, так еще и к его костюму подходил.       Пока все было хорошо,Аластор собрался на охоту. Матушка как раз решила на ужин приготовить жаркое из оленины. А ему только за радость помочь женщине. Да он и сам бы не отказался от нового украшения в свою гостиную, в виде красивой оленьей головы с большими крепкими и изогнутыми рогами.       Собрался на охоту он с хорошей подготовкой, оружие заряжено, еще и патроны в патронташе. Одет был в свои уже полюбившееся цвета, что идеально ему подходили. Пока женщина ушла за продуктами, а то в холодильнике Аластора почти не было еды, сын отправился на охоту. Благо, густой лес рядом, потому далеко идти не пришлось. Оставалось устроиться где-нибудь в кустах, притихнуть и смирно ждать своей добычи. Он любил подобные дни. Что может быть лучше, чем провести вечер за ужином с матерью? Вот именно, что ничего, потому Аластору нужно как следует постараться. Главное- быть начеку. Спустя минут десять, послышались тихие шаги оленя, ветви кустов, которые он задевал. И вот красивый, рогатый олень показался из-за стволов деревьев. Голова опустилась к земле, чтобы пожевать травы или скорее найти место для отдыха. Ружье было нацелено на место нахождения сердца у оленя, но выстрел оказался неудачным и, скорее всего, было повреждено лишь немного мяса. Пока олень не убежал далеко от страха с раненой грудью и плечом, выстрел пришелся примерно за складку у плеча. Это и послужило последним выстрелом и концом жизни оленя. Подождав несколько минут, чтобы удостовериться, что олень был один, никого дикого рядом нет, Аластор с тяжестью забрал тело оленя. Но так спокойно ходить по лесу в темное время суток было ошибкой. Убитая животинка вкусно пахла для таких же свирепых зверей, например как волков. Сзади убийцы послышалось рычание и уверенные шаги наступления волков. Неверное движение приведет к смерти, а с трупом животного даже шаг было тяжело сделать. Было слышно, как они собираются напасть, но что-то помешало. Чуть обернувшись и повернув голову в сторону посторонних звуков, он увидел все ту же высокую, густую тьму, с которой он заключил сделку.

"Спасать от смерти, словно ангел-хранитель"

      Что-то отлично отпугнуло зверей и те в страхе убежали назад вглубь леса. Люцифер будто выдохнул, ведь тьма значительно понизилась в высоте, после оскал и хитрые янтарные глаза были направлены на Аластора.       -Ступай,пока еще кто-нибудь не позарился на твое мясо, -томным голосом произнесло существо и прямо на глазах испарился в ярко-золотистых искрах. Парень еще какое-то время смотрел на пустующее место, после проморгав и усмехнувшись, ушел в своем направлении, что-то напевая себе под нос.

***

      Поздним вечером матушка и Аластор собрались за столом. На столе стоят две горячие и довольно аппетитные порции жаркого из оленины. Рядом с тарелками стоит по бокалу, пока еще пустых. Это ненадолго, потому что на столе также присутствует бутылка вина. Женщина вытирает руки об полотенце и садится за стол, приятно улыбаясь сыну. Она ужасно им гордится и иногда не может налюбоваться своим чадом.       -Мам, ты опять задумалась, -тихо посмеялся Аластор и поцеловал матушку в щеку, также одарив ту доброй улыбкой. После привстал с места, аккуратно открыл бутылочку вина и разлил красную с вишневым оттенком жидкость по идеально чистым бокалам.       -Прости, засмотрелась на любимого сына, -хихикнула она и взяла бокал, после чего каждый выпил лишь пару глотков содержимого. Когда сын приступил к еде, матушка обратила внимание на то, что даже в такой момент он не снимает своих перчаток. Это было некрасиво со стороны этикета.       -Аластор, ты собираешься есть в перчатках? Разве я тебя не учила, что это неправильно? Мы за столом вообще-то,- несмотря на всю прошлую доброту, женщина отчитала своего ребенка. Тот и правда почувствовал себя виноватым перед ней, но стоит ему снять перчатку, как она увидит это безобразие на руке.       -Мам, боюсь тебя разочаровать, но в этот раз я поем в перчатках. Постарайся на это не обращать внимания, хорошо?улыбаясь, Аластор посмотрел на матушку и слабо погладил ее по руке, что лежала на столе. Та недовольно хмыкнула и прикрыла глаза, явно затаив обиду.       -Возмутительно. Кажется, я что-то упустила в твоём воспитании. Так не ведет себя джентльмен. Характер твоего отца, не иначе!-высказалась она и приступила к еде, перед этим небрежно убрав руку того со своей. Аластор криво улыбнулся, скрывая своей злобы в данный момент. "Характер отца"-кажется самые ужасные слова для парня, и матушка знала это. Давит на больное, но он ничего не может сделать в ответ. Лучшим решением будет в молчании доесть жаркое и разойтись по комнатам. Сам виноват, он обидел ее своим поведением, как дитя малое.

***

      В комнате, лежа на кровати, парень раздумывал над случившемся в лесу. Действительно ли Люцифер приходит сразу, как только его жизнь подвергается опасности? Или же момент такой случайно попался. Глаза забегали по комнате, в поисках чего-то, что могло бы подойти для угрозы его жизни. На столе тускло поблескивал любимый нож. Ничего лучше придумать он не смог, кроме как призвать существо к себе, с помощью вреда для себя. Люцифер не заставил себя ждать, когда лезвие уже было слишком рядом с солнечным сплетением. Взмах руки был быстрым, в какой-то моменте Аластор даже пожалел, что захотел проверить все именно таким способом. Ведь если бы дьявол не успел, душа убийцы заключена была бы в его руках. Когтистая рука перехватила оружие, уронив с громким ударом об пол.       -Если думаешь, что смеешь отвлекать меня от своих дел, только потому что скучно стало, то ты слишком заблуждаешься,-чуть ли не рычал с раздражением Люцифер. Он до сих пор не показывал своего вида, только тьма покрывала его тело. А было ли под этим всем вообще тело? Существо врезало тому сильную пощечину и отошло назад, дожидаясь объяснений всему этому.       -У тебя тяжелая рука, Люцифер,-откашлялся от удара Аластор и ушел от темы, приложив руку к красному следу от ладони. Он пока не воспринимал его как кого-то величественного. Пока это только тот, кто охраняет его жизнь, спасает от смерти. Чуть ли не прислуживает ему.       -Ебанный уебок,знай своё место, -закатил глаза Люци, вздохнув. Разве этого он заслуживал? А ведь парень казался сначала чем-то более стоящим. Когтистая рука взмахнула в воздухе, из ничего появилась золотая цепь, крепко прикрепленная к руке с пентаграммой у убийцы. Существо без всякого сожаления силой потянуло на себя цепь, смотря в наглые каштановые глаза напротив.       -Мои силы тебе не игрушка. Я в любой момент могу разорвать нашу сделку. Но клеймо, означающее принадлежность твоей души мне, останется на твоей руке навсегда, в Аду я вдоволь наиграюсь. Запомни. Цепь вскоре испарилась, а за ней и её хозяин. Пентаграмма под перчаткой засветилась ярче прежнего, а рука болезненно заныла, от чего-то в сердце заиграл неведомый раньше огонек. Пока живет, он обязательно еще наиграется силами падшего ангела.